Лезвие-жизнь

       Сам Хокаге за это время едва ли не вывернул Коноху наизнанку. Подчинённые после тщательной проверки запрягались по способностям, все шиноби отзывались с миссий либо заменялись уже проверенными командами и бывшими «корневиками.» Как ни прискорбно, именно эти, отбитые и промытые просто не могли пойти на предательство деревни. Поветрие измены обошло также кланы Хьюга и Яманака. Отдел дознания и Анбу неприятно удивили почти тремя десятками людей. Полиция недосчиталась всего троих, но полицейские редко выбирались за пределы деревни, чаще всего просто отдохнуть где-нибудь, и Мадара справедливо считал, что это не все «кроты.»        Пока результаты не радовали. По всем соображениям должны были остаться наблюдатели, но пока они себя никак не проявляли. Не было несанкционированных попыток связи, не было попыток что-либо узнать или изменений в поведении. Барьеры исправно пропускали внутрь и не выпускали наружу никого и ничего. Созданный Мито Узумаки, барьер был настоящей ловушкой. Активировать его стоило немало чакры, зато теперь выйти без специального пропуска не мог никто. Даже мельчайшая букашка оказывалась запертой внутри.        Задержанные были, задержанных было достаточно, чтобы Ибики Морино едва ли не хватался за голову, но пока никаких связей. Мелкие торговцы с контрабандой, ученики академии и несколько парочек, решивших помиловаться в уединении. С пяток ещё неопределенных личностей и крупный жук — начальник управления бытовыми миссиями. Всё, что касалось ремонта, надзора и наблюдения за состоянием — курировал он. Поставленный на этот пост совсем недавно и до сих пор не вызывавший подозрений.        Как раз сейчас Учиха Мадара присутствовал на его допросе. Юкино Тору был спокоен и безмятежен, но и Мадара и Ино Яманака чувствовали фальшивость этого спокойствия. Юкино их не видел — оба сидели в соседней комнате отделенной стеной. Они могли его видеть на большом экране, слышать с помощью динамика. Ибики занимался беседой с ним и пока ничего толкового не выяснил.       — Но всё же, Юкино-сан, вы же зачем-то отправились за дозволенную зону. Джия не подтвердила ваше утверждение о свидании, даже дала согласие на проверку у Яманака. Более того, эта куноичи была на дежурстве и никак не могла с вами встретится.       — Я тоже требую проверки у менталиста! — Спец-джонин Юкино Тору скрестил на груди руки. — Я понятия не имею, зачем бы ей меня подставлять.       — Разумеется, проверка будет. — Ибики коротко ухмыльнулся. — На самом высоком уровне. Вас выпотрошат, словно лабораторную мышь. Я не ручаюсь, что ваш разум после этого останется прежним, но это уже не моя беда.       — Мне незачем лгать. — Юкино нервно дёрнул уголком рта и откинулся на жесткую спинку стула. — И вреда Конохе я точно не замышлял.        Ино качнула головой и повернулась к Хокаге.       — Ещё рано что-то говорить, но в этом не врёт. Что-то недоговаривает, конечно. Пожалуй, достаточно, я займусь им прямо сейчас.       — Не рано ли?       — Ибики Морино — мастер и допрессует, рано или поздно. Только зачем ждать, если объект уже вскрыт?        Яманака поднесла к виску пальцы, ненадолго сосредоточилась. Ибики, получив сигнал, встал и выглянул за дверь.       — Свободного менталиста найди.        Яманака коротко поклонилась и очень тихо выскользнула за дверь. Мадара немного постоял, посмотрел на монитор, где Ибики Морино в красках расписывал известные ему последствия ментосканирования. Юкино ещё держался, но уже не настолько уверенно. Спустя несколько минут дверь тихо открылась, Ино спокойно прошла внутрь, кивком поздоровавшись и остановилась напротив Юкино.       — Это мой клиент?       — Да. — Ибики наградил Юкино ещё одной едкой, презрительной ухмылочкой и, подойдя, защелкнул запястья шиноби в браслеты на подлокотниках. Тот вяло дёрнулся, но особого сопротивления оказывать не стал. Понимал, что это больше чем бессмысленно.       — Это так, на всякий случай. Иногда, знаешь ли, глаза себе выдирают, губы рвут. Ну ты же вроде добровольно согласился, так сильно реагировать не должен. Начинайте.        Ино подошла к мужчине сзади, положила на его затылок и макушку ладонь с широко расставленными пальцами, вторую сложила в жесте концентрации. Юкино обмяк, потом его крупно затрясло, но больше ничего не происходило. Яманака беззвучно шевелила губами, потом положила вторую руку поверх первой. Минута, вторая.       — Хокаге-сама, пожалуйста подойдите. — Ино говорила очень тихо, тщательно проговаривая каждое слово. Мадара колебался лишь миг. Техники Яманака ему не страшны, не с мангёку шаринганом.        Дверь между комнатами тоже была, он повернул ручку и шагнул в ярко освещенную комнату. Ино Яманака подняла веки, губы дрогнули в жалкой попытке улыбнуться. Похоже, сейчас она наткнулась на что-то сильное.       — Позвольте показать.        Мадара только кивнул и подошёл ближе, позволил прохладным и чуть дрожащим пальцам коснуться лба. Один удар сердца и вместе с куноичи он оказался в заставленной книжными полками каморке. Некоторые из корешков светились мягким, бледным светом и казались опутанными чем-то вроде паутины. Он протянул руку, но Ино мягко перехватила запястье Хокаге, испуганно отдернула руку.       — Не надо. Здесь заблокированные воспоминания и над ними я ещё буду работать. Интереснее это…       Она извлекла одну из нормальных книг и раскрыла. Вся книга была заполнена цветными рисунками, мангой. Ино ткнула пальцем в страницу, где молодая женщина, улыбаясь, назначала встречу за стеной, у озера.       — Это Джия. Я только-только недавно её проверяла. С Юкино она виделась только в госпитале, по работе и была очень удивлена тем фактом, что она с ним тайно встречается. Никаких следов вмешательства или закладок, абсолютно предана гакуре.       — Так… И у нас, получается две Джии, верно?       — Да. Одна работает в госпитале, Коноху покидала только в генинстве и на чуунин-шикен, позже работала в одном из полевых госпиталей при Второй армии шиноби. Другая появилась в жизни Юкино Тору примерно три месяца назад и после этих встреч часть сознания нашего шиноби оказалась запечатанной. Я разберусь с этим, но нужно время и помощь нескольких моих родственников.       — Это всё?       — Нет. Вот, смотрите. — Ино извлекла ещё одну книгу. Аккуратно открыла на середине. Страница была блеклой, рисунок едва можно было разглядеть. — Тору считает это воспоминание сном.       — То есть всё же связан…       — Я считаю, его просто хотели выманить и убрать. Судя по объему запечатанных воспоминаний Юкино знает много.       — Пока прерывай технику. Я хочу присутствовать.       — Да, Хокаге-сама. — Ино сложила печать отмены и их вынесло из сознания Тору.       — Я же невиновен. — Бледно улыбнулся Юкино, когда пришёл в себя. Мадара кивнул Ино.       — Яманака-сан, вам предоставят всё необходимое для работы. Проясните Юкино ситуацию и пришлите кого-нибудь в резиденцию, когда будете готовы.        На выходе Мадару ждал Обито. Чем-то недовольный и заметно отдохнувший, что даже кольнуло завистью. Впрочем, поддаваться такому мелкому чувству Хокаге не стал, только мысленно похвалил Какаши Хатаке за то, что позаботилась о связном. Зная ученика, он догадывался, что тот строит из себя двужильного.        В кои-то веки отчёт Мадару порадовал. Разведчики добрались, обустроились и начали работу. Никаких потерь и неясностей. Какаши Хатаке со свойственным ей педантизмом изложила соображения и черновые планы, просила указаний о более предпочтительном и дополнительных комплектов лески, взрывпечатей и различных ядовитых смесей, желательно экспериментальных, из лабораторий Кабуто.       — Какаши Хатаке не боится сама травануться и других отравить? — с ленцой спросил Мадара, заполняя приказ для интенданта. Обито пожал плечами.       — У неё какая-то идея есть, да и Кабуто на свои разработки всегда антидот создаёт.       — Что за идея?       — Неплохая. Но она пока думает над ней и, возможно, ещё откажется. Какаши хочет начать активные действия только по выполнении первостепенных задач.       — И правильно хочет. Кабуто я сам отдам приказ, а ты наведайся к интенданту четвёртого склада. Вот разрешение. Когда закончишь, зайди ко мне, для тебя ещё есть дело.       — Хай, Мадара-сама.       Послания к Цучикаге и Казекаге уже были готовы, Эю и Мэй Теруми ещё предстояло написать. Потому Хокаге приказал секретарю и Анбу никого пока не пускать. Кроме посланника от Яманака, разумеется.       — И вызовите Кабуто, — добавил, закрывая дверь.        Посторонние мысли и планы он не сразу отмёл в сторону и какое-то время они сбивали с толку, не давая сосредоточиться. Поняв это, Мадара отложил кисть и свиток, помассировал виски. Как же не хотелось признавать этого, но он не Хаширама, у которого нужные мысли и действия выскакивали сами, будто без участия разума, и не Тобирама, который плёл политические сети не хуже Изуны. Мадаре приходилось смирять свои порывы решить всё голой силой и без учёта интересов… да всех. Хотя, в последнее время это уже не было настолько сложно и иногда получалось автоматически, без долгих размышлений: «а если.»       «Ну да, скоро стану призывать всех к любви и пониманию. Будет забавно.» — От этой мысли Мадара вдруг расхохотался, представив реакцию отдельных шиноби на такие речи в его исполнении. В самом деле, забавно. Однако, пусть этим будет заниматься Узумаки. У него это получится лучше и без испорченных нервов союзников. Нервные шиноби — плохие союзники. Хотя, потом немного почудить можно, можно…        Это небольшое размышление подняло ему настроение и немного освежило разум. Мадара хитро улыбнулся и снова взялся за кисть, принялся строчить, насвистывая старый, незамысловатый мотивчик. Интересно, сколько времени понадобится остальным Каге, чтобы осмыслить его предложение и убедиться в сохранности его мозгов? Написав и запечатав послания в Облако и Туман, он добавил по десятку строк в письма к Гааре и Ооноки. Спустя всего полчаса все четыре свитка лежали на столе, запечатанные и готовые к отправке.       Кабуто уже ждал в приёмной, развлекаясь тем, что буравил секретаря неподвижным и холодным янтарным взглядом. Конечно, у секретаря было достаточно выдержки, но он, вероятно, хорошенько понервничал. Мадара жестом пригласил исследователя в кабинет и сказал секретарю:       — Все указания остаются в силе. Яманака или её человек и Обито Учиха могут заходить и ждать, остальные — в коридоре. Закончу — приму.        Секретарь коротко поклонился и заметно расслабился. Тоже бывший «корешок». Учиха взял его на эту должность временно, но склонялся к мысли, что оставит этого полезнейшего парня при себе. Кабуто ехидно сверкнул глазами, пакостно улыбнулся Ичикано и проскользнул в кабинет. Впрочем, секретарь был вполне трезвомыслящий и понимал, что учёный навредить точно не захочет. Это сам Ичикано был в группе риска, поскольку Кабуто по старой памяти Анбу-не очень не любил.       Приказ Мадары Кабуто не удивил и даже вызвал всплеск нездорового энтузиазма. Исследователь заулыбался точь-в-точь его любимый сама, поправил очки и предвкушающе облизнулся. Когда заговорил, в речи ясно проскальзывали шипящие нотки.       — Ес-сть, ес-сть у меня любопытные составчики, Хокаге-с-сама. С-с удовольствием поделюсь. Мне необходимо их подготовить, с-с позвольте отправитьс-ся? Я буду ждать Обито в гос-спитале.       — Иди, — усмехнулся Мадара. Да уж, после раздолья в Ото Орочимару и Кабуто катастрофически не хватало подопытных, особенно — владеющих чакрой. Хокаге был уверен в том, что помимо пары десятков составчиков и противоядий, Обито получит ещё и свиток с инструкцией, а также весьма убедительную просьбу задокументировать неожиданные реакции подопы… противников.