Глава 2. Мистер и Миссис
16 июля 2016 г., 23:14
— О, ты уже дома, — улыбнулась мама, разуваясь и снимая с себя шубу.
Я кивнула и продолжила писать конспект по физике. Боже, ненавижу этот предмет, но если не сделаю домашнюю, то ко мне обязательно начнёт придираться физичка, мол отличница, а домашнюю не сделала! Я уже помню этот случай в шестом классе. Было стыдно. Очень. На меня тогда смотрел весь класс с Хеленом. Тогда мы учились вместе, но когда стало приходить больше детей, наш класс разделили на две части, и тогда я потеряла свой первый шанс начать общаться с парнем.
Скромность всегда мешала мне в общение с моими ровесниками. Если я куда и ходила, так это благодаря Эмме, которая хоть и прославилась ужасным званием в школе, но была желанным гостем на каждой крутой вечеринке. Без неё не обходилось ни одно веселье. Частенько она пыталась меня познакомить с каким-нибудь симпатичным парнем, чтобы «я забыла своего Хелена, которому на меня глубоко посрать» по словам Эммы. Но я знала, что это просто забота подруги, которая не может видеть моё растерянное лицо при каждом появление Отиса в коридоре.
Я чуть ли не ставила Хелена на самую верхнюю ступеньку в своей жизни. Он был чем-то таким, чего я не могла объяснить. Мама, естественно, знала о моих чувствах к парню, так как с ней я могла многим поделиться. Она тоже давала кучу поводов для разговоров и причин для времяпровождения. Например, я узнала от нашей всеобщей сплетницы Агнессы, что у Хелена ужасно с химией и дело доходило до того, что химичка, то бишь наша классная, посещала его родителей и просила заняться знаниями парня. Моя же мама сказала мне, предложить ему помощь, так как я в химии разбиралась хорошо. И я решила ему предложить помощь, но вечно тупая голова моя обязательно что-то да сделает. Я пришла в школу, не без сомнений подошла к парню и спросила, не требуется помощь. Ну как спросила?
— Прилен… Ой! То есть, Хевет… То есть! Ах!
Я стала жутко заикаться и поэтому с позором убежала. Парень тогда ничего не понял и просто пожал плечами. Затем в столовой я снова попыталась подойти к нему и предложить. И что вы думаете? Я случайно облила его соком! Господи, как над ним тогда смеялись… Мне было жуть как стыдно, и я не знала, что сделать. Конечно, я сказала, что приду после школы за рубашкой, но он наотрез отказался. Я до сих пор чувствую себя виноватой.
В общем, в отношениях, а уж тем более с парнями, и больше с Хеленом, я полный минус один…
Но рассуждая на эту тему, я не подозревала, какой сюрприз ждёт меня завтра в школе…
***
— А представь вот, я такая иду красивая по аллее, и тут ко мне подходит красивый мужчина… — мечтала Эмма перед уроком, вытирая доску, на которой я тут же рисовала всякие узоры. Прозвенел звонок, и в класс влетела мисс Маргер. Поздоровавшись, она села за свой стол и извлекла из своего портфеля конверт с именами. — Итак, — начала она. — Сейчас мы подсчитаем голоса и узнаем, кто же станет нашим актёром. В классе наступила гробовая тишина. Все сидели, вытянув шеи вперёд. Каждый хотел первым узнать, кто стал счастливчиком. Мисс, как на зло, долго перечитывала отданные учениками листочки, постоянно поправляя причёску. — Итак, — наконец очнулась она. — по итогам голосования актрисой будет… Все снова замерли, а мисс подпёрла подбородок рукой. — Хм… — произнесла она, и тут Джо неожиданно выкрикнул: — Да скажите Вы уже, кто это! — Хорошо, — выдохнула она и продолжила. — Актрисой становится Глория Стим, а её дублёршей — Кэтрин Задкинс. Ого! Неожиданно-то как… Я растерянно смотрела на учительницу, которая покачала передо мной листками с моим именем, мол «вот доказательства». Эмма на листке написала «это шанс! Хоть его не упусти». Я продолжала растерянно смотреть на то место, где сидела преподавательница, которая уже объясняла ошибки на тесте. Я её не слушала, так как у меня снова было отлично. Все смотрели в свои листы, ища подобные ошибки, и чесали ручками затылки. — Вот видишь, — после уроков сказала Эмма. — Удача уже повернулась к тебе! Хочешь, узнаем, кто в параллели? Я несмело кивнула, и подруга меня тут же схватила за руку, затягивая в класс. У параллели творился полный бардак. Все носились по кабинету. Знакомый мне Кай вместе со своим братом играл в телефон. Остальных я не очень знала, поэтому могу сказать одно: каждый страдал своим бредом. Но сразу же я захотела увидеть Хелена. И — да! — я его увидела, но его выражение лица мне совсем не понравилось… Он был очень напряжённым и, мне показалось, как-то растерянно чертил геометрические фигуры в своём блокноте. Было видно, что его что-то огорчило и сильно… — А что с ним? — спросила я у Кая. — А? — он отвлёкся от игры и посмотрел в сторону Отиса. — А-а-а-а… Так он в смятении! — парень рассмеялся, а за ним и его брат. — А что такого случилось? — подключилась Эмма к нашему разговору. — Ха-ха-ха! — рассмеялась Амелия, которая, к моему несчастью, училась с Хеленом в одном классе. — Вы что — не в курсе? — мы отрицательно покачали головой. Амелия засмеялась. — Да наши ребята решили посмеяться над Отисом, и все проголосовали за него! — шёпотом призналась она и снова засмеялась, а за ней и остальные девчонки, с которыми она постоянно таскалась. Мы с Эммой раскрыли глаза. В смысле посмеяться?! Выставить посмешищем?! Но зачем?! Ах да, он же «изгой»… Я сочувственно посмотрела на парня, который продолжал растерянно водить карандашом по поверхности бумаги, и спросила: — А зачем вы это сделали? — Боже, Стим, — усмехнулась Амелия. — Ты слишком добра ко всем окружающим, — на моё плечо легла её рука. — Такими темпами ты никогда не увидишь нашу школу в числе лучших. Все услышали её последнее предложение и затихли. Обстановка накалялась, и меня это пугало. Амелия оглянулась и хитро улыбнулась: — Глория, как насчёт выйти? Я настороженно кинула взгляд на подругу, а та только испуганно кивнула мне. Я оглядела класс и вышла за девушкой. — Зачем ты заступаешься? — не стала церемониться Амелия. — Потому что это плохо! — ответила я. — Ты выставишь его посмешищем на виду у всей школы! — Но парень получит по заслугам, — стала серьёзной девушка. — Он пытается показать, что ни в ком не нуждается. Даже не общается ни с кем — типо, самый независимый. — И что?! — вспылила я, хоть у самой уже слёзы на глазах из-за обиды наворачивались. — Может у него дома проблемы, тебе-то откуда знать? — Бедная Глория, — усмехнулась Амелия. — Ты же знаешь, что он не услышит твои ярые попытки его защитить. Ему глубоко, глубоко на тебя нап-ле-вать. — И что? — я растерялась. — И то, глупышка, — девушка обошла меня. — Ты надеешься, что будешь такой благородной? А-а-а… — Амелия улыбнулась, а я покраснела. — Ты, наверное, хочешь от него избавиться, — захохотала она. — Ты же мисс, а он мистер! Ха-ха-ха! Я совсем растерялась. Она всё сводила к тому, что Хелен мне противен, но я-то знала, что это чушь. Да только кто после распустившихся слухов мне в это поверит… — Н-неправда, — заикаясь, ответила я. — Ты всё лжёшь! — Да? — улыбнулась девушка. — А что ты сразу заикаться стала? Что, раскрыла я тебя? — Нет, — я уже не находила, что сказать. — просто ты ужасно поступишь. Ты как никак президент школы! — И что? — усмехнулась она снова. — Ха, Хелена никто не любит, и если он опозорится на концерте, то меня будут ещё больше любить, — она подошла ближе. — А если ты мне поможешь, то… — Даже думать не буду! — отрицательно раскинула я руки. — Сразу нет! Амелия пожала плечами и сказала: — Ты можешь подумать — до дня Святого Валентина ещё есть время, Глория.***
— Вот же горгулья! — ахнула Эмма, когда мы шли со школы, тепло укутавшись в пуховики. — И что ты сказала? — Конечно же отказалась! Я никогда не буду ей в этом помогать! — Согласна, — подруга обняла меня и сказала. — Я в библиотеку. Завтра тест по алгебре — если завалю, никакого концерта мне не будет.
