Несколько дней спустя
Кто мог знать, что вечеринка Эммы поможет мне сблизиться с Хеленом? Мы стали намного чаще общаться, проводить время вместе. Теперь мы везде ходили втроём: я, Эмма и Хелен. К парню стали относится немного лучше, что меня несказанно радовало. Его даже Джо на свой день рождения позвал! В общем, всё наладилось, и я была всему этому очень рада. После школы мы втроём ходили к кому-либо из нас домой, где вместе выполняли домашнюю работу. Кстати, у Хелена заметно улучшились отметки, да и у Эммы тоже. Домой я возвращалась довольная. А если ещё учесть то, что папа стал понемногу поправляться, то всё вообще замечательно! Нас даже пустили его проведать. Если сказать вкратце, то моя жизнь стала лучше. Намного! Сейчас мы по обыкновению ехали в школу. Все вместе. мы стали ездить на автобусе, так как теперь во время нашего выхода из дома стало понемногу светлеть. Машина нам больше не нужна была, и мы вместе ездили на автобусе, после чего шли пешком до школы от остановки. В школе как обычно брали учебники и, смеясь над шутками Эммы, направлялись в класс. Всё как обычно. Даже лучше. Но я не знала, что прячется за этим «идеальным» временем… Когда мы зашли в школу, то узрели настоящий хаос. Все носились, как горелые, по коридору школы, постоянно взвизгивая. Сегодня какой-то праздник, или кто-то из учителей заболел? Мои мысли тут же подтвердились, когда к нам подошёл Джо и с улыбкой сказал: — Привет, ребята, сегодня не будет алгебры! Мы тут же заулыбались. Джо сказал, что первый урок свободный, и попросил, чтобы мы отправились в класс. Мы кивнули в знак согласия, взяли свои учебники на следующий урок и отправились в класс. Сев за парты, который находились близко, мы вновь возобновили нашу беседу. Прозвенел звонок, все расселись по своим местам. Тут нас с Эммой приспичило попить, и мы выпросили у Джо разрешения, выйти из класса на какие-то пять минут. — Уф, пронесло, — выдохнула Эмма, когда мы заходили в уборную. — Ага, — хихикнула я, облокачиваясь о стену. — Я же тебе говорила, что ты с ним подружишься, — улыбнулась она, поправляя причёску перед зеркалом. — Да, — улыбнулась я в ответ. — Да без тебя у меня ничего и не вышло бы! Посмеявшись над всякой дурью, мы вышли из уборной и помчались в класс. Чтобы в следующий момент нас задержал Джо. — Так, девушки, — серьёзным тоном начал он. — почему так долго? — О таком у девушек не спрашивают, — ответила Эмма, ведя меня в сторону нашей парты. — Эй, Хел, а что случилось? Что он такой строгий? — У Агнессы кто-то украл часы, — прошептал Хелен, указывая на мечущую молниями девушку. И кто это мог бы сделать? Я пожала плечами и осмотрела класс. Хелен стал доставать что-то из сумки, как та выпала из его руки и упала на пол. Я подняла её и подала парню, но внезапно Агнесса встала, закрыла дверь класса и повернулась ко всем. — Значит, так, — начала она. — сейчас вы все показываете мне содержимое ваших сумок! Все сразу запротестовали, но злой взгляд Агнессы переубедил наших, и пришлось выполнять «просьбу». Все стали открывать сумки, после чего Агнесса с Мартой ходили по каждому человеку и вываливали всё из сумок, а затем разгребали эти кучи, ища нужное им. Вскоре очередь дошла и до нас. Мы с Эммой высыпали незначительное содержимое сумок, которое представляло из себя телефоны, наушники, некоторые документы, записки и ручки, ну, а у Эммы и косметика. Когда дошли до Хелена и вывалили его содержимое, все увидели… пропавшие часы! Все, в том числе и мы с Эммой, в удивлении раскрыли глаза и рты, переводя взгляд с часов на растерянного парня. Агнесса неприятно пискнула, схватила пропажу и закричала: — Вор! Все стали шептаться, кивать друг другу, постоянно ахая и охая. Я с сочувствием посмотрела на Отиса, который продолжал сверлить взглядом сумку. Ну я уверена, он не мог так поступить! Он всё время был с нами! — Вот так вот, Хелен! — продолжила кричать Агнесса. — Сам пытаешься завоевать доверие одноклассников, а потом крадёшь их вещи! — Да это неразумно! — вскочила я с места. — Он не мог украсть твои часы! Он всегда был с нами! — Неправда, — огорчённо помотал головой Джо. — Вы же с Эммой выходили из класса на некоторое время… — Тогда каким образом он смог это сделать?! — не сдавалась я. — Он сидел на месте, а к Агнессе на шаг не приближался! — Стим, — прервала меня Агнесса. — часы нашли в его сумке! Прямое доказательство того, что он, — она указала своим пальцем на парня. — виновен! Он украл дорогие часы и ответит за это! Я растерянно стала оглядывать присутствующих, медленно опускаясь на стул. Эмма тут же обняла меня за плечи, но я схватила уже собранную сумку и выскочила из класса. Это несправедливо! Я уверена, что его подставили! Хелен не мог так подло поступить! Он не такой! Я остановилась около выхода из школы и поджала губы. В носу защипало от обиды, а из глаза брызнули слёзы. Я тут же опустилась по стенке на пол, закрывая лицо руками. Сейчас уроки, а я могу их прервать своими рыданиями. Я вскочила с пола и побежала в уборную, где откинула сумку в противоположную стенку и села на пол, давая волю рыданиям. Он нем мог, и я это знаю. За закрытой мною дверью послышались шаги, после чего стуки. — Глория, ты тут? — услышала я голос Тома. Я продолжала молчать. Рот же зажала, чтобы не было слышно всхлипов и рыданий. Но по закону подлости, я не выдержала и всхлипнула. Хоть это и было тихо, но Том услышал, после чего вновь постучал и сказал: — Глория, я знаю, что ты тут. — Уходи, — выдыхаю я, вытирая с лица слёзы. — Просто уйдите все от меня! — Лори, это ты? — услышала я теперь голос Эммы. — Да уйдите вы все! — не выдержала я, кидая сумку в дверь.***
Я через силу досидела оставшиеся уроки. От истерики голова раскалывалась на две части, и даже после похода в медпункт лучше мне не стало. Хелену же доставалось по полной. Я не могла смотреть на его мучения. Неужели неясно, что его нагло подставили? Он не мог что-либо украсть. Я же знаю… После уроков я поспешила быстрее уйти домой. Хотелось скрыться ото всех глаз, запереться в комнате и смотреть на мрачнеющую погоду, совмещаю сходства со своим настроением. Я уже застегнула пуховик, выбежала из здания и хотела пересечь ворота, но кто-то схватил меня за руку. Я резко развернулась и увидела Хелена. Под его глазом красовался синяк, а губа разбита. Это дело рук Оливера и его ребят. Только они издевались над изгоями. Я снова замечаю слёзы на своём лице. За что ему так? Из-за часов, которые нашли? За что?! — Хелен… — я снова почувствовала неприятное щипание в носу. Снова буду плакать. — Зачем ты это сделала? — оборвал он меня. Я замираю. Что сделала? Защитила его, как обычно? Или разревелась, как последняя истеричка? — Что именно? — спрашиваю я, шмыгая носом. — Зачем ты подкинула мне часы? — спрашивает он, начиная рыться в карманах. — Я?! — после этого у меня челюсть предвещает встречу с землёй. — Ну не я же! Я нашёл записку в своей сумке! В кармашке! Он извлёк из кармана пуховика скомканный листок бумаги и протянул мне. Я дрожащими руками приняла его, развернула, пробежала взглядом по содержанию и ужаснулась. Записка выпала из моих рук, падая к нашим с Хеленом ногам. Я закрыла рот рукой, глядя на грудь парня. — Это не я… — прошептала я, позже выкрикивая эту фразу. — Это не я! Меня подставили, Хелен! — А кто тогда? — спросил парень, глядя в мои глаза. — Только ты знаешь китайский! Я не знаю, что значит эта фраза. Может, соизволишь перевести, «подружка»? Его слова больно бьют в голову. Как же мне тяжело слышать от него обращение в таком тоне и в мою сторону. Я подняла записку с пола и дрожащим голосом прочла: — Это моя месть… — За что ты мне мстишь?! — взъелся Хелен. — Я же тебе ничего не сделал! — Да это не я! — выкрикнула я, скомкивая бумажку. — Не я! Я пыталась тебя выгородить! С чего ты взял, что если в твоей сумке нашлась записка на китайском, то это моих рук дело?! — В классе только ты изучаешь китайский! А ведь и правда — китайский учу только я. Это моя прихоть, моё желание. Мне так захотелось, я так поступила. Но записку — клянусь жизнью — я не писала! — То есть ты думаешь, что это я, да?.. — всё ещё дрожащим голосом спросила я. — Всё склоняется к этому, — холодно. От его тона мне холодно. Я последний раз смотрю в его глаза и, обхватив себя руками, разворачиваюсь и иду домой. Не думала я, что всё такое прекрасное, может так ужасно обернуться… в один момент…