Повернуть время вспять

      Жади стояла на берегу скалистого обрыва. Синяя даль океана простиралась перед ее глазами. Резкий ветер сорвал с головы женщины небрежно накинутый на непокорные волосы платок. Он, точно флаг развевался на ветру, но женщина этого не замечала. Она вообще ничего не замечала кроме синей линии горизонта.       Три года спустя, когда, наконец, Жади и Лукас соединили свои сердца, она узнала, что возлюбленный изменял ей с молоденькой секретаршей. До этого неожиданного открытия, Жади стала замечать, что чувства мужчины угасают с каждым днем. Что сама Жади все чаще и чаще задавала себе вопрос: тот ли это человек, к которому я стремилась всю жизнь?       После того, как она бросила свою семью ради безумной любви, Жади с Лукасом поженились. Первый год их семейной жизни был точно в сказке. Лукас взял долгосрочный отпуск, и они вместе уехали путешествовать по миру. Побывали во многих странах и городах, жили минутами и только для себя. Днем молодожены бродили по улицам, а вечером предавались любви. Свою жажду друг по другу, которую на протяжении многих лет они хранили внутри себя, им удалось утолить очень быстро. Танцы Жади для Лукаса стали повседневностью, отчего очень быстро потеряли свою изюминку. Да и сама праздная жизнь очень скоро надоела Лукасу. Он затосковал по дому и настоял на том, чтобы они вернулись домой, в Рио.       Теперь мужчина пропадал на работе, а Жади томилась дома в ожиданиях. Так как она не получила профессию, не научилась шить и готовить, не имела хобби и интересов, заняться ей было абсолютно нечем. Все дела по дому делала их горничная, еду молодожены покупали в готовом виде или питались в ресторанах. Когда Лукас с мрачным видом возвращался домой, он садился у телевизора, выдавая натянутую улыбку своей жене, которая в очередном экзотическом костюме пыталась скрасить еще один унылый вечер. Все чаще Жади стала замечать скуку в глазах мужа и тогда она решила: им нужно завести ребенка, тогда у Лукаса появится интерес, да и ей самой будет не так одиноко проводить будни в отсутствие мужа.       Но Аллах не посылал им детей. Наказание ли это за брошенную Хадижу или же последствия после того, как она долгое время много лет назад пила специальные травы, чтобы не забеременеть от Саида, Жади не знала. Тайно от Лукаса она обращалась в женские консультации, пытаясь понять проблему. Но врачи разводили руками и твердили одно: вы здоровы и, несмотря на возраст, еще можете иметь детей. Не теряя надежды, Жади снова и снова тянула мужа в постель, но тот, словно бы стал избегать супружеского долга. То «голова у него болит», то «день сегодня выдался напряженным» и так из раза в раз. Жади вспомнила, как сама неоднократно пускалась в подобного рода хитрости, только чтобы избавиться от общества нелюбимого мужа.       Оставшиеся два года с Лукасом Жади прожила как целую четверть века. Однообразие их дней, казалось, совсем стерло некогда их такое яркое чувство. Поначалу Жади пыталась бороться за свое счастье, а потом, когда увидела полное равнодушие и апатию мужа, опустила руки. Она не раз ловила себя на мысли, что так было и в их с Саидом браке, вот только все тогда свалилось на плечи мужчины. Он всеми силами до последней минуты не терял надежды поселить в ее сердце любовь к тому, кого она всю свою жизнь привыкла считать врагом. Ни на минуту он не прекращал борьбу с ее пренебрежением и неприязнью.       Как теперь Саид? Обрел ли он свое счастье? Жади не знала ответа. Она никогда не интересовалась судьбой бывшего мужа. Женщина видела его раз в две недели, когда приезжала к его дому, чтобы повидаться с Хадижей. Он стоял поодаль, глубоко засунув руки в карманы брюк, и не сводил тяжелого взгляда с бывшей супруги. Этакая мрачная скульптура боли и разочарования всего мира. Жади не пыталась говорить с Саидом – знала, что она умерла для него в тот день, когда опозорила его при семейном совете, отказавшись вновь стать его женой.       Жади все чаще представлялось торжество на лице мужа, узнай он, во что превратилась ее жизнь. Саид делал для нее все: любая ее просьба была выполнена. Жади мастерски вила веревки из Саида, она имела полную власть над ним. В то же время она знала, где нужно остановиться, чтобы не разозлить Саида. Ей как никому другому хорошо было известно, насколько страшен был ее муж в гневе. Он был способен даже на убийство, и все ради нее. Его любовь граничила с ненавистью к ней. Он заходился от эмоций, едва лишь взглянув на Жади. Саиду хватало секунды, чтобы из пламени превратиться в лед.       С Лукасом же все получилось иначе. Спокойный и меланхоличный, он всегда пребывал в одной поре. Даже в постели с ней он казался женщине мягким и податливым. Жади, страстной по своему темпераменту, не хватало огня в покорном Лукасе. Занимаясь с ним любовью, она не раз ловила себя на мысли, что ей не хватает властных и сильных рук бывшего мужа, его прерывистого дыхания и безумных глаз. Вступая с Лукасом в очередную ссору, она наверняка знала, что закончится она уходом мужчины из дома. Закрывая глаза, она перемещалась в то время, когда ругаясь с Саидом, была неоднократно зажата в металлическое кольцо его рук, как дрожала она от страха, слушая пронизывающий ледяной голос бывшего мужа. Целуясь с Лукасом, она отвечала на мягкие движения языка и губ, вспоминая, с какой жадностью впивался в нее Саид, словно пытался съесть в порыве страсти. Даже своим взглядами два мужа Жади различались. Лукас любовался ею, в глазах его застывала нежность по воспоминаниям, которые наполняли душу при виде чужеземной женщины, которую он обрел. Саид же глядел с упованием и восторгом, с заботой и подозрением, со страстью и злобой – и все это одновременно. Целый спектр различных чувств, доказывающий одно – безграничную и безотказную любовь.       Всегда и во всем она в последние месяцы их жизни периодически сравнивала двух мужей. Когда Лукас сильно обижал ее своим равнодушием, когда не желал подчиниться ее тонко замаскированной воле, Жади сильнее стремилась разобрать поступки мужа, вытащить наружу все его отрицательные качества, чтобы с горечью спросить себя: «И этому мужчине я отдала лучшие годы своей жизни?» Повернувшись к стене лицом, Жади напрасно ждала, что Лукас обнимет ее со спины, шепнет слова извинения. Она засыпала со слезами на глазах. Во сне к ней приходил Саид. Склоняясь над телом лежащей на кровати женщины, он целовал ее волосы, шею, плечи. Просыпаясь, Жади с ужасом вспоминала свой сон. Она боялась признаться даже самой себе, что если бы тогда на последнем семейном совете вернулась бы к мужу, то сейчас не лила бы слез; она была бы счастлива рядом с любимой дочерью и родными, рядом с заботливым и внимательным мужем. Жади боялась признаться, что ошиблась.       Когда Жади узнала, что Лукас изменяет ей, она не впала в истерику, не разрыдалась. Наверное, сработал инстинкт самосохранения. Лукас так часто причинял ей боль своим поведением, что она научилась абстрагироваться от проблем, чтобы на следующее утро вновь проснуться с надеждой, что сегодня, быть может, все измениться. Но ничего не менялось. Более того – Лукас все чаще стал демонстрировать внезапные вспышки агрессии, раздражения и беспричинной тоски. Вскоре она поняла, что ничуть не удивилась бы, узнай она, например, что Лукас возвращается в дом своего отца, потому что ему взгрустнулось по погибшему брату – близнецу, а ее, Жади, он просит с чемоданом вернуться в Марокко или к мужу, до тех пор, пока он не восстановит душевное равновесие. Подтвердив догадки и собрав достаточно улик для того, чтобы сказать самой себе, что любимый муж предал ее, Жади не стала устраивать скандала. Она и слова не сказала неверному. Лишь разогрела ему ужин и вышла из квартиры, пообещав скоро вернуться. Оставив в квартире деньги, драгоценности, вещи, мужа, свою любовь и прежнюю жизнь, Жади пешком добралась до пляжа, откуда, сама не ведая как, поднялась на отвесной склон.       Стоя под пронизывающим ветром, женщина не чувствовала холода. Ей хотелось кричать, но когда она попыталась, из открытого рта раздался лишь хрип. Там в сердце, где должно было быть невыносимо больно, она чувствовала только пустоту. В голове ее билась тупая мысль: как глупо прошла ее жизнь. Не замечая радости в очевидном, Жади погналась за мечтой. Но, едва прикоснувшись к ней, эта мечта лопнула, точно мыльный пузырь, оставив несчастную ни с чем. В ее прошлой жизни осталось что-то реальное: муж, любимый ребенок, сестра, мудрый дядя – всех им она променяла на возможность «стать счастливой». А что в итоге? Жади осталась один на один со своей разбитой жизнью, и никто не мог прийти, чтобы спасти ее. Последней ее мыслью, перед тем, как она сделала шаг, стало сожаление: «Ах, если бы я могла все изменить!..»