На десять лет назад

- Ни за что не поверил бы, что человек, который питается исключительно полуфабрикатами, может так готовить, - заявляет Джерард, убирая пустую тарелку в раковину и капая средство для мытья посуды на губку. - Ни за что не поверил бы, что бывают подростки, которые не любят долго спать, - парирует Фрэнк, ухмыляясь и осторожно подкладывая свою тарелку подростку. - Ошибаешься. Между прочим, нас таких много, - возражает Уэй, убирая посуду в сушилку и вытирая руки о полотенце. - У меня, вроде как, фобия впустую потраченного времени, и я ненавижу тот факт, что сон жизненно необходим людям, - его голос слегка неуверенный, но Фрэнк решает проигнорировать этот факт, вслушиваясь в саму суть слов. - Я бы хотел быть вампиром. Они, по крайней мере, не нуждаются во сне так же сильно, как мы. - Значит, тебе нравятся вампиры? – делает вывод мужчина, решая перевести разговор на менее неприятную для подростка тему. – Мы можем провести оставшиеся шесть часов за просмотром фильмов о них. Как тебе такая идея? - Мне она нравится, - с улыбкой отвечает подросток и идет следом за Фрэнком в его комнату. Их выбор падает на все части «Блэйда», потому что это именно то, что смотрел Джерард, будучи шестилетним мальчиком, когда его бабушка засыпала в своем кресле. Фрэнк же предлагает кое-что из классики своей юности, а именно – «От заката до рассвета». Когда картинки на экране сменяют друг друга, двое вглядываются в них, но едва ли они думают о том, как спасти темнокожего охотника или о том, сколько времени до рассвета осталось. Подросток думает о том, что произошло несколькими часами ранее, и чуть поалевшие щеки выдают его мысли. Он теребит уголок одеяла, и с первого взгляда может показаться, что он переживает за героев, но на самом деле он всего лишь строит в своей голове картину недалекого будущего, пока не засыпает, утомленный сегодняшним днем, забывая о марафоне. Тони появился внезапно, как он и любил это делать. Сначала Фрэнк заметил, что Джерард вдруг перестал дышать, а потом в поле его зрения замаячила макушка с серебряными волосами. Дух ухмылялся, подплывая к мужчине, пока тот обеспокоено хлопал Уэя по щекам. - Что ты с ним сделал? - Айеро посмотрел на Тони, но тот лишь пожал плечами и, скрестив ноги по-турецки, уселся в воздухе. - Нужно поговорить, - голос его был непривычно серьезен, что пробудило во Фрэнке опасения. Он посмотрел в сторону Джерарда, и дух поспешно добавил: - Чем раньше закончим, тем быстрее он вновь начнет дышать. А до тех пор с ним все будет в порядке. - Что ты хотел? - Фрэнк удобнее садится на кровати, упираясь ступнями в пол и зажимая ладони между коленей. - Мы оба знаем, что ты сделал и какие последствия это за собой влечет. Нужно разъяснить детали и кое-что тебе рассказать. - Я думал, что мы больше не увидимся, - нахмурил брови мужчина. – Как бы… мой выбор понятен, да и у тебя, как я успел заметить, времени не особо много. Зачем приходить? - За тем, что за все нужно платить, - дух приземлился на ноги и наклонился к лицу Фрэнка. – Ты же не думал, что жизнь предоставит тебе шанс один на миллион просто так? – он ухмыльнулся и чуть склонил голову набок. В его глазах искрилось безумие, от которого по спине Айеро пробежал холодок. - Ты должен отдать кое-что в обмен на возможность зажить той жизнью, к которой ты привык за последний месяц. – Воцарилась тишина. Мужчина боялся озвучить свой вопрос, а Тони, не стирая с лица раздражающую ухмылку, продолжал смотреть на него своим безумным взглядом, заставляя неловкость вокруг накаляться с каждым сделанным вдохом. «Говорить о деньгах бессмысленно, - заключает Фрэнк, тяжело сглатывая. - Если бы что-то такое, как жизнь с чистого листа, можно было купить за деньги, то в мире было бы гораздо больше счастливых людей. Тогда... О какой плате идет речь?» - Чем я должен тебе отплатить? - все же спрашивает Фрэнк. Воздух вокруг него тяжелеет, и плечи мужчины слегка опускаются под его весом. - Либо ты будешь работать на Жизнь, либо отдашь свое прошлое и согласишься на то, что тебе отдадут взамен. «И все. Всего два варианта. Никакой золотой середины и времени подумать. Либо забываешь все, что сделало тебя таким, какой ты есть, либо обрекаешь себя на вечное рабство у... Жизни?». - Что, если меня не устраивает ни один из вариантов? - интересуется Айеро, тоже слегка наклоняя голову вбок, вторя Тони. - Тогда ты и твой ненаглядный умрете, - просто отвечает дух, обнажая в улыбке острые белые зубки. Фрэнк ненадолго перестает дышать и замирает в шоке. «Все-таки она (Жизнь) та еще сука». «Нужно скорее принимать решение. Джерард все еще не дышит. Я не знаю, чем это для него обернется». Было бы глупо обрекать себя на вечное рабство, поскольку именно от этого бежал Фрэнк, соглашаясь на заманчивое предложение Тони. Он мечтал избавиться от оков в виде офисных туфель и удушающих галстуков. И ради чего все это было? Ради того, чтобы сменить одного босса на другого, более вредного и действительно опасного? Ну уж нет. Фрэнк, конечно, имеет склонность совершать необдуманные поступки, но не в этом случае. Тогда остается только отдать свое прошлое и взять другое. Хах, как абсурдно. Будто наше прошлое – это какая-то вещь, от которой можно избавиться, как только нам вздумается. Если бы это было действительно так, то гораздо больше людей жили бы спокойно, не оглядываясь назад и не сожалея о сделанном и несделанном. Это будет непросто. Сколько бы злости и ненависти у Фрэнка не вызывала его семья, он ее любил. Возможно, не всегда в этом себе признавался, но любил. Он помнил некоторые счастливые моменты из детства, помнил, как ходил с родителями на каток и рвал оберточную бумагу на Рождество. Он ценил эти моменты, и отдать их означало бы лишить себя части самого большого на свете сокровища. Памяти. Но нужно быть реалистами. Если бы не его семья, ему бы вовсе не пришлось принимать предложение духа. Более того, он, наверное, даже не знал бы о его существовании и жил бы себе спокойно, занимаясь музыкой или психологией. Нужно смотреть вперед. Фрэнка ждет еще масса приятных воспоминаний в дальнейшей жизни. Глупо цепляться за призраки прошлого и втайне от самого себя надеяться на то, что все еще можно будет вернуть, как-то исправить. Вот он, шанс воскреснуть и зажить новой, счастливой жизнью. Правда, придется отказаться от тех, кто был твоим спутником на протяжении многих лет, но что ж… «Такова плата за счастье…» - Какое прошлое у меня будет, если я откажусь от своего? - Тебе может повезти, а может, нет, - неопределенно ответил Тони, слегка раздражаясь медлительностью Фрэнка. - Обычно твое прошлое меняют с прошлым мальчика из детского дома или с прошлым ребенка, выросшим в наркопритоне или пережившим смерть близких. «…со всеми побочными эффектами». - А они взамен получают твою жизнь со всеми приятными воспоминаниями и счастливыми моментами, - продолжает Тони. - Эдакий обмен данными, - пожимает он костлявыми сутулыми плечами и переступает с ноги на ногу. - Они продолжают свой путь с того возраста, в котором они есть сейчас, но перестают быть одинокими, обзаводятся любящей семьей и становятся счастливыми, - дух делает непродолжительную паузу и, странным взглядом посмотрев на мужчину, добавляет: - У всех вас одна цель на Земле. Счастье. Некоторое время они оба молчат. Фрэнк пытается переварить услышанное, а дух выпадает из реальности, погружаясь в собственные, никому неизвестные, мысли. Его тонкие пальцы отстукивают очень медленный ритм на подбородке, а холодный взгляд устремлен в окно, за которым замерли огни ночного города и стихли все звуки. - Получается, моя семья не будет меня помнить? – голос Фрэнка, непривычно громкий в тишине спальни, разрезает ее. Тони вздрагивает и отвечает на вопрос: - Да. Фактически станет так, что вас друг у друга никогда и не было. Никто не будет никого помнить. «Звучит не так уж и плохо, - заключает мужчина. - По крайней мере, никто, кроме меня, не будет страдать». В следующую секунду его комната озаряется серебряной вспышкой яркого серебряного света и все стихает окончательно перед тем, как зазвучать с большей громкостью. Из приоткрытого окна дует прохладный августовский ветер, залетает гул автомобилей и приглушенные голоса шумных компаний. Перед светящимся экраном монитора - кислотно-зеленая дымка. Джерард просыпается, делая глубокий жадный вдох, и, дрожа, что-то рассказывает Фрэнку о кошмаре, который он увидел, пока спал. Айеро мягко перебирает его волосы, улыбаясь в растрепанную макушку. Все будет хорошо.