Нерушимые

Глава ХХII

И что, что я сумасшедшая?

3 декабря. Пятница. 11:36. Леви отвела взгляд от учителя литературы в окно: уже давно взошло солнце, хотя оно совсем не радовало. Уже третий день зимы, а на улице ни намека на снег. Это немыслимо расстраивало всех. Пока учитель донимал вопросами сонную Эрзу, которая вчера опять неизвестно куда исчезла на всю ночь и вернулась только под утро, МакГарден осмотрела свой класс. Учебная неделя выдалась довольно тяжёлой, а потому ее одноклассники лениво распластались по партам в надежде, что их не постигнет участь Скарлет. Джерар тоже показался Леви подозрительно сонным, а потом она быстро смекнула, что к чему. Эрза ничего не рассказывала подругам, но они и без того начали думать, что эти двое встречаются. Это, конечно, все здорово и круто, но, кажется, Скарлет совсем забыла о подписанном ею контракте. Продюсер тысячу раз предупреждала девушек: быть публичной личностью – значит вести публичную жизнь. Всегда нужно быть готовым к тому, что тебя будут обсуждать, снимать на камеру, следить за тобой и вообще не давать тебе спокойно жить. Быть публичной личностью – значит оставить свою прежнюю жизнь позади. А ещё это значит любить лишь по правилам компании. Контракт гласил о том, что артистки могут завести отношения только спустя два года после их дебюта. – Хотя игры в «Ромео и Джульетту» никто не отменял, – тихо сказала себе Леви, с улыбкой взглянув на скучающего за последней партой Гажила. – Боже мой, осталось вытерпеть ещё три урока и о-о-отпуск! – вздохнув, радостно протянула Кана, шумно опуская поднос с обедом на стол. – Опять самолёт, – поежились Нацу с Гажилом, отрываясь они еды. – И опять лететь двенадцать часов, – «подбодрила» друзей Леви, приземляясь на стул. – Ну писец, – Альберона сунула руку с фляжкой под стол, чтобы незаметно открыть её и перелить содержимое в свой пустой стакан. На этот раз оказалось светлое пиво. – Нет, мне не стыдно, можешь завалиться. Пришедший к друзьям Лексус немного офигел. Интересно, когда Кана научилась читать мысли? Но девушка лишь хмыкнула и спрятала полупустую фляжку обратно в сумку. – И стоит ради какого-то фестиваля нам тащиться двенадцать часов в Грецию, – выразил своё недовольство Дреяр, присаживаясь рядом с парнями. – Стоит, потому что это последняя надежда попасть на премию, – уверила его Леви, ткнув в воздух вилкой. – Мы, кстати, единственная группа из Японии. С нами едет ещё Миллиана. – Это та сексуальная девочка-кошечка, у которой мы были подтанцовкой в Токио Доуме? – облизнулся блондин, вспоминая, действительно, горячую и очень привлекательную певицу из агентства. – Ей двадцать шесть, между прочим, – заметила Кана, недовольно зыркнув на Лексуса при слове «сексуальная». Дреяр лишь показал девушке язык. – А что с саблезубыми? Они не едут? – предотвратил очередную перепалку Нацу, быстро сменив тему. – И слава богу, – мрачно отзвалась Леви. – Наша охрана недавно распознала голос того самого «обожателя», – девушка скривилась. – Роуг Чени. Тоже мне, мужчина. Запугивает девушку на раз-два. Гажил внимательно слушал синевласую, хорошенько запомнив имя ее обидчика. Ну что ж, Роуг Чени, не на того ты нарвался.

***

5 декабря. Воскресенье. 13:02. Остров Закинф. Греция. — О-хри-не-е-еть! — орала на весь номер Кана, уткнувшись носом в панорамное окно. Свой чемодан она любезно бросила на самом пороге, после чего помчалась разглядывать шикарнейший вид из окна. Конечно, девчонки остались недовольны тем, что шмотки Альбероны преградили им путь. Под продолжительные и чересчур громкие вопли подвыпившей Каны девушки неспеша стали обживаться на новом месте. Прелестный номер с двумя спальнями, просторной гостиной, кухней и террасой отныне принадлежал участницам Little me на целых четыре дня! — Итак, я готова опробовать здешнее море! — радостно заорала слишком бодрая после самолёта Джувия, выскочив из-за стены в новеньком сиреневом купальнике с рюшами. Люси, до этого пытавшаяся разобраться в греческом языке, на котором была написана справочная книга об острове и отеле, вздрогнула. Мысленно обматерив Локсар, блондинка швырнула этой самой книгой в шумную подругу. Джувия взвизгнула, подобно поросёнку, и вовремя спряталась обратно за стену, куда прилетел справочник. — Люси, ты больная, — вынесла вердикт синевласая, высовывая голову. — Я буду считать это как покушение на мою жизнь. — Потому что орать не надо! — нахмурившись, ответила Хартфилия. — И куда ты намылилась? Я ведь еще купальник не надела! — Так вали одеваться! Я плавать хочу! — Да вы, блин, прекратите орать или нет?! – попыталась заткнуть шумных девушек Эрза, за что получила только высунутый язык от Люси и громкое показушное цоканье от Джувии. И пока Кана продолжала изучать носом все окна в номере, а остальные орать друг на друга, Леви думала, как бы сообщить подругам одну очень важную и не очень приятную для них новость. – Кхм-кхм, – громко покашляла МакГарден, привлекая к себе внимание. – В общем-то, пляжный сезон уже закрыт, так что поплавать в море вы вряд ли сможете. Глаза Люси и Джувии округлились, а рты невольно открылись. Остальные сейчас ожидали такого дикого визга и ора, что на уши поднялся бы весь отель. Что-то подобное, в принципе, и случилось в следующую секунду. — К-как?! Как можно приехать на отдых и, блин, не искупаться в море?! — завопила Локсар, схватившись за голову, чтобы от разочарования растрепать свою прическу на голове. — Пизд... — Люди, декабрь месяц на дворе, алё, — замахала рукой Кана, оторвавшись от чудесного вида в окне. — Даже ежу понятно, что вода холодная. В следующую минуту дверь в номер открылась и на пороге показались парни. Напряжённая атмосфера в номере заставила их застыть в недоумении. — Мы что-то пропустили? Леви вздохнула, вспоминая, что им о температуре воды тоже никто ничего не говорил. Придётся проходить все по второму кругу. А ведь все забыли, что есть такое понятие как «закрытый бассейн», который находится в спа-корпусе отеля. Наступил тёплый вечер. После плотного ужина ребята собрались в гостиной женского номера, обсуждая планы на завтра. Да, именно завтра начинался тот самый греческий фестиваль музыки, на который съехались артисты со всего мира. Представителем Японии, как уже известно, стали новоиспеченная, но быстро набравшая популярность, группа Little me и восходящая поп-звезда Азии Миллиана. Девушка, кстати, очень неплохо общалась с Эрзой, хотя и поселилась в одноместном номере этажом выше. Она не особо жаловала большие и шумные компании, поэтому зачастую «уходила в себя», наслаждаясь одиночеством. Бурные разговоры прервала вошедшая в номер Миражанна. Девушка в лёгком летнем платье розового цвета сжимала в руках телефон, а ее глаза готовы были наполниться слезами в любую секунду. – Мира, что случилось? – обеспокоенно спросил Нацу, усаживая продюсера в кресло. Белокурая сжала губы в тонкую полоску, а затем, успокоившись, сказала: – Мы не едем на фестиваль. Глаза ребят полезли на лоб от ужаса. – В смысле, не едем?! – Нас...заменили, – едва слышно ответила продюсер, а в ее голосе было столько досады, что девушка все же дала волю слезам, пусть и быстро вытерла их рукой. – Уртир позвонила и сказала об этом только сейчас. У нас в компании завелась крыса, которая отослала наш запрос обратно. Вместо нас участвуют Sabertooth. Теперь мы никак не попадем на премию, – Мира громко и по-детски захныкала, плюхаясь на подушку. Все были шокированы этой новостью. Пока в номер не вошёл Фрид. – Хватит хныкать, солнце ты мое, – с улыбкой на губах сказал Джастин, подходя к ребятам с бумажкой в руках. Он вручил её Люси и сказал: – Надеюсь, вы не забыли, что живёте в самом раскрученном и шикарном отеле острова? Потому что завтра вечером у вас будет выступление, прямо здесь, на пляже. И кстати, в нашем отеле проживают репортеры из Китая. Так что готовьтесь!

***

На следующий день, ранним зимним утром, сладко спящая Люси неожиданно проснулась от опрокинутого на неё ведра с ледяной водой. Девушка с безумным криком вскочила с дивана, на котором спала, и стала мотать головой в поисках причины столь раннего пробуждения. Та самая причина сейчас умирала со смеха, истерически ударяя руками об колени. Рядом валялось то самое злосчастное ведро. На громкий визг Хартфилии сбежалась вся женская компания, ещё сонная и растрепанная. Люси же продолжала вопить, отлепляя от себя мокрую до ниточки пижаму. — Ещё раз кто-то в этом номере завопит, и я выкину его с балкона! Вы надоели орать! Да сколько уже можно?! — до чертиков злая Эрза с перекошенной физиономией просто рвала и метала. — Ради бога, Хартфилия, заткнись! Люси послушно закрыла рот и наконец нашла виновника своего раннего пробуждения. Смерив Драгнила, до сих пор катающегося колбаской по полу от смеха, грозным взглядом, блондинка поняла, что кричать ей теперь запрещено, а если она не наорет на Нацу, то точно убьет его первым попавшимся тяжёлым предметом. Косым зрением заметив рядом лишь стул и вазу — два первых попавшихся предмета — Люси поняла, что за убийство ей грозит до пятнадцати лет лишения свободы. А провести всю свою молодость на зоне девушка не горела желанием. — В следующей жизни я точно убью тебя, — подобно змее прошипела Люси и поспешила в ванную, пока с неё стекали холодные капельки воды. — Я и в этой жизни вас когда-нибудь прикончу, — Эрза развернулась и медленно пошла к кровати, потирая сонные глаза. — Девять утра, выходной, а они орут тут. Достали, в самом деле! Нацу тем временем угомонился биться в истерике и обратился к остальным девушкам, тыкая вслед Эрзе: — Она ворчит, как старуха. Джувия вздохнула и села на диван, после чего как ошпаренная подскочила, ибо тот был мокрым. — Ты зачем приходил-то? — поинтересовалась голубоглазая, начиная снимать мокрую постель. — Неужели ради того, чтобы поиздеваться над Люси? — Ради этого, конечно, тоже, ну а вообще наши собрались отдохнуть в релакс-корпусе перед выступлением. Не хотите с нами? — Нацу поднял ведро и направился к двери. — Короче, как надумаете — придете сразу туда. Мы пошли. И Нацу вышел, закрыв за собой дверь. А девушки удрученно вздохнули, понимая, что после такого эффектного пробуждения они точно не уснут, ровно как и Люси. – Как давно я не был на курорте, – расслабленно протянул Лексус, опускаясь в горячее джакузи с гидромассажем. – Господи, как же это офигенно. – Сюда бы ещё какую-нибудь милую девочку в купальнике, которая сделала бы массажик, – Грей растянулся на лежаке, потягивая коктейль из свежих фруктов. – Ямады не хватает, согласитесь? – ухмыльнулся Джерар, составив компанию Фуллбастеру. – Она бы всем сейчас кости размяла... – И мозги заодно, – закатил глаза Нацу, наслаждаясь пузырьками вместе с Дреяром. Так и началось прекрасное утро парней. Персонал вновь пожаловал в спа-зону, оставив свежие полотенца и прохладительные напитки. В качестве закуски принесли нарезанные арбуз и бананы. – Кстати, Грей, с Рин уже все кончено? – О чем ты? – прыснул брюнет. – Ничего и не начиналось. Ну да, мы поразвлекались с ней пару недель, но это быстро надоедает. Она мне не нужна, ровно как и я ей. Тут Грей был немного не прав, поскольку пусть Ямада и зависала с другими парнями по ночам, но в академии она не давала Фуллбастеру проходу. И если бы не Джувия, которая часто таскалась с ним за компанию, Рин бы снова и снова тащила Грея в постель. – Зато Барби, видимо, набралась храбрости, пока мы гастролировали, раз засоряет мне личку своими сообщениями, – отозвался из джакузи Нацу. – Люси узнает – точно убьет ее. – А перед этим ещё и налысо побреет, – добавил Гажил с лежака. – Так вы встречаетесь? – Неа, – помотал головой розоволосый, проводя рукой по влажным волосам. – А вы с Леви? – Тоже не, – махнул рукой Редфокс. После оба парня уставились на Грея, который сначала даже этого не заметил. Он возился с ломтиками арбуза, выковыривая ненавистные косточки. – А? Что?.. Да мы с Локсар будем последними, кто начнёт мутить, если вообще начнем, – довольно просто отозвался брюнет, возвращаясь к арбузу. – Вставай в очередь, – подал голос Лексус, выплывая из воды. – Я скорее состарюсь, нежели Альберона обратит на меня своё королевское внимание. – Видно, я один уже как месяц встречаюсь с Эрзой, да? – невесело спросил Джерар, выбирая из всех нарезанных бананов самый аппетитный. – Земля тебе пухом, – перекрестил друга Лексус. – Все-таки заколдовала, ведьма, – покачал головой Гажил, листая журнал с красавицами в бикини. Джерар только закатил глаза, наконец выбрав себе банан по душе. Парни снова принялись обсуждать девчонок и всех-всех-всех. Да, мужчины – те ещё сплетницы. – Я буду молиться, чтобы все эти пышные красотки с обложки журнала сейчас появились у нас в дверях, – буквально взмолился Гажил, и все парни в ожидании перевели взгляды на двери, но... В них вошла маленькая Леви в цветастом купальнике, поверх которого было оранжевое парео. Девушка несла в руках огромную пляжную сумку с кучей вещей, которые вряд ли понадобятся в спа-корпусе. Такого разочарования в глазах Гажила ребята ещё не видели. — Над чем смеетесь? — без интереса спросила Люси, осматривая помещение. — Да так, — смахнув слезинку, ответил Лексус, который хотел было начать рассказ о самом большом обломе в жизни Редфокса, но его прервал оглушительный крик. Локсар в своём новеньком купальнике ураганом пронеслась мимо друзей, прыгая в холодный бассейн, в который никто из парней не рискнул залезть. Вот только Джувии как любительнице-боготворительнице воды было в самый раз. — Отлично, давайте отдохнем, ибо вечером у нас концерт, — Кана потянулась, демонстрируя свой золотистый купальник, после чего беспардонно прыгнула в джакузи, расплескав воду по сторонам. — Альберона, блин, — зашипел Лексус, на что брюнетка только громко рассмеялась. А в это время Фернандес искал глазами свою красноволосую фурию, желая увидеть её купальник. Вот только Эрзы почему-то не было. — Ой, слава богу, что она не пришла, иначе я бы сейчас без сознания плавал вон там лицом вниз, — ответил Нацу, указав на бассейн, в котором в одиночестве резвилась Джувия. Люси цокнула, вспоминая не очень-то доброе утро. — Она ещё спит. Затем Люси присела на коленки позади лежащего в джакузи Нацу и медленно, но так ласково начала гладить его пальчиками по плечу. Сначала Драгнил вздрогнул, а затем недоверчиво посмотрел на блондинку. Хартфилия же премило улыбалась, пока остальные ребята в недоумении пялились на неё. Нацу понял, что пахнет горелым, потому что через секунду Люси схватила его за волосы и начала «топить». И пока Нацу булькал, то и дело пытаясь остановить злую блондинку, ребята дружно смеялись над ним. — Хартфилия, на зону сядешь за такое, — прокомментировала Кана, пряча лицо от брызгов. — Ты уже сидела. Ну, как ощущения? — Я провела всего несколько часов в обезьяннике, а ты конкретно в тюрягу попадешь за убийство Драгнила. Люси отпустила бедного Нацу со словами «ладно, живи». Вот только сам парень отпускать девушку не хотел, поэтому потянул за собой, отчего та с брызгами и воплями упала в джакузи. — Ой, теперь она точно его утопит, — вздохнул Грей и приготовился смотреть очередное шоу с участием его друга и разъярённой блондинки.

***

Эрза аккуратно отглаживала платья для выступления, тусуясь с подружками в гостиной. Платья были очень легкими, пастельных цветов – самое то для тёплой Греции. Кана в это время пыталась включить неизведанный ей телевизор. Да, брюнетка думала, что они отличаются от тех, что в Японии. Или коротко о том, как Альберона начала деградировать, потому что слишком часто пропускает занятия. На канале, который Кана включила из-за того, что там был единственное слово на английском — «музыка» — шел какой-то прямой эфир. Позже девушка поняла, что вели его на международном языке. Прищурившись, Кана кое-что заметила. — Эй, девочки, это же в Афинах, — обратилась она к подругам. — Да это же Бруно Марс! Обалдеть! — О-о, проснулась вечная и ярая фанатка Марса, — закатила глаза Люси, наблюдая за тем, как Кана радостно скачет от мысли, что находится в одной стране со своим кумиром. — Вот только я не знала, что он гастролирует по таким странам, как Греция. Вся женская компания собралась у телевизора, наслаждаясь превосходным голосом певца. Завершив свою песню, он ушел со сцены, а на его место, по всей видимости, встал ведущий. Он начал что-то задорно говорить на английском, отчего публика ликовала. Кана возмущенно заорала: — Куда делся Бруно?! Ну-ка, переведите мне, что этот чувак в облегающих штанишках говорит. — Следующий артист покорил миллионы сердец Азии. И да-да, вы не ошиблись. Я говорю о самой популярной группе Японии. Пожалуйста, встречайте, Sabertooth! — на автомате переводила Леви, а затем замолчала, переваривая сказанную ей же информацию. — Так это же мы должны были там выступать, — первая опомнилась Джувия. И девушки опять зависли, не понимая, что происходит. Зависли, пока не услышали дикое рыданье: — Не-е-ет! Мой Бруно Ма-а-арс! Я могла бы встретиться с ним! А-а-а-а! — Кана в истерике возила ладонями по телевизору и продолжала ныть. Остальные лишь грустно переглянулись, понимая, как подло с ними обошлась эта группа. – Им пизд... – Мы поняли, – перебила Альберону Эрза, продолжая отглаживать платья. – На премии, да? – Да! – стиснула кулаки брюнетка, гневно наблюдая за выступающими артистами.

***

– Странно, что вы выбрали самую безумную песню вашего альбома, – говорила продюсер, наблюдая за своими подопечными. Одетые в нежные платья, девушки решили заплести себе по два хвостика, очень ярко накрасить губы тёмной помадой и разрисовать глаза красными тенями. На ноги певицы надели чёрные чулки, а затем и туфли на высоких шпильках. – Кана заставила нас сделать это... – покосившись на подругу, которая до сих пор была обижена на весь мир, Люси поправила свою прическу и встала в ожидании подруг. – Взорвем эту чертову сцену! – очень решительно воскликнула Альберона, выводя всех из номера. На пляже уже толпился народ. Пока они наслаждались шумом моря, артисты как раз успели с горем пополам дойти до сцены на своих каблуках. Танцоры уже ожидали девушек, стоя рядом с аппаратурой. Заметив журналистов с камерами, Кана ухмыльнулась. У неё уже было в планах прокричать во время песни «Саблезубые, сосите», но теперь, кажется, не получится. Хотя когда брюнетку что-то останавливало? [Песня: Melanie Martinez – Mad Hatter] Как только заиграла музыка, прожекторы зажглись и осветили сцену, на которой, подобно куколкам, стояли пять девушек с микрофонами в руках. – Хэй, крошки, – шепнула Люси на английском, подмигивая собравшимся людям, – мы устроим вам шоу покруче фестиваля в Афинах. Танцоры только ухмыльнулись, заняв свои позиции на песке прямо перед сценой. От прочих людей их ничего не отгораживало, лишь по бокам стояли фейерверки, которые полетят в воздух во время выступления. – Мои друзья не ходят, они бегают. Узкие кроличьи норы – для пролезания в них забавы ради, – Люси походкой «от бедра» зашагала вперёд, пока остальные девушки застыли в одной позе. Хартфилия весело покачала бедрами в такт музыке. – Стреляем, стреляем из ружей по воздушным шарам, ловя кайф от гелия. – Мы окрашиваем белые розы кровью разных оттенков, неповторимых у каждого, – Леви повторила за блондинкой. – А этот сон, этот сон необычен. Мы напиваемся с Синей Гусеницей, – девушка игриво хмыкнула в конце. – Я сбрасываю личинку, потому что ненавижу находиться в безопасности, – теперь отмерла Джувия и, сделав пару шагов вперёд, присела, после чего медленно провела рукой по телу. – Я боюсь нормальных людей, а с безумцами чувствую себя нормальной. Как иронично – подумала Локсар, когда последняя строчка так точно описала ее жизнь после знакомства с Греем. – Я чокнутая, малыш, я сумасшедшая. Такого чокнутого друга у тебя ещё не было, – перехватили Эрза и Кана, задорно переглянувшись, словно они пели про самих себя, и сравнялись с подругами. – Ты думаешь, что я психопатка, что у меня снесло крышу, – девушки покрутили пальцами у висков. – Скажи психиатру, что со мной не так. – Слетела с катушек, совсем помешалась, – перечисляя на пальцах, пела Люси, состроив очень задумчивую моську. – Но я нравлюсь тебе больше всего, когда схожу с ума. – Скажу по секрету: меня это не волнует, – чуть нагнувшись, Джувия поднесла палец к губам. – И что, что сумасшедшая? Все лучшие люди такие! Леви громко рассмеялась, глядя на камеру, которая их снимала. Фрид, опредленно, постарался, чтобы этот концерт вышел в эфир не только в Греции, но и в Японии. – Так где же мой рецепт?! – Кана театрально развала руками, выходя в центр. – Доктор, доктор, выслушайте меня! – к Альбероне подбежала рыжая, повиснув у неё на плече. – В моей голове беспорядок, – отодвинув подруг в стороны, Люси снова покрутила у пальцем у виска, после чего указала на зрителей. – Вы можете быть Алисой, а я стану вашим Безумным Шляпником. Безумно улыбнувшись в камеру, Люси отошла в сторону, уступая место Джувии с ее очередной-игриво-сексуальной-выходкой во время партии. Во время финального припева салют взмыл в небо, расцветая на темном полотне. – Я обещаю, что мы сведем вас с ума, – шепнула Хартфилия, отправив зрителям воздушный поцелуйчик. После заиграла следующая песня...

***

– Это было довольно круто, – Гажил подсел к скучающей Леви за столиком. Девушки уже успели сменить одежду на более удобную и оставить свой образ психопаток в номере. После концерта на пляже началась грандиозная вечеринка с приглашенным ди-джеем. Девчонки, как и мальчишки, разбрелись кто куда. – Согласна, я не ожидала такого от Каны, – согласилась МакГарден, помешивая трубочкой безалкогольный коктейль. – Она так сильно разозлилась на саблезубых, что решила уделать их в хлам. Думаю, у неё получилось. – И все же мне привычней видеть тебя вот такой занудной, нежели сумасшедшей, – по-доброму говорил брюнет, притягивая к себе девушку. – Только не здесь, умоляю, тут же журналисты тусят, – напомнила ему Леви, после чего заметила погрустневший взгляд. – Ладно-ладно, я чмокну тебя в номере. – Чмокнешь? Точно-точно? – Да-да-да, ты все-таки заслужил, – похлопав Гажила по макушке, синевласая потащила его танцевать. – Солнце моё, налей мне мартини по-братски, – Кана в чёрном летнем кобинезоне и милых сандалиях подлетела к бару, плюхаясь на свободный стул. Вспомнив, что бармены здесь не шарят на японском, девушка вздохнула и блеснула знаниями английского, который хоть где-то пригодился. За одним бокалом пошел второй, а потом и третий, впрочем, как и всегда. Альберона уже забыла, где она оставила своих подруг, для которых изначально пошла брать коктейли. Решив не искать их в такой толпе, брюнетка просто продолжила наслаждаться музыкой, качая головой. Все было хорошо, пока девушка не услышала чье-то сопение у себя под ухом. Обернувшись, она поняла, что позади неё стоит пьяный в зю-зю мужчина и нагло катит к ней свои яйца. – Какая красивая, – сказал он, заставляя Кану напрячься. Она отвернулась, делая вид, будто ничего не слышала, в мыслях придумывая план побега из этого бара. – Эй! Детка! Рука мужчина хлопнула девушку по бедрам, спускаясь к открытым загорелым ножкам. Кана сто раз пожалела, что надела этот комбинезон и что вообще пришла сюда. Она почувствовала, как ещё одно прикосновение этого урода – и ее стошнит. Вскочив с барного стула, Кана смерила мужчину грозным и напуганным взглядом, после чего попятилась назад. Но тот упорно продолжал наступать, желая добиться своего от молоденькой привлекательной девушки. Кана искала глазами кого-нибудь, кто смог бы ей помочь. Но бармен обслуживал людей с другой стороны стойки, а остальные просто слишком увлечённо веселились, не обращая внимание на происходящее. Альберона внезапно почувствовала себя будто бы в западне. Ее сердце громко стучало, отражаясь пульсом в висках. Ещё немного шатало после выпитого мартини. И зачем она только припелась сюда? Внезапно девушка врезалась в стену. Всё, это конец. Мужчина был слишком близко, чтобы убежать, да и тело уже не слушалось. – Я не понял, кто здесь обижает мою пьяную подружку? – спросила «стена», отчего Кана, мягко говоря, охренела. С каких пор бетон научился говорить? Мужчина долго сверлил взглядом нечто выше головы Альбероны, а потом просто плюнул и, шатаясь, завалился на стойку. – Аль-бе-ро-на, – снова принялась разговаривать «стена», разворачивая девушку к себе лицом, – ты че до такой степени упилась, что уже не слышишь? Только тогда Кана очнулась, понимая, что никакие стены здесь не говорят, и это просто был Лексус. – Че, испугалась одна-то в компании мужиков сидеть? – продолжал задавать вопросы Дреяр, видя, как страх в аметистовых глазах Альбероны сменяется равнодушием. Вздохнув, Кана подняла руку вверх и показала блондину свой указательный палец. Лексус уставился на неё, мол, ты тупая? – Из-за этого мудака я сломала ноготь, – сообщила брюнетка, продолжая показывать свой палец. – Боже мой, велика потеря, – закатил глаза Лексус, а после просто доломал ноготь Каны до конца. – Проблема решена, пошли тусить. Альберона остановила парня, схватив его за руку. – Тебе с руки или с ноги втащить? Грей устало смотрел на то, как его подруга резво носится по берегу моря, отчего ее лёгкое платье слегка намокло. Зрелище, конечно, очень забавное, если бы не было так скучно. – Ты простудишься, если будешь бегать по ледяной воде, – Фуллбастер не знал, в какой раз он уже говорил это Джувии, которая просто-напросто игнорировала его заботы. – Ло-о-оксар! – Ну чего? – наконец обратила на него внимание девушка, продолжая по колени стоять в холодной воде. – Ты вытащил меня погулять, чтобы донимать своими причитаниями? Спасибо, конечно, но мне и Гажила хватает. – В том-то и дело, что я вытащил тебя гулять, а не смотреть, как ты как придурошная носишься по морю, – цокнул Грей. Джувия тоже цокнула, только намного громче. Она, наконец, вышла из воды, в одной руке держа свои босоножки. Девушка неспеша подошла к Грею и протянула ему руку. Из отеля до сих пор доносилась орущая на всю катушку музыка и возгласы танцующих. – Пошли, иначе ты меня просто выбесишь, и я уйду спать в номер, – поставила его перед фактом Локсар. Грей принял помощь, чтобы встать с прохладного песка. Отряхнув свои чёрные джинсы, брюнет выжидающе посмотрел на подругу. – Туда, на пирс, – указала в сторону синевласая. Пирс горел тёплым золотистым цветом, красиво отражаясь в воде. Уместившись прямо на краю, ребята свесили ноги и посмотрели на водную гладь: в ней отражалась одинокая полная луна. И опять на небе ни одной звезды. – Знаешь, – тихо начала Джувия, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь на тёмном полотне сверху, – когда мы пели про Безумного Шляпника, я подумала, что... – Ты сумасшедшая, – предположил Грей, взглянув на девушку. Сейчас она напоминала ему ту самую беззаботную и романтичную Джувию прямиком из Лондона. Ведь именно такая Локсар начала медленно топить его замёрзшее сердце. – Да. И мне показалось, что я стала такой... – Из-за меня, – снова прервал её брюнет. – Ещё раз перебьешь – отправишься прямиком на дно к рыбам, – смерив грозным взглядом этого наглого человека, Джувия вновь попыталась продолжить. – В общем, это все так странно, как вы, парни, после своего прихода просто взяли и перевернули нашу с девчонками жизнь, – синевласая повернулась к Грею и посмотрела в его серые глаза с нежной улыбкой на лице. – Просто спасибо вам. Парень все это время наблюдал за ней, не понимая, почему его так тянет к этой девушке. Она ведь такая...шибанутая! Такая стервозная и одновременно до жути милая. Джувия, чёрт возьми, такая странная. И ведь Рин была такой же. Такой же стервой и одновременно милашкой. И все-таки в ней чего-то не хватало, что могло бы зацепить Фуллбастера. А его обычно вообще ничто не цепляло. И Локсар стала исключением. Эти синие волосы и глаза – ну где вы встречали такого человека, который ассоциировался бы у вас с морем? А эти детская простодушность и наивность – мог ли кто-то так умело сочетать их в купе с вечным недовольством, показушным цоканьем и сарказмом? Возможно и был, возможно и мог. Вот только Грей таких ещё не встречал. А потому и отпускать от себя Джувию не хотелось. Он снова притянул её к себе, как в тот вечер, в ванной, и мягко коснулся её сладких губ, на которых до сих пор осталась тёмная помада. И Грей мысленно ухмыльнулся, когда влюбленная в него до бабочек в животе Джувия ответила на поцелуй. «Это все – сплошное безумие...» – Цап! – Нацу незаметно подобрался к Люси и цапнул её за талию, заставляя блондинку взвизгнуть. – Нашлась! Вот почему ты вечно теряешься? – Натура у меня такая, – съязвила Люси, ожидая свою любимую «Пина коладу» у барной стойки. Нацу не обратил на недовольство девушки никакого внимания и потянул за руку в сторону танцпола. – Пошли-и-и танцева-а-ать мед-ля-я-як, – уговаривал подругу Драгнил, пока та выжидающе смотрела на бармена, который очень долго делал ее заказ. – Потом ты попьешь свои коктейльчики! Пошли танцевать, говорю! У тебя больше никогда не будет шанса сделать это со мной. – Ага, конечно, – закатила свои карие глаза Хартфилия, оставляя барную стойку. – Пошли-пошли, пока ты мне все мозги не съел. Иногда Нацу напоминал ей маленького ребенка. Он был таким приставучим, постоянно всем мешал и надоедал, если ему было скучно. Люси в последнее время заметила, что невольно стала нянькой для этого восемнадцатилетнего ребёнка. Радоваться или нет – блондинка не знала. Единственное, что она не раз поняла, так это то, что этого придурка нельзя оставлять без присмотра. Всего неделю назад во время уборки он снес всю полку с колбами в кабинете химии! И это ещё хорошо, что их учителем теперь была слишком добрая Ариес, которая простила Драгнила за его неуклюжесть. И в этой его беззаботности была своя привлекательность. Нацу был слишком простым, чтобы быть сыном одного из самых богатых людей страны. И в этой простоте Люси находила себя. Пусть девушка и часто выделывалась, а ещё была недотрогой и просто блондинкой, в душе Хартфилия чувствовала себя совершенно обычной. Наверное, потому ей было так уютно с Нацу. Он положил свои руки на её тонкую талию, наслаждаясь музыкой. В медляках этот парень был просто профи. – Знаешь что? – интригующе спросил розоволосый, приблизившись к уху Люси. – Я даже не думал над твоими словами в ту ночь, когда ты напилась до полусмерти, – Хартфилия захихикала, сгорая от стыда. – Ещё с нашей первой встречи я сразу понял, что меня к тебе тянет, а это значит, что..? Он выдержал паузу, а после с некой надеждой заглянул в глаза коньячного цвета. – Ты любишь меня? – зажмурившись, Люси боялась ошибится. Вот только зря, потому что скоро до ее ушей донесся тихий смех. – Ну конечно! – Нацу прижал девушку к себе, а та готова была разрыдаться от счастья. Ей казалось, что сейчас весь мир чувствует ее бешеное биение сердца. И только когда парень потянулся к ее губам, блондинка оступилась. Потому что вспомнила про злосчастный контракт.