Багрянцевая судьба

      Спать, лежа на старых, пропавших болезнью тряпках, было неудобно. Тем не менее, дрема окутывала меня все сильнее, и, проваливаясь в полусон я могла слышать угасающий гул прохожих, снующих туда-сюда по улочке. Пока что меня никто не замечал, и мне оставалось надеяться, что здесь не будет внимательных стражников или пьянчуг со скверным характером. Хотя, кто их разберет... Мысли были вялыми и окутывали меня, постепенно сводясь к гудящей пустоте. Холод уже не ощущался, как и голод. Из прошлой полубедной студенческой жизни я могла сказать, что сон – самый лучший спаситель от потребностей и тревог.       Я совсем потеряла счет времени, когда почувствовала, что кто-то меня расталкивает. Приоткрывая глаза, я поморщилась: они были сухими, а пыль, скопившаяся на ящиках и прочем мусоре, казалось, затвердела на веках окончательно. Спешно вытерев заспанное лицо рукой, я постаралась проморгаться и с удивлением обнаружила, что меня разбудил Льёк.       – Я думала, ты меня не нашел и смотался куда-нибудь в тепло, – когда я не высыпалась, то начинала ворчать, упорно доводя окружающих до раздражения. Бедная Лера, как она на меня потом смотрела, когда после ее ночных гулянок по клубам и шумным визитам под утро, я начинала капать на мозги!       – Во мне еще не просохла ответственность за отцовство, – мужчина хмыкнул и одним крепким движением схватил меня за плечи и поднял, не выпуская из рук и давая привыкнуть затекшим ногам.       – Ай, у меня все тело болит! Как же неудобно спать на земле, – я зашипела, проговаривая свое недовольство через зубы. Ноги действительно едва чувствовались и это было крайне неприятно.       Я вцепилась в руки горе-отца посильнее и раздосадовано оглянулась на раздавленное под моей тяжестью тряпье. Почему-то именно сейчас грязный ситцевый матрас на корабле показался мне просто сказкой. Хотелось поскорее выбраться из этого дрянного места.       – Не поверишь, я нашел для нас транспорт, – я с удивлением покосилась на Льёка. Он улыбнулся, и в этой улыбке, как и во всей его физиономии читалось: "Посмотрите, я просто отец-года, где мои награды?"       Фыркнув, я шагнула в сторону, уверенно перебирая ногами в сторону выхода из подворотни. Пока я спала, стало так темно, что прохожие почти не попадались нам на глаза. Редкие патрули сновали по главным улицам, которые мы успешно огибали. Дома казались запутанной петлей вокруг главной площади, которую я мельком увидела через очередной просвет зданий. Я могла с уверенностью сказать, что портовый город хоть и жил небогато, но имел все шансы на сохранение нейтралитета во всей этой Столетней войне. Маги Воды могли хоть сто стен построить вокруг племени, но они никогда бы не стали лишать себя источника выгодного бартера между собой и Царством Земли.       Тем временем, мы покинули город и уже огибали небольшой холм, как мои ноги снова начали подводить: шаги давались с большим трудом, а я все сильнее цеплялась за руку мужчины. Кое-как дойдя до конца небольшой полянки и обогнув опушку леса, я сощурилась: в темноте деревьев виднелся одиноко привязанный на какую-то растянутую тряпку страус. Память Киры до сих пор не сталкивалась с такими животными, а я лишь с натяжкой могла вспомнить, что на страусах в прежнем мире могли устроить даже забег.       – Нравится? Я у местного фермера позаимствовал, – Льёк наконец-то заметил мое состояние и поднял мое худющее тело на руки, стараясь не уронить мешок с вещами, которые не могли просто так остаться в той подворотне. Сначала я подумала, что лучше бы он там их и оставил, но глядя на страуса поняла: неугомонное животное без седла может отбить мне все на свете, пока мы будем ехать до нового дома.       – Это страус? Почему он вытянутый и с шерстью за головой? – вопрос вертелся на языке уже давно и я получше смогла разглядеть это животное, как только мы подошли к нему поближе.       – Страусолошадь, – поправил меня Льёк и удивленно на меня взглянул. Да, я действительно не знаю фауны этого мира, да, я вообще больше по механизмам! И все, что мне напоминает это гигантское, по сравнению с моим ростом, животное – огромную курицу на ногах, которая живет где-то далеко и прячет голову в песке! Мне хотелось вспылить, но я вдруг резко поняла, что ни к чему. Мужчине точно не нужно знать, что я из другого мира, он ведь может и не спасать меня, зная, что я точно не его дочь. А так, он хотя бы не жил и не растил Киру, а только встретил ее незадолго до избиения. Все странности можно списать на отсутствие воспитания и должной осведомленности о других странах, к примеру. Тем временем, он продолжил, возвращая меня в стоячее положение:       – Прости, я забыл, что в Племени Воды не учат быт других народов. Их в Царстве Земли используют по-особенному, они сильны, как лошадь, а также быстры, как страусы. Поговаривают, что с их помощью можно перевезти полтонны всякого груза.       Я лишь поежилась от ночной прохлады, внимательно разглядывая, как из всякого тряпья Льёк мастерит что-то похожее на уздечку и попону с подпругой. Откуда эти названия всплывали у меня в голове, я тоже не знала. Вряд ли Кира в восемь лет могла знать все нюансы верховой езды. К тому же, страус, несмотря на внушительные размеры, не вызывал никаких чувств кроме трепета и искреннего восхищения от тихого гортанного клекота и неспешного перебирания земли когтистыми лапами.       – Может побольше тряпок на спину закрепим? – не хотелось еще сильнее пострадать от поездки, мое состояние сейчас едва могло быть удовлетворительным. Сосущее чувство голода и недосып меня почти добили, но я была не готова мучаться еще и от отбитой задницы.       – Хм, – мужчина взволнованно окинул меня взглядом и загреб остальной ворох вещей в перевязанную кофту. Получившаяся подушка тут же была обвязана вокруг живота и грудины птице-зверя. – Иногда я думаю, что твоя светлая голова знает куда больше моей.       На секунду я опешила, но быстро осознала, что это была лишь шутка, пропитанная сарказмом. За две недели на корабле я их знатно наслушалась, но иногда они все же заставали меня врасплох.       – Я просто вижу очевидное, – вымученная улыбка не спешила слезать с моего лица. Когда все приготовления были завершены, Льёк посадил меня на страусолошадь и поспешил залезть сам.       – Нам нужно торопиться, раз сейчас ночь, мы успеем быстрее доехать до дома – эта птица пугается резких звуков, а днем такой шумоизоляции нам не достичь, – Мужчина взял поводья и тронул, боками упираясь в страуса. – Пошла, пошла! Кира, держись покрепче.       Я схватилась за туго обмотанную вокруг груди веревку и слегка откинулась назад, всем своим весом упираясь на Льёка. Покалечиться, падая с быстро несущейся по полю курицы, мне отчаянно не хотелось. Страус был каким-то дерганным, то и дело подскакивая на небольших ямках, как будто желал скинуть груз со спины. Возможно, он был еще слишком молод и не обучен – я не могла знать этого наверняка.       Ехали мы торопливо, то и дело сворачивая с протоптанной животными и людьми дороги, предпочитая поля и фермерские угодья. Льёк, слегка наклоняясь к моему уху рассказывал о мироустройстве Царства Земли. Так, я узнала, что у правителя Земли, как и у любой царской власти, есть множество подчиненных, а сам он никогда не покидает столицу государства – город Ба Синг Се. И ежу понятно, как и зачем им управляют. Я лишь усмехалась от мыслей, что наделенный абсолютной властью такой обширной территории, царь был лишь хорошо управляемой невыездной марионеткой. Внутренне я даже его пожалела, потому что понимала, что скорее всего, даже осознанно желая покинуть власть, правитель лишь обрекал себя на смерть от рук советников. И никто бы ничего не сказал, думаю. Ба Синг Се окружен тройным забором, где около дворца жили лишь приближенные, а также аристократия и прочие верные своим хозяевам слуги. Вероятно, Правительство было основной рукой власти, которая преследовала лишь вопросы своего благополучия. При таком раскладе, можно даже подменить Царя Земли, и никто ничего не заподозрит. Я высказала эту мысль Льёку, на что он лишь усмехнулся. Потому что мои мысли были целиком и полностью правдивы.       Мы ехали уже достаточно долго, и я не могла представить, сколько нам еще осталось. Пару часов прошло точно. Скачущие перед глазами звездочки на небе как-то помогали Льёку не сбиться с пути, а постепенно светлеющее на востоке небо подсказывало, что до рассвета еще часа три.       – Ночью не безопасно даже на основной тропе, – он говорил вполголоса и услышать его, сквозь топот страуса, могла только я. – С каждым годом Столетней Войны налоги то и дело повышаются. Повезло, если твоя семья занимается торговлей и может жить в порту на широкую ногу. Другим ничего не остается, кроме грабежей или попыток строить карьеру в армии. Ну, а если ты маг – можешь стать Мастером своей стихии или не так быстро сдохнуть на полях сражений.       Немного промолчав, Льёк проехал очередную кочку на страусе. Нас снова ощутимо тряхнуло, но куча тряпок вместо седла спасли мой зад от подпрыгивания на спине животного.       – Еще рано говорить о твоих способностях, но я вижу в тебе потенциал. Что бы ты не говорила, но как приедем и ты сможешь нормально передвигаться, я начну тебя обучать, – лицо мужчины я не видела, но уже пропиталась достаточной долей уважения, чтобы понимать, что отцовство он воспринял серьезно. Беря ответственность за промахи прошлого, Льёк старательно пытался исправить ситуацию и мог обещать, что сделает все для моего благополучия, хоть и свое не безуспешно потерял. Я задумчиво вертела в голове его фразы так и сяк, но мотивы мне были понятны. Мне оставалось лишь подтвердить его намерения кивком, что я, с легкой душой, и сделала.       – Нам долго ехать? – вопрос так и вертелся у меня на языке, и я не повременила его задать. Взбираясь на огромный холм, в моей голове начинал твориться настоящий фаршмак из мыслей о разговоре и воспоминаний прошлого. Когда-то в той жизни я отправлялась на сафари по местным горам. УАЗик без крыши точно так же забирался на гору, чтобы потом скатиться с разгона, как этот страус. Чувство адреналина кололо в груди и мне хотелось завизжать от счастья и раздираемой внутри свободы. Ощущая встряски сейчас, я могла понять, почему мне это нравилось. Но кричать, как в первый раз, мне уже не хотелось.       – К утру будем уже там, – в момент разгона, Льёк схватился за поводья покрепче, притормаживая на особо больших кочках внизу. – Ты удивительно не пуглива.       Я вынырнула из своих воспоминаний и взглянула, чуть опрокинув голову на мужчину и слегка морщась от внезапно нарастающей головной боли. Он все также внимательно смотрел на дорогу перед собой. "Наверное, он был бы хорошим водителем в моем мире" – отчего-то эта мысль прочно засела в моей голове.       – Быстро осваиваюсь, – я фыркнула и покрепче сжала зубы. Мое тело хотело лишь кушать и спать. А еще помыться. Тишина и покой, что может быть лучше? Но нет, мы едем на большом страусе в неизвестные дали. Вернее, в известные, но все равно. С другой стороны, отца этой тушки я понимала. Куда лучше доехать до дома и быстрее сделать свои дела, перетерпев дорогу, чем останавливаться по пути и понимать, что в любой момент на тебя могут напасть более неудачливые сограждане. Бандиты, ага.       Через пару часов небо окончательно посветлело, оставляя на западе лишь узкую полоску темноты. Сквозь полупрозрачные облака раскинувшейся перед нами лес озарял малиновый рассвет. К тому времени у меня не оставалось сил на то, чтобы поддерживать разговор. Наверняка, Льёк это понимал и старался не нагружать меня лишней информацией, успешно гоня животное напрямик к убежищу. Страус заметно выдохся, один раз он повернул свою голову в бок, и сквозь приоткрытый клюв я могла заметить мыльную пену. Память упорно подсказывала, что такое у лошадей точно нормально, особенно, после долгих скачек. Странно, что она появилась не раньше, но я быстро выкинула этот бесполезный факт из головы, понимая, что животное и лошадь-то не до конца.       Петляя сквозь лиственный лес, мы значительно снизились в скорости, но я нутром чуяла, что мы почти приехали. От нетерпения внутри зарождалось лишь чувство полного удовлетворения ситуацией, хоть и внешние факторы слишком сильно начинали мне мешать. Глаза то и дело слипались, но я старалась кусать свою щеку так, чтобы не упасть от потери сил куда-то в бок со спины такого большого зверя. Один раз я даже вцепилась ногтями в ладони, осознавая, что болезненное покусывание уже не помогает.       Вскоре, мы вынырнули в глубокий овраг, хорошо замаскированный в поросших бурьяном кустах. Спуск был лишь один, но я была уверена, что лучшего и безопасного места не найти. Потому что с высоты человеческого роста я ни за что бы не нашла это место. Посреди круглого оврага был небольшой водоем, а в стороне виднелся небольшой деревянный домик, больше похожий на сторожку.       Наконец, страусолошадь замедлилась, пока окончательно не остановилась. Льёк поспешил соскочить на землю и подставить руки под мое соскользнувшее с кучи тряпок и спины животного тело. Ноги чесались изнутри бедер и я подозревала, что вдобавок к все-таки болевшей заднице, я натерла все остальное. Все-таки, без подготовки садиться на ездовой транспорт было плохой идеей. Хоть он и довез нас достаточно быстро, но ушибы и потертости саднить будут еще долго.       Подтащив меня к сторожке и открыв засов, Льёк усадил меня в углу комнаты и поспешил выйти вместе с матрасом. Я поняла, зачем он это сделал, только когда слегка затуманенным разумом выглянула за порог: большая кучка клопов и прочей насекомой мерзости поспешно расползалась по зеленой траве. Сил не было даже противиться тому, что единственный матрас в этом небольшом деревянном домике доставался именно мне. Где будет спать мужчина я не представляла, да и не волновало меня, если честно. Закончив все процедуры, Льёк предусмотрительно постелил матрас вплотную ко мне, растрепал и без того жалкую копну моих темно-пшеничных волос, сейчас больше похожих на слипшееся пятно грязи, и вышел.       Следующее утро наступило для меня скомкано, мне нужно было срочно отмыться. Липкий слой противной дорожной пыли оставлял после себя брезгливое чувство дерьма. Пошатываясь от слабости, я поспешила выйти на улицу. Страусолошадь паслась на другом стороне озера на привязи, а Льёк лежал рядом с костром и дремал. Он был одет в свой синий плащ еще с севера и отчаянно старался не шевелиться. Ну, насколько мне показалось. Услышав скрип открывшейся дверцы, он перевернулся и окинул меня взглядом. Поняв, куда я так иду, он лишь хмыкнул и зашел в домик. Я поспешила к озеру, хотя оно было больше похоже на небольшой пруд. Обернувшись и облегченно выдохнув, я поняла, что Льёк даже не думает выходить. Я поспешила скинуть с себя тряпье и постаралась побыстрее зайти в холодную воду. Никогда не умела нормально плавать. Да и Кира тоже, хоть она и жила в Племени Воды, я только сейчас поняла, что точно не покоритель этой стихии. Казалось, только я оторвусь ногами от дна, как сразу пойду камнем вниз. Противное чувство.       Немного постояв и привыкнув к температуре, я решила окунуться с головой, стараясь особо не светить своим телом. Из сторожки послышался скрип и я увидела, что Льёк поспешил принести мне чистые вещи, которые он, видимо, еще вчера постирал и высушил. Уперев взгляд на землю, он достаточно быстро подошел к берегу и буркнул что-то про "заболеть" и "давай выходи". Развернувшись, он также быстро пошел к костру и сел спиной к озеру. Я подошла поближе к берегу и присела, стараясь поскорее отодрать от себя грязь. Минут через пять, я бегло окинула взглядом раскрасневшиеся руки и поспешила выйти к берегу, быстро надевая чистые вещи. Понятия не имею, откуда Льёк достал довольно грубо пошитое светло-зеленое платье без рукавов, но я была этому только рада. Затеряться в местности с таким цветом проще простого. Натянув серые штаны, еще со времен полюса, я еще раз поправила наряд. Песчаная полоса вокруг озера щекотала мои босые ноги и я побежала по траве, поближе к костру. Только сейчас, выйдя из воды, меня начало морозить.       Льёк ковырялся палкой в костре и достал оттуда запеченные обугленные камни. Память подсказывала мне, что так в нашем мире запекали картошку в мундире. Желудок тут же свело голодом и я в нетерпении взяла один из овощей, тут же роняя его обратно в костер. Мужчина окинул меня цепким взглядом, но тут же смягчился.       – Бери крайнюю, она уже остыла, – он дождался, пока я возьму протянутую им картошку и начал отковыривать из костра ту, что была обратно мной заброшена. – Вчера порылся в старых запасах, нашел мешок с овощами. Тоже у фермеров позаимствовал, – он хохотнул и принялся чистить свою. – Я год назад сюда возвращался, что удивительно, она не успела сгнить.       Укусив очищенную половину, я перевела взгляд на Льёка.       – Так посади за озером, может сорт хороший, – прожевавшись как следует, я снова стала чистить.       Мужчина кинул на меня удивленный взгляд. Видимо, осваивать искусство земледелия в своих бегах он не додумался. Я хихикнула. Какой потребительский взгляд на жизнь! Все заимствовать, да воровать. А как свое производить, так сразу ступор.       – Да я как-то не особо об этом думал, – Льёк почесал нос и продолжил. – И не умею особо, в стране Огня мало плодородных земель.       Мне хотелось сказать, что я умею, но вот как начать объяснять, откуда в Северном Племени среди снегов есть огород, я не знала. В прошлой жизни у бабушки он был, вот в детстве и насадилась картошки. Задумчиво пожевав губу, мне пришлось начать говорить издалека:       – У нас же часто торговцы в Племени останавливались. Вот и говаривали всякого... Так что в теории я худо-бедно знаю, как сажать, – пожалуйста, хоть бы он не подумал, что вместо дочки завел себе непонятную взрослую бабу!       Льёк откусил свою картофелину и жуясь кивнул что-то про себя. Я выдохнула. Такой ответ его устроил, так что можно продолжать кушать и смотреть на всполохи догорающего пламени. Не особо задумываясь, я подкинула пару веток, лежащих в стороне и смотрела, как раскаляются угли. Где-то в душе я все равно понимала, что такой шпион, как этот недо-отец, уже давно мог меня раскусить. И либо его все устраивало, либо он просто решил забить на мое более осознанное видение жизни. Я решила для правдоподобности еще немного подержаться, а потом, если он не задаст мне лишних вопросов, просто промолчать. Не хотелось ему признаваться, что знаю куда больше, чем восьмилетняя девочка.       Огонь резко стал более оранжевым, а я обеспокоенно взглянула на Льёка. Он на вытянутой руке и раскрытой ладони только что сотворил передо мной магию. Чувства были какие-то скомканные, вживую это казалось гораздо обыденнее, чем в каком-то фэнтезийном мультике.       – Повтори за мной и почувствуй жар огня, – посоветовал мужчина и я поспешила сделать то же самое. – Огонь может сжигать. Это его свойство. Он не обладает разумом, не испытывает эмоций. Пока он горит, он существует, почувствуй, как можешь перехватить его жар и оттолкнуть.       Я внимательно разглядывала языки пламени и сквозь пальцы на вытянутой ладони видела белесое дребезжание реальности. Особо не задумываясь, я представила, как направляю все белое на огонь и он меня слушается. Костер здорово колыхнуло и угли разлетелись в противоположную сторону, чуть не задев Льёка. На секунду пламя порозовело, а я озадаченно посмотрела на Льёка. Он был задумчив, тень смятения легла на лицо, но также быстро исчезла, стоило ему заметить, что я молча требовала ответов.       – Кхм, это был тест. Можешь быть спокойна, ты маг Огня, – мужчина сделал выпад рукой и пламя переметнулось с разбросанных углей обратно в костер. Я лишь облегченно выдохнула. По крайней мере, с магией я смогу выжить в этом мире. Я счастливо улыбнулась и откинулась назад, падая на траву. Передо мной раскинулось бескрайнее голубое небо и сегодня я была как никогда рада, что жива.

***

      С нашего окончания путешествия прошла неделя, когда я с уверенностью могла сказать, что наконец-то спокойно стою и хожу на своих двоих. Все это время Льёк отходил по бытовым делам, однажды принеся мне странную на вид птицу. Она была похожа на древнего динозавра. Мужчина назвал ее птицей-рептилией. Мне было жаль подбитое животное, но мой желудок ничего против мяса не имел. Пронзительно заурчав, мы приготовили ее на ужин, радуясь, что есть хоть какое-то пропитание.       Мое полное выздоровление было отмечено выходом в лес. Льёк оказался хорошим охотником и я была удивлена, когда узнала, что до своей шпионской деятельности он только и занимался добычей всяких зверушек и продажей их шкурок в другом портовом городке. Внимательно наступая на ворох прошлогодних листьев и следя, чтобы ни одна веточка не затрещала под моей ногой, я внимала мудрости своего недо-отца.       – Когда охотишься и ставишь силки, ты должна точно знать, как выглядит животное. Иначе, ты не сможешь рассчитать ловушку так, чтобы зверек точно попался. Есть разные виды капканов, но самые простые, рассчитанные на мелких животных, ставятся с помощью крепкой веревки, опоры и дерева, – мужчина достал из сумки лоскутную веревку и деревянный колышек. Продемонстрировав, как нужно завязывать петлю и куда вбивать опору, он пошел вглубь леса. Я поспешила за ним.       Шли мы недолго и скоро остановились около еще одного дерева. Льёк хитро посмотрел на меня:       – Теперь ты сделай то же самое.       Я лишь улыбнулась. Повторив про себя порядок действий, мои руки тут же достали все то же самое из моей сумки, размеров от Льёковской не отличающейся, и оттого жутко неудобной. Руки слегка запутались в узле, но я вспомнила, как плетут косичку на волосах и сделала примерно то же самое, что и недо-отец. Про себя я решила называть его именно так. Привязав один конец к веревке, а другой к выбитому в землю колышку, я как следует присыпала его прошлогодними листьями и комом земли, маскируя собственный запах.       – Не ожидал, ты быстро учишься, – Льёк потрепал меня по голове и развернулся. Вскоре, мы вышли из леса и перед нами раскинулась не долина, а поле. Я вопросительно посмотрела на мужчину.       – Это фермерские угодья? – взглянув на растения, которые зеленым одеялом укрыли землю, я решила осмотреть их повнимательнее. С виду, побеги были похожи на кукурузу, но отличались колосящимися побегами ниже.       – Ага, – Льёк кивнул, удовлетворенный моей догадкой и поспешил рассказать о растениях побольше. – Это кукурузница, из него полстраны печет себе хлеб.       Я не сдержала смешка.       – А другая из риса? – ответом мне послужил заливистый смех Льёка. Я вновь оказалась права.       Вообще, культивируемых растений оказалось целое множество. Царство Земли было одним большим плодородным местом, а многочисленные маги готовы были поддерживать сельскохозяйственные угодья на самом качественном уровне. Здесь росли все крупы мира, больше половины плодовых деревьев и лекарственных растений.       Рассказать Льёк мог действительно очень многое. Вот только лечить всякой травкой из леса или поля он не умел, часто пользуясь услугами целителей в городе и обменивая деньги на шкурки диких животных. А вот в вопросах кражи он был достаточно продвинут, сказывалось его дезертирство.       Мы спешно насобирали кукурузницу в сумки и охапкой схватили в руки столько побегов, сколько было возможно. Пробираясь сквозь лесную чащу, Льёк объявил, что пройдется по этой дороге снова, чтобы убедиться, что ни один побег не наведет внимательных фермеров на наш овраг. Я лишь кивнула, это было разумно. Не хотелось, чтобы в наше убежище пришли незванные гости.       Дойдя до оврага, я кое-как выдохнула, складывая все побеги в одну кучку. Даже не представляю, что можно сделать с этим гибридом культурного растения. Льёк сложил свое добро и отправился обратно по маршруту, на прощанье кинув:       – Срежь колосья и очисти плод от кожуры, – и, даже не обернувшись, скрылся в густом бурьяне ежевикотерновника.       – Мда, – руки слегка саднило от собирательства, но я поспешила достать нож, который лежал в домике и принялась за работу. Понятия не имею, как садить кукурузу, но вот пшеницей вместе с картошкой, стоит заняться прямо сейчас. Моя русская душа по-прежнему хотела не только мяса на костере, но и хлеба к нему. Не все же постоянно питаться одним картофелем, как в моем студенчестве? Да и попкорн, при должном желании и одном хитром маге огня должен получиться что надо.       Обкрадывать местных жителей тоже не хотелось, потому вся прошедшая неделя была полна моих намеков на собственный огород. Пока на дворе стоял последний месяц весны, нужно было быстрее торопиться с посевом. Почему-то я была уверена, что убежище прослужит нам не один год, хоть мой недо-отец иногда начинал сомневался на этот счет.       К счастью, мои уговоры все же подействовали на Льёка и он даже отлучался на ночь, чтобы принести из ближайшего поселения узкий плуг и обмотку веревок. Я тогда сочувственно посмотрела на страуса, всю неделю клевавшего траву на привязи и решила, что птица должна соответствовать своему второму названию. Точнее, быть лошадью.       За работой думалось легче. Вспоминая прошедшую неделю и отрезая очередные колосья от стебля, я с затаенной гордостью думала о тесте. С тех пор, мы были заняты налаживанием быта, а еще я стремительно поправляла свое здоровье. В общем, не было никакого дела до освоения стихии.       Что я знала о мире Аватара? Из мультика, помнится, был мальчик, который мог подчинять себе воздух, воду, землю и огонь. Его звали Аанг. Была девочка Катара, маг воды. А еще одна слепая, которая умела покорять землю. Принц Огня и какой-то крикливый парень с бумерангом. Вместе они постоянно дрались и в конце победили в Столетней Войне. Потом был другой мультик, но я остановилась на первой серии: мне не особо понравилось, что Аватар мертв и на его месте бегала какая-то другая девочка. У нее с бабкой этой Киры даже имена были одинаковые.       Что я могла сказать о магии? Ровным счетом, ничего такого, чего я не могла увидеть в подростковом возрасте из мира фэнтези. Было четыре стихии, были разные ответвления. Обычных людей было больше, но магов ценили. А еще каждому народу принадлежали покорители одной стихии. Вот только в то время я смотрела еще и Наруто, поэтому не могла сказать наверняка. Льёк вот живет в Царстве Земли с рождения, но способности к магии у него не изменились на земляные.       Я выдохнула, будто пытаясь освободиться от цепких рук прошлой жизни, но у меня особо не получилось. В Наруто тоже были стихии, но их было пять. Огонь, вода, ветер, воздух и молния. Здесь, после недолгих разговоров с Льёком о теории магии, я поняла, что молнию могут призвать только люди с сильным даром и предрасположенностью к магии огня. Такие еще во дворце сидели, ага. И я точно помню из своего детства, что у ниндзя этих стихий было несколько, а еще они объединялись. А выясняли они, есть ли предрасположенность к той или другой стихии с помощью бумажек.       Здесь же, просто берут камень, если ты его толкнешь – обязательно маг земли. Или, в моем случае, управление костром – явный признак покорителя огня. В эзотерике я вообще помню, были всякие лунные календари и натальные карты, по которым определялись предрасположенности. Вот только ты все равно не могла ни на что влиять в реальном мире. Да, пресловутый тонкий план, можно было задействовать стихиями. Проводить всякие мелкие ритуалы при свечах, гадать на суженного в тазике, наполненного водой и кучей бумажек с мужскими именами, очищать солью разные штучки, заряжать лунным светом предметы, просто снимая и убирая их на подоконник. В этом мире не было той разницы между бредом сумасшедшего и реальностью. Потому как законы физики таким вот покорителям стихий были неподвластны.       Так почему Льёк так удивился? Я задумчиво покусала губу. Вроде на тесте я просто оттолкнула огонь от себя, он окрасился в розовый, под цвет моей любимой малины, угли тоже отбросило, как и огонь. Угли... Продукт природы, часть горной породы. Да и не должна была я оттолкнуть огонь, как какая-то цыганка с рынка.       Внезапная догадка меня осенила, но подтверждать мою теорию было еще рано. А самое главное, надо было выяснить, догадался ли Льёк обо всем остальном. Он хоть и маг своей стихии, но списывать со счета бывшего шпиона не стоило. Я взяла очередной стебель кукурузницы и быстрым движением срезала с нее колосья.