Код доступа "Кейптаун"

      В разгар пятничного солнцепека по городу снуют машины, заставляя прохожих морщиться от поднимаемой ими пыли. В одном из автомобилей едут двое мужчин, и атмосфера в салоне совсем не дружественная. С заднего сидения, где находится молодой парень, на водителя незаметно направлен пистолет. Незаметно для других, но не для чернокожего мужчины, который сидит за рулем.       Мэтт потирает горло, которое саднит после встречи с хваткой Фроста, и двигает челюстью, тоже отведавшей тяжесть его удара. На его щеках виднеются свежие порезы и ссадины. Фрост смотрит за дорогой некоторое время, но решает все-таки немного смягчить напряжение, поглядев в зеркало заднего вида и сказав:       — Мне было бы проще, знай я, куда мы направляемся, — Тобин перевел взгляд обратно на дорогу.       — Рули без вопросов, — перебил его Мэтт, глянув в окно и вновь на Фроста. — По средней полосе.       — Ладно, — сказал Фрост и моментально повернул руль налево, поворачивая к съезду до ближайшего населенного пункта.       —Эй, ты куда это? Не поворачивай.       Усталость во всем теле руководила Мэттом, не давая ему нормально реагировать на происходящее. Впору было бы запаниковать или даже разозлиться на Фроста за неповиновение, но ему только и оставалось, что не попасть в очередную передрягу, просто отсиживаясь на пассажирском сидении.       С того момента, как Фрост появился в его конспиративной квартире, прошло каких-то семь часов. И за это время он испытал столько, сколько за год службы на ЦРУ не испытывал. К такому он не был готов ни морально, ни физически, как бы он ни храбрился. Поэтому нынешнее затишье давало ему зеленый свет на то, чтобы просто спокойно посидеть и обмозговать происходящее.       — Езжай прямо, — тихо продолжил Мэтт.       — Как скажешь, еду прямо, — Фрост только хотел напугать паренька, не последовав приказу, но лишь для того, чтобы посмотреть, какова будет реакция.       Он чувствовал, что его надзиратель устал, он знал, что сейчас может сбежать даже на любом светофоре: от выстрелов все равно не будет толку, потому что ни одна пуля в таком состоянии стрелка не попадет в цель. Но Фрост не бежал, ему нужна была помощь, а парень располагал к себе, даже несмотря на то, что он засунул его в багажник и чуть не сломал ему хребет, устроив аварию на парковке.       Машина спокойно ехала, не неслась, убаюкивая расслабившегося Мэтта. Но боль в горле, которое он продолжал потирать, отрезвляла. Фрост увидел это движение в зеркале и произнес, пытаясь отвлечь:       — Приятнее, когда известно имя собеседника.       — Ты мне чуть шею не сломал, — глядя в окно выдал Мэтт.       — А ты в багажнике меня запер, — не остался в долгу Фрост.       В ответ прозвучала лишь тишина, прерываемая свистом ветра от проносящихся рядом машин. Тобин снова посмотрел в зеркало, наблюдая за Мэттом, который только и делал, что обиженно смотрел в окно.       — Слушай, ты ведь не под прикрытием, ты здесь под своим именем. Что скрывать?       — Уэстон. Мэтт, — наконец сдался парень.       Ему почему-то показалось, что произнеся вслух свое имя преступнику, он стал уязвимее, словно оголенный нерв. Виду он не подал, однако само осознание того, что он так запросто раскрыл свою личность, заставило его сердце сделать опасный кульбит.       — Вот и славно, — похвалил Фрост и продолжил беседу: — И давно ты на квартире торчишь?       — Уже год.       — С днем рождения.       Мэтт в очередной раз шмыгнул носом, маскируя горькую ухмылку.       — Кейптаун — позиция для новичков, должны были давно перевести.       Когда Фрост начал говорить, телефон в кармане Уэстона завибрировал, он его достал, осторожно посматривая на говорящего мужчину, а затем посмотрел на экран. Самым верхним именем в списке значилась Ана — его девушка, и звонила она только что.       — Может это моя личная просьба, — не теряя нить разговора, ответил Мэтт и убрал телефон обратно.       — Хах. А может в штабе тебе больше ничего не доверяют.       Они встретились взглядами в зеркале заднего вида. Фрост спокойно глядел на парня, который выглядел испуганным и измотанным. Может поэтому он промолчал на откровенную провокацию.       Молчание снова затянулось, Мэтт дал понять, что не будет отвечать на это, потерев свой нос и уставившись в окно.       — Какой у тебя план?       В этот раз Фросту не нужен был ответ, поэтому, когда Мэтт собирался открыть рот, он продолжил:       — Дай угадаю: следовать протоколу. А по протоколу, если явка провалена, ты должен убедиться, что тебя никто не преследует. Включить GPS-маячок и выбирать другую явочную квартиру.       Они вновь смотрели друг другу в глаза через зеркало. Фрост видел лицо парня, которое выразило недоумение, как только он произнес:       — Думаешь, я позволю меня туда отвезти? — Фрост добавил суровости в голос.       — Думаю, тебе лучше заткнуться, — Мэтт перестал глядеть в отражение собеседника и уставился на его макушку, поджав губы.       Фрост на это рассмеялся. Ему не было смешно от его слов, нет. Он находил забавной наивность парня, его слепоту, поэтому сразу же приступил к главному:       — А ты уже поразмыслил, как твою квартиру вообще вычислили, Мэтт? — спросил он, пряча улыбку.       Парень посмотрел на водителя, затем, начав обдумывать сказанное, перевел взгляд на сидение перед собой и обратно.       — Они вели Кифера от самого консульства, — вывел результат мысли вслух Уэстон. — Так и вышли на явочную квартиру.       — Брось, ты сам-то в это веришь? — не дал ему договорить Тобин. Взгляд Мэтта заметался по салону, стараясь согнать только что зародившееся сомнение. Но его собеседник, не жалея парня, продолжил: — И откуда им было знать, что я где-то рядом с консульством?       Мэтт осторожно пробовал на языке сказанное преступником. Можно было придумать еще сотню отговорок и версий, но Фрост вел его к одной единственной.       — М? — вопросительно хмыкнул он, но почти сразу продолжил: — А мне нравится вместе с тобой в этом разбираться, — он широко заулыбался, впервые, наверное, не строя из себя психопата. — Прямо Холмс и Ватсон.       Мэтт молчал, пока Фрост своими словами вел его к, пожалуй, самой важной зацепке, смеясь.       — Это же был секретный объект. Чтобы узнать о нем, нельзя на заправке остановиться и расспросить, как проехать к явочной квартире. Напавших пригласили, но вот кто именно, Мэттью…обдумай это. А обдумав, спроси самого себя, можно ли верить твоему шефу.       На последней фразе Фрост слегка повысил голос, как бы делая акцент именно на этом.       — Болтай дальше, ты меня не убедишь.       — Уже убедил, — Мэтт, только отвернувшийся к окну, вернул свой настороженный и пока еще недоверчивый взгляд на говорившего Фроста и облизал пересохшие губы. — Теперь они изолируют тебя, Мэтт. Поначалу будут обхаживать тебя, обнимать и говорить что-то вроде «Ты отлично отработал, сынок, но теперь мы сами». Вот тогда ты поймешь — ты в мышеловке.       Все звучало слишком правдоподобно и в то же время нереально. Фрост убеждающее глядел на Мэтта на заднем сидении и оценивал его состояние. Уэстон словно исподлобья наблюдал за мужчиной, чуть ли не ощетинившись.       — Все стрелки переведут на тебя. Постараются как-то связать нас двоих, — Мэтт услышал это и ощутил, как сердце пропустило удар. — Чтобы в случае не того поворота им было на кого свалить на своих слушаниях в Сенате. Сегодня я не единственный твой враг.       Фрост посмотрел на Мэтта в последний раз и вернул свое внимания на дорогу. Он не знал, куда надо ехать, но за все время, что он болтал о заговорщических планах ЦРУ, Мэтт его не заставлял менять курс. Парень сейчас просто молчал, тихонько обдумывая сказанное и кусая губы. Он перестал понимать, кому можно верить и нужно ли вообще прислушиваться к словам бывшего агента. Но Фрост говорил очень убедительно, глядя через зеркальное стекло прямо в глаза парню.

***

      — Значит, у нас крот, — подытожил все ночное происшествие Уитфорд у себя в кабинете в Лэнгли. — Это единственное объяснение.       Он только что шел по тихому коридору и теперь вернулся в свой кабинет, подходя к своему столу и врастая перед Линклейтер и Дэвидом грозным хищником.       — Секретность была абсолютная, — покачала головой агент Линклейтер.       Солнце садилось и врывалось в кабинет Харлана Уитфорда апельсиновым оттенком, грозясь перелиться в кроваво-красный в любую минуту. Линклейтер отвечала за данную операцию: она сама была во главе ее и сейчас несла больше ответственности за успешную реализацию, чем сам президент. Но Уитфорд по-прежнему главный, и он озвучивает очередной свой приказ, проходя перед окнами:       — Список всех, кто был в это посвящен. Всю подноготную, особенно вероятные связи с Фростом, — он вернулся за свой стол и собирался сесть. — Все передвижения до данной операции.       — Интересно, а давно работает эта группа? — смотря в пол, Дэвид задал вопрос, словно он сам не хотел произносить его.       Уитфорд откинулся на спинке стула, резко глянув на Линклейтер.       — Полгода уже. А к чему этот вопрос? — Она посмотрела на Дэвида и встретилась с ним взглядом, пожалуй, искренне не понимая.       — Я лишь пытаюсь в этом разобраться, — сказал Дэвид и посмотрел в этот раз на начальника.       Уитфорд, переводил взгляд с одного на другого, но, не выдерживая долгой паузы, сказал:       — Это все, спасибо.       Он придвинулся к столу, показывая, что на этом действительно разговор окончен. Линклейтер смотрела на Дэвида, как на предателя страны и родной матери, почти хмуря брови. Тот лишь первым развернулся и вышел из комнаты, не решаясь оставаться в этой компании еще дольше.       Уитфорд надел очки для чтения, и только тогда за Дэвидом последовала и Линклейтер, стуча каблуками по паркету. Босс проводил ее взглядом, а затем принялся изучать бумагу, которая была у него на столе все это время.

***

      Варгас открыл крышку монитора, на котором высвечивалась информация о новом сообщении. Он воспользовался декодированием, привычно нажав нужную комбинацию кнопок ноутбука. Сообщение от некого Авнера содержало в себе только слово «Отчет». Мужчина, сидя где-то в темном углу комнаты в одиночестве, напечатал: «Данные утеряны».       Невдалеке находились его подчиненные, которые проверяли и чистили свое оружие, осторожно доставая пули и выкладывая их на стол. Кто-то продувал дуло, кто-то протирал рукоять.       Теперь Варгас готовился к ответу от инкогнито, чуть не кусая большой палец в ожидании. Наконец, письмо пришло, одинаково зашифровано, как и первое. После декодирования там значилось: «Можете приобрести повторно?» Варгас напечатал «Да» в ответ и снова принялся ждать, жестами неосознанно показывая волнение.       Следующее сообщение пришло и расшифровалось быстро: «Нет файла. Нет денег».       Мужчина слегка помедлил, еще пару раз прочитав сообщение. Оно отдавалось в нем ощущением существенной угрозы, которая может обрушиться в любой момент провала. Он напечатал одной рукой «Вас понял», отослал завершающее переписку сообщение и смотрел в монитор еще некоторое время. Ему оставалось только закончить начатое. Но это было не так просто. Он знал. Он понимал.

***

      Пригород Кейптауна, Пэроу. Оранжевое солнце теперь совсем низко, и кажется, будто оно обволакивает все дома в округе в свою мягкую и сочную теплоту. Невдалеке от здания отеля «Стандарт» прогудел поезд, звеня железом.       Дверь в комнату открылась, туда зашел Тобин Фрост, держа перед собой опущенными сцепленные в замок руки в наручниках. За ним прошел Мэтт, уже привычно направляя пушку на Фроста.       Номер был неуютный, казалось, что грязный, но просторный. Мебели было довольно много: диван, стол, пара стульев и кроватей, телевизор на стене. И прямо в комнате в противоположном от входа углу раковина с водонагревателем.       Мэтт захлопнул скрипучую дверь, прошел к стулу напротив входа и пару раз потянул на себя трубу в стене, проверяя ее прочность.       Фрост сел на стул и, оставшись только одной рукой в наручниках, прицепил второй браслет к трубе. Затем он демонстративно подергал рукой в оковах, показывая, что при всем желании оторваться от трубы он не сможет, и глядя Мэтту в глаза.       Сначала наставив пушку на приковывающего себя к трубе Фроста, Мэтт ее опустил, когда тот закончил. Он, словно загипнотизированный холодным взглядом преступника, пятился к выходу, не в силах разорвать зрительный контакт.       Фрост повернул голову в сторону стола, что стоял рядом с бутылками воды на нем. Он это сделал, словно подсказывая, что бы в идеале нужно было делать в подобной ситуации. Мэтт тоже перевел туда взгляд, освобожденный от несуществующих пут этих черных глаз. Затем, предотвращая возможную попытку к бегству Фроста, он отодвинул стол дальше от сидящего и подошел к дивану, что стоял так же близко к Фросту, и подвинул ногой и его. На пол что-то упало и пару раз звякнуло, но не разбилось.       Эта, пусть и мнимая, безопасность слегка успокоила парня, и он собирался выйти из комнаты под легкую улыбку Фроста, который вальяжно расселся на неудобном стуле и подпер рукой голову, цепляясь взглядом за спину Мэтта. Открыв дверь, Уэстон, чтобы удостовериться, что мужчина все еще на месте, последний раз глянул на Фроста.       Молчание, продолжавшееся все это время, держало свой туз в рукаве. Из-за молчаливого Тобина Фроста Мэтту приходилось по несколько раз оглядываться на него. И с каждым взглядом, с каждой встречей двух пар глаз, Мэтту все больше казалось, что Фрост его сжигает заживо. Но отвести взгляда от огня, пожирающего его, не хватало духу.       Однако тело двигалось как-то самостоятельно, поэтому парень все-таки покинул комнату, закрыв за собой дверь, и оказался в коридоре с противными желтыми стенами.       Мэтт спиной откинулся на одну из них, прямо недалеко от двери их комнаты, и ноги его почти отказали, опасно согнув колени. Чтобы не свалиться прямо здесь, Мэтт оттолкнулся спиной от стены и, стоя уже посреди коридора, потер нос, вдыхая больше воздуха, чтобы глаза перестали слезиться.       Ему ничего не оставалось, кроме как продолжать действовать, как он действовал до этого. Но вот к точке отсчета его уже ничего не вернет. Чертов Тобин Фрост теперь как клещ — не оторвать быстро и без боли. Парень смотрел в пол, решаясь, наконец, связаться с единственным доступным в данный момент человеком. Который сейчас подвержен не меньшей опасности, чем он сам.       Пока Фрост отсиживался в комнате, наблюдая за редкими прохожими в окне, Мэтт подошел к телефонному аппарату и вставил в разъем карточку. Затем набрал знакомый номер.       Слыша первые гудки, у него снова подкосились колени, но он был у стены, поэтому тут же облокотился, переложив трубку к другому уху. Когда зазвучал второй гудок, сердце Мэтта предательски ускорило свой темп, заставляя нервничать.       Но вскоре вместо гудков он услышал знакомый и такой далекий голос:       — Алло.       — Привет, — просто произнес он, словно он не был несколько раз при смерти.       — Милый, ты где? — Ана впустила в свой голос столько беспокойства, сколько было возможно.       — Не волнуйся, все хорошо.       Он услышал, что она цела и, скорее всего, невредима, и у него действительно все стало гораздо лучше, чем было, его губы тронула искренняя улыбка.       — Все отлично, — после небольшой паузы повторил он, облегченно улыбаясь. — Прости, что не перезванивал, я видел твои звонки. Испереживалась, наверное?       — У тебя ничего не случилось?       Девушка была в их светлой и уютной квартире, находилась она у окна и теперь присела на диван, получив, наконец, весточку от Мэтта.       — Нет, нет, все в порядке. Слушай… Понимаю, звучит по-дурацки, но… Вчера вечером в адрес НПО поступили угрозы, так что мы с Паркером всю ночь с этим разбирались и…       Голос Мэтта был спокоен, он не дрогнул, когда туда закралась ложь. Во спасение.       — И прости, что не перезвонил. Надо было сразу сообщить…       — Я очень волновалась, — действительно с волнением в голосе сказала она.       — Понимаю…— он прикрыл глаза, беря себя в руки. Потому что он должен был сказать то, что должен: — Я тебя попрошу…на секунду к окну подойди?       — Зачем?       — Ты просто быстренько в окошко выгляни и посмотри, нет ли там кого. Каких-нибудь машин незнакомых…ну или людей каких-нибудь у входа.       Она медленно встала, пока говорил Мэтт, и подошла к окну, что было — вот, рукой подать.       — Там полицейская машина, — сказала она сразу, как увидела внизу почти прямо напротив окон белый автомобиль с мигалками.       Она развернулась и чуть отошла от окна, осторожно спросив в трубку:       — Что происходит?       — Прости, пожалуйста. Понимаю, это уж слишком, но нам показалось, что будет лучше не возвращаться домой из предосторожности, и я с ним согласился. И…хоть беспокоиться не о чем, я тебя попрошу уехать к Дени ненадолго. Буквально на несколько часов. Я тебе скоро позвоню, и мы встретимся, ладно?       Ана молчала. И Мэтт понимал, что не нужно ее торопить. Он понимал, насколько все звучит кошмарно, а может быть, не до конца это осознавал. Но его девушка, глаза которой заблестели, молчала — не ругалась, не всхлипывала и не умоляла его все ей объяснить. Она вытерла глаза и кивнула головой:       — Хорошо, я поеду, — ее голос немного трясся, и Мэтт это услышал.       Он сильно зажмурился, благодаря небеса, что они дают возможность спастись хотя бы ей.       — Молодец. Я тебя люблю. Скоро поговорим. Не волнуйся, хорошо? Пока.       Сразу же после окончания разговора, Ана начала собирать вещи в спешке, и буквально через несколько минут она закрывала входную дверь и бежала вниз по лестнице, чтобы последовать совету парня.       Мэтту же понадобилось некоторое время, чтобы вернуться в комнату к Фросту, перед этим попытавшись вытереть лицо от грязи и несуществующей, но ощущаемой крови на нем.       Подойдя к раковине, он включил воду и наконец-таки умыл лицо, снимая с него накопившуюся усталость вместе с грязью. Раны саднили, во рту чувствовался привкус земли и пыли, но эта чистота успокаивала.       — Она в курсе твоей работы? — подал голос Тобин, наблюдавший за парнем. Пока он тут сидел в тишине и покое, он мог слышать, о чем говорил его надзиратель в коридоре с ужасными желтыми, да еще и, как оказалось, тонкими стенами.       Мэтт взял рядом висящее полотенце и вытер руки. За окнами слышался скрежет железнодорожных составов.       — Та, кому ты звонил… — не унимался мужчина.       Мэтт стоял к нему спиной, все еще делая вид, что вытирает руки.       — Ведь это девушка? — снова ноль реакции, поэтому Фрост продолжил: — Хотя, может и парень, я не знаю. Не мне судить.       Уэстон выкинул полотенце на пол и грозно посмотрел на Фроста, развернувшись к нему.       В его глазах стояли слезы, но еще там читалось презрение вперемешку со злостью и усталостью. Влажная кожа на щеках переливалась, когда желваки на скулах Мэтта задвигались.       — С нашей работой нормальные отношения заводить бесполезно.       Фрост выжидающе и даже слегка печально смотрел на Мэтта, почесывая бороду. Словно совсем не его пригвоздили к стене.       — Не бойся, она тебя не бросит, — растянул слова мужчина. — Все пойдет вот так, — он махнул рукой, — пытаясь ее уберечь, — он еще раз провел рукой по воздуху и вернул под челюсть, — ты будешь лгать, и вранья будет становиться все больше…       — Ты говорил, что нужен им живым, так? — перебил его Мэтт. Но Фрост продолжал свой монолог:       — Даже правда со временем будет походить на ложь, — Мэтт не слушал его, возвращаясь к интересующему его факту:       — Почему?       Фрост закончил, а Мэтт внезапно додумался:       — У тебя есть что-то, что им нужно. Что это?       — Она местная?       — Что это? За нее не волнуйся, — парень качнул головой.       — О, все-таки, девушка.       — Да, — Мэтт сорвался с места, опрокидывая с громким стуком стол, что он подвинул несколькими минутами ранее. Он подошел слишком близко к Фросту и навис над ним, не зная, что делать дальше.       Ему явно не доставало такого же спокойствия, которое было у самого разыскиваемого США преступника. Фрост смотрел своим привычным взглядом на Мэтта снизу вверх, разве что победно не хмыкнул тому, что вывел парня из себя.       За окном снова шумел состав, прибавляя к этому резкий паровозный гудок. В номере время застыло на пару секунд, пока Фрост не возобновил свою речь:       —Ты будешь продолжать врать ей дальше, — Тобин будто читал уже написанную книгу, без запинок предсказывая будущее Мэтта. — Она по-прежнему будет тебе верить, потому что хочет верить. Вот смысл нашего существования и вот наша работа. Мы так здорово наловчились пользоваться желанием людей верить и доверять.       Мэтт тяжело дышал ртом, слушая то, что говорил ему мужчина. Его темные глаза не ухмылялись, в них находилась какая-то частичка сочувствия и милосердия. А его губы говорили слишком точные фразы, будто обещания, что были исполнены века назад.       Парень отошел от Фроста и осел на кровать, повернувшись спиной, надеясь хотя бы не видеть своего собеседника. Фрост смотрел на него и по опущенным плечам видел все мысли и переживания парня. Изучал его и давал возможность обдумать свои слова одновременно.       — Она не бросит тебя, Мэттью, — после затишья подал голос Фрост.— Ты ее бросишь.       Мэтт не видел, что Фрост все еще за ним наблюдал. Он не видел, но слова, обращенные к нему, врывались прямо под грудину, прямо под черепную коробку, скобля все внутренности острыми когтями.       — Я — не ты, понял? — через плечо посмотрел Уэстон на мужчину красными глазами.       Фрост некоторое время не прерывал контакта, но первым отвернулся к окну, желая поставить точку. Блестящие глаза парня проследили за движением сильной шеи, и Мэтт, одергивая себя, вернул голову в исходное положение.