В контакте

От Розы Что-то нудно пищало на левое ухо, на другое кто-то посапывал. И где я? Вроде последний раз я провожала Дмитрий. Я еще не открыла глаза, но потянулась в животу. На нем лежала чья-то рука. Вот почему мне немного трудно дышать! В животике кто-то зашебуршался. Он со мной! Я открыла глаза. Ну, да! Я в больнице! Где мне еще быть? Я уже привыкла просыпаться здесь. Рука на моем животе принадлежала Дмитрию, как и сопение. В одной руке стояла капельница. Второй я провела по его голове. Он поднял ее и заморгал: -Роза! – Я улыбнулась ему. – С ним все хорошо! У тебя один из швов порвался, уже все сделали. -Ты не уехал? – Он помотал головой. -Я с тобой останусь, даже если придется уволиться. Я люблю тебя! -И я! -Я позову врача! Я быстро! За то время, что не было Дмитрия, я успела оглядеться. Знакомые места! Но доктор пришел другой, вернее пришла. -Я доктор Озельски, твой врач уволился. Можешь не волноваться, все самое страшное уже позади, но тебе придется остаться у нас на несколько дней. -Да эта палата уже мой второй дом! Папа и мама здесь? -Я их позову. Пожалуйста, меньше нервничай, а то все мои усилия будут напрасны. -Хорошо! Мама сразу принялась меня обнимать. Папа засмеялся, но два злых взгляда успокоили его. Он тоже подошел ко мне. -О, дорогая, ты не должна была ездить! -Мне объяснили, что это случилось бы в любом случае. Вас там не дозовешься! Где Дмитрий? Они оба переглянулись. -Я хочу знать! Ваши бессловесные разговоры только хуже! -Тебе хорошую или плохую новость? -Хорошую, мне плохие нельзя! -Роза, ты спала почти три дня! – Мама улыбнулась. -Говорите! -Она и не хорошая и не плохая. Это как ты на нее посмотришь. – Я ждала объяснений, пока папа подбирал слова. – Ты правильно сделала, что не отпустила своего мужа. Где-то в штабе ошиблись, и всю группу, которой он должен был командовать, накрыло минометным огнем. Там каша из тел. Дмитрий! Если бы он был там? Я вытерла одеялом слезы. -Мейсон и Эдди погибли? -Остался только Эдди, он был выше с винтовкой. Мне жаль, это твои друзья! -А что теперь может быть хуже? -Беликов не сел на самолет и сейчас его арестовали за попытку дезертирства. За это не убивают! Я бы сказал, что эта хорошая новость! -Почему? -Пока они будут разбираться, его никуда не отправят! -Я хочу его видеть! -Я попробую что-нибудь сделать! – Папа вышел. -Не переживай! Его максимум лишат званий и наград, ну еще месяца три посидит в тюрьме! Он потом больше никуда не уедет от тебя! Эйб что-нибудь сделает! Все будет хорошо! -Мам, ты русский учила? -Роза, он очень сложный. Я узнаю, что с Дмитрием. Он вошел в палату. На нем по-прежнему была форма, но руки сведены перед собой, а на них накинута шинель. Дмитрий уже не так весело улыбался, но подошел ко мне. Я сняла с его рук его пальто. Думали, что я не догадаюсь? Он смотрел на меня виноватым взглядом. -Дмитрий, ты должен был быть там! -Прости, что не послушал! – Он положил одну руку мне на лицо. – Ты же не будешь на меня злиться? -Нет! Теперь карьера для тебя закрыта? -Не знаю, как суд скажет. Не переживай за меня, я живучий! Я не могу потерять вас двоих. Вы важнее всего остального! Я теперь всегда буду слушать тебя! -Я люблю тебя! -Подумай над именем! -Уже! – Я довольно улыбнулась. – Так же, как его отца, а второе можно сделать Иван и Мейсон. -Мне нравится! Димка, не обижай маму. Ты даже не представляешь, какое сокровище нам досталось! Роза, мне надо идти! – Он стал серьезным. – На форму всегда западали девушки. Зачем она мне сейчас, если у меня есть ты? -Согласна. Другие не уведут. -Такого никогда не случилось бы! У меня есть еще один звонок. Я тебе позвоню! Все его желание уходить пропало и усилия, чтобы бороться, когда он поцеловал меня. Я не настаивала, но Дмитрий… Если бы его руки не были в наручниках, то получилось бы еще лучше. Нам помешали. -Сэр, две минуты уже вышли! – Я бы этого солдатика иголкой для капельницы заколола. -Я люблю тебя! – Он еще раз поцеловал меня, но не так настойчиво. – Я позвоню! У меня самый крутой адвокат! – Говорил Дмитрий, оглядываясь на меня. -Кто? -Твой отец! Солдат вывел его. Роза, не переживай! За такое никто Дмитрия убивать или подвергать пыткам не будет! Они же на безжалостные люди, хотя может и такие, и все поймут! Одно меня пугало – папа его адвокат. У него же нет юридического образования. Он только хуже сделает. Я честно пролежала два дня, как велела доктор. Все затекло, я ниже попы ничего не чувствовало. Маленький непоседа не давал мне нормально поспать. Я теперь злая! -Чем занимаешься? – Папа принес мне вкусненького. Кусок карбоната, который я съела, как яблочко, за пару секунд. – Как мой внук? -Спать не дает! Сам не спит и мне не дает. Что с Дмитрием? -Еще бумагами заняты. Через два дня суд. Пошли, прогуляемся! Он протянул мне руку, чтобы помочь встать. Я скинула ноги на пол и встала, держась за папу. Ощущение, что это не мои ноги. Они меня не слушались! Я бы упала прямо на живот, если бы папа не удержал меня. -Что случилось? – В его лице был отчетливо виден страх. -Я не могу встать! Они меня не слушаются! -Сядь! Может затекли? – Он достал ручку и надавил ей на мои ноги в разных частях тела. – Чувствуешь? -Да, но это ничего не меняет. Дмитрий говорил, что какие-то швы разошлись. -Они здесь не причем. Мы все проверим! Не волнуйся! Папа ушел. Меня целый день возили на коляске по разным врачам. Никто ничего не мог понять. Вызвали моего лечащего, он почесал затылок и пожал плечами. Никто ничего не знал! Я не хотела снова садиться в кресло, а придется! У врачей есть еще месяц, прежде, чем начнется старая история с физиотерапией.