Light-Blue

Pov Найл

      - Найл, пожалуйста... - она плакала тихо, и её голос звучал почти безнадежно. При каждом её всхлипе боль пронзала каждую клеточку моего тела. Но я не мог сделать то, о чем она меня просила. Я ещё не выслушал её до конца, но знал, о чем она попросит, о чем она будет умолять.       - Нет.       - Пожалуйста... - голос Глории Эддингтон наполнял маленькую комнату в посреди леса. Если бы я мог опомниться и встать, я бы разбил чертов телевизор. Девушка плакала, и её речь прерывалась, кажется, она забывала про прямой эфир.       - Все что угодно, Найл! Я умоляю тебя! - Фанни знала, на что соглашается, когда поцеловала меня в первый раз, когда согласилась остаться со мной, когда лишилась со мной девственности, черт возьми! А может ей только казалось, что она все понимает, и теперь, видя свою сестру, которая вдруг переполнилась любовью, которая вдруг поняла, как скучает по своей Эф, рыдала на всю страну, и каждый смотрел на это прекрасное, заплаканное, идеальное лицо, кричащее о жажде увидеть свою младшую сестренку. Каждый смотрел и жалел её, каждый проникался и сочувствовал. Фанни растаяла сразу, и казалось вместе с этим растаяла и её любовь, так, как будто бы её и не было. Внутри меня вновь бушевала буря, сердце обливалось кровью, не желая больше биться, но моё лицо абсолютно точно не выражало ничего.       - Позволь увидеть их в последний раз, мы вернёмся обратно в этот же день, пожалуйста.       - Нет, Фанни! - я вскочил с дивана, чувствуя, как кровь закипает в венах. Я злился, ужасно злился, ощущая такую досаду, что хотелось метаться, биться об стены. Она променяла меня на них в одну секунду, даже не понимая этого! - Если ты увидишь их, ты больше не вернёшься! А я не собираюсь тебя отпускать, понятно?! Хочешь ты этого или нет, ты останешься здесь, потому что ты согласилась на это сама! Я позволял тебе уйти, убежать... - мой крик заполнял душное пространство, я срывал голос, - Но ты осталась! Ты захотела так сама! Так вот теперь, я хочу, чтобы ты была со мной, понятно?! Ты останешься здесь навсегда! - вся моя злоба выливалась на неё нескончаемым потоком, я знал, что пугаю её, и все равно не мог остановиться. Теперь я не мог жить без неё, теперь не в моих силах было её отпустить...       Ее холодные дрожащие руки коснулись моих, я сжал её ладони, мысленно извиняясь. Мне не хотелось говорить ей все это, но каждое слово, которое услышала Эф, было правдой. Я никогда бы не отпустил её, было бы глупо до сих пор не понять этого. Фанни была в ловушке, из этого лабиринта не была выхода. Кровь била в висках, и голова кружилась, я чувствовал себя просто отвратительно из-за всего этого. Благодаря этой девушке, теперь я мог спать спокойно, и мои кошмары рассеялись, как утренний туман. Благодаря Фанни, я больше не винил себя в смерти своей сестры, я начал улыбаться, я начал жить. Как я мог отпустить то, что заставило меня вновь вдохнуть эту жизнь?       - Я люблю тебя. Я люблю тебя сильнее каждой из них, сильнее их вместе взятых. Я люблю тебя больше всех на свете, почему же ты не можешь этого понять?- её нежный голос заставил меня успокоится, теперь я чувствовал горечь и вину.       - Я никогда не отпущу тебя, Фанни... - как бы ужасно это не звучало, это было правдой, я не хотел лгать ей. Тупая боль заполнила мою душу.       - И не надо, - её маленькая ладонь коснулась моей щеки, - Посмотри на меня... - я перевёл взгляд на неё, ощущая, как испаряются мои злоба и раздражение, - Я не хочу снова видеть лёд в твоих глазах. Если ты сказал, что мы не поедем, значит мы не поедем, - она поцеловала меня, легко и робко. Её горячее сбитое дыхание обдало мои губы, и я поцеловал её в ответ, вновь убеждаясь в том, что мы сможем решить эти проблемы. Мой язык сплетался с её, мысли сбивались в кучу, но я все также четко осознавал, насколько сильно обожаю её. Мои руки разгуливали по прекрасному телу Эф, в то время как я сгорал от любви к ней. Да, я обжигался, горел, но готов был превратится в пепел ради неё.       - Мы поедем, - моё дыхание все ещё было тяжелым. Я переплел ноги Фанни со своими, чувствуя девушку всем своим телом. Она обнимала меня, положив голову мне на грудь, и я готов был провести так всю свою оставшуюся жизнь.