Воображаемый Север

Целую неделю после посещения магической улицы Гарри не спешил заводить разговор. Понимание, что наличие голосов в голове даже в мире магии странно и ненормально, не отбило у него всякое желание с профессором поговорить, но мальчик упрямо сдерживал все свои порывы сейчас, вот тут же, немедленно, завалить мужчину вопросами. От этого Поттер страдал, слоняясь призраком по своей новой маленькой комнате. Он ещё удивился тому, что Дурсли расщедрились после его возвращения из волшебного квартала. Северус выдержке мальчишки поражался, но в разговоры сам вступать не спешил. Забота о Поттере въелась под корку, включалась на уровне рефлексов, а в омут с головой профессор кидаться не привык. Для этого есть неуправляющие собственными силами и желаниями гриффиндорцы. Профессор сортировал собственные воспоминания о днях Поттера в школе. Картина вырисовывалась грустная, полная тревоги и разочарования, что Гарри весь пошел в отца: мальчишка не слушал на уроках, игнорировал подготовку домашнего задания, не обращал внимания на справедливые замечания и как пустоголовый олух отдавал себя нелепой и глупой игре в квиддич. Гарри, которого профессор знал сейчас, отличался покладистым характером и удивительной в своей наивности натурой. Ни в какое сравнение с тем воинственным прямолинейным терьером, которого он помнил. Мальчишка был худ, сообразителен и спокоен. Он искоса бросал взгляды на обижающих его тётку с дядей и шустро бегал от своего кузена с его бандой. Магия его слушалась, чем Гарри неосознанно пользовался. Петунья заставила его поздно вечером приготовить продукты для завтрака — утром ошпарила руки кипятком. Прополоть сорняки в клумбах с розами — ночью низлы покопались в её саду. Протереть полы во всем доме в третий раз за день — отключились и вода, и свет. А Дадли каждый раз после «Охоты на Гарри» умудрялся подавиться любимыми конфетами, а после страдал от поноса. И всё было бы в порядке, профессор бы только слегка направлял мальчишку, если бы собственные слова с поразительной ясностью не всплыли в его памяти. «Как свинью на убой».

***

— Гарри, — нарушил недельное молчание профессор, когда Поттер пытался разобраться с чарами и повторял движения палочки из учебника. — Движения кистью должны быть плавными. У тебя недостаточно гибкие пальцы и слабо развита мелкая моторика. Уверен, и почерк у тебя оставляет желать большего. Мальчишка от неожиданности подпрыгнул. Он, конечно понимал, что профессор просто так сам не заговорит, но и ощутить его присутствие так и не мог. — Я думал, вы исчезли. — Судя по всему, я с тобой надолго застрял, — скривился Северус. Сама мысль о продолжительном заточении не внушала ему оптимизма. — А так как твое благополучие напрямую связано с моим, то делай, что я тебе велю. — Что делать? — Гибкость рук развивай для начала. Одно дело работы в саду, с магией — совершенно другое. С волшебной палочкой в таких руках ты опасней обезьяны. Для себя. Гарри поджал губы от обиды, но желание общаться с профессором перевесило, и он тяжело вздохнул. В любом случае Север ничего плохого ему не сделал. Да и не сможет, насколько понимал Гарри. — И прочитай справочник для детей, который мы приобрели в книжном, — продолжил Северус, не обращая внимания на недовольно задрожавшие свечки рядом с собой, — иначе без основ тебе придется сложно. — Хагрид говорил что-то про факультеты в Хогвартсе, — задал невпопад вопрос Гарри, откладывая учебник по чарам и отыскивая невзрачное пособие для маленьких. Профессор настоял на этом экземпляре, проигнорировав более новые и красочные издания. — Что он имел в виду? — Слушал все-таки, — довольно хмыкнул Северус, с досадой отмечая, что раньше мальчишка дальше своего носа не видел и делал преждевременные выводы. — Обучение в Хогвартсе для всех одно и тоже. За исключением факультетских занятий, которые старшекурсники проводят для младших. Факультет становится домом на время всего обучения. — Я догадался, что вы учились в Хогвартсе, — кивнул своим мыслям Гарри. — Какой факультет был вашим домом? — Все ждут, что ты отправишься в дом своих родителей — Гриффиндор, — фыркнул Северус. Мальчик задавал правильные вопросы, был любознательным, и гриффиндорскими в нем были только корни. Спасибо родственникам, которые заглушили в нём безрассудство. В его прошлой жизни из парня вылепили идеального героя именно на факультете Годрика. — Не думаю, что похож на своих родителей, — отмахнулся Поттер, не позволяя увести себя в сторону и настаивая на ответе. — Профессор Север? — Слизерин. — А вы расстроитесь, если я попаду на другой факультет? — В любом доме есть свои преимущества и свои недостатки, — хмыкнул Северус, заметив отражение Гарри в окне. Из-за сумерек черты лица были нечеткими, но профессор видел задумчивость своего подопечного.

***

Дадли примерял свою новую форму частной школы Смелтинг. Он недовольно хмурился разглядывая себя в зеркале: мальчик похудел за последние три недели на два размера, и малиновый пиджак на нем висел, как на вешалке. — Мама, — Дурсль-младший недовольно поджал губы и бросил злобный взгляд на фыркнувшего Гарри. — Ты купила мне слишком большой пиджак! Как я могу появиться в новой школе в этом ужасе? Я же на Поттера похож! Гарри чуть не подавился водой, которой глотнул в этот момент, и удивленно посмотрел на кузена. Северус усмехнулся и устроился в кресле поудобнее: ему было всё равно на вопли малолетнего хулигана, а книжка в руках очень интересна. Совсем недавно профессор заметил, что может представить любую книгу, которую когда-либо читал, и она тут же появится в его руках. Феномен объяснялся нахождением Северуса в чужом разуме. Память является составляющей разума, следовательно, любую вещь возможно воспроизвести. Эксперименты профессор прекратил, когда Гарри пожаловался на дикую головную боль. — Дадлипусичек, — тем временем всплеснула руками Петунья, — как же так! Женщина покачала головой и устало вздохнула. Она заметила, что любимый сынок начал стремительно худеть. Ей пришлось посадить его на строгую диету из-за частых проблем с кишечником. Сердце бедной матери кровью обливалось каждый раз, как она видела страдания на лице Дадли. И форма. Её семья не бедствовала, но купить новую форму по размеру за день до отправления в школу не представлялось возможным. Взгляд Петуньи остановился на племяннике. Мальчишка читал справочник по ботанике и, почувствовав взгляд тетки, недоуменно посмотрел на неё. — Встань, — приказала миссис Дурсль и недовольно поморщилась от общего впечатления от Поттера: взъерошенный, как воробей, в безразмерном тряпье. Что о них подумают? Не то, чтобы её волновало мнение каких-то там ненормальных. — Ты форму к школе купил? — Эм… — смутился от такого пристального внимания Гарри. — Только мантии. И галстук. — У вас, ненормальных, больше ничего в форму не входит? — удивилась Петунья и даже забыла возмутиться. — Деньги-то у тебя остались? Отлично, мальчики, собирайтесь. — Мама! — Топнув ногой, взревел Дадли. Гарри благоразумно отложил книгу и поспешил ретироваться. — Надо же, в Петунье совесть проснулась, — хмыкнул профессор и вернулся к прочтению древнего фолианта по очень темной магии. Время у него ещё было, но рисковать Северус не желал. Мальчишку следовало избавить от довеска в лице темного лорда и его самого. Всю жизнь с Поттером! У кого-то явно хромает чувство юмора.

***

Первое сентября наступило, Гарри топтался на вокзале, в новой одежде чувствуя себя неуютно. Большой рюкзак со специальными чарами, который он отстоял на Диагон аллее у Хагрида, убеждающего купить огромный чемодан, давил на плечи, а клетка с огромной белой совой привлекала внимание. Мальчик растерянно оглядывался по сторонам, пытаясь разглядеть номера платформ: на очки своей задницей с утра уселся Дадли. Поттер не разревелся, но от обиды пожелал кузену в школе опозориться. Естественно, вслух он своего негодования не высказал. — Попроси кого-нибудь отвести тебя к седьмой колонне между девятой и десятой платформами, — посоветовал профессор. Из-за близорукости мальчишки его возможности видеть были так же ограничены. Гарри последовал совету и уже через десять минут какая-то семья помогла ему добраться до места. — Ты в Хогвартс едешь, да? — зашептала ему на ухо девочка. Гарри прищурился на светлое пятно рядом с собой и согласно кивнул. — Прости, я плохо тебя вижу, — слабо улыбнулся мальчик и обратился ко взрослому мужчине: — спасибо за помощь, сэр. — Успешной учёбы, молодой человек, — кивнул мужчина. — Дафна, попрощаемся здесь. — До встречи, папочка! — попрощалась девочка и обняла отца. Гарри не стал мешать и прислонился к колонне, собираясь подождать новую знакомую, но провалился. Поттер почувствовал, как медленно проходит сквозь желеобразное пространство и падает на землю. Сова в клетке возмущенно заворчала, а кто-то потянул парня вверх. — Аккуратнее, молодой человек! — Спасибо, мэм! Гарри встал на ноги, благодарно кивнул какой-то женщине и прищурился, пытаясь разглядеть большой паровоз. Осторожно лавируя между взрослыми и детьми, он пробрался к дверям в ближайший вагон. И только когда разместился в купе смог перевести дыхание. — Если так будет продолжаться, то я запомнюсь как самый неуклюжий студент Хогвартса за всю его историю, — устало вздохнул мальчик. — Уверяю тебя, чтобы захватить пальму первенства тебе придется сильно постараться, — приободрил парня профессор. — Спасибо, утешили, — кисло улыбнулся Гарри, смотря в окно.

***

Через пять минут после того, как поезд тронулся дверь в купе отворилась. Гарри обернулся и заметил две рыжие макушки. Лица по-прежнему расплывались, но две широкие улыбки мальчик опознал по ярким губам. — Отлично, Ронни! — заговорили рыжики, пропуская такого же рыжего ниже ростом. — Знакомься с соседом, — заговорил один, закидывая большой сундук на полку. — Возможно, он согласится стать твоей нянькой на семь лет! — продолжил второй, подталкивая младшего к окну. — За тобой нужен глаз да глаз! — снова заговорил первый. — К сожалению, свои отдать не можем, — второй юноша взлохматил макушку названного Ронни. — Самим нужны! — хором сказали мальчики по-старше. — Точно не хочешь поздороваться с тарантулом Джордана? — Обойдусь! — вскочил младший. — Проваливайте! — Крепись, парень, — посочувствовал Северус. — Перед тобой Уизли. Они очень болтливые и наглые. Надеюсь, ты не собираешься с ними водиться. — Почему? — мысленно обратился к профессору Гарри. Это ему пока удавалось с трудом. Всё-таки мыслей Север не читал. — Наблюдай. Рыжий мальчишка тем временем захлопнул дверь за братьями и, неловко улыбаясь, обернулся к Поттеру. — Эм… Прости их. Они придурки. Гарри молча кивнул, отворачиваясь к окну. Ронни сел на край и нервно поглядывал на соседа. Разговор он заводить смущался, а Поттер не собирался облегчать ему задачу: советы профессора приносили только пользу. — Эм… Меня зовут Рон. Рон Уизли. — Гарри Поттер, — представился брюнет. Он не видел, как удивленно уставился на него новый знакомый, но взгляд почувствовал. Такое внимание напомнило Гарри о жутких минутах в «Дырявом котле». — Правда? — Нет, — хмыкнул мальчишка, отворачиваясь от Рона. — А у тебя есть… — рыжик показывал на лоб, пытаясь что-то невразумительное проговорить и протягивая руку к чёлке Гарри. — Мозг? — уточнил Поттер, мягко уводя руку Уизли в сторону, и насмешливо усмехнулся: — Ты некомпетентен для подобных проверок! — Неко… Чего? — не понял Рон, а Гарри не стал его просвещать. Ему нравилось повторять красивые фразы за профессором, смутно догадываясь об их значении. Северус довольно фыркнул. От объяснений Поттера спасла недавняя знакомая, которая открыла дверь и улыбнулась. — Ты сбежал, и мы не успели познакомиться, — пояснила своё присутствие девочка. — Случайность, — пожал плечами брюнет, поднимаясь. — Гарри Поттер. — Дафна Гринграсс, — девочка не показала удивления от своего знакомства со знаменитостью. — Позволишь представить моего знакомого? Вы дальние родственники, и он хотел познакомиться с тобой до школы. Дафна прошла в купе и остановилась в стороне, позволяя пройти внутрь ещё одному мальчишке их возраста. Гарри заметил его прилизанные светлые волосы и невысокий рост. И тем не менее мальчик был на несколько сантиметров выше. — Драко Малфой, — представился блондин, протягивая для рукопожатия руку. — Твоя бабушка со стороны Поттеров тетя моей матери. Тебя воспитывали магглы, верно? Держись меня, и я помогу тебе разобраться что к чему. — Отродье Пожирателя, — бросил с презрением Уизли, пытаясь выглядеть внушительно и гордо. Выходило у него неважно, но Гарри оценил интонацию и почувствовал напряжение. — Гарри — герой магического мира! Думаешь, он станет водиться с такими, как ты? Дафна вздрогнула, но смогла удержать лицо и слабо улыбнулась брюнету. Поттер нахмурился и прислушался, но профессор молчал, позволяя сделать мальчишке свой выбор. — Гарри Поттер, — представился брюнет и протянул руку блондину под всё растущим изумлением Рона. — Приятно познакомится, Малфой. Я очень любопытен, и мне совсем неизвестен магический мир. Уизли сжал руки в кулаки и выскочил из купе, толкнув Малфоя. — Свои ошибки я хочу делать сам, — посвятил в свои мотивы профессора Гарри. Север одобрительно хмыкнул.

***

— Тебе не чуждо чувство справедливости, но ты осторожен, — шептала шляпа. — В тебе есть храбрость, но не она определяет твои поступки. Пытливый ум и желание быть значимым… — Не смей, тряпка, ломать мальчишке жизнь! Где он останется собой? И где раскроется его потенциал? — перебил шляпу Северус. — СЛИЗЕРИН!