Конец твоим планам, старикан

      Министр Магии Великобритании Корнелиус Фадж спокойно сидел в своём кабинете и пил кофе. Ему предстоял сложный день, заполненный непростыми министерскими делами. Так же надо было ещё точно убедиться, что никто не хочет свергнуть его с поста министра. Особенно этот Дамблдор. Мысли Фаджа прервал его новый секретарь (как его там?) Уизли:       — Господин министр, к вам пришёл Люциус Малфой с супругой и дамой. Она мне не известна, но выглядит как аристократка. Он хочет поговорить с вами «касательно произвола Дамблдора».       — Ох, да-да-да, впустите их и проследите, чтоб никто посторонний не зашёл.       — Как скажете, министр, — Перси вышел и пригласил ждавших магов в кабинет.

***

      — Здравствуйте, Корнелиус, рад вас видеть вновь, — Люциус был неотразим в своём облике ледяного аристократа. — У нас к вам есть очень серьёзный разговор.       — О чём пойдёт разговор? — Фадж сразу почуял выгоду. Однако он знал, что слизеринец мог иметь ввиду и отстранение. — Прошу прощения, Лорд Малфой, но я не смогу восстановить вас в попечительском совете …       — Не волнуйтесь, Корнелиус, я здесь не за этим. Позвольте представить вам Ариану Поттер, тётю всем известного Гарри Поттера, — такого шока министр не испытывал давно.       — Но как это… Но Дамблдор… Что происходит? — не зря Фадж сидел в кресле министра, он умел вовремя собраться с мыслями.       — Рада знакомству, господин министр, как только я узнала, какой произвол учинил Дамблдор, то сразу попросила Люциуса и Нарцису познакомить меня с вами. Я надеюсь, что вы поможете мне, и Альбус получит по заслугам. За то, что Гарри жил отдельно от меня, с ненавидящей магию тёткой.       — Я так понимаю, вы собираетесь открыто выступить против Дамблдора, однако Поттеры всегда его поддерживали. И как получилось, что ваш племянник жил отдельно от вас? — Фаджу необходимо было всё просчитать, но он уже чуял, что Дамблдору это доставит много проблем. — Что вы собираетесь делать сейчас?       — Я собираюсь подать в суд на Дамблдора, так же буду требовать для него Азкабан. Мне известно, что это весьма опасно, но я не могу спустить ему с рук то, что он сделал. Дело в том, министр, что во время всех этих событий, происходящих одиннадцать лет назад, меня не было в Англии. Я младше Джеймса на три года и училась в это время в Шармбатоне. Поэтому брат писал мне о том, что у них происходит, каждый день.       Когда я не получила письмо первого ноября, то заволновалась. Это молчание сводила меня с ума. Поэтому я отпросилась у мадам Максим и направилась в Англию. Там я увидела лишь разрушенный дом, после направилась к Сириусу, но его дом был закрыт, потом пошла к Дамблдору. Джеймс писал, что именно он защищал их и давал советы по безопасности.       Когда я пришла к нему, он рассказал мне, что произошло. Дамблдор сказал, что Волдеморт пришёл в дом Джеймса, которого предал его друг. Он сказал, что вся семья погибла, никто не выжил, что их тела предали огню. Я не могла в это поверить. В один момент я стала одна. Вся Англия напоминала мне о трагедии, это было невыносимо. Поэтому я решила уйти из страны, закончив обучение, мне предложили остаться в школе учителем. Так было не больно. Потом мне написала Нарцисса, и вот я здесь.       — Это неожиданная информация, — Фадж не хотел слишком сильно рисковать, идя против Дамблдора. — Однако как вы можете доказать свои слова?       — Во-первых, я могу предоставить свои воспоминания. Во-вторых, вы можете спросить Сириуса, он подтвердит, что я обучалась в это время, и Джеймс постоянно писал мне. В-третьих, это Дамблдор должен доказывать, что подобного не было, — доводы были весомыми, однако Ариану интересовало ещё кое-что. — А где Сириус? Почему он не взял на себя опекунство? Сириус имел на это право, он ведь его крёстный…       — Он предал Поттеров, был хранителем тайны (на дом в Годриковой Лощине был наложен Фиделиус). Блек раскрыл своих «друзей» Волдеморту, за это он пожизненно заключён в Азкабан, — слово взял Люциус, Нарцисса обеспокоенно смотрела на Ариану.       — Я понимаю, в это тяжело пове…       — Что за бред. Люциус, ну ты-то должен понимать, что подобное невозможно. Сириус был крёстным Гарри, он не мог ему навредить. Более того, хранителем тайны был другой их друг. Всегда забывала, как его зовут, какой-то Питер. А ещё я знаю, что Дамблдору об этом известно. Обряд проводили на моих школьных каникулах. Чем больше членов семьи, тем больше родовой магии.       Так как мы не могли попасть к самому родовому камню, поместье разрушили. Поэтому помещение напитывали родовой магией я и Джеймс, а обряд проводил Дамблдор. Мы посветили его обо всех деталях ритуала. Он знал, что Сириус не может навредить Гарри даже косвенно. А после через пару дней наложили Фиделиус. И предупредили директора письмом, чтоб он обратился к Питеру, т.к. он хранитель тайны, для того чтоб попасть в дом.       — Это многое меняет, мы можем с уверенностью выступить против Дамблдора, — Люциус уже успел оценить потери, которые ждут директора. — Думаю, что с этим справитесь вы сами, мы будем ждать письма на заседание Визенгамота.       — Ах, да, господин министр, — дружелюбная улыбка на лице Арианы пугала, — не могли бы вы оказать мне одну услугу?       — К-конечно, мисс Поттер, чем могу вам помочь?       — Не могли бы вы включить меня в попечительский совет Хогвартса вместо Люциуса, мой род по-прежнему богат и я знаю европейские стандарты учебных заведений, я повышу уровень образования Хогвартса и не дам Дамблдору спуску. Вы же не против, господин министр? — под взглядом этих карих глаз Фадж чувствовал себя, словно мышь перед удавом.       — Да, сейчас же подпишу приказ, Уизли! — в кабинет тут же зашёл секретарь министра. — Подготовь бумаги для включения Арианы Поттер в состав попечительского совета Хогвартса.       Через десять минут все бумаги были заполнены, Нарцисса отправилась обратно в менор, а Люциус и Ариана направились в школу. Леди Поттер не терпелось встретиться со своим племянником, а ещё ей предстояло провести полную инспекцию Хогвартса.