Увидеть Париж и соблазнить

– Нет, нет и нет! Мне это не нравится! – отпирался Филипп Бирон. – Я не стану ради ваших прихотей делать из моих героев посмешище. И Серж правильно сделал, что распрощался с вами. Уже битый час Такеру и Уэда с помощью Сора уламывали писателя изменить рассказ, добавив в него юмор и необычный любовный треугольник. – Это обязательно понравится народу, – уже в который раз заверял Такеру. – У меня хорошая интуиция. – Мне безразлична твоя интуиция. Всё! Отстань от меня! – нервно отмахивался Филипп. – Если тебе так нужен этот фильм, так сам его и создавай! Парень вновь прошёлся по комнате. И разговор, и собеседники его уже откровенно раздражали. – Избалованные богачи, – театрально восклицал он. – Вам лишь бы смеяться над людьми. Я же смотрю внутрь их чувств, выворачиваю души, утешаю боль. У вас замашки людей, которые выросли в своём мирке на всём готовом, с прислугой. Ваши капризы исполнялись по первому желанию. И поэтому вам безразличны проблемы смертных людишек, вы предпочитаете лишь развлекаться! – Мда-а, – вздохнул Такеру. – С таким трудно. Не удивлюсь, если он поклонник трагедий Шекспира. Филипп, у тебя была трудная жизнь? – Представь себе, да. Могу развлечь тебя и рассказать. В восемь лет я потерял мать. У мачехи имелось своих двое детей, и потому я ей был не нужен. А ещё через три года умер и мой отец. Меня выкинули на улицу, как надоевшего щенка. И мне, подростку, пришлось буквально выживать. Было всё: и плохие компании, и наркотики, и грабежи. Я жил на чердаке дома. А под ним находилась квартира Сержа. Иногда он меня подкармливал, порой давал немного денег. Мы с ним сдружились, и он ввёл меня в круг своих друзей. А потом поставил по моему рассказу (я сочинял истории просто для души) поставил короткометражный фильм для дипломной работы. Теперь вот мы с ним компаньоны. По сути Серж меня спас, дал мне смысл в жизни. И я, как и он, не могу смеяться над человеческими судьбами. – Твоя история печальна, – хмуро произнёс Уэда. – Но это не повод обвинять окружающих в чёрствости. Тем более, что о нас ты ничего не знаешь. – Не упрекай его, Уэда, – остановил Такеру ворчание друга. – Не будем больше настаивать. Если человек не хочет, так зачем его заставлять? А можно узнать, Филипп, в личной жизни тебе больше повезло? – Зачем это тебе? – с подозрением покосился парень. – Твоя история меня по-настоящему растрогала. Тебе не повезло с семьёй, но повезло с другом. И было бы радостно узнать, что и любовь к тебе не жестока. – Ну и льстец же ты, – покачал головой Филипп, заняв своё место в кресле. – Конечно, были у меня девчонки, но чисто так, переспать. И лишь недавно я встретил ту, к которой потянулось моё сердце. Да вот только я ей безразличен. – Ты ей признался и получил отказ? – Нет, не признавался. Но и так понятно, что для Амели я пустое место. – Амели… Постой. Это та девушка с киностудии? – Она самая. Японские парни переглянулись. – Интересно, – повернулся Такеру к другу, – что бы он сказал, если б узнал, что Амели понравился я? – У твоей мечты сняться в их фильме не осталось бы даже крохотного шанса, – отозвался Уэда. Вдруг подал голос сотовый телефон Такеру. Парень достал его из кармана, глянул на табло. Извинившись перед собеседниками, Такеру вышел на балкон, где и ответил на звонок. Проводив друга настороженным взглядом, Уэда вернулся в разговор. – Не надо видеть в нас врагов, Филипп, – сказал он. – Может, Такеру слишком размечтался, но он искренне хочет, чтобы вы с Сержем тоже получили выгоду как моральную, так и материальную. А что касается его избалованной богатой жизни… Такеру прижал телефон к уху, и его губы сами собой растянулись в улыбке. – Салют, Симон, – промурлыкал парень. – Салют, – ответил ему мягкий голос. – Ты как? – Я о’кей. Я рад слышать тебя. – Я… Такеру, ты нравиться мне. Давай встречаться сегодня снова. – Вечер? – Уи. Я ждать в мой дом. – Симон, я рад, но Уэда… Он… Он… – Ревновать? Вообще-то, Такеру хотел сказать совсем о другом, просто английское слово забыл. Однако разговор повернулся в русло более интересное. – Да, ревновать, – подтвердил Такеру. – Ты говорить ему всё? – Нет, нет. – Бьен. Но я хотеть видеть тебя очень. Что делать? Такеру широко и довольно улыбался. Вчера он окунул Симона в такую пучину нежности и обожания, покорно исполнял все его прихоти. И теперь не удивительно, что парень вновь желал почувствовать себя королём, да почти божеством. – Я думать, Симон. – А я ждать, Конеко. – Да. Я хотеть встреча тоже. Я звонить тебе после. Отключив связь, Такеру вернулся в комнату к прежним собеседникам. Вот только глядели они на него несколько странно: Филипп смотрел с сочувствием, Сора утирала пальчиком слезу. – Что тут произошло без меня? – поинтересовался Такеру у друга. – Я кратко рассказал им твою биографию, – просто ответил Уэда. – Зачем? – Чтоб Филипп больше не считал тебя капризным взбалмошным богачом. Мне кажется, теперь он признает в тебе собрата по несчастью, ведь ты тоже сирота. Задумавшись, Такеру оглядел комнату, посмотрел в окно, заглянул в печальные глаза Филиппа. Последний шанс? Пожалуй, он нашёлся. – Филипп, ты действительно любишь Амели? – Люблю… Но зачем тебе это? – Думаю, я смогу соединить тебя с ней. – Как? – встрепенулся Филипп. – Есть один план. Но… – Такеру приблизился к собеседнику и хитро скосил глазки. – Но за это ты перепишешь свой рассказ и склонишь Сержа на нашу сторону. Молодой писатель нахмурился. Уговорить не получилось, так предлагает сделку? – А если у тебя с Амели не получится? – Тогда и ты не станешь переделывать, – улыбнувшись, пожал плечами Такеру. Теперь задумался Филипп. Ему и принципам изменять не хотелось, и влюблённость уже пропитывалась надеждой. – Когда я писал о Сюзон, то представлял себе Амели, – выглядывая из своих дум, признался Филипп. – Я даже мечтал, чтоб именно она сыграла эту роль. – Ты прав, – поддержал Такеру. – На роль простой девушки Амели подошла бы больше, чем яркая, но холодная Мишель. – Я говорил об этом Сержу. У Амели есть актёрское образование, а Мишель… Честно говоря, она мне совсем не нравится. – А Сержу? – Он… Он попал в её сети. Они с Мишель любовники. – Я так и знал. Вот что, Филипп. Я не только соединю тебя с Амели, но и дам ей роль Сюзон. А Мишель отдалим от нашей компании. Но ты должен быть на моей стороне. Согласен? Филиппу и хотелось довериться странному парню, и в то же время его душу ещё терзали сомнения. Но помявшись, он всё-таки согласился на сделку. – Как ты собрался это всё проделать? – спрашивал Уэда, кода ехал с другом в такси обратно домой. – Пока не знаю. – Такеру задумчиво смотрел в окно автомобиля. – И сдалась тебе эта роль. – Хочу. – Кто тебе звонил? – Симон. – Неужели ты ему так приглянулся? – Он обожает, чтоб его ублажали. А ты же знаешь, как хорошо я это умею. – Знаю, – издал тоскливый вздох Уэда. – Ты не можешь не нравиться. Вот и Жерар просит привезти тебя к нему. – Нет. Сегодня вечером я еду к Симону. Мало завоевать, надо ещё удержать это завоевание.