Глава 4
2 августа 2016 г., 09:03
***
Проснувшись на рассвете, Китнисс, как обычно, торопливо перекусывала небольшим, но свежим сочным куском хлеба, запивая кубком виноградного сока. Она имела право брать с кухни всё то, что пожелает, ведь она служит самому лорду Деснице. Это и был его личный приказ всем своим поварам и остальным слугам. Но будучи человеком, знающим цену каждой крошке хлеба, Китнисс старалась брать как можно меньше. Хлеб и фрукты, сок, иногда варёную курицу. Этого было достаточно для того, чтобы как следует насытиться. В её мире — в Шлаке — такого изобилия не было. Хочешь есть, то убей кого-нибудь или продай. Всё просто. Завтрак у Китнисс Эвердин длился не более пяти минут. После же она спешила в кабинет своего лорда. Он приходил туда чуть позже своей прислужницы. К тому времени девушка успевала приготовить свежее вино, поставить на стол новые чернила, бумагу, распахнуть окна, убрать огарки свечей и зажечь новые, от которых запах свежего воска разносился на весь кабинет. Каждое утро она делала одно и тоже. Тайвин Ланнистер оказался слишком консервативным человеком. Впрочем, удивило ли её это? Нет, конечно! В какой-то мере она и сама была такой. Кабинет Десницы был ещё пуст. Китнисс усердно выполняла свою работу, при этом постоянно прислушиваясь к каждому доносящемуся до неё звуку. С минуты на минуту в кабинете появится лорд Тайвин. Он, как обычно насупившись, войдёт в кабинет и молча займёт своё место. Приветствовать свою прислужницу? Нет. Он даже об этом и не подумает. Это задача самой девушки, но не всевластного лорда. За тот месяц, что Китнисс прислуживала лорду Ланнистеру, она многое успела повидать и услышать. В его кабинете шёл нескончаемый поток людей: знатные лорды, мейстеры, гонцы, лазутчики — каждый из них служил лорду Тайвину. По своей воле или от безысходности — это было уже не столь важным для Ланнистера. Конечно, как только Десница просил свою служанку покинуть кабинет, означало, что человек, который пришёл с визитом к лорду, принёс ему важные новости. Они явно были не для посторонних ушей. Здесь не требовалось особого ума, чтобы понять, и Китнисс, конечно же, всё прекрасно понимала. Поэтому уже через пару мгновений в кабинете от неё не оставалось и следа. Тайвину это нравилось. Про себя он одобрял такое поведение своей прислужницы. Но только про себя! По-другому и быть не могло... Несколько раз она имела возможность видеть всех троих детей своего лорда. Какими же они были разными! Это сильно удивляло Китнисс. Хотя она была как раз из той породы, кого удивить очень трудно. По крайней мере для этого нужно было как следует потрудиться. Но здесь всё было иначе. Наблюдая за детьми Тайвина Ланнистера, удивляться можно было бесконечно. Любимые сын и дочь и ненавистный сын. Бравый рыцарь, потерявший кисть; королева — мать с презренным взглядом ко всему живому — и карлик, напичканный крепким вином и нескончаемой иронией вперемешку с похотью. Зачастую довольно-таки злобной иронией и нескрываемой похотью. Привычное состояние для уродливого львёнка. Находясь почти целыми днями и вечерами в кабинете Десницы, пару раз Китнисс приходилось ощущать на себе сверлящий взгляд Серсеи. Стройная женщина с волнистыми белокурыми волосами, облачённая, конечно же, в роскошное платье красного цвета, с нескрываемым отвращением осматривала девушку, которая прислуживала её отцу. Какова была причина такого отношения? Китнисс не знала. Возможно, простая ревность... В отличии от своего брата-близнеца она презирала всех. Джейме же был совершенно другим по-мнению самой Китнисс. Одинокий рыцарь, отказавшейся по какой-то своей личной причине от всего того, что имеет его семья. Даже после серьёзного ранения остался преданным своему выбору. Китнисс редко встречала таких людей. Она считала их достойных уважения. В его взгляде никогда не было ненависти и презрения, будь ты лорд или простой слуга. Он редко приходил к отцу. Но, конечно, реже всех в кабинете отца появлялся его младший сын. Тирион Ланнистер всего лишь раз предстал перед Китнисс Эвердин. Прежде ей не приходилось видеть карликов. Взрослый мужчина с щетиной на порезанном лице, но ростом с мальчишку лет десяти от роду. Интересно! Но всё же полумуж пришёлся не по душе девушке. От чего-то его ирония, зачастую двоякая, хранившая в себе обиду на мир, заставляла окружающих также ненавидеть карлика, как и уважать его. Каждый относился к карлику по-своему. Китнисс оказалась не исключением. Звук открывающей двери заставил её прекратить вспоминать очередной прожитый в этом мире месяц. — Доброе утро, милорд, — немного отойдя в сторону, проговорила Китнисс. В кабинет вошёл лорд Тайвин. Как обычно, чёрный кожаный камзол со знаком Десницы, штаны такого же цвета, кожаный ремень с золотыми пластинами и, конечно, до блеска начищенные сапоги, чуть ниже колен. Рабочая одежда лорда Десницы. — Доброе, — не оборачиваясь в сторону своей служанки, буркнул лорд Тайвин. — Возьми вот эти письма и отнеси их человеку, который ожидает тебя в королевском саду. Всё как обычно. Вернёшься сюда сразу, как закончится малый совет, — положив на стол пару свитков с печатью десницы, добавил лорд. —Хорошо, милорд, — взяв письма, Китнисс сразу же покинула кабинет своего хозяина. Крепко сжимая их в руке, она спешила вниз по той самой винтовой лестнице. Она уже успела привыкнуть к ней. Некогда необычная и сложная, теперь казалась абсолютно нормальной. Привыкнуть можно ко всему! Впрочем, других вариантов у неё попросту не было. Посмотрев на свитки, Китнисс вспомнила, что должна из кожи вон лезть, чтобы как можно больше знать о тайнах лорда Тайвина. И не о них одних. Петир просил её следить за каждым движением лорда. Мизинцу требовалось знать всё: сколько раз лорд Ланнистер пьёт вино и какое, когда у него обеды и ужины, что ему подают, какие книги читает, кто и когда из детей навещает его, о чём говорят. Он приходил к Китнисс каждую неделю. Бейлиш жаждал новой, свежей и интересной для себя информации о Тайвине Ланнистере. И она давала её ему, при этом каждый раз спрашивая о том дне, когда она сможет наконец-таки вернуться к себе домой. И каждый раз она слышала один и тот же ответ — скоро. Верила ли Китнисс своему знакомому? Скорее нет. С каждым днём она уверялась в том, что этот человек попросту пользуется ею. С каждым днём терпение Китнисс Эвердин заканчивалось. — А вы быстры, словно порыв ветерка, дорогуша! — в большом зале раздался знакомый мужской голос. — Что ты тут делаешь? —сменив поспешный шаг на медленный, спросила Китнисс, подойдя к стоявшему чуть ли не в центре зала Петиру. — Ты же только вчера навещал меня. Петир усмехнулся. Как обычно. Казалось, других эмоций этот человек не знал. — Скоро малый совет. Неужели ты не в курсе? — с ухмылкой поинтересовался мужчина. — Что нового? — он пристально посмотрел на стоявшую перед собой девушку. — Ничего, — резко выпалила Китнисс. Она не желала беседовать с Бейлишом. — Что за письма? — Они предназначены не для тебя, — не долго думая с ответом, произнесла девушка. — Мне нужно идти. — Постой, — крепко сжав руку Китнисс, прошептал Бейлиш. — Я не переношу, когда со мной так разговаривают, милая моя. Ты должна уяснить это, — он пристально всмотрелся в глаза девушки. Поведение Китнисс сильно тревожило Петира. Ведь кроме неё следить за лордом Тайвином никто не согласится. Слишком уж опасно. Терять её он не хотел, но и позволять обращаться с собой, как с простым бродягой, он не желал. Мешало самолюбие. Китнисс резко вырвала свою руку из крепкой хватки Петира. Постоять за себя она умела, как никто другой. По крайней мере, в этом мире таких женщин было очень мало. — Сейчас у меня один хозяин, — процедила девушка. — Это всем известный лорд Тайвин. Только с ним я буду вести себя так, как он скажет. На остальных мне попросту наплевать, — яростно всматриваясь в глаза Петира заявила Китнисс. — Ты забыла от кого здесь зависит твоя жизнь? Постоянная ирония на лице Мизинца мгновенно испарилась. От неё ни осталось и следа. Её сменил гнев. Китнисс усмехнулась. Могло показаться, что они поменялись ролями. Кто-то гневается, кто-то усмехается над этим самым гневом. — Моя жизнь всегда зависела только лишь от меня, дорогой мой Петир, — сквозь иронию прошептала девушка. — Даже здесь, в незнакомом мне мире, она по-прежнему зависит от меня. Или ты хочешь сказать, что я жива благодаря тебе? Или то, что ты можешь убить меня? Выдать лорду? — она вопросительно с нескрываемой яростью смотрела на напротив стоявшего мужчину. — Если и так? — Выдавать меня ты не станешь, — ухмыльнулась Китнисс. — Ведь ты же не хочешь отправиться на виселицу вслед за мной? Верно? Ну а убивать меня тебе незачем. Я нужна тебе живой. Так же? Что же ты молчишь, Петир? — с чуть заметной улыбкой добавила она. — Меня ждёт лорд Тайвин, — проговорил Петир. — Кстати, лишняя уверенность в себе ещё никому не пошла на пользу, дорогуша! — ехидно посмотрев на Китнисс, прошептал мужчина. —Поговорим позже. — Буду ждать, — уверенным тоном ответила Китнисс. Сдаться сейчас она не имела права. Спустя минуту, Петир Бейлиш удалился. Китнисс охватила ярость. Он не тот, кем хочет казаться. В этом она убедилась. Теперь она знает его. Его первая угроза в её сторону. Что делать дальше? Как вести себя? Как вернуться домой без помощи Мизинца? Ведь он не в силе помочь ей. Китнисс поняла и приняла этот факт. Она ненавидела себя. Ненавидела за ту наивность и слабость, которую проявила, когда решила довериться незнакомому человеку. "— Идиотка," — первое, что пришло в голову Китнисс. Именно таковой она себя и чувствовала. Как она могла поверить ему? Разве он похож на волшебника или мага? Смешно и горько одновременно. Сжав губы от злости, Китнисс не раздумывая продолжила свой путь. Ей нужно было спешить в Королевский сад. Там всегда её ждёт один и тот же человек. Лазутчик и гонец в одном лице. Молодой мужчина, служивший также, как и она только лорду Тайвину. Его редко можно было увидеть в башне Десницы. Обычно он ожидал указания от своего лорда в письменном виде. Китнисс же служила связывающей нитью между Десницей и этим молчаливым и скрывающимся человеком. Ему явно не нужна была компания. И Китнисс его прекрасно понимала. Одиночество ей тоже было по душе.***
Последние лучи уходящего солнца. Тёмно-синее небо с алыми краплениями. "Завтра будет холодное утро," — подумала Китнисс. Она неотрывно любуется очередным закатом. Как же ей хочется прикрыть на мгновение глаза и оказаться у себя дома. В Шлаке. Среди чёрного дыма и нищеты. Ей необходим тот мир. Он её родной. Там её семья. Мама и Прим. Гейл и Пит. Интересно, что они все думают о её исчезновении? Или, возможно, для всех них она умерла? Погибла на охоте? Что знают её близкие? Китнисс понятия не имела. Как же ей всё это надоело. Прохаживаясь по заднему двору, Китнисс решила занять себя делом. Долго без него она не умела находиться. Девушка взяла в руки нож, и он уже через пару мгновений торчал в деревянной перегородке. "Прекрасно," —подумала девушка. Любимое занятие Китнисс — метание ножей после стрельбы из лука, конечно же. Бросок, ещё один, и так бесчисленное количество раз. Щепки застилали собой тот небольшой островок земли, что находился под деревянной перегородкой. — Совет окончен, — грубый мужской голос одного из стражей лорда Тайвина уведомил прислужницу о завершении совета. Это означало только одно — ей нужно как можно скорее отправляться в кабинет своего лорда. Ведь ещё с утра он приказал ей вернуться сразу же, как малый совет завершиться. — Хорошо. Спасибо, — безэмоциональным тоном пролепетала Китнисс. Её нож красовался в деревянном заборе. Взгляд стража упал на вбитый почти по самую рукоять нож. Прекрасные навыки прислужницы лорда Тайвина он приметил сразу же. Ведь обратился он к ней не сразу. — Надеюсь, мы никогда с тобой не поссоримся?! — посмотрев на нож, иронично проговорил страж. Китнисс улыбнулась. Чуть заметно, смущённо, но всё же. Улыбка появилась. — Мне не хотелось бы этого, — подойдя к забору и резко выдернув оружие, ответила она. Улыбнувшись, страж продолжил свой путь. Оставив Китнисс вновь в полном одиночестве. Но ей нужно было спешить в башню Десницы. Что она и сделала. А вот и та самая дверь, уже хорошо знакомая Китнисс, с позолоченной ручкой в виде морды льва. Взявшись за неё, она резко распахнула её перед собой. Всё как обычно: тишина, и лишь тихий треск плавящегося воска да хвороста в камине разбавляют её, уже въевшуюся в кабинет Десницы. Сам же лорд Тайвин сидел за столом внимательно изучая очередные бумаги. — Милорд, — тихо пролепетала Китнисс. — Где ты научилась так прекрасно метать ножи? — не поднимая голову на только что вошедшую служанку, поинтересовался Десница. — Думаю, что точно не на кухне. Кто научил тебя этому? Внутри всё замерло. Уж что-что, а такого прямого вопроса от своего лорда Китнисс явно не ожидала услышать. Что ответить? Как вести себя? Она понятия не имела. Кто ему сказал? За ней следят? Кто и зачем? Он не доверяет ей? Десятки вопросов и ни одного ответа. Сердце билось с неимоверной силой. Холодный пот покрыл, казалось, всё её тело. — Отец, — прошептала Китнисс. Она говорила правду. Когда-то её отец не поленился и передал кое-какие навыки своей старшей дочери. Он знал, что они пригодятся ей. — Кем он был? — всё также не смотря на девушку, проговорил лорд. Что ответить? Как рассказать о своём отце? — Он работал в шахте, — изо всех сил желая перебороть дрожь, ответила Китнисс, — и был прекрасным охотником. — Чуть слышно добавила девушка. Она пристально всматривалась в продолжавшего изучать какие-то свои бумаги лорда Тайвина. Что она хотела увидеть в нём? Интерес? Злость? Желание как следует изучить свою личную служанку? Возможно. Прошёл месяц, и вот лорд Тайвин впервые заговорил с ней. Хотя беседа со слугами была не в приоритете у главного Ланнистера. — Был? — подняв наконец-таки голову и посмотрев на стоявшую перед ним девушку, переспросил Тайвин. — Он умер? — Да, — кивнула она. — В шахте. — Он был дорог тебе? — Очень, — не раздумывая, ответила Китнисс. В голове неожиданно всплыл образ отца. Улыбающегося. На душе стало приятно, но всё же глаза наполнились слезами. Она по-прежнему скучала по нём. — С кем ты выросла? —отодвинув от себя небольшую кипу бумаг, Тайвин продолжил свой неожиданный для Китнисс допрос. Это было в его манере. — С матерью и младшей сестрой, — взяв наконец-таки себя в руки, Китнисс старалась держаться уверенно. — Но мне одной приходилось добывать еду, поэтому я так хорошо метаю ножи. — Как бы немного оправдываясь, заключила она. Про себя она молилаь лишь об одном — чтобы лорд Тайвин поскорее закончил свой допрос. Он был лишним. Китнисс не знала, что говорить. Что отвечать этому хитрому льву? Ведь он далеко не глупец. Тайвин одобрительно кивнул. Казалось, он понимал, что имеет в виду его прислужница. Она старшая в семье. Мать слабая, младшая сестра явно ничему не обучена. Тайвину было хорошо это знакомо. В какой-то мере он и сам через всё это прошёл. Вот только еды у него было всегда в избытке. В остальном он понимал, о чём говорит его служанка. — Иногда сильным быть трудно, — встав из-за стола, проговорил лорд. — Особенно, когда у тебя нет поддержки и все, кто тебя окружают, слабаки, — он пристально посмотрел на Китнисс. — Вас окружают слабаки, милорд? — поинтересовалась Китнисс. От чего-то ей захотелось побеседовать с лордом Тайвином. Тайвин удивлённо посмотрел на Китнисс. Он явно не ожидал от неё такого вопроса. Но он ему понравился. Он захотел ответить на него. — Среди тех, кто меня окружает, есть и слабаки, и глупцы, и лживые и достойные мужи. Каждый желает меня обхитрить, — подойдя к столику с вином, лорд Тайвин наполнил свой кубок хмельным напитком. День выдался трудным. Хотелось немного расслабиться. Сердце Китнисс замерло. — Неужели у них это получается? — поинтересовалась она. Тайвин усмехнулся. На слегка вытянутом лице появилась лёгкая, чуть заметная полуулыбка. — Редко, — сделав пару глотков, ответил лорд. — Всё же я — человек, — с чуть заметной иронией, добавил Тайвин. — Откуда ты? Твой образ далёк от местного, — он изучающе посмотрел на Китнисс. Как же она боялась этого вопроса. Но Петир всему её научил. Что говорить. Где её родина и какой дом правит на её якобы родине. Чушь собачья. Но деваться было не куда. Приходилось врать. — Я родилась в Риверране, — стараясь держать себя в руках и не паниковать, ответила Китнисс. Она понятия не имела, что это за место. Где оно находится и как выглядит. Становилось не по себе. — Кто твоя мать? —присев за стол, поинтересовался Тайвин. — Кухарка, — пролепетала девушка. — Ты никогда не хотела выглядеть, как настоящая девушка. Верно? — лорд пристально всматривался в лицо своей служанки. От чего у той попросту замирало сердце. Китнисс было не по себе, и Ланнистер это прекрасно понимал. Но прекращать свой допрос он не хотел. Наоборот, он хотел как можно больше знать об этой девушке. Ведь она целыми днями прислуживает ему. Он должен знать о ней всё! Так думал лорд Тайвин. — Нет, — ответила Китнисс. — Влесу мало толку от платьев и прочей ерунды. Мне больше нравятся штаны, туники и сапоги с крепкой подошвой. Тайвин усмехнулся. Без злобы. Ему попросту понравился ответ его служанки. В нём было что-то правдивое, оригинальное, своё. Беседуя с девушкой, лорд понимал, что она далека от местных услужниц. Она не спешит угодить ему и понравиться. В ней этого нет. Она такая, какая есть, другой быть не желает. Уверенная в себе. Не умеющая угождать. К тому же ещё и охотница. Если что и удивило лорда Тайвина, так это любимое занятие его служанки. Прежде он не знал девушек, которым бы была мила охота. Они проговорили до поздней ночи. Темы для беседы выбирал, конечно, Тайвин. По-другому и быть не могло. Со временем Китнисс немного расслабилась. Ей понравилось беседовать с лордом. В моменты их беседы он казался ей другим. Далёким от тех историй, которые ходили о нём по всему королевству. Конечно же, своей властности и горделивости, да и жестокости главный Ланнистер не терял. Но и не мог оправдать всех тех жутких историй, что сочиняли о нём неизвестные писатели-самоучки. Их Китнисс старалась перечитывать каждый день, дабы помнить и знать об этом человеке как можно больше. В них твердилось только лишь о властности, жестокости и жадности этого человека. Но сейчас, в моменты разговора, перед Китнисс сидел немного другой лорд Тайвин. Умеющий деликатно вести беседу. Не оскорблять и не пускать в адрес обсуждаемых им людей похотливые шуточки. С блеском в глазах он говорил о книгах, которые любил читать в детстве. Об охоте, на которую к его личному сожалению, он не так часто выбирался. Китнисс с удовольствием слушала своего лорда. Впрочем, она и сама достаточно говорила. Ей тоже было о чём поведать своему лорду. Охота. Лук и стрелы. Здесь их вкусы совпали. Оружие, пойманная дичь. Всё это с удовольствием обсуждалось между седовласым лордом и его молоденькой служанкой. Первым кабинет покинул лорд Тайвин. Сон напрочь сморил его после очередного кубка вина — это было не удивительно, ведь выпил он его не мало. Китнисс же ушла только после того, как следует прибрала в кабинете своего лорда. Это была её работа.
