Глава 3
28 июля 2016 г., 09:08
***
Люди вновь сновали кто кто куда. Китнисс казалось, что она к этому уже успела привыкнуть. Прошло два месяца с той поры, как она появилась в этом мире. Прожив эти месяца, недели, дни, часы в новом для себя мире, Китнисс лишь убедилась, что это место и её мир одинаковы. Здесь есть и богатые и бедные, хорошо и плохо одетые люди, красивые и страшные, умные и глупые, хитрые и добродушные. Всё было одинаково. Шаг за шагом. Они вместе с Петиром не торопливо, минуя бродяг и попрошаек, приближались к Красному Замку. Подойдя ближе, Китнисс резко остановилась. Словно заворожённая, она смотрела на этот величественный замок с множеством башен и больших арочных окон, просторных террас. Девушка никогда не славилась ценителем прекрасного, но отчего-то этот замок притягивал её внимание. — Он прекрасен, — посмотрев на рассматривающую замок Китнисс, прошептал Бейлиш. — Я много раз был внутри этого замка, но по-прежнему восторгаюсь его красотой и мощью. Величие этого замка останется на века. Там внутри всевластные распоряжаются судьбами простых смертных, — с долей грусти, а возможно, и простой человеческой завистью, проговорил Петир. — А какие у вас дома? Замки? — У нас нет такой архитектуры, — не сводя глаз с Красного замка, буркнула Китнисс. — Да и замков у нас нет. — А что же у вас есть? — Петир вопросительно посмотрел на Китнисс. Он с особым интересом рассматривал её слегка растерянное лицо, гладкие волосы, аккуратно прибранные в незамысловатую косу, которая, как обычно, свисала по правому плечу девушки. — У нас есть огромные дома. Замками их не называют. Они высокие, прямоугольные, железные, — ответила Китнисс. — Когда смотришь на один такой дом, можно подумать, что перед тобой идеально начерченная картина. Но нет, стоит присмотреться — обычный дом. — Тихо заключила девушка. — Но у нас, как и у вас, в таких строениях живут только богатые и очень важные люди. Простой народ живёт в крошечных лачугах — в своих зонах. Петир вновь усмехнулся. Это была его привычная реакция. — Интересно, — проговорил Бейлиш, — твой мир разделён на зоны. Знать устраивает игры на выживание. Надо сказать, что не такой уж он и добрый, — сквозь усмешку проговорил мужчина. — С чего ты взял, что он добрый? — повернувшись в сторону рядом стоявшего Петира, поинтересовалась Китнисс. — Если хорошенько подумать, он ужаснее, чем этот мир. Твой родной мир, — заключила девушка. — Тебе виднее, — ответил Бейлиш. — Ведь я в твоём мире не был! — Уверена, что ты бы смог там выжить, — многозначительно посмотрев на мужчину, произнесла Китнисс. Она прекрасно знала, о чём говорит. Каждый день она беседовала с Петиром. Его каждодневные визиты шли Китнисс только на пользу. Она изучала своего нового знакомого. Запоминала его жесты, манеры, привычки. Запоминала всё то, о чём он ей говорил. Другом или приятелем Китнисс не могла его назвать. У неё был всего лишь один друг. И это Гейл. Именно его она могла считать своим единственным близким человеом. Даже Пит, по мнению самой Китнисс, после всего, что им пришлось пережить, не мог сразу же стать ей другом. Слишком серьёзно она относилась к слову "друг". Впрочем, сам Петир был противником любой дружбы. Ему это было попросту не нужно. Зачем? Ведь в настоящей дружбе выгода не приветствуется, а Петир Бейлиш не признавал никаких отношений без выгоды в свою пользу. Именно поэтому они не видели друг в друге ни друзей, ни приятелей. Они были только лишь знакомые. Полезные друг для друга. — Посчитаю твой ответ за комплимент, а не за укор в мою сторону! — улыбнувшись, проговорил Петир. — Идём, нам пора. Лорд Тайвин скоро освободится, а к этому человеку опаздывать не стоит. Ждать он никого не станет. — Открою тебе секрет: ждать никто не любит, — недовольным тоном проговорила Китнисс, ступая за манерно ступающим Мизинцем. — Увидишь лорда Тайвина и сама поймёшь, что опаздывать к нему никогда не стоит, моя дорогая. — Уверен? — Абсолютно, Китнисс, — не оборачиваясь на позади идущую девушку, заявил Петир. Он знал, о чём говорит, и был прекрасно уверен в своей правоте. Лорда Ланнистера он знал хорошо. Ещё он наблюдал нескрываемое недовольство своей знакомой. Петир знал, что трудиться на лорда Тайвина она не очень-то желает. Тяжёлый нрав этой девушки мужчина рассмотрел на второй день её пребывания в его мире. Но вместе со всем этим, ему не составило труда рассмотреть и другие черты Китнисс. Уверенность в себе у этой особы, казалось, была врождённой. Гордость, прекрасное самообладание, умение дать достойный отпор — это всё Бейлиш считал настоящим достоинством. Да и ни он один. — Ты боишься его, — уверенно проговорила Китнисс. Рассматривая горделивый профиль Петира, она всё же решилась на то, чтобы сказать то, в чём она была уверена. Почти каждый день Петир рассказывал ей о всевластном лорде Тайвине. В его историях о главном Ланнистере не трудно было заметить, как восторг, так и страх перед этим человеком. Китнисс это приметила. Не сразу, но всё же. Петир остановился. Резко. Он повернулся к рядом стоявшей Китнисс. — Один его указ — и тысячи людей могут лишиться своих жизней, — прошептал Мизинец. — Один его недовольный взгляд в твою сторону, — и ты лишишься всего, что имеешь. Один его отказ в помощи короне, — и король будет нуждаться ровно так же, как нуждаются все эти люди. — Петир рукой указал на проходивших мимо нищих и торговцев, предлагающих свой товар. На этот раз Китнисс решила промолчать. Она поняла, что задела Петира, а значит оказалась права. Он боится лорда Тайвина. Возможно, поэтому он подсылает её к нему? Чтобы знать намного больше. Чтобы иметь хоть какой-нибудь козырь против главного Ланнистера. Китнисс ничего не знала, но была уверена в том, что ей представится такая возможность. Теперь осталось познакомиться с самим жестокосердным львом. От чего-то Китнисс не переживала вовсе, какой бы ни была Китнисс Эвердин смелой, обычно её сердце леденело и замирало; сейчас же всё было иначе. Всё было так, будто она идёт к себе домой после очередной удачной охоты. Страха не было. Его заменило другое чувство — любопытство.***
Широкие арочные двери с помощью двух стражей распахнулись сразу же, как только Петир вместе со своей подопечной вошли в просторный зал, откуда брала своё начало величественная мраморная лестница. Она вела в башню Десницы. Именно по ней каждое утро, день и вечер сновало множество писарей, гонцов, лордов, советников. Каждый из них имел честь вести дела с лордом Тайвином. Хотя, возможно, за честью скрывалось одно простое чувство — страх. Но каждый желал, чтобы его истинное отношение к старому и хитрому льву оставалось в тайне. Иначе... — Тебе нравится здесь? — с иронией в голосе поинтересовался Петир. — Здесь необычно, — сухо проговорила Китнисс. — Тогда пройдём. Роскошная винтовая, но узкая и непривычная для Китнисс лестница, наконец-таки, закончилась. Очередной шаг — и она ступила на такой же мраморный пол в очередном коридоре. Он был также красив, но прежней роскоши уже не замечалось. Всё было как-то сдержанно по сравнению с главным залом в башне Десницы. Кирпичные красного цвета стены, на коих красовались позолоченные подсвечники в виде лапы льва, когти которой якобы сдерживали медленно плавящуюся свечу, задержали на себе внимание Китнисс. Она и прежде видела роскошь. По прибытию в Капитолий ей пришлось наблюдать за тем, как люди утопают в роскоши и богатстве. Но всё же здесь, в этом замке, она не видела ничего лишнего. Не было вычурности. Которую, кстати, Китнисс на дух не переносила. Была роскошь, но она не ела глаз и не отталкивала. Наоборот, было интересно рассмотреть те или иные вещи, которых было не так уж и много по дороге к рабочему кабинету Десницы. — Вот мы и пришли, моя дорогая. Сейчас мы войдём, ты будешь тихо стоять за моей спиной. Ясно? — вопросительно посмотрев на Китнисс, поинтересовался Петир. Он жаждал увидеть в её глазах страх, но ничего подобного от девушки не исходило, чему мужчина только лишь удивился. В очередной раз эта девочка его удивила, и Петиру это нравилось. — Да, — коротко ответила Китнисс. — Я думала, что эта лестница никогда не закончится, — поправив рукава на своей новой коричнево-вишнёвой льняной тунике, сшитой именно для неё на заказ, прошептала она. Как обычно уверенно держась, девушка приняла внимательный взгляд Петира. Ответив ему только лишь усмешкой. Петир улыбнулся и резко распахнул двери в рабочий кабинет лорда Тайвина. — Добрый день, милорд, — торопливо входя в небольшой, но величественный кабинет Десницы, проговорил Мизинец. — Надеюсь, я не заставил вас ожидать? — остановившись напротив длинного до блеска начищенного стола, поинтересовался Петир. Его лицо озарила довольно-таки милая улыбка. Как обычно. — Добрый день, лорд Бейлиш, — не вставая из-за стола, произнёс Десница. — Ну если перед вами открыли двери, значит у меня есть время, — чуть заметно ухмыльнувшись, заключил лорд Ланнистер. Китнисс продолжала стоять за спиной Бейлиша. Но это никак не мешало ей как следует рассмотреть лорда Тайвина. Её сердце забилось куда чаще, когда она пару раз окинула взглядом седовласого мужчину, горделиво восседавшего во главе стола. Китнисс мгновенно вспомнила президента Кориолана. Стоя за своим знакомым, она думала: "Как же они похожи". Зачёсанные назад волосы, с которыми как следует поработала седина. Надменная осанка, пронзительный и изучающий взгляд. Холодные глаза. Степенные жесты. Китнисс была удивлена такой схожести мужчин. Каждый из них жил в разных мирах, но при этом каждый правил в своём месте! Даже здесь они были похожи. — Как и обещал, — отойдя немного в сторону, проговорил Петир. — Вот, я привёл вам вашу новую служанку, — указав рукой на неподвижно стоявшую Китнисс, продолжил Петир. — Девушка очень ответственная, — с нотками гордости заявил Мизинец. Слушая речь своего знакомого, Китнисс еле-еле сдерживала себя, дабы не дать ему хорошую пощёчину. Он назвал её служанкой. Как же он сейчас был противен ей. Его ужимки и усмешки. Китнисс Эвердин раздражало всё в этом человеке. Но всё же держать себя в руках она умела. — Её ответственность будет не лишней, — мимолётом окинув взглядом застывшую на месте девушку, проговорил лорд Ланнистер. Китнисс пристально смотрела на лорда Тайвина. В этом человеке она видела только лишь властность. Казалось, его холодность простиралась по всему кабинету. Надменность, пристальный, проедающий нутро взгляд запомнились ей больше всего. Такие люди в её мире в избытке. Как и в этом. Ещё одно сходство. — Полностью с вами согласен, милорд, — сквозь слащавую улыбку, пролепетал Петир. — Этого качества у неё не занимать. — Назови мне своё имя, — посмотрев на девушку, проговорил лорд Тайвин. — Китнисс, — уверенным тоном ответила она. Она по-прежнему чувствовала себя абсолютно спокойно. Отчего сама же и удивлялась. Ни какого трепета и волнения не было. Странно. — Надеюсь, твой лорд разъяснил тебе, что от тебя требуется? — Десница вопросительно посмотрел на притихшего Петира. — Мне нужна хорошо обученная служанка. Тратить своё время на объяснения я не желаю, — заключил лорд Тайвин. — Конечно, — оживился Петир. — Этой девушке не нужно всё объяснять по нескольку раз. Она всё понимает с первого раза. Такая уж натура, — обернувшись на Китнисс, проговорил он. — Не волнуйтесь, милорд, она не огорчит вас. Даю слово, — заключил мужчина. Сжав кулаки, Китнисс посмотрела на сидевшего за столом Петира. Как же она ненавидела его в этот момент. Он рассказывал о ней, словно о какой-то вещи. В его словах было сплошное унижение. Желание поставить этого человека на место становилось всё больше и больше. Казалось, ещё чуть-чуть — и она не сможет удержаться. Тогда хорошая пощёчина Бейлишу гарантирована. Ведь у Китнисс Эвердин очень тяжёлый удар. В её мире об этом уже успел узнать каждый, кто хоть раз смотрел игры, ну или по крайней мере слышал о том, что там происходит. Петир этого не знал. Возможно, пока что... Взгляд лорда Тайвина упал на резко сжатые кулаки девушки. Её реакция была понятна седовласому льву. Хитро прищурив глаза, лорд Тайвин лишь чуть заметно ухмыльнулся. — Не воспринимайте всё так серьёзно, Бейлиш, — проговорил лорд Тайвин. — Эта девушка будет всего лишь прислугой. Давать слово за виночерпия, конечно, похвально, но столь азартно этого делать не стоит, — окинув взглядом Китнисс, заключил Ланнистер. Продолжая стоять, будто каменное изваяние, Китнисс мечтала, как можно скорее покинуть этот уже ненавистный ей кабинет. Наблюдая за двумя мужчинами, которые о чём-то между собой беседовали, она уже и не слышала толком, о чём именно был их диалог. Отрешённо смотря на их самодовольные лица, Китнисс перенеслась в свой мир. Пусть только лишь мыслями, но всё же она была там. В Шлаке. Среди своих близких. Она вновь обнимала Прим и ругала Лютика за то, что этот напыщенный кот повсюду оставляет свою шерсть. Вот она беседует с матерью, что-то говорит ей, чуть заметно улыбается. А вот её богатая травами Луговина. После — лес, их тайное место с Гейлом. Чудное по своей красоте место. Слышно пение птиц и шелест крадущихся зверьков. Ну а вот и сам Гейл. Уверенный в себе юноша и на голову выше её самой. Её друг. Сейчас они снова будут разговаривать, мечтать, собирать ягоды, а после с удовольствием их кушать. Воспоминания. Их было множество. Но именно сейчас она хотела и вспоминала только самые лучшие. Яркие, красочные, где хоть немного, но всё-таки присутствовали какие-то приятные чувства и эмоции. Китнисс редко улыбалась. Иногда ей самой казалось, что делать этого она попросту не умеет. Но нет, в какой-то из дней с Гейлом, которые они как обычно проводили на охоте, Китнисс улыбалась. По-настоящему. Радостно. Гейл был прекрасным шутником, и поэтому мог рассмешить кого угодно. — Китнисс?! — чуть громче обычного проговорил Петир. — Китнисс! Вздрогнув, Китнисс мгновенно вернулась в реальность. Хотя было ли это всё реальностью? Девушка понятия не имела. Она услышала своё имя. Обычно Петир так громко не обращался к ней. — Что? — тихо пролепетала девушка. В голове всё ещё были мысли о доме. — Я ухожу, — встав из-за стола, проговорил Бейлиш. — Не опозорь своего лорда! — с усмешкой заключил Петир. — Хорошо, — прошептала Китнисс. Она поняла, что замечталась, полностью погрузилась в воспоминания, да так, что не слышала, как Петир впервые обратился к ней. Как же сильно она хотела домой! — Милорд, — обернувшись к сидевшему за столом лорду Тайвину и чуть заметно поклонившись ему, Петир покинул кабинет Десницы. Китнисс осталась один на один с Ланнистером. Лорд Тайвин лишь кивнул в ответ. Молча проводив гостя своим ледяным и в то же время зорким взглядом. Он прекрасно знал лорда Петира Бейлиша. — Прибери здесь всё, — лорд рукой указал на застланный бумагами стол. — Сложи всё вот сюда, — хлопнув ладонью по краю стола, продолжил Тайвин. — Бумаги всегда должны лежать здесь. И только. Книги же — на полке с книгами. Тебе ясно? Насупившись, он вопросительно посмотрел на Китнисс. — Да, — тихо ответила девушка и торопливо добавила: — Милорд. — На мгновение забыв об этом слове, Китнисс всё же смогла изменить ситуацию. Именно сейчас, стоя напротив лорда, она почувствовала, как колотится её сердце. Отчего-то ей стало не по себе. — Когда я в кабинете, ты также должна будешь присутствовать здесь, — произнёс Ланнистер. — До тех пор, пока я не прикажу тебе покинуть это место. С этого дня ты прислуживаешь только мне. Исполняешь только лишь мои приказы. Ясно? — Да, милорд, — посмотрев прямо в глаза своему лорду, коротко ответила Китнисс. — Приступай. — Встав из-за стола, лорд Тайвин подошёл к двери. — Скоро здесь состоится совет, к моему возвращению здесь всё должно быть прибрано, — остановившись, он многозначительно посмотрел на девушку. — Как прикажите, милорд, — уверенным тоном, проговорила Китнисс. Она презирала себя за только что сказанные слова. Она ненавидела Петира, ненавидела себя, ненавидела всё, что окружало её. Дверь захлопнулась. Китнисс осталась одна. Конечно, она понимала, что, возможно, лорд Тайвин своим уходом проверяет честность своей новой прислужницы, но всё же ей было интересно как следует рассмотреть рабочий кабинет Десницы. Он был величественен. По всюду львы: золотые, стальные, бронзовые и серебрянные, на гербе тоже был сверкающий лев. На стенах красовалось пару мечей. Явно принадлежавшие лорду Тайвину. Их длина удивила Китнисс. Ведь каждый из мечей был не меньше полутора метра, а, возможно, и больше. Рукоять каждого была усыпана вкраплениями из драгоценных камней. Это явно были рубины. Красные, подобно свежим каплям крови. Такого оружия в её мире нет, ну или, по крайней мере, она такого ещё не видела. Китнисс старательно всё убирала, складывала. Но всё же она помнила, для чего она здесь. Её задача — следить за лордом Десницей. Это был её шанс попасть обратно домой. Китнисс верила в это. Закусив от обиды губу, она начала старательно выполнять первый приказ своего лорда. Прибирая документы, она если что и видела, так это простые карты с названием земель и их границами. Всё. Конечно, разве мог такой человек, как лорд Тайвин, оставить на столе важные бумаги? Ни за что. Разве он похож на глупца? Китнисс усмехнулась. Отчего-то ей стало смешно. Неужели Петир так плохо знает лорда Ланнистера? Неужели он полагает, что главный Ланнистер оставит важные документы на столе и покинет кабинет? Бумаги сложены, а книги расставлены по полкам. Китнисс неотрывно продолжала рассматривать кабинет. Ей было интересно. По её мнению дерево прекрасно сочеталось с металлом. Алые бархатные занавески, украшенные золотой брошью, прикрывали широкие арочные окна. Конечно! Ведь красный и золотой цвета — цвета семьи Ланнистер. По-другому и быть не может! Присев на стул в углу кабинета, Китнисс Эвердин всё-таки решила немного отдохнуть. Она вспомнила лорда Тайвина. Вспомнила его взгляд, его степенные жесты и горделивую осанку. Да и рост лорда был внушительным. Главный Ланнистер оказался высок и довольно-таки привлекателен. Прожитые годы его явно не портили. Впрочем, что она могла знать о мужской привлекательности? Хотя Китнисс Эвердин была девушкой...
