Глава 7
14 августа 2016 г., 21:32
***
Закончив протирать ненавистную для себя пыль на рабочем столе лорда Тайвина, Китнисс по обыкновению приступила к разбору бумаг и писем. Казалось, сейчас их было несметное количество: лазутчики, разорившиеся лорды умоляющие помочь с выплатой долгов; мелкие доносчики, желающие угодить Деснице, но при этом предавая того, кто доверял им как себе. Важные документы, до которых Его Величеству не было никакого дела. Действительно, ведь это не новое оружие и не раб, которого можно заживо сварить или лишить головы. Да и свадьба на носу. Бумаги подождут! Для лорда Тайвина работы прибавлялось в разы, впрочем, ему это нравилось. Китнисс была в этом уверена. Даже будучи ещё слабым и испытывающим боль и неудобства, Тайвин продолжал заниматься государственными делами. В этом была вся его жизнь. Китнисс внимательно разбирала бумаги. В кабинете она была одна, ведь самого лорда в нём не было. Он отдыхал в своих покоях. Всё же раны давали о себе знать. Иногда. Перебирая бумаги, она умело распределяла их по разным ящикам, которые были специально предназначены для разных категорий. Так велел Десница. Кое-какие Китнисс оставляла на столе, дабы позже отнести их в покои Тайвина и дать ему прочесть. Это был тоже его приказ. Услышав звук распахнувшейся двери, она резко, даже немного испуганно подняла голову. Серсея. В дверях она увидела королеву-мать. Ничего хорошо для Китнисс этот визит не предвещал. — Можешь не приветствовать меня, — ворвавшись в кабинет, произнесла женщина. Тон говорил сам за себя. Надменный, презирающий. Хотя и взгляд мало чем отличался. Встав из-за стола, Китнисс внимательно смотрела на стоявшую перед ней мать Его Величества. Что она видела в ней? Жестокость вперемешку с красотой и горделивостью — точь-в-точь как у её отца. В Серсее Китнисс видела лорда Тайвина. Ни один из его сыновей не был похож на него так, как дочь. По крайней мере, схожести было предостаточно, чтобы как следует опасаться эту особу. — Тогда что мне сказать вам? — уверенным тоном поинтересовалась Китнисс. Для неё не было большим секретом, как именно относится к ней Серсея. Китнисс знала, что королева-мать её ненавидит и желает скорее выпроводить её за пределы Королевской гавани. И это в лучшем случае. Серсея ревновала. Ведь до появления Китнисс она была единственной женщиной, приближённой к лорду Тайвину. Терять расположение отца она не желала. Боялась остаться без его поддержки, а возможно, и любви. — Правду, — пройдя в глубь кабинета, после присаживаясь на место отца, ответила Серсея. — Лжи мне и без тебя хватает, — изучая своим цепким взглядом стоявшую девушку, добавила женщина. — Какую? — спокойно спросила Китнисс, когда внутри всё дрожало. Страх за то, что Бейлиш внёс свою лепту в отношения семьи Ланнистер и Китнисс всё больше и больше одолевал её. Нужно было что-то придумать, дабы навсегда отгородить от себя Мизинца, но это позже. Сейчас Китнисс Эвердин предстояла беседа с любимой и единственной дочерью её лорда. — Ты прекрасно знаешь какую! — не сводя глаз с девушки, промолвила Серсея. — Ты знаешь намного больше, чем хочешь показывать. Ты не та, за кого себя выдаёшь, я это знаю. Я приложу все свои усилия, чтобы узнать правду о тебе, Китнисс. Ведь тебя так зовут? Или у тебя есть ещё какое-нибудь имя? — с усмешкой поинтересовалась королева-мать. — Я служу вашему отцу, — уверенным тоном заявила Китнисс. — И только лорд Тайвин может задавать мне вопросы, я же на них обязательно отвечу, — с уловимой гордостью во взгляде и голосе добавила она. Серсея усмехнулась. Злостно и негодующе. — Ещё бы! Мечтаешь стать для моего отца другом? — сквозь усмешку поинтересовалась женщина. — Так знай, что у него никогда их не было. У него есть только я. Я всегда на его стороне. Только я его поддержка. Хочешь занять моё место или место моей покойной матери? — яростно процедила Серсея и, не скрывая своей ненависти, заключила: — Я не позволю тебе этого сделать. — Меня устраивает моё место, — не мешкая, ответила Китнисс. — Я так не думаю, — встав из-за стола и подойдя к девушке, проговорила Серсея. — Ты врёшь. — Так думает мой лорд. И он прав. Для меня это главное, — пронзительно всматриваясь в глаза королевы-матери, ответила Китнисс. Сейчас она была довольна своим ответом. Она смогла взять себя в руки, не дать эмоциям выйти наружу. Серсея не заметила её страха, дрожи. Первая крошечная победа Китнисс Эвердин над Серсеей Ланнистер. Но последняя ли? — Ты не глупа. Это заметно. Да и дерзости в тебе хватает, — произнесла Серсея, — но не считай себя умнее всех. Ты всего лишь молодая девица в лапах хитрого льва. Запомни это, — шёпотом добавила женщина. Через несколько мгновений в кабинете Десницы стояла тишина. Её разбавляли лишь отдаляющиеся шаги покинувшей кабинет Серсеи. Китнисс слушала их, слушала стиснув от злости зубы. Как же она ненавидела этот мир. Чем больше она жила в нём, тем больше убеждалась в том, что он такой же, как и её родной. Здесь также слишком много зла и несправедливости. Смерть здесь тоже обычное дело, никого ничем не возможно удивить. Каждый желает выжить любым доступным для себя способом. Но получалось не у всех. Не хватало Прим. Китнисс не доставало любимых людей: сестричка Прим, верный друг Гейл, мама, Пит. Мало, но они были. Даже беспутный Хеймитч и куколка Эффи сейчас были бы для Китнисс долгожданными гостями. Где они сейчас? Что с ними? Живы ли? В голову Китнисс лезли различные мысли. И, конечно, хороших было в разы меньше! Но отогнать от себя страхи она умела. Вот и на этот раз, взяв себя в руки, Китнисс продолжила разбирать письма и бумаги. Скоро ей нужно будет возвращаться в покои лорда Тайвина.***
Стоя у камина, Китнисс внимательно смотрела на крошечные искорки, которые время от времени взлетали вверх, подобно маленьким птицам, но сразу же исчезали в янтарных языках пламени. Уютный треск сухих поленьев заставлял девушку снова и снова возвращаться мыслями в Шлак. Там они с Гейлом часто разжигали костёр, дабы как следует обжарить подстреленную Китнисс дичь. Зайцы у этих двоих всегда были в особом почёте. На лице Китнисс появилась заметная полуулыбка. Она вновь вспоминала свой дом. Сейчас. Находясь совсем далеко. В другом мире. Она понимала, что скучает по всему Дискриту. Хотелось снова оказаться среди того народа, среди рабочих, но добропорядочных людей. Они все её семья — она поняла и приняла это. Хотелось увидеть, как Прим с обожанием тискает своего кота, как мама что-то хлопочет по дому, пускай и через силу. Но все они были где-то там, куда дорогу Китнисс ещё не знала. — Тебе холодно? — мужской голос нарушил тишину в комнате. За его поставленным и приятным тоном треск перестал быть слышимым. Но Китнисс это ни капельки не огорчило, скорее наоборот. — Нет, милорд, — обернувшись на позади стоявшего Тайвина, ответила Китнисс. — Я люблю смотреть на огонь. Казалось бы, не предмет, не существо, а временами способен обогреть лучше любого человека. Помогает выжить. Интересно, — обернувшись на огонь, заключила девушка. Тайвин усмехнулся. Ему понравился ответ девушки. Он был необычен и, если как следует вдуматься, в какой-то степени правдив. Ведь правда, его невозможно взять ни в карман, ни положить в коробку. Он вроде есть, но стоит пролить на него воды или посыпать песком, он исчезнет, будто его никогда и не было. Останутся от него лишь угли. Обгоревшее напоминание об обжигающей красоте. — Согласен, — подойдя ближе к девушке, произнёс лорд. — Иногда нас окружают довольно-таки интересные вещи. И люди, — чуть помолчав, добавил Тайвин. Прошло уже несколько недель после того, как была совершена попытка убить Десницу Его Величества. И всё же желание жить победило. Уже на пятый день лорд Тайвин смог встать с постели и дойти до своего небольшого рабочего стола, что стоял в его покоях. Подвигом он это не считал, ведь мужчина прекрасно знал, что такое серьёзное ранение не было последним. С каждым днём боль становилась всё меньше, а желание жить и отыскать виновных всё больше. Впрочем, если спуститься в катакомбы замка, то крики из темниц можно было слушать каждый день, вечер, а иногда и ночь. Двое пойманных лучников оказались намного преданнее своему хозяину, чем можно было себе представить. Несмотря ни на что, они молчали. Но рвение палачей лорда Тайвина также было железным, как и их орудие пыток. Жар вперемешку с холодом волной прошелся по телу Китнисс. Она ненавидела разговоры в таком ключе. Странно, но в это время она понятия не имела, как себя вести и что отвечать на провокационные вопросы своего лорда, который, в свою очередь, не упускал возможности задавать их. Он делал это часто, ведь Китнисс находилась рядом с ним целыми сутками. Она по-прежнему продолжала ночевать в его покоях. Засыпать и просыпаться на небольшом, но довольно-таки удобном диване. Завтракать и ужинать в кампании Десницы. Иногда она покидала комнату своего лорда и шла тренироваться на задний двор. Стрельба из лука, метание ножей — было настоящим наслаждением для Китнисс. Больше скрывать своих навыков от придворных она не желала. Зачем? Каждый в Красном замке знал о том, как личная прислужница лорда Тайвина метает ножи и стреляет из лука. В замке глаза были повсюду. — Возможно, милорд, — чуть слышно пролепетала девушка. Наблюдательный взгляд Тайвина не сходил с Китнисс. И она это видела. Но могла ли она противостоять ему? Возможно. Но хотела ли? — Сегодня холодная ночь. Согласна? —- сменив тему разговора, проговорил Тайвин. По правде говоря, ему не было никакого дела до погоды за пределами его покоев, но завершать беседу со своей прислужницей он не хотел. Пришлось сказать то, что первое взбрело в голову. — Да. Обычно в башне немного теплее! — проговорила Китнисс. — Идём, — сделав пару шагов в сторону своего рабочего стола, проговорил Тайвин. — Я хочу кое-что показать тебе, — не спеша, то ли от ноющей боли в теле, то ли ещё от чего-то, лорд направился к рабочему месту. Там по-прежнему всё место занимали бумаги и письма. Не раздумывая, Китнисс прошла за своим лордом. Ей стало интересно. Прежде лорд Тайвин никогда не выявлял желания чем-то поделиться со своей прислужницей. Хотя сейчас она была для него кем-то больше, чем простой служанкой. Конечно, об этом Ланнистер не говорил девушке, но всё-таки Китнисс нельзя было назвать глупой. Она прекрасно понимала, как к ней относится главный лев. Он одобрял все её поступки. Одобрял её мнение, зачастую жёсткое, но достойное уважения со стороны лорда Тайвина. В компании Ланнистера Китнисс чувствовала себя спокойно. Её не мучил страх и тревога. Она могла расслабиться и в очередной раз поговорить об охоте и некоторых книгах, которые она читала в свободное время. Книги ей советовал сам лорд Тайвин. Он был любителем почитать, но будучи Десницей короля, да и попросту занятым человеком, времени у него катастрофически не хватало. После они с удовольствием обсуждали прочитанное. Тайвину было интересно узнать мнение Китнисс о том, что она прочла. Он не старался этого скрывать. В шлаке у Китнисс не было ни минуты, чтобы взять в руки книгу и прочесть её. Прочесть так, чтобы понять о чём она, какова суть и что автор хотел сказать и донести до читателя своим трудом. Такой роскоши не было. Впрочем, как и самих книг. Со временем их вывезли, сожгли в печах для обогрева дома, заворачивали что-то, а после попросту выбрасывали в мусорку. Да и кто в её дискрите хотел читать? Никто! Там было не до этого. Нужно было работать, чтобы выжить и прокормить семью. Всё это лежало на хрупких плечах юной Китнисс. И она прекрасно справлялась со своими обязанностями. — Посмотри сюда, — лорд указал на аккуратно свёрнутую бумагу. Небольшим прямоугольником она лежала на столе. — Это карта Севера, — с чуть уловимым восторгом добавил Тайвин, разворачивая карту. — Когда-нибудь он будет принадлежать моей семье, — заявил лорд, внимательно рассматривая разложенную перед собой бумагу. — Зачем он вам? — настороженно поинтересовалась Китнисс. — Я хочу, чтобы мои внуки и правнуки правили всеми землями, — пристально и без каких-либо усмешек ответил Тайвин. — Разве это плохо? Я хочу, чтобы моя семья, мой род жил как можно дольше. Величие моей семьи сейчас полностью в моих руках. — Говорят, там очень холодно, — проговорила Китнисс. Она понятия не имела, что представляет собой Север. Какой он? Кто живёт на земле, пропитанной ветрами и морозами. За всё время службы у лорда Тайвина Китнисс много раз слышала о Севере и о правящем когда-то там семействе Старков. Тайвин усмехнулся. Снисходительно. — Это Север, — тяжело вздохнув, проговорил лорд. — Земля, которой восемь тысяч лет. С недрами до верху набитыми драгоценными камнями и металлом. Неужели можно такое упустить? — Тайвин вопросительно посмотрел на служанку. Он ждал её ответа. Образованность своей прислужницы он заметил давно. — Вам недостаточно вашего золота? — проговорила Китнисс. — Хотя чем больше имеешь, тем больше хочется. Правдивая пословица, — с ухмылкой добавила девушка. — Я хочу всего для своей семьи, — уверенным тоном ответил лорд. — А значит, мне всегда будет мало! — Говорят, там живёт стойкий народ. Если Китнисс что и знала о Севере, так это о том, что там жил выносливый народ. Она много раз читала об этом в книгах. Получается не зря! — Да, — резко ответил Тайвин. — Но весь народ состоит также из простых люде, которых можно купить, убить и переманить на свою сторону. — Он многозначительно посмотрел на служанку. — Ломаются даже мечи, что уж говорить о простом человеке? — Хотите сломать народ севера? Китнисс показалось, что она всё-таки смогла уловить суть, которую так тщательно пытался скрыть её лорд. Он желал сломать народ, который славился своей стойкостью ко всем невзгодам. Тайвин Ланнистер хотел сделать из северного народа своих рабов. Поработить их. Поставить перед собой на колени и заставить служить себе и своим потомкам. Он жил этой мечтой. Мечтой о полной власти семейства Ланнистер. Он жил ради своей семьи. Это плохо? Китнисс пару раз задавала себе этот вопрос. И её ответ был — нет. Удивляло ли её это? Да. Она была полностью согласна с лордом Тайвином. В его рвении сделать из своей семьи нечто несгибаемое, цельное и вечное. Он желал, чтобы его род жил. Китнисс в какой-то мере и сама была такой. Она много раз убивала животных, чтобы прокормить свою сестру и маму. Она участвовала в играх, убивала и калечила людей, чтобы выжить и вернуться к своей маленькой семье. Так чем она лучше Тайвина? Ничем. — Очень. Тайвин пристально посмотрел на свою прислужницу. В ней он видел того, кто понимал его больше, чем его же собственные дети. Перед ним стояла юная девушка полностью уверенная в себе, знающая цену всему и, как отметил про себя лорд Ланнистер, с восхитительной молочного цвета шейкой. Именно на ней мужчина часто останавливал свой взгляд. — Хотите отобрать чужой дом, чтобы сделать его своим? — Китнисс решила продолжить разговор. Всё равно выйти из комнаты лорд Тайвин ей не позволит. Она по-прежнему спала в его личных покоях. Приказ Десницы никто оговаривать не желал. Даже его дочь. — Мой дом — Утёс Кастерли, — не раздумывая, ответил Тайвин. — Но историю пишет человек и его поступки. Так что же или кто же мне мешает писать её так, как я хочу? — он вопросительно посмотрел на Китнисс. — Вам? Никто, — с усмешкой ответила девушка. — Что тебя рассмешило? — Ваш вопрос, — произнесла Китнисс. — Кто же вам может помешать делать то, что вы хотите? — Тот, кто задумал убить меня, — резко выпалил Тайвин. — Ведь кто-то же это затеял. Теперь осталось отыскать его и преподать урок всем остальным, что попытки переворота могут плачевно закончиться. — Выражения лица Тайвина вновь обрело прежний вид. Холодность и жестокость снова вернулись. Пристальный взгляд на девушку уже не был таким азартным с искорками заинтересованности. Главный Ланнистер мгновенно вернулся в своё прежнее обличье. Китнисс молчала. Внутри всё заледенело. Она старалась не смотреть на лорда, но Тайвин сам подошёл к ней. Мужчина заметил настороженность в своей прислужнице. — Что с тобой? — подойдя вплотную к девушке, поинтересовался лорд. — О чём вы, милорд? — смотря на Тайвина, прошептала Китнисс. Сейчас её голова раскалывалась от мыслей, что зарождались в её голове. Их было как обычно множество. — Надеюсь, когда мои лазутчики всё же отыщут этого мятежника, я не разочаруюсь в тебе? — взяв ладошки Китнисс в свои руки, поинтересовался Тайвин. — Моё доверие — редкое явление, — усмехнувшись, заключил мужчина. Он крепко сжимал хрупкие ладони своей прислужницы в своих тёплых с огрубевшей кожей руках. Стоя неподвижно, Китнисс удивлённо смотрела на своего лорда. Его такой неожиданный поступок заставил как следует подумать над всем, что происходит в этих покоях. Доверие или интерес? Что испытывал к ней жестокосердный лорд? Китнисс понятия не имела. Девушка никогда об этом не думала. Тайвин Ланнистер мог быть для Китнисс Эвердин кем угодно, но только не объектом для вожделения. Впрочем, как и все остальные мужчины и юноши. Она была другой. Но интересовало ли это самого лорда Тайвина? — Нет, милорд, — пролепетала Китнисс. — И всё же, оставляя меня в своих покоях, я была уверена в том, что вы доверяете мне, — посмотрев на лорда, по-прежнему сжимающего её руки, добавила она. Тайвин усмехнулся. На его чуть вытянутом и не бритом лице появилась заметная полуулыбка. Это был первый и единственный знак того, что Тайвин Ланнистер не сердится. — Я доверяю тебе. — ответил лорд. — Иначе, ты бы сейчас здесь не стояла. Поверь, в этом замке темниц хватит на всех, — он многозначительно посмотрел на девушку. — Но я верю тебе и надеюсь, что не ошибся, когда доверился, — сжав тонкие пальцы, заключил Тайвин. — Благодарю, — попытавшись вырвать руки из цепкой хватки Тайвина, проговорила Китнисс. Но её попытка закончилась неудачно, как и все остальные. — Не пытайся, — проговорил лорд. — Я отпущу, как только ты позволишь мне поцеловать тебя, — заявил Тайвин. Всё-таки он смог произнести эти сложные для себя слова! Китнисс, шокированная услышанным, неподвижно стояла напротив своего лорда. Она не верила в то, что только что проговорил Тайвин. Какое чувство испытывала девушка? Радость или страх перед таким мужчиной, что стоял перед ней, по-прежнему крепко сжимая её ладони? Зачем он это сказал? Зачем он это делает? Ради чего? Он умеет чувствовать или ему просто скучно? Вновь вопросы и ни единого ответа. Как обычно. — Я думаю, нам не стоит этого делать, — проговорила Китнисс. — Позвольте мне уйти, милорд. — Нет, — ответил Тайвин. — Один поцелуй. И я отпущу тебя, но с одним условием. — С каким же? — уверенно поинтересовалась Китнисс. Взять себя в руки сейчас было необходимо. — Что ты вернёшься сюда, — прошептал мужчина. — И наше с тобой общение продолжиться. — Думаю, поцелуй всё испортит. — Давай попробуем, — приблизившись вплотную к девушке, проговорил Тайвин. — Он будет дружеским. Не более того. Я поцелую тебя в щёку, — проедая взглядом Китнисс, добавил лорд и сквозь шепот добавил: — Не думай ничего лишнего, хорошо? Уже через несколько мгновений Китнисс почувствовала, как тёплые губы лорда Тайвина и его колючая трёхдневная щетина, коснулись её лица. Аккуратность, больше походившая на осторожность, немного удивила девушку. Внешний вид лорда Ланнистера мог говорить об обратном, и всё-таки ничего лишнего он себе не позволил. Единственный, короткий, но довольно-таки приятный для Китнисс поцелуй. Удивительно! Закончился он сразу же, как мужские губы коснулись её. Всё прошло. Об этом девушка подумала сразу же, как Тайвин отпустил её заметно трясущиеся руки. На сей раз унять дрожь Китнисс не смогла. — Как и обещал, — сверлящим взглядом наблюдая за девушкой, проговорил Тайвин. — Надеюсь, такого больше не повториться, — посмотрев куда-то в сторону, произнесла Китнисс. Как же она хотела скрыться. Ей было не по себе. Непонятные и не похожие ни на что чувства пугали её. Хотелось убежать и больше никогда не показываться на глаза этому человеку. Но Китнисс Эвердин никогда не была мечтательницей. Она прекрасно понимала, что в этом мире — в мире королей и лордов — её место рядом с Тайвином. Потому что только с ним она чувствует себя в безопасности. Тайвин промолчал. Ему было, что ответить своей прислужнице, но на этот раз лорд решил промолчать. Он был уверен в том, что этот разговор ещё продолжится, нужно только лишь немного подождать.
