Rosa Winkel

"05.05.42 Я не понимаю, что с ним. Его боль настолько сильна, что я чувствую ее через стену! Две недели назад пришло извещение о смерти его матери - она умерла от гриппа - и, клянусь, даже оно не ввергло его в такое отчаяние. Он чем-то напуган и до ужасной степени подавлен, ему больно... Его дверь заперта. Но... Если быть достаточно ловким, я смогу добраться до его балкона из своего окна. Как на зло, на улице самый настоящий ливень с грозой. Но ничего... Хоть бы успеть..." - Дневник профессора Ксавье Балконная дверь приоткрылась, и в темную комнату проскользнул до нитки мокрый Чарльз. Леншерр сидел, ссутулившись, за столом спиной к нему. - Эрих?- профессор оставлял за собой цепочку блестящих мокрых следов; мужчина не отреагировал,- Эрих,- Чарльз осторожно положил руки офицеру на плечи, и тот дернулся,- Что такое? Эрих, что произошло? Господи, это что, пистолет?! В правой руке Леншерра был зажат маузер. Мужчина поднял на Ксавье красные влажные глаза. - Отдайте его мне,- попросил Чарльз, накрыв руками оружие,- Ну же... - Я имею право... Как член СС, я могу покончить с собой,- Эрих слабо сопротивлялся,- Не мешайте... - Вот еще! Отдайте пистолет,- Чарльз стал настойчивее выворачивать маузер из рук мужчины. Леншерр посмотрел ему в глаза и тихо рассмеялся, но вскоре его смех перешел в рыдания. - Я не могу тебе отказать,- прошептал он, швыряя пистолет на стол и закрывая лицо руками,- Не могу... Был бы мужчиной - смог... - Успокойтесь,- профессор отодвинул пистолет подальше и приобнял Эриха за плечи,- "Немецкие мужчины не плачут", не Вы ли это мне говорили? - Я не мужчина,- он покачал головой, не отнимая ладоней от лица. Сверкнула молния, а чуть погодя звук низвергающихся с неба потоков воды был прерван оглушительным раскатом грома. Мужчина вздрогнул; с улицы послышалась одинокая ругань какого-то солдата. - Я чувствую Ваши страх, боль и стыд, Эрих,- прошептал Чарльз,- Но они настолько сильны, что я не могу разобрать ничего больше. Что произошло? - Что произошло?- Леншерр провел руками по влажному лицу и посмотрел на профессора,- Я виновен в одном из самых страшных преступлений против своей нации,- он криво ухмыльнулся - только левым углом рта,- Понимаешь? Если бы...- он отвернулся и снова тихо рассмеялся,- Если бы у меня было бы побольше мужества, я бы пустил себе пулю в лоб, так было бы лучше. - Не для меня,- отозвался Ксавье; Эрих посмотрел на него. - Из-за моего малодушия смерть грозит не только мне, но и тебе,- прошептал он,- Понимаешь?- он как-то рывком улыбнулся и провел рукой по волосам Чарльза,- А я не могу вынести даже мысли об этом. Если хочешь...- он стал искать глазами маузер и, найдя, потянулся к нему. - Не смей,- Чарльз схватил его за руку. Леншерр посмотрел Ксавье в глаза. Секундная белая вспышка снова озарила комнату. Чарльз горько усмехнулся и покачал головой: - Даже сейчас... Даже сейчас ты продолжаешь оправдывать это безумие,- он тихо рассмеялся и поднял глаза к потолку,- Ты готов умереть из-за чьего-то бреда, подумать только...- он провел кончиками пальцев по щеке мужчины. Эрих положил голову ему на плечо и вцепился в мокрую майку. - Я не позволю им...- прошептал он, с трудом разжимая пальцы и проводя ладонями по спине Ксавье,- Я не позволю, чтобы тебе нашили розовый треугольник...- и, уткнувшись лицом в липкую шею Чарльза, Леншерр тихо-тихо взревел,- Я так виноват перед тобой... Сколько времени прошло, прежде чем Эрих вновь нарушил молчание, неизвестно, но ливень успел превратиться в дождь, а дождь все слабел и слабел. - Почему ты не оттолкнул?- хрипло спросил он. Леншерр услышал вздох Чарльза. - Потому же, почему ты не можешь мне отказать,- был ответ; на щеку Эриха капнуло теплое. Мужчина поднял голову. Чарльз смахнул слезу с ресниц большим пальцем и усмехнулся: - Не так я себе представлял признание в любви. Эрих без слов притянул его к себе, посадил на свои колени и обнял. С этой встречи ненастной майской ночью прошла неделя. Все это время Эрих всячески избегал Чарльза. До этого самого вечера. На его неуверенный стук ответили мгновенно, и он, потупив взгляд, вошел в комнату Ксавье, тщательно закрыв за собой дверь. - Как дела?- тихо спросил он, садясь на стул, неизменно стоявший у изголовья кровати. - Как дела?!- воскликнул Чарльз, резко захлопнув книгу,- И это все, что ты можешь сказать?! Эрих молчал, смотря на узлы вен на своих сцепленных руках. - А как насчет того, чтобы потрудиться объяснить твои суицидальные наклонности?! Или хотя бы твои слова?!- казалось, Чарльз едва сдерживается от того, чтобы не сорваться на крик,- Эрих, ты бегаешь от меня уже неделю, а я неделю практически не сплю! - Прости...- прошептал Леншерр, закрывая глаза рукой. - Нет, я хочу услышать что-то помимо извинений, пожалуйста,- профессор встряхнул его за плечо, но, неожиданно, мужчина просто сполз вниз со стула и уткнулся лицом ему куда-то в ноги, укрытые одеялом,- Пожалуйста... Пожалуйста, поднимись с колен. - Ты хочешь услышать, почему я хотел покончить с собой?- Эрих не сдвинулся с места, просто повернул голову к профессору. - Было бы неплохо,- желчно скривил губы Ксавье,- И я же попросил, поднимись, к чему это? Леншерр медленно сел на стул, взял руку Чарльза в свою и, вздохнув, сказал: - Потому что я знал, что пока я жив, я не смог бы... Оторваться от тебя. Меня бы за такое расстреляли, но что сделали бы с тобой...- он покачал головой,- Я знаю, что делают в лагерях с теми, на ком нашит розовый треугольник,- он нервно усмехнулся,- Поверь, это хуже чем смерть. Но,- он дернул плечами,- Если бы я умер, ты был бы в безопасности. - А ты не подумал, что я не захочу жить, зная, что ты из-за меня застрелился?- медленно спросил Чарльз, часто моргая. - Я был уверен, что... Ты видишь во мне только не особенно близкого друга,- Леншерр замер, напряженно сведя на переносице брови и с тревогой всматриваясь в Чарльза,- Не молчи. Только не сейчас,- прошептал он,- Ответь - это так? Ксавье усмехнулся и покачал головой. - Ты не мог оставаться "не особенно близким другом" после того случая в конце апреля,- тихо сказал профессор,- Я... Я знаю, это звучит странно, но я могу... Чувствовать сильные эмоции людей... Наверняка, это из-за того стимулятора, что я ввел себе. В ту ночь эта способность проявилась впервые и настолько ярко, что... - Что я подумал, тебя тут убивают,- усмехнулся Эрих. Та ночь встала перед ним так живо, словно случилась вчера. Его разбудил вопль Чарльза, и сначала он не мог понять, во сне или наяву он его слышал, но вопль повторился, и мужчина бросился в комнату Ксавье. Тот бился на кровати, но глаза его были закрыты. "Кошмар,"- подумал Эрих, спеша к нему. - Чарльз! Чарльз, проснитесь!- Леншерр принялся трясти профессора за плечи,- Чарльз! Ксавье распахнул глаза и несколько секунд смотрел прямо перед собой с выражением ужаса и замешательства на лице. - Чарльз...- мужчина улыбнулся и провел рукой по его щеке, тот перевел взгляд на него,- Все хорошо... Я здесь. Что-то было в Ксавье в ту ночь - что-то, что заставило Эриха замереть, забыв, как дышать, и смотреть в огромные голубые глаза, безнадежно прислушиваясь к щемящему теплу в груди. А Чарльз все смотрел на него - немного удивленно - и, вдруг, слабо улыбнулся и положил ладонь Эриху на затылок. И Леншерр, испугавшись того, что это прикосновение сотворило у него внутри, пробормотал что-то и вылетел из комнаты... И вот он все так же сидит перед ним, в кровати, но что-то неуловимо изменилось. - Я знаю твою душу,- наконец сказал Чарльз,- Как свою собственную. Я буду с тобой, чего бы это ни стоило, поэтому впредь не пытайся от меня подобным образом избавиться,- он улыбнулся, смотря на мужчину. И Леншерр кивнул в ответ, а затем наклонился и осторожно прикоснулся губами к губам Ксавье. - Спокойной ночи,- сказал он и встал, собираясь уйти. - Останься,- тихо попросил Ксавье. И мужчина снова не смог отказать. - Что ты читаешь?- спросил он, усаживаясь обратно. - Это американский писатель, ты его скорее всего не знаешь. Говард Филлипс Лавкрафт,- усмехнулся Чарльз, раскрывая книгу, которая оказалась даже не книгой, а толстым блокнотом, на страницы которого были наклеены вырезки из журналов. - Зов Кту... Чего?- нахмурился Леншерр, наклонившись над сероватой бумагой и напряженно вчитываясь в жирные буквы заглавия. - Зов Ктулху- улыбнулся профессор,- Мне большого труда стоило достать этот рассказ - он публиковался только в нескольких американских журналах... До сих пор не понимаю, почему такого автора не ценят. Но, помяни мое слово, когда-нибудь он станет знаменит. - Почитай мне,- попросил Эрих, разгибаясь в полулежачее положение и откидывая голову на плечо Ксавье. - Не уверен, что тебе понравится,- хмыкнул Чарльз. - Тебе же нравится,- пожал плечами Леншерр, поудобнее устраивая голову. - Как скажешь,- недобро ухмыльнулся профессор и начал тихим голосом читать рассказ. Надо сказать, что Эриху не то, что не понравилось - он стал за километр обходить любое упоминание одного только имени Лавкрафта (хотя, нужно отдать ему должное, "Зов Ктулху" он дослушал до конца, хоть и жаловался потом, что этот рассказ прибавил ему седых волос, где, правда, он не уточнял). Поэтому, впредь Ксавье не уставал подтрунивать над Леншерром при любой удобной возможности, по памяти цитируя абзацы из многочисленных рассказов.