Доказательство веры

Вот же, черт его дери, засранец! Нет, правда, я представляла нашу встречу с Великим — да, именно с большой буквы! — Детективом несколько иначе. Да что уж там, я совсем себе другого напридумывала. Там, в фантазиях, Лоулайт приехал ко мне на лимузине, позвал на свидание, а после мы вместе укатили в закат, рассуждая о бренности бытия и имени для будущих детей. Только вот Эл не романтик, нормальным человеком от него и не пахнет, а я слишком сильно утрирую на нервах. Ну, правда же, какое свидание и дети? Тем более у меня и Рюдзаки. Смешно только от представления. Только вот еще и грустно, потому что такая встреча была бы намного презентабельное той, с которой мы, собственно, и начали. День был — загляденье: птички поют, травка цветет, люди бродят парочками, а последние дни каникул подходят к концу. С самого утра у меня был распланирован график занятий буквально по часам, если не минутам. События аниме и манги должны были начаться в ближайшие пару месяцев после моего дня рождения, где-то в апреле следующего года, давая тем самым мне последнюю возможность подготовиться, которой я, собственно, и пыталась воспользоваться. Развивать дедукцию, читая книги и проскальзывая в архивы давно забытых дел благодаря учебе на криминалиста, я начала еще год назад, когда получила официальный доступ, а вот применять эти знания на практике, выслеживая полицию и предполагаемых подозреваемых, тактично подслушав разговоры говорливых полицейский, впервые вышло лишь полгода назад. За это время мне удалось не то чтобы помочь раскрыть дела — куда мне, доморощенному детективу, лезть в дела полиции так открыто? — но вот проследить за подозреваемыми, сделать фото и подобрать что-то важное — запросто. Ну, не то чтобы очень, один раз даже практически на пулю нарвалась, сунувшись своим курносым носиком в дела мафии, но в основном было легко добывать доказательства и зацепки. И даже почти не опасно. — Амане Миса, восемнадцать лет, — измененный голос из динамика звучал несколько жутко, но знакомая эмблема на ярком экране несколько успокаивала, одновременно с этим будоража, - третий курс криминалистики и юриспруденции университета Тоо. Школу окончила в двенадцать лет, в четырнадцать начала работать, параллельно с этим занимаясь самообучением с шести. — Эл на том конце чуть подвисает, а литера идет рябью по экрану. — В тринадцать победила в городском конкурсе талантов, спустя полгода заполучив победу и в округе. На международные соревнования ехать отказалась, сославшись на учебу. В четырнадцать завоевала медаль по прикладной математики среди юниоров. Общий объем знаний граничит со среднестатистическим шестидесятилетним человеком, тест IQ не пройден. Пела на конкурсе, получив при этом первое место? Ну, есть такой косяк, да. Миса ведь и по канону петь умела, да и в фильмах светилась. А упускать из виду то, что вокальные данные довольно хороши, я не стала. Два года корячилась с репетитором, так заботливо найденным для меня сестрой. Такого садиста я еще не встречала. Эл тем временем продолжал. — Сирота с девяти. В шестнадцать поступила на первый курс, сдав проходной экзамен и получив один из самых лучших результатов, набрав девяносто пять баллов из ста. Три месяца спустя резко прекратила демонстрировать умения и знания, обзаведясь репутацией среднестатистического подростка, попавшего в университет по чистой случайности или денег родителей. В семнадцать, предварительно договорившись с преподавателями о полной конфиденциальности посредством взяток и обещаний, сдала итоговый тест на звания программы обучения за пять лет, вновь получив немного меньше ста баллов, в результате чего декан поставил наивысшие баллы за оставшиеся два года обучения косвенно. — Голос на том конце замер, явно что-то обдумывая. — Амане Миса, какие цели вы преследовали, решив продолжить бессмысленное обучения на ближайшие два года и зачем вам понадобились двое подростков, которых вы встретили в Англии? Эл Лоулайт оказался редкостным засранцем, несоциализированным хамом и откровенным садистом, привыкшим не считаться с людскими жизнями и нервами. Но больше всего меня взбесила его манера отвечать вопросами. Особенно на твои собственные вопросы. Идеал мужчины, выстроенный мною при просмотре Тетради Смерти, рухнул как карточный домик, придавив мое самолюбие и личность в целом. Хотя, относительно первого сработал больше женский эгоизм и знания другого мира. Внешность, да и имя, для меня не секрет, пусть я и понимаю, что знать об этом не должна под страхом смертной казни, но вот этот экран реально так нервирует. Светится, дрожит, голос искажает, так еще и хрипит периодически. Или я придираюсь, не знаю. Но подбешивает знатно так. Еще и место, куда меня привезли. Это вам не канонный номер люкс или звонок на телефон, нет. Меня, в лучших традициях ВВС и Майкрофта Холмса в частности, похитили с людной улицы, завязали глаза и притащили на какой-то заброшенный склад, мутно напоминающий склад из последней серии дорамы, где и погиб Лоулайт, предварительно раскидав Лайта и пафосно разглагольствуя о Кире. Меня впечатлило, проняло, да я даже истерить начала. Довели, называется! А Эл, сволочь, еще и свет везде обрубил, оставляя лишь один компьютер. Что этот ненормальный забыл в Японии или её окрестностях, мне до сих пор непонятно. — То, что вы следили за мной, уже преступление. А мальчики пытались украсть мою машину. Только вот я решила в ней переночевать, поэтому вышел небольшой конфуз с похищением меня любимой. — Нервно сжимаю губы в тонкую полоску, подавляя желание что-нибудь съязвить, а после шумно выдыхаю, успокаиваясь и считая про себя до десяти. — Что нужно от меня, простой студентки, от Великого Детектива современности? — Хм, — голос на том конце замирает, — с чего вы решили, что я, как вы выразились, Великий Детектив современности? Фейспалм удалось сдержать на честном слове, а руку не приложить к лицу благодаря силе воли. Это он меня проверить решил или да? Что же, парень, я не Шерлок Холмс, но порассуждать логически сумею, пусть и блондинка. Знания о тебе из другой жизни я во внимание брать не буду. Разве что чуть-чуть. — Несколько лет назад в мире появились несколько человек, способных раскрывать самые сложные преступления. Эральд Коил, Донув и L. Каждый из них имеет аналитические способности, запредельный уровень IQ и статус гения. Перечислять известные дела мне откровенно лень, — усмехаюсь, наблюдая за тишиной с той стороны экрана; видимо, Эл меня внимательно слушает, — поэтому назову одно. Дело о Лос-Анджелеском убийце В.В. Закрыли его буквально пару месяцев назад, но шумихи парень наделал знатно. Говорят, что в этот раз все гении собрались вместе, подключая Интерпол, людей из ФБР и частных детективов, которые только могли оказать благоприятное влияние на ход расследования. Эральд Коил, Донув и L смогли закрыть это дело, прославившись тем самым на весь бесповоротно и окончательно. — Обвожу скучающим взглядом склад, а после добиваю контрольным. — И все трое — один человек. Вы, L. Компьютер, кажется, даже жужжать перестает от напряжения, на той стороне что-то падает, раздается тихий шорох, а я продолжаю. — Если учесть, что меня привезли на какой-то склад, заперли внутри небольшой его части, выключили везде свет и оставили ноутбук, на экране которого только английская буква, а голос с той стороны изменен специальной программой, то вопросы отпадают. Еще что-то интересует, мистер L? С Мелло и Мэттом мы переписывались стабильно раз в три дня. Парни писали, что в приюте невообразимо скучно, Ниа — это от Мелло, — уже достал своей гениальностью, а Михаэль — от Мэтта, — уже достал тем, что пристает к Ниа. Будь в этом времени Скайп, с удовольствием предложила бы поговорить по-человечески, но две тысячи пятый вам не шестнадцатый, что очень огорчает. Интересно, а Эл бы стал использовать его? Ну, надел бы маску, голос поменял. Так удобнее же. А то загробным механическим вещать он может, но говорить с буквой на половину экрана несколько неприятно. Или я опять придираюсь? Надо при следующей встрече потрясти Рюдзаки на запись видео-автоответчика. И людям приятнее, и мне спокойнее. Кстати о спокойствии. В конце третьего года обучения мне посчастливилось встретить Лайта, которого век бы и не встречала. Мы даже поговорили немного, он как раз приносил документы на поступление в Тоо. Льстец он тот еще, скажу вам. Но шарма у него — ух. Не будь я взрослой в оболочки малолетки — повелась как миленькая. Ямочки, улыбка, светящиеся лукавством глаза. Еще и фигура ничего так. И лицо. Ладно, признаю, он мне понравился. Не знаю, как сильно изменится при владении тетрадью смерти, но сейчас он довольно милый и забавный. Еще бы меньше выпендривался — цены бы не было. — Амане Миса-сан, как вы смотрите на то, чтобы помогать полиции с моего согласия и выдачи вам удостоверения детектива? У меня, кажется, галлюцинации. А нет, не они. Экран мигает английской буквой вполне серьезно, а голос детектива становится на тон человечнее. Подкрутил там настройки что ли? Или у него от моего заявления шарики сами себя подкрутили и за ролики зашли? Какой детектив, Лоулайт? — Не сочтите за дерзость, но вы, кажется, немного пьяны и хотите спать. — Смешок вырывается совсем невольно и да, я не истеричка. — Какой из меня детектив? — А какой из меня Эральд Коил и Донув? — вопросом на вопрос отвечает, зараза. — Но вас не останавливало это перед тем, чтобы сказать мне об этом. И перед тем, как начать слежку за подозреваемыми. Что скажете, Амане Миса-сан? Вот же жук! Работать с Лоулайтом оказалось… весело. Правда, на контакт он так и не вышел, но вот удостоверение дал. Теперь я всегда ношу его с собой, никому не раскрывая настоящего имени. Только вот это не сработает в универе, но его я планирую закончить как раз к началу дела Киры. Удостоверение, кстати, на имя Наоки Мисы. Имя Эл решил оставить, но вот фамилию поменял. И что-то мне подсказывает, что не зря фейковая фамилия так похожа на настоящую одной знойной помощницы с дела В.В. Мисора Наоми, я всегда знала, что между вами что-то было. И уж поверьте, вытрясти из Рюдзаки информацию я смогу. Ну, когда выдастся возможность его в живую увидеть. Пока что детектив контактировал только с помощью телефона, где был настоящий прогресс. Говорил он, внимание, своим голосом. Своим. Я, когда в первый раз услышала, чуть со стула не навернулась. Эл и своим голосом — слишком неожиданно. На тот момент мы работали вместе около двух месяцев. И это было действительно мило. Еще бы перестал вопросом на вопрос отвечать. Работа была странной, но, как говорилось ранее, веселой. Я, имея на руках удостоверение, проскальзывала на места преступления и выясняла то, что было интересно как мне, так и Элу. Дела, естественно, подбирал сам Эл, периодически скидывая на почту адреса и кроткие сообщения. После этого я срывалась с места, отправляясь разведывать, а после пересылала данные Лоулайту. Если того интересовало, то он мог позвонить и помочь. Только вот делал он это не всегда днем, благодаря чему один раз пришлось прямо в пижаме бежать в три часа ночи на место преступление, которое могли опечатать и все там испортить. Припоминала я Рюдзаки это долго и чувствую, что еще дольше буду, вставляя в каждую дырку. Сам гений на это лишь отмахивался, присылая сладости к порогу через курьера. С такой моральной поддержкой мои сорок шесть кило мигом превратятся в шестьдесят шесть. Печально. — Ястреб на позиции, как слышишь, прием? — Миса, заканчивай страдать ерундой. — Кенгуру выпрыгнуло из гнезда, начинаю слежку. Как слышишь, прием? — Кенгуру не вьют гнезда, — Эл философски кивнул, закидывая в рот пастилу, — а слежку ты должна была вести еще со вчерашнего дня. — Не будь занудой, Панда! — надуваю щеки, картинно закатывая глаза и прячусь за стену. — Кенгуру упрыгал в сторону заката, мне догонять? Или обыскать гнездо? — Кенгуру не вьют… — Да знаю я! — Обыщи. — Ястреб все понял. Конец связи, Панда. Свой девятнадцатый день рождения я отметила в кафе с друзьями из универа. Пару девчонок, три парня и один преподаватель. В тот день я впервые попробовала алкоголь, к которому не притрагивалась еще с прошлой жизни. Видимо, зря. — На твоем месте я бы не стал сейчас вставать. — Эл, позвонивший в семь утра, в очередной раз что-то жевал, говоря отвратительно-бодрым голосом. — И оставшуюся жизнь провел в конспирации. — Что вчера было? — А что ты помнишь? — Да мало что. — Все началось с того, что ты разнесла кафе, выкинув стул в окно… Все знают последствия пьянки Рока Ли из аниме Наруто? Все было хуже, намного хуже. А если не знаете, то расскажу. Выпив во время тостов около трех рюмок доброкачественного саке, подозрительно попахивающего водкой, я разошлась не на шутку. Поэтому невинная игра в горячую картошку, предложенная преподавателем Нацуми, пригласить которого было не моей идеей, быстро переквалифицировалась в еще более невинную и популярную игру «догони меня кирпич», в нашем же случае «догони меня стул». Дальше, оставив несчастного хозяина кафе с разбитым окном, мы двинулись в сторону парка. В котором оказался фонтан. То, что мы купались там и распевали песни, брызгав при этом каждого прохожего и пытались поймать голубя, я решила не вспоминать. Завершением отличного вечера стала идея поджарить шашлык от меня. Не знаю, что двигало в тот момент моим пьяным мозгом, тело которого успело приголубить еще бутылочку алкоголя в процессе, но в качестве мяса для шашлыка мы решили использовать того самого голубя. Гринписа на нас не было, ой не было. Птичку, благо, удалось спасти, но вот издевался по этому поводу Эл надо мной долго. — Моральный ущерб, нанесенный птице, я предпочел не упоминать. — Лоулайт на том конце завозился, устраиваясь поудобнее. — Была бы ты сейчас в Америке, проблем было бы больше. — Но ты бы меня спас, да? — А я тебя знаю? Три месяца спустя, когда диплом был защищен, а аттестат получен, Эл огорошил меня новостью о приезде в Японию. А это значило лишь одно. Тетрадь смерти попала в руки Ягами Лайта.