Аваллак'Х

По пути обратно в убежище Цири больше всего боялась, что Аваллак’ха там уже не окажется. Хуже было бы, только если на другом конце следов не оказалось бы и самого убежища. Как этому эльфу вообще удалось так быстро передвигаться по глубокому снегу? А впрочем, ничего удивительного, если принять во внимание тот факт, что сама ведьмачка доставала ему макушкой только до плеча. А может, и не было никакого эльфа? Может, Цири просто отморозила себе все мозги или ударилась при приземлении? А теперь она лежит где-нибудь в сугробе с разбитой головой и грезит всякое, предсмертное… Говорят, перед кончиной может привидеться что-то хорошее и приятное, чтобы не было совсем уж паскудно умирать. Цири вот достался эльф в качестве проводника в иной мир. Что ж, не так уж плохо, хотя она бы, конечно, предпочла кого-нибудь другого, если бы ей представилась возможность выбирать. Аваллак’х. Его зовут Ава-ллак’х. Какое-то смутно знакомое имя. Где-то Цири его уже встречала. Но вот где? — Бред какой-то, — пробормотала она себе под нос не без облегчения, когда наконец-то увидела перед собой похожее на огромный сугроб убежище. — Это какой-то совершеннейший ведунятский бред». Дверь — слава Лебеде! — незаперта, а внутри так тепло, что оттаивать начало даже похолодевшее цирино сердце. Она замерла у ступеней, прислушалась. Тишина. Но это еще ничего не значит. Цири медленно пошла наверх, ступая тише, чем лесная кошка. У второй двери снова задержалась: так боязно было открыть дверь… «Аваллак’х, ты там?» — хотела спросить ведьмачка, но вдруг эльф не ответит? Цири вздохнула и толкнула дверь… Эльф, как ни в чем ни бывало, сидел за письменным столом и листал какую-то книгу. Стоило только Цири появиться на пороге, как он поднял на нее глаза, такие пронзительно светлые и глубокие, словно два озера. Цири выдохнула. — Прости. Если обидела, это было ненарочно. Я просто… расстроилась, что… — Я не обиделся и знал, что ты вернешься. — Конечно, вернусь, — кивнула она как-то обреченно, — тут и идти-то некуда. А кроме того, ты ответил не на все мои вопросы. — Что ж, присядь и давай продолжим, — он указал на кресло в противоположной стороне комнаты рядом с кроватью. Устроившись поудобней, Цири некоторое время молчала, собираясь с мыслями. Эльф же продолжил преспокойно листать книгу. — Я уже более-менее поняла про башню и свою кровь, хоть и не до конца. Расскажи мне теперь про того чародея, который сильно не хотел, чтобы я искала башню. — Его зовут Карантир, — не задумываясь, ответил знающий. — Он мой бывший подопечный, а ныне — самый способный навигатор в земле aen Elle. Другого подобного ему нет. Именно поэтому ему дали прозвище «Золотое Дитя». — А что ему от меня нужно? — В том-то и дело, что ничего. — Зачем тогда он нашел меня и помог мне? — Чтобы ты не вошла в башню и не оказалась здесь. — А какое ему дело? — Большое. Карантир, при всех его достоинствах, безмерно честолюбив и не терпит конкуренции. Он считает тебя… угрозой. — Что это значит? — Ты угрожаешь его исключительности. Ты смогла отыскать башню и войти в нее, а также благополучно приземлилась там, где нужно. — И что это доказывает? — Что Старшая Кровь, кровь Шиадаль и Лары Доррен, вернулась на родину. А это значит, что Карантир больше не единственный и неповторимый. — Ты сказал, что он навигатор. Что именно это подразумевает? — Карантир может практически свободно передвигаться между мирами, которые находятся на Спирали. — Что такое «Спираль»? — Это совокупность миров, лежащих как бы на одной восходящей линии и связанных друг с другом. — Понятно, что ничего не понятно. Ну хорошо, допустим, этот Карантир может прыгать между мирами, а я-то тут при чем? Я-то ведь не умею. — Не совсем так. Ты прошла через порталы в Tor Lara и Tor Zireael, и этим доказала свои способности. — То есть этот Карантир боится конкуренции, что ли? — Цири нервно рассмеялась. — Именно. — Вот это зря. Можешь ему так и передать, что я не представляю угрозы его исключительной репутации. — Как увижу его, так передам. Сомневаюсь, правда, что он поверит. — Ладно, оставим его пока, ты мне другое скажи. Какая вам-то радость от того, что я здесь? Ну, прошла я через эти порталы и даже не убилась по чистой случайности, но что с того? Какая вам с этого польза? — Ты ведь знакома с пророчеством Итлины? — Конечно, кто ж о нем не слышал? «Час презрения, топора и вольчьей пурги и прочее и прочее, не ешьте желтый снег». Аваллак’х мимолетно улыбнулся. — Интересная интерпретация. Но суть тебе известна. Ты не могла также не слышать о том, что от грядущей катастрофы спасутся те, кто последуют за Ласточкой… — А, — протянула Цири, уже начиная понимать, к чему клонит эльф, — так ты ж не думаешь, что эта Ласточка — это я? — А почему нет? — пожал плечами Аваллак’х, глянув на ведьмачку так, словно она не понимает очевидных вещей. — Тот факт, что мое имя на Старшей Речи будет Zireael, ничего не значит. Мало ли сколько девочек с таким именем? — Ты отыскала путь к невидимой башне, носящей твое имя… — Ну и что? — Цири тоже передернула плечами. — Мама моя, как говорят, тоже кое-что могла. — Она могла только потому, что ее кровь не принадлежала твоему миру. — Я все равно не одна из вас. — Несколько смешных поколений людей ничего не значат. Ты, — Аваллак’х резко захлопнул книгу и посмотрел на ведьмачку в упор, — одна из нас. — Большинство эльфов с тобой бы не согласились. — Меня не интересует, что думает большинство. — Даже если представить, что ты прав, что с того? Ты хочешь уговорить меня остаться здесь? — Да. На какое-то время. — Так я не могу! У меня есть семья, там, и я очень им нужна. А они нужны мне. — Да будет тебе известно, что у тебя и здесь есть семья. Глаза Цири округлились. — Что?! Эльф кивнул: — Все так. Твой пра-, пра-, пра-, пра-, пра-, прадед все еще жив и здоров. — Да не может быть! — Почему не может? — Потому что так не бывает! — У нас бывает. Твой шесть раз прадед не только жив, но и желает с тобой познакомиться. Ошарашенная новостью Цири потеряла дар речи на целую минуту. — Погоди-ка, погоди-ка. Давай помедленнее. — Нас никто не торопит. — Как же он, этот эльф (ведь он эльф?), жив, если Лара Доррен вроде бы давно умерла? — Странный вопрос, Zireael. Дети иногда умирают намного раньше родителей. — Так сколько же ему лет? — Что-то около 650-ти. Это много даже по нашим меркам. — Ничего себе. Мне страшно представить, как он выглядит в такие года. — Ничуть не старше меня он выглядит. — И он хочет меня видеть? — Конечно. А кто бы не хотел? — А… кто он? То есть я хочу сказать, чем он занимается? — Он наш вождь. — Кто?! Ваш король то есть? — Вроде того. — То есть мой эльфий родственник — еще и король? — рассмеялась Цири. — А что тебя удивляет? — слегка улыбнулся Аваллак’х, и глаза его заметно потеплели. — Ты, как ни крути, особа королевских кровей. — Вот уж чего не ожидала услышать… — Теперь ты понимаешь, что я имею в виду, когда говорю, что здесь твоя настоящая родина. — Подожди, а этот Карантир, про которого ты говорил, он случайно не сын вашего короля, который боится, что какая-то приблуда и дальняя родственница его отца отберет у него трон? — О, нет, не переживай, между ними нет кровного родства. Да и власть у Aen Elle не передается по наследству. Так что будь спокойна. Цири снова замолчала, переваривая только что услышанное. Чужой и враждебный мир вдруг перестал казаться ей таким уж чужим и враждебным. — Еще вопрос. А в твоем мире везде так холодно? — Нет. Ты угодила в самую холодную из провинций. В моем родном городе сейчас вообще-то весна и уже довольно жарко. — Твой родной город — это тот же, где проживает мой дальний родственник? — Именно он. — Как далеко отсюда? — Три-четыре телепорта, не больше. Желаешь взглянуть на город? — Хм. Может, и желаю. Только ответь мне еще на один вопрос. Или два. — Спрашивай. — Ты, кажется, упомянул что-то про то, что я могу остановить Белый Хлад. Или мне показалось? — Не показалось. — Но как же это? Я ведь… я даже не чародейка. — Ты гораздо больше. — Но меня пытались обучить… Йеннефер пыталась, но… — Тебя учили не так и не тому. — А ты знаешь как? — Естественно, — кивнул Аваллак’х. — Я все равно не думаю, что я та самая. Это какая же силища нужна, чтобы… — Цири повела рукой, указывая на то, что творилось за пределами пещеры. — Чтобы это победить? — Ты просто себя не знаешь, — ответил эльф с самым серьезным выражением лица. — Но это поправимо. Если ты захочешь. — Я не знаю. Все это свалилось на меня, словно снег на голову. Не знаю, что с этим делать. — Тогда не нужно принимать решение прямо сейчас. Ты устала и голодна. Желаешь ли отобедать со мной? Цири посмотрела в его глаза, и ей понравилось то, что она в них увидела. — Да. Но сначала еще один маленький вопрос. — Я весь внимание. — А мы с тобой… случайно не родственники? Знающий беззвучно рассмеялся. — Случайно нет. Спустишься со мной в погреб? Погреб был забит до отказа, а Аваллак’х явно знал, что и где у него лежит. Словно он действительно подготовился к прибытию ведьмачки. Цири с удовольствием разглядывала полки, щупала свертки и приоткрывала крышки. — Свежие фрукты и овощи? — удивилась она, присев на корточки и присвистнув. — Как тебе удается их хранить, чтобы они не испортились? Магия? — Нет. От заклинаний у любой еды вкус не тот. Так что фрукты и овощи свежие. Возьми корзину и набери себе, что хочешь. — Я такая голодная, что все хочу. — Тогда можешь взять все, если унесешь. Кроме овощей и фруктов, рука Цири потянулась к свертку с вяленым мясом и к сырам, затем к хлебу и к банке с малиновым вареньем. На этом решив, что хватит, она развернулась и направилась к выходу. Аваллак’х остановил ее вопросом: — Будешь что-то пить? Цири обернулась: — А что есть? — Традиционно. Вино. — Ваше местное? — Конечно. «Не хватало еще пить в компании едва знакомого эльфа», — подумала она, усмехнувшись. — Тогда захвати самое лучшее. Разложив припасы на обеденном столе, Цири сразу сообразила, что пожадничала: столько за раз она в жизни не съест. Зато эльф принес с собой только вино. — А сам ты ничего не будешь? — Отщипну у тебя немного сыра и хлеба. Я не голоден. — А, ну раз так, угощайся. Мне одной слишком много. Ели в полном молчании: Цири быстро, жадно и с удовольствем; знающий — неспеша и как-будто думая о чем-то своем. Он не смотрел на ведьмачку, но все это время, что они сидели за одним столом напротив друг друга, ей казалось, что эльф за ней наблюдает, ненавязчиво и без враждебности, но внимательно. Заговорил он только когда потянулся к вину, чтобы откупорить бутылку. — Будешь? — Да. Любопытно узнать, какое оно — эльфийское вино из другого мира. А за что мы будем пить? — А тебе обязательно нужен повод? — Необязательно. — Тогда просто наслаждайся вкусом. Мне интересно, что ты скажешь. Цири сделала осторожный глоток из кружки. — Ммм. Какой необычный вкус. Никогда такого не пробовала. Мягкий, но как ударяет в голову. — И расслабляет. Тебе нравится? — Очень. У него такая приятная, ненавязчивая сладость, и совсем без терпкости. Что это за вино? — Тирналийское. — Какое? — Тирналийское. От слова «Тир на Лиа». Так называется наша столица. — И там живет ваш король? — Там. — И ты? — И я. — Я хочу увидеть город, в честь которого названо такое вино. Если он хотя бы наполовину так прекрасен, как оно… — Думаю, ты не будешь разочарована. — А ты умеешь убеждать, знающий. — Так значит, ты отправишься со мной туда? — Вероятно. Она с удовольствием прикончила то, что оставалось у нее в кружке, и налила себе еще — полную. Молчала, пока не опустошила вторую. По телу разлилось приятное тепло. Цири сняла куртку и повесила ее на спинку стула. Осмотрелась. Теперь комната показалась ей еще уютней, чем раньше. Она прошла в ту часть, которая была занята библиотекой, и пробежалась глазами по названиям на корешках: все, естественно, на Старшей Речи, и уставшая и разомлевшая ведьмачка с трудом различила некоторые знакомые слова, впрочем, употребленные в незнакомом контексте. Книги пахли пылью и кожей и… Аваллак’хом. Она обернулась, и взгляд ее упал на ту книгу, которую знающий оставил лежать на столе. Любопытно. Склонившись, Цири прочитала название: Буйвид Бэкуйзен. «Странствования по тропам и местам магическим». В голове у ведьмачки вдруг зашумело: это завертелись ее мысли, растревоженные не до конца позабытыми словами. Буйвид Бэкуйзен? Цири прикусила губу, пытаясь вспомнить. «Странствования по тропам… и местам магическим». Где-то она уже слышала это название. Когда-то, относительно недавно, она уже держала в руках эту книгу. Не эту же самую, то есть, но другую копию. Ей вспомнился Высогота и его полуразвалившаяся хибара на болотах Переплюта. Ей вспомнилось имя, упоминавшееся пару раз в «Странствии». Тогда она, конечно, не пыталась его запомнить, но сейчас оно всплыло в памяти, как по весне всплывает труп со дна реки. Ощутив сильную слабость в конечностях, Цири опустилась на стул и снова встретилась глазами с глазами Аваллак’ха. Эльф, казалось, наблюдал за ней все это время. — Ты… — прошептала она. — Это ведь ты… Он бесшумно поднялся и подошел к ней. Оперевшись одной рукой о столешницу, другой он открыл книгу и безошибочно нашел тот самый отрывок. «Всредь фигур тех провожатый наш, эльф Аваллак’х, повелел таковую выискивать, коя листу трифолии подобна есть. И истинно, таковая выискалася. При том казалось, что не троица, а четверица озер там раскинулася, ибо одно, продолговатое, с полудня на полночь тянущееся, суть якобы оного листу ножица. Озерцо это, Тарн Мира именуемое, лесом черным околено, а у полуночного его конца башня оная таинственная вздыматься должна была якобы, Башнею Ласточки именуемая, в эльфьей же речи — Tor Ziriael. Однако ж поначалу не зрели мы ничего, окромя мглы единой. Уж способился я о той башенке эльфа Аваллак’ха запытать, однако ж сам оный эльф Аваллак’х таковы слова рек: «Надо ждать и надеяться. Надежда вернется со светом и с добрыми чарами. Вглядитесь в безмер вод, там увидите посланников доброй вести». Дочитав, она подняла на эльфа затуманенный от подступивших слез взгляд: — Это ты… Скажи, это ведь был ты? Эльф замер и так и стоял, не двигаясь. Цири слышала его участившееся дыхание. Ответ не требовался. Она опустила глаза. Ей показалось, что он вот-вот коснется ее плеча, это было бы самым логичным. Однако он этого не сделал. — Ты ждал. Сколько же времени ты ждал? — Долго, — выдохнул он. — Почему именно ты? — Я единственный из Aen Saevherne, кто видит будущее. «Он помог мне найти башню, — крутилось у нее в голове. — Это что-то значит. Только вот что?» Цири вздохнула и закрыла лицо руками. — Я устала. Мне нужно прилечь. Голова гудит. — Тебе помочь? Она помедлила с ответом. — Нет. Я сама. Она поднялась на ноги, с трудом, дошла до кровати и с облегчением опустилась на нее. Скинув сапоги и освободившись от пояса, свернулась калачиком под теплыми шкурами. Быстро сообразила, что так жарко. Раскуталась и наконец-то сомкнула веки. — Я посплю. Ты ведь никуда не исчезнешь? — Нет, — ответил эльф, стоя на том же месте и не сводя глаз с ведьмачки. — Отдыхай, сколько нужно. Я подожду.

***

Спустя немного времени, когда ведьмачка уже крепко спала, Аваллак’х засобирался наружу. Надел мантию и натянул капюшон и, стараясь ступать как можно тише, покинул укрытие. Затем открыл портал, вошел в него и вышел на другом берегу реки, у самого края ледяного леса. Чутье и в этот раз его не подвело: он появился как раз в нужное время и в нужном месте. — Давно ждешь? — спросил знающий и потянулся рукой к морде опешившей и потому замершей в нерешительности Кэльпи. Кобыла, естественно, не ответила, но вместо этого мотнула головой, фыркнула и нервно отступила назад. — Просто так ты со мной не пойдешь, да? Ты прямо как твоя хозяйка. Разница, однако, в том, что с тобой я церемониться не стану. Простое заклинание и звонкий щелчок пальцами — и лошадь сразу присмирела и покорно склонила голову. — Так-то лучше. Еще один портал, последний, и будешь отдыхать, я обещаю. К укрытию они вернулись вдвоем. И тут до Аваллак’ха дошло. Он вздохнул. — Вот черт. Я и не подумал, что проход слишком низкий и узкий для тебя. Что мы будем делать? Я же не могу оставить тебя снаружи, на морозе. Зиреаэль мне этого не простит. Даже если я укрою тебя заклинанием, его придется все время обновлять, а я попросту могу забыть. Да и снег будет таять, будет лужа. Ладно. Он критически осмотрел дверной проем и покусал губу. — Просто расширим проход, дело несложное. Взмахнув кистью, Аваллак’х одними губами прошептал заклинание, и заклинание сработало, с грохотом обрушив значительную часть потолка у входа. Явно больше, чем нужно. Теперь в укрытие одновременно могли протиснуться сразу две лошади. Аваллак’х оглянулся, чтобы посмотреть на реакцию Кэльпи. — Что-то сегодня у меня сбит прицел. Он подошел к проходу и задумчиво ощупал каменную кладку по краям. А затем прислонился лбом к холодной стене и замер. — Прикрою дыру заклинанием, ты не против? Нет у меня сегодня сил починить, как следует. Он долго молчал. — Знаешь, — обратился он к лошади, — я думал, что готов… Кэльпи подошла к эльфу и ткнулась носом в его плечо, словно бы в знак поддержки. Эльф даже не повернул головы. — Аваллак’х? — окликнула его Цири, неожиданно появившись из темноты. Он вздрогнул и поднял глаза, и по его взгляду Цири поняла, что застала его врасплох. Он выглядел уставшим и отчего-то печальным. — Ты нашел Кэльпи и… а что с дверью? — Я немного расширил проем, чтобы лошадь могла пройти. — Да, действительно, немного пошире стала. Ты в порядке? — В полном. Устал немного. Я разбудил тебя? — Я проснулась от грохота. — Прости, не хотел мешать твоему сну. — Ну, уже немного поздно, и я чуть-чуть отдохнула. — Хорошо, теперь, пожалуй, отдохну и я. — Он махнул рукой, укрывая щитом проход в пещеру. — Сможешь позаботиться о лошади? — Конечно, — просияла ведьмачка, подходя к Кэльпи и беря ее под уздцы. — Тебе придется подумать, чем ее накормить: в погребе нет ничего специально для нее. Хотя Ледяное Пламя подойдет. Только не уходи далеко. Не взглянув на Цири, он прошел мимо нее и тяжелой походкой направился наверх. Ведьмачка растерянно посмотрела на его спину и пожала плечами. Позаботившись о лошади, Цири вернулась в жилое помещение и обнаружила знающего спящим на одной-единственной кровати. Он лежал на спине, сложив руки на груди, и дышал ровно и почти неслышно. Цири перевела взгляд на пустое кресло. Затем — на свободную левую половину кровати рядом с эльфом. Потом — снова на кресло. «Ну уж нет», — подумала она. Осторожно обошла постель и присела на ее край. Сняла сапоги и куртку и улеглась, укрывшись шкурами и повернувшись к Аваллак’ху спиной. «Не засну», — подумала она, закрыв глаза. Через считанные минуты она заснула.