Аваллак'Х

— Я ведь не сплю? Что это за место? Кто ты? Что тут вообще происходит? Задавая все эти вопросы, Цири не переставала водить пальцами по своей уже совершенно гладкой левой щеке и тщетно пыталась нащупать след от шрама. Незнакомый эльф с аквамариновыми глазами все это время пристально и без тени стеснения рассматривал ведьмачку. Убедившись, что увечья на ее лице больше нет, она тоже взглянула на него. Лицо его было треугольным, мягким и совершенно не строгим. Волосы, светлые, с платиновым отливом и удлиненные, почти доходили ему до плеч. Он был очень высок и, конечно, по-эльфьи худощав. В добротной мажьей мантии странного кроя. Эльф из другого мира — это по всему было видно, Цири даже не сомневалась. Она ждала ответа на свои вопросы, не чувствуя никакого страха, а он просто стоял в двух шагах от нее и молчал. Долго. — Где я? — наконец она повторила один из вопросов. — Мы в Ор ла Ун, самой северной из провинций. В самом сердце аномалии. Говорил он на Старшей Речи, со странным, певучим акцентом. Такой же говор был и у другого чародея, который взял с нее слово, что Цири не станет даже подходить к башне. — Что такое Ор ла Ун? Я не знаю такого названия. — Конечно, не знаешь. Откуда бы тебе знать? — А ты сам кто? Ясное дело — чародей, но… кто, кроме этого? — Меня зовут Аваллак’х, если ты имела в виду мое имя, — он сощурил глаза и теперь смотрел на нее еще пристальней. — Это мне тоже ни о чем не говорит. — Тогда задавай мне такие вопросы, ответы на которые удовлетворят твое любопытство. — Мой шрам пропал. Это иллюзия? — Стал бы я тратить время и силы на дешевое представление. — Откуда мне знать? Значит, ты и вправду его… стер? Могучий ты чародей, видать. — Видать, так. — А зачем ты это сделал? Зачем потратил на меня силу? Уж не по доброте же душевной. — Хотел произвести приятное впечатление. — Хм… Отчасти тебе удалось. Но этого мало, чтобы завоевать мое доверие. — Я и не ожидал другого. Цири снова осмотрелась, на этот раз внимательней. А посмотреть было на что: они находились в лесу, точнее, у самой его кромки. Могучие ели и сосны возвышались по правую сторону от ведьмачки, а по ее левую сторону была замерзшая река. И вроде бы ничего необычного, лес как лес, кроме неестественной тишины в дневное время да еще того факта, что все деревья по эту сторону реки до самых вершин были заключены в монолитную стену из прозрачного синего льда. Цири невольно прислушалась… и вздрогнула, когда поняла, что ледяной лес звенит неживым потусторонним звоном. — Что это за колдовство? Эльф вздохнул и глянул на волшебный лес как-то по-будничному. — Ничего особенного. Просто Белый Хлад подбирается все ближе. Еще каких-то несколько десятков лет назад хотя бы Finiol был свободен, — он кивнул на реку, — а сейчас и он практически проиграл эту битву. Только лишь на той стороне осталась тонкая полоска еще живой воды. Цири перевела взгляд на тот берег: там, и в самом деле, виднелась темно-синяя полоса. — А какое лично мне до всего этого должно быть дело? — Тебе-то? — эльф закусил губу. — Хм. Большое. Ты прибыла сюда, чтобы это остановить. — Кто это такое сказал? — вскинула брови ведьмачка. — Я. — И кто же ты такой? — Aen Saevherne. Если ты, конечно, знаешь, что это значит. Брови Цири поползли еще выше, и она на мгновение замерла от удивления. — Знаю. Это значит ведун. А их мало осталось. — В твоем мире — да. В моем — все еще встречаются. — В твоем — это в каком? — В том, в котором ты сейчас находишься. Который и твой тоже. — Это как понимать? — Я поясню, но предпочту сделать это в более комфортной обстановке. Здесь есть укрытие неподалеку, если хочешь… — Не хочу! — отрезала Цири. — Я хочу домой. А другие миры меня не интересует, какими бы интригующими и заманчивыми они ни были. — Что ж, — эльф Аваллак’х развел руками, — иди. Иди, куда хочешь. Ведьмачка огляделась и почувствовала себя совсем уж глупо. — Но куда мне идти? Как отсюда выбраться? Я вошла в Башню и очутилась в пещере… — Я знаю. — И там был этот эльф, который светился, как начищенная монета. Он спас меня от Короля Призраков, а потом я очутилась здесь, провалившись в какой-то портал. Но тут я не вижу ни Башни, ни портала. Так куда мне идти? — Как я и сказал: куда хочешь. Раз этого ты желаешь. — Да ты что, издеваешься? Тут же нет ничего! Куда я пойду в мороз, да еще без еды и понятия, в какую сторону двигаться, чтобы дойти хоть куда-нибудь? — Я бы мог отвести тебя «хоть куда-нибудь», но ты не желаешь идти со мной, — до отвращения спокойно ответствовал эльф. — Так чем я могу тебе помочь? — Скажи, как добраться до башни. — Башня там, где ты ее оставила. Между ней и тобой много миров… если идти по прямой. — То есть в этом мире ее нет? Аваллак’х покачал головой. — А как же я тогда отсюда выберусь? — Понятия не имею. Но если пойдешь со мной, узнаешь хотя бы что-то. А может, тебе и не стоит так быстро отсюда бежать? Может, ты не просто так сюда угодила? — К чему задавать риторические вопросы, а, Ава… Как там тебя зовут? Прости, я забыла. — Аваллак’х. — Странное имя. — Это, скорее, прозвище. — Так у тебя и настоящее есть? — Конечно, хотя оба они настоящие. — И как же тебя зовут на самом деле? — Crevan Espane aep Caomhan Macha. — Как?! — Не забивай себе этим голову. Мое полное имя мало кто помнит. Называй меня просто «Аваллак’х». — Хорошо, «просто Аваллак’х». Уловив в ее голосе иронию, «просто Аваллак’х» едва заметно поморщился. — Так что же ты посоветуешь мне делать, о, многомудрый знающий? — Как я уже сказал, последовать за мной в укрытие. Ты вся продрогла и голодна — негоже вести светские беседы в таком состоянии. — И куда же мы пойдем? Это далеко? — Вовсе нет: на другой стороне реки. Я открою портал… — Нет! Находилась я уже по порталам, чуть кишки все не выблевала. Пойдем по-нормальному, по-человечески. Ногами. — Как скажешь. — И ты пойдешь впереди меня, а то мало ли… — Как хочешь. — По крайней мере так я буду знать, что подо мной хотя бы не провалится лед. — Тогда следуй за мной. Эльф Аваллак’х шел быстро и уверенно, судя по всему не боясь ни ледяной воды, ни быть попросту проткнутым мечом ведьмачки. Цири следовала за ним, отставая от него шагов на пять и сосредоточенно смотря ему в спину. Легкая у него была походка, почти плывущая, а его покачивающийся в такт ходьбе плащ почему-то гипнотизировал. Цири напрягала интуицию, пытаясь уловить возможную угрозу, но ее интуиция молчала. Был ли этот знающий опасен? Ее разум подсказывал ей, что да, но сердцем Цири была спокойна. Вопросов к нему было превеликое множество, но пока она решила с ними повременить. У кромки воды эльф остановился и обернулся. Цири посмотрела на него в ответ, а затем — на такой близкий и при этом далекий берег: достигнуть его можно было в два прыжка. Но никак не в один. — Что будем делать? — спросила Цири. — Я не лошадь, не допрыгну. И тут она вспомнила. — Черт! Кэльпи! Я же свою кобылу на входе в башню потеряла! — Не переживай за нее, она вернется. — Почему ты так уверен? — У тебя ведь необычная лошадь, — он неопределенно пожал плечами. — Это точно, но я не думала, что настолько. — Поверь мне хоть этот один раз: с ней все хорошо и скоро ты с ней увидишься. — Ну, допустим. А мы-то как перейдем? Придется тебе, видимо, открывать портал. — Ты же не доверяешь моим порталам. — Я ничему твоему не доверяю. — Тут расстояние — всего ничего, не стоит оно того, чтобы тратить силы на портал. — А что тогда? Ты знаешь заклинания на прыжки? — Допустим, знаю. Но прыгать мы не будем, по крайней мере не сегодня. Эльф Аваллак’х повел рукой — и вода перед ними мгновенно замерзла, превратившись в прочную корку льда. Цири и впечатлилась, и расстроилась одновременно. — Что, вот так просто? — спросила она. — А чего ты ожидала? Левитации и телекинеза? — Не знаю, чего-то более зрелищного, наверно. — Зрелищное не значит практичное. Пойдем. Лес на противоположной стороне реки был самым обычным, если не считать едва уловимой магической ауры, витавшей в морозном воздухе. Она ложилась налетом на все вокруг: на высокие деревья и на снег, в который ведьмачка, с трудом бредя за эльфом, проваливалась по колено. — Далеко нам? — Нет. Мы почти пришли. Сначала Цири ничего не заметила, и в этом не было ничего удивительного, потому как искомое укрытие выглядело как хоть и очень большой, но все же самый обычный сугроб. Смахнув с него часть снега, Аваллак’х нащупал рукой в перчатке дверь. Отворялась она, естественно, не без помощи магии, а за ней скрывался проход в пещеру. Точнее, прохода было два. Первый уводил куда-то вниз, в темноту. Второй был двухъярусным с двумя дверями. Нижняя — на уровне земли. К верхней, что была на высоте человеческого роста, вели каменные ступени. — Нам туда, — Аваллак’х указал на ту, что была выше второй. — Там открыто: проходи и располагайся, а я сначала загляну вниз. Всего на минуточку. — Зачем? — насторожилась Цири. — Холодно здесь. Нужно нагреть воздух. — Я пойду с тобой. Мало ли, что у тебя на уме. — Как хочешь, — пожал плечами он. — Заодно посмотришь, как я буду настраивать кристаллы. — Какие кристаллы? — Которые дадут нам тепло. — Там, правда, только кристаллы? — Не только. Еще прачечная. И заодно ванная комната. А еще таз, ведро и ковш. В общем, есть на что посмотреть. — Ты шутишь сейчас? — Вовсе нет. — Хм. Ну раз нет, тогда я, пожалуй, пойду наверх. Надеюсь, там есть где посидеть, а еще лучше полежать. — Ну, разумеется. Это, конечно, не дворец в Цинтре, но и ты уже давно не княжна. Цири аж передернуло. — Откуда ты знаешь, кто я? — Я давно знаю, кто ты. Я знал тебя задолго до твоего рождения, Зиреаэль. — Ты что, видишь будущее? — Представь себе, вижу. — И знаешь, что будет дальше? — Отчасти. Иногда. Предсказания — неточная наука. — А, гадание на кофейной гуще, — ухмыльнулась Цири. — Так и я гадать могу. Но ладно, я тогда пойду посмотрю, что наверху, а ты, наверно, займись кристаллами или что там у тебя в подвале. Наверху, как и сказал эльф, было жилое помещение, условно разделенное на две части. Первая из них содержала в себе все необходимое: кровать и тумбочку, удобное кресло, обеденный стол с двумя стульями и очень странную печку. Вторая половина была отдана под маленькую, но явно хорошо оснащенную лабораторию и библиотеку. Цири одобрительно фыркнула. — Уютненько. На стенах она разглядела четыре необычных светильника со встроенными кристаллами, явно магическими, но как их включить, естественно, не имела ни малейшего понятия. От нечего делать плюхнулась в кресло и принялась ждать возвращения Аваллак’ха. Больше в полумраке все равно было делать нечего. Эльф вернулся очень скоро и, с порога хлопнув в ладоши, зажег магический золотистый свет. — Я смотрю, ты уже освоилась, — сказал он, слегка улыбнувшись, и Цири впервые увидела его ровные и абсолютно одинаковые эльфьи зубы. Приятная улыбка у него была. — А тут совсем неплохо. Я думала, ты меня в какой-нибудь шалаш приведешь. — Это и есть шалаш в некотором смысле. — Это твое жилище? — Условно мое. — Это как? — Я здесь не живу. Это просто… место для временной стоянки. Хотя не так уж много лет назад здесь на постоянной основе проживала одна особа. — Ее ты тоже из портала выловил? — Нет. Ее выловил мой друг, но это было давно и уже неважно. Ты хочешь есть? — Хочу. А здесь что, еще корчма где-то неподалеку имеется? — Нет, зачем же? Внизу есть погреб. — Ах, ты и это предусмотрел? Аваллак’х отчего-то нахмурился: — И это тоже. Так тебе чего-нибудь принести? Или можешь сама сходить. — Обязательно схожу. Но сначала, — она вздохнула и закусила губу, — сначала мне нужны ответы на мои вопросы. — Хорошо. Эльф устроился за письменным столом в противоположной части комнаты, откинулся на спинку стула и по-деловому сложил руки перед собой. — Что именно ты хочешь знать? — Все. Что это за башня была? Кто был тот эльф? Точнее, два эльфа? И почему первый не хотел, чтобы я вошла в башню? Где моя лошадь? Что это за мир? Как я сюда попала? Ты меня ждал или я случайно сюда угодила? Что тебе нужно от меня? И как попасть домой? — Что ж… О Башне ты должна была знать и так. — Ну разумеется, иногда я читаю книжки. Слыхала и про Стоозерье, и про башню, и про эльфов и их магию. Но все это так, сказки, легенды, поверья. А сегодня оказалось, что все правда. И башня, и Дикий Гон, и добрые мертвые феи-эльфы. Но понятней мне от всего этого не стало. — Башня связана с двумя другими такими же. — Ну, Tor Lara я видела. — Вот именно: ты видела две из трех. — А где третья? — Далеко на севере. На Скеллиге. — Я там бывала, — глаза ведьмачки загорелись, и взгляд ее потеплел. — Но про башню ничего не слышала. — А до нее сложно добраться, так что ничего удивительного. Когда-то давно все три башни слаженно функционировали. До тех пор, пока… кое-то их не поломал. — Это кто же? — Хм. Путешественники, но это случайно вышло. В общем, когда-то башни могли функционировать как одна и открывали проходы во многие миры через Межмирье. А сейчас… почти никто не может ими пользоваться. Кроме избранных. Аваллак’х выразительно посмотрел на Цири. — Это ты меня имеешь в виду? Или себя? — Скорее, тебя. Ты прошла через башню и оказалась там, где нужно. — Нужно кому? — Всем. Дело ведь не в башне, а в тебе самой. В твоей крови. — А что такого в моей крови? — То же, что было в крови твоей матери Паветты. — Ты еще и про нее знаешь. — То же, что было в крови твоей бабки Калантэ, но спало в ней беспробудным сном. То же, что было в крови твоей прабабки Адалии и так далее и тому подобное вплоть до… — тут знающий запнулся и почему-то едва заметно помрачнел. — …до Лары Доррен аэп Шиадаль. — Кто эта Лара? — удивилась Цири. — Что-то не помню такого имени в моем генеалогическом древе. — Конечно, ты не помнишь. Кто бы ее еще туда вписал? — Я не понимаю. Аваллак’х помолчал. — Лара Доррен аэп Шиадаль, — произнес он зачем-то слишком четко и словно с небольшим нажимом, — была… моего роду и племени. Зачем бы людям о ней упоминать? — Эльфка? Aen Seidhe? — Нет. Aen Elle. — Я не знаю таких. — Неудивительно. — То есть моя пра-пра-пра-, не знаю, сколько раз пра- бабка была эльфка? — Вот именно. — И поэтому ты сказал, что этот мир — мой? Эльф кивнул. — Но это ведь ничтожная толика крови. Я — человек. По большей части. — Это не так. Сила, в тебе заложенная, доказывает обратное… — Ах вот оно что! — от возмущения Цири ударила кулаками по подлокотникам и тут же почувствовала, как к ее голове приливает жар. Впрочем, комната уже и сама по себе, без всяких девичьих эмоциональных всплесков, достаточно прогрелась. — Вот что тебе нужно! Как и всем, одно и то же! Тебе моя сила нужна, вся якобы такая исключительная! А я-то на секунду поверила, что что-то другое. — Твоя сила нужна всем, Зиреаэль, — Аваллак’х никак не отреагировал на ее выпад и оставался спокойным. — Без нее, боюсь, нам не выжить. Ни моему народу, ни твоему. — Чушь! Какую-то чушь ты мне говоришь, эльф! Не волнует меня ни будущее твоего народа, ни даже моего. Твой народ мне чужой, а мой… Мой, знаешь ли, жесток даже к своим. Мой народ убивает, мучает, насилует без раздумий и угрызений совести. А те, кто были добры ко мне, они и не люди больше, уже давно. Так что прибереги свои пылкие речи о спасении мира для кого-то другого, а мне лучше покажи, как отсюда выбраться, и я пойду. — Ты наивно считаешь, что если спасешь своего ненаглядного Геральта и Йеннефер, которую считаешь матерью, то Белый Хлад, когда придет, вас троих пощадит? — Да с чего ты взял, что он вообще придет? — Я думал, ты уже достаточно увидела, чтобы понять, что Белый Хлад существует. Цири вздохнула: — Ну, хорошо, допустим. Видела. В твоем мире. И там, в Башне. Но какое отношение это имеет к моему миру? — Самое прямое. Белый Хлад уничтожит все в конце концов. — «В конце концов» — это когда? Когда я умру? — Достаточно скоро. — Ну когда? Скажи мне, знающий. Ты же сильно умный. — Возможно, еще при твоей жизни. — «Возможно» меня не устраивает. Я не сражаюсь с возможностями. Мне бы с данностями разобраться. Поэтому я должна вернуться. Я нужна Геральту, про которого, кстати, ты, оказывается, тоже слышал. И ты зря меня задерживаешь. Да будет тебе известно, что Геральт — мое предназначение, и кто удерживает меня и мешает мне прийти к нему, тот долго не живет. Так что лучше помоги мне и отойди в сторону: здоровее будешь. Аваллак’х вытянул губы трубочкой: — Правда, что ли? — Не держи меня против воли. — Я разве держу? Ты можешь идти на все четыре стороны. Я тебя в портал не тащил. Я уберег тебя от болезненного падения, между прочим. — И я тебе по гроб жизни благодарна! Но теперь я хочу уйти! Закусив губу, эльф опустил глаза в стол. Долго думал, прежде чем ответить, а затем указал на выход: — Дверь там, — холодно сказал он. — Обещаю, что не последую за тобой. — Да ты насмехаешься надо мной. — С чего ты так решила? — Потому что тут некуда идти! Я замерзну насмерть через несколько часов после того, как уйду. — Не замерзнешь. — С чего такая уверенность? — Ледяное Пламя, дар Белого Хлада, не позволит тебе замерзнуть. — Ледяное Пламя? Что это? — Пойдем! — эльф резко поднялся и решительно направился к выходу. Дойдя до двери остановился и оглянулся: лицо его было бело, что снег снаружи. — Ну что ты сидишь? Вставай, я покажу тебе, как выжить. Чтоб ты была мне благодарна не только при жизни, но и после нее. Цири последовала за ним, молчаливая и угрюмая. Ноги проваливались в сугробы, но ей не было до этого никакого дела. На душе было паршиво, она сама не знала почему. А эльф все шел и шел вперед, не оглядываясь и не сбавляя шага. Наконец он остановился и просто замер. Цири тоже стала, как вкопанная, у него за спиной. — Подойди, — вздохнул он. — Чего испугалась? — Я не испугулась, — проворчала Цири. — Я просто… соблюдаю предосторожность. — Со мной это лишнее. Подойди и посмотри. И Цири подошла. То, что она увидела на сосновой ветке прямо перед лицом эльфа, изумило ее. Цветок. Алый, горящий, покрытый тончайшим слоем льда. Цири враз осознала, почему он называется «ледяным пламенем». Без долгих колебаний Аваллак’х сорвал его и протянул ведьмачке. — Ешь. — В каком смысле? — В прямом. Ртом. Это залог твоего выживания на морозе. — Ты шутишь? — Нет. — В доказательтво своих слов он отломал один из лепестков и сунул его себе в рот. Цири последовала его примеру. Вкус у цветка был медово-ягодный, теплый, очень сладкий. А по телу разлилось хоть и неестественное, но приятное тепло. — Если походить по лесу несколько часов, то можно насобирать пару десятков. Три штуки в день тебе хватит: и чтобы согреться, и чтобы насытиться. Больше нельзя, иначе сляжешь. Пока цветок на холоде, он не увянет. Желаю удачи. С этими словами эльф просто развернулся и побрел обратно по направлению к убежищу. Не понимая, что происходит, Цири на несколько секунд замерла и просто смотрела, как он уходит. Сердце у нее сжалось. — Аваллак’х, погоди! Стой! Он никак не отреагировал. — Аваллак’х, ты не можешь меня вот так бросить! Я, может, немного погорячилась, но я же не сказала ничего обидного! Постой, пожалуйста! Все бесполезно. — Если ты думаешь, что я вот так просто тебя отпущу, то ты ошибаешься! Сжав остатки цветка в кулаке, отчего тонюсенький слой льда на лепестках хрустнул и раскрошился, Цири со всех ног бросилась догонять знающего. «Вот манипулятор чертов!» — подумала она. — Аваллак’х, ну подожди же! Я была неправа! Я сожалею! Аваллак’х!!!