Вампир из Трансильвании

      Я не находила себе места с тех пор, как Этьен поманил надеждой на то, что всё ещё можно исправить — и так неожиданно исчез. После того, как я привела себя в порядок и допила кофе, я ещё некоторое время оставалась в кофейне бездумно пялясь в угол.       Я же, наивная, понадеялась, что встреча с французом расставит всё на свои места и я, наконец, смогу успокоиться. Но всё оказалось с точностью до наоборот — внезапное столкновение только добавило волнений. Теперь я твёрдо знала, где провела вечер перед Рождеством, как и то, что, благодаря Владу, потеряла (или, может быть, почти потеряла) шанс не просто встретиться, но присоединиться (!) к Искателям.       Ломать голову над тем, зачем Влад уволок меня с той вечеринки, выглядело занятием бесполезным. Одному богу известно, что творилось в голове у пакостного румына. И это после того, как я проявила великодушие и не проехала мимо человека попавшего в беду!       Предположим, Этьен замолвит за меня словечко и у меня действительно появится зыбкая возможность осуществить мечту; а что если Влад выскажется против? Какой вес имеют его слова?       — Саша, у тебя точно всё в порядке? — волновалась тётя, видя, как я снова потерялась где-то в пространстве, вытирая одну и ту же тарелку по десятому кругу.       — Задумалась просто, — выдавила я подобие улыбки.       — Что-то ты слишком задумчивая в последнее время. Парень бросил?       Я оказалась слишком медлительной, и край полотенца, которым я собиралась наказать Костина за слишком длинный язык, пролетел в нескольких сантиметрах от его спины. А ведь в чём-то мелкий был прав. Пусть меня пока никто и не бросил, но вот интересующий меня парень не давал о себе знать вот уже третьи сутки.       Когда же он собирается мне позвонить? Или вообще не даст о себе знать, если у него ничего не выйдет? Нужно было сразу договориться, когда я смогу с ним связаться. Это внесло бы немного определённости, а пока мне оставалось ожидать, сидя как на иголках.       Может, написать ему сообщение?       Стрелка часов приближалась к восьми.       Наверное, лучше это сделать с утра.       Чтобы немного отвлечься, я собрала вещи и отнесла их в стирку, попутно решив постирать что-нибудь ещё. У нас с тётей Ташей ушло немного времени, чтобы собрать одежду ребят, а затем ещё немного, чтобы всё рассортировать.       Я вызвалась, как доброволец, приглядеть за стиральной машинкой, а затем загрузить новую и развесить постиранную партию белья.       Смешавшееся тряпье закружилось в барабане, снова утягивая меня в сомнения.       Вряд ли у Этьена получится. Было очевидно, что Искатели, в отличие от тех ребят из подвала, представляли собой хорошо организованную группу. Пусть я почти ничего не знала и не успела выведать у француза ничего важного, но и по тем скудным деталям, имеющимся в моём распоряжении, представлялось возможным сделать некоторые недвусмысленные выводы.       Взять хотя бы тот факт, что они смогли организовать вечер в стенах объекта культуры, и не просто в стенах, но в подземных тоннелях и залах, о которых мало что знали даже местные. Пусть билетёрша и не произвела на меня серьёзного впечатления, но основания не верить ей или ей врать мне не было никакого, так что историю об отце, прослужившем в Черной Церкви всю жизнь, я приняла за чистую монету, как и то, что ни она, ни её отец понятия не имели, что происходит внизу, хотя и замечали странности.       Или то, как тщательно Искатели заметали за собой следы. Те, кто не остался с ними, насколько я могу судить по себе, лишались этого отрезка памяти. К тому же психотропные средства не продают на каждом углу, а у них, судя по всему, имелся доступ.       Бельё закрутилось быстрее, машинка загудела, а я, устав сидеть на тазу в ванной, переместилась на пол, подбирая под себя ноги.       Да, эти господа явно шутить не станут.       И это снова привело меня в смятение.       Почему же Этьен не звонит так долго? Должно ли это означать, что дело провалилось? Ведь если бы у него были хорошие новости, он бы уже позвонил. Или я не права и такие вопросы решаются долго. Если так, то мне следует запастись терпением и ждать.       С другой стороны, некоторым из присутствующих на той встрече было достаточно одного-единственного вечера, чтобы попасть в ряды избранных. Но ведь у меня другая ситуация, и вполне возможно, что в данных обстоятельствах решение будет приниматься иначе.       Ох, чёрт, я так с ума сойду!       Машинка радостно засигналила, возвещая об окончании цикла, и щелкнула замком дверцы.       Загрузив новую порцию вещей, я подобрала таз с выстиранной одеждой и понесла её к котлу — самому тёплому месту в доме. Над ним и вокруг были натянуты верёвки. Бельё нужно было развесить так, чтобы не пришлось ничего передвигать, когда постираются остальные вещи.       За этим занятием мне пришло в голову, что если Этьен действовал в обход стандартной процедуры, то наверняка всё должно было занять (если, конечно, должно) некоторое время. А если кто-то к тому же узнает, что один из Искателей против моей кандидатуры, дело может осложниться ещё сильнее.       Закончив с бельём, я вернулась в ванную и вытащила мобильник. Сердце взволнованно набирало обороты, но отступать я не собиралась, быстро отыскав номер Этьена в записной книжке и вызвав контакт. Незамысловатая мелодия вместо гудков ожидания нисколько не успокаивала. Наконец трубку взяли.       — Да-да, — отозвался француз.       — Привет, это Саша. Помнишь такую? — как можно беззаботнее начала я.       — Конечно, мон шери. Как я мог о тебе забыть.       Фразы были полны обаяния, но прозвучали дежурно, оставляя меня в лёгком напряжении.       — Ты сейчас не занят?       — Для тебя у меня всегда найдётся минутка.       Честно говоря, я надеялась, что Этьен сам заведёт разговор на единственную интересующую меня тему, но этого не случилось. Француз действительно мог обо мне позабыть, и сейчас, может быть, просто не хотел показывать виду, что, пока я не набрала его номер, и в ус не дул, чтобы исполнить своё обещание.       — В общем, по поводу того, о чём мы говорили в кафе. Если вдруг возникнут сложности из-за Влада…       — О чём ты? — прервал Этьен.       — Ну если он будет против, чтобы я стала одной из вас, — шептала я, прикрыв дверь в ванную. — Скажи мне и я попытаюсь это уладить.       — И как именно?       Я выдохнула, сдаваясь:       — Поеду к нему, упаду в ноги и стану умолять!       Всё, что угодно, лишь бы стать чуточку ближе к своей цели.       Последовала секундная пауза, а затем Этьен рассмеялся, заставляя меня ожидать, пока кончится его приступ идиотской весёлости.       — Замечательная идея. Хорошо, Алекс, я тебя понял. Было слышно, как к нему кто-то подошёл и поздоровался.       — Ладно, мон шери. Я тебя наберу, — и с этими словами он сбросил вызов.       Не слишком обнадёживающий разговор, — печально подумала я, глядя на трубку, и совсем не ожидая, что Этьен перезвонит уже на следующий день.       — Чем занимаешься, Алекс? — бойко поприветствовал он меня, судя по голосу, спеша куда-то.       — Ничего особенного. Я с родственниками продлеваю договор на аренду машины.       — О’К, я понял. Значит говорить буду в основном я, а ты подавай признаки жизни, договорились?       — Да, — как можно безразличней произнесла я, делая вид, что не вижу, как в мою сторону оглядывается тётя.       — Звоню сказать, что, благодаря моей исключительной рекомендации, тебе готовы дать второй шанс, но вот тот инцидент на вечеринке не остался незамеченным, — голос Этьена звучал расстроено. — В общем, чтобы у тебя всё получилось, нужно прояснить, будет ли Влад препятствовать твоему вступлению. Мне дали понять, что всё должно пройти как по маслу или у меня будут проблемы, понимаешь?       — Да, конечно, — мне едва удавалось сдерживать себя от заверений, что я в лепёшку расшибусь, но всё улажу, и не доставлю никаких лишних хлопот. Но говорить открыто я не могла — неподалеку меня уже ждали тетя с дядей.       — Я тут подумал, звонить ему нет смысла — он просто пошлёт тебя куда подальше или вообще не возьмёт трубку, а действовать нужно наверняка.       «Угу» — соглашалась я, чувствуя как колотится сердце, и даже не упомянув, что у меня, собственно, и нет номера телефона Влада, ведь у того и самого телефона нет; в этот момент это казалось абсолютно неважным.       — Лучше всего к нему съездить, тогда ему придётся тебя выслушать, согласна?       — Абсолютно, — откликнулась я с готовностью.       — И чтобы он не стал снова рассказывать тебе сказки, я поеду с тобой, — Этьен замолчал.       — Отлично, — мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять план француза и согласиться.       Действительно, если Этьен будет со мной, отпираться не имеет смысла. К тому же, пусть лучше Влад узнает от меня о том, что скоро я стану одной из них, а не устроит очередное представление прилюдно там, где я буду бессильна. Тогда у меня будет возможность выяснить всё без посторонних глаз и ушей. Если и правда придётся кинуться в ноги и умолять дать крошечную возможность, я так и поступлю. К тому же, если я буду не одна, он не станет… вести себя слишком агрессивно и выставлять из дома. Наверное.       — Тогда договорились, — нотки обаяния снова зазвучали в голосе Этьена. — Предлагаю не откладывать дело в долгий ящик и съездить к нему завтра-послезавтра. Ты же, кажется, знаешь, где он живет?       Получив утвердительный ответ, Этьен продолжил:       — Прекрасно. Жду от тебя сообщения о времени и месте. Передавай привет родным, — бросил мой новый друг на прощанье и повесил трубку.       — Да, поняла, Надь, — говорила я с пустотой, повысив голос так, чтобы слышали тетя с дядей. — Спасибо, что предупредила. Увидимся в универе. Пока.       Оформив аренду «Акцента» до конца моего пребывания в Румынии и избежав лишних вопросов благодаря воображаемой однокурснице, я возвращалась домой в приподнятом настроении.       Стоило оказаться в своей комнате, как я поспешила отправить Этьену сообщение. Как и француз, я не собиралась тянуть с таким важным делом и намеревалась посетить Влада завтра с утра. Не знаю почему, но я была абсолютно уверена, что в этот раз сумею его убедить.       Он больше не застанет меня врасплох, и не сможет избавиться от меня так просто. Я не приму отрицательный ответ и стану настаивать, пока он не согласится не вмешиваться в мои дела и не вставлять палки в колёса. Если понадобится — стану умолять, напомню о своей помощи, пусть это и не очень красиво. В общем, сделаю всё, но добьюсь своего, и точка.       Единственное, о чём я переживала, это что Влада попросту не окажется дома, но попыталась выкинуть досадную мысль из головы и думать только о том, что завтра мне повезёт и всё сложится.       Утро началось просто замечательно, и вот я уже следую привычным маршрутом до Брашова, собираясь подобрать Этьена на площади у центра. Француз уже ждал в условленном месте и не с пустыми руками.       — Доброго утречка, — впорхнул он в салон «Акцента». — Латте или капучино?       — Латте, — Этьен пребывал в отличном расположении духа; трудно было не поддаться его заразительному энтузиазму, сдобренному бодрящим запахом кофе. — Ты в отличном настроении.       — Почему бы и нет? — всплеснул он руками, широко улыбаясь. — Жизнь прекрасна, к чему хмуриться?       Я улыбнулась в ответ и завела двигатель. Совсем скоро мы вынырнули из Брашова, оставляя городок с его оживающими лавочками и магазинчиками позади, и выехали на главное кольцо, беря курс на Бран.       — Уже побывала там? — кивнул Этьен на вывеску с названием замка.       — Первым делом, — не постеснявшись, призналась я. В конце концов, Этьен мог меня понять.       Для него, находящегося по другую сторону реальности, Бран выглядел милой шуткой — насмешкой перед явью, но что оставалось делать непосвященным, желающим хотя бы на миг прикоснуться к тайному миру?       — А как тебе удалось договориться? Ну, насчёт меня? — рискнула спросить я, стрельнув взглядом на сползшего на сиденье француза, когда мы проделали примерно половину пути.       — Припомнил старые долги товарищам — и вуаля, — подмигнул он, и его изящно очерченный рот расплылся в полуулыбке.       — Я тебе очень благодарна, — искренне произнесла я.       — Не стоит, Алекс. Как я мог не помочь такой симпатичной девушке?       — В любом случае, спасибо. Я твоя должница.       — О чём ты, мон шери? Мне достаточно одного прекрасного дня, чтобы списать этот маленький долг.       Похоже, мой новый приятель был тем ещё обольстителем, а может, и самым натуральным бабником — пардон, ловеласом. Впрочем, я готова была простить ему заочно всё что угодно. Благодаря его помощи я наконец смогу осуществить свою мечту.       Знакомый поворот я приметила загодя и, сбросив скорость, пропустила вперед машину. Мы свернули на горную дорогу. Знак показался минут через двадцать, я взяла влево, внутренне готовясь к путешествию по злосчастной тропе.       Интересно, почувствует ли что-нибудь неладное Этьен?       Бросив на француза косой взгляд, я заметила некоторые изменения в облике моего пассажира.       Он сидел в кресле выпрямившись, словно кол проглотил. На его лице не осталось и следа привычной расслабленности и уверенности. Этьен был серьёзен, я впервые видела у него это сосредоточенное выражение лица.       — Место не очень приятное. У меня от него мурашки по телу, — решила заметить я, стараясь немного подбодрить попутчика. Этьен ничего не ответил, а мне не оставалось ничего кроме как свернуть на тропку, крепче перехватывая руль.       И снова на меня набросилось это странное ощущение опасности, подстерегающей за каждым сугробом. Сейчас я чувствовала себя терпимо, но всё же ощущение, скользившее щупальцем по коже, было на редкость мерзким.       Чтобы слегка отвлечься и не тонуть в надуманных страхах, я снова искоса посмотрела на Этьена.       Остекленевший взгляд, руки сжимают полы пальто. Мне хотелось его поддержать, но стиснутые в глухом упрямстве зубы просто не разжимались. Я продолжала давить на газ, понимая, что стоит нам добраться до дома наверху, как всё закончится.       Ещё несколько невыносимо долгих минут, и показалась стена.       Я с облегчением повернула ключ, глуша мотор, и откинулась на спинку сидения, глубоко задышав.       — Приехали, — произнесла я помолчав.       Мне не ответили.       Я повернулась в своему спутнику и тут же поняла, что ему всё ещё плохо. Этьен был бледен, на лбу его выступила испарина.       Что же это за адское место? Я, конечно, слышала про странные и страшные места, от которых советовали держаться подальше, но снежная горная тропа при дневном свете едва ли напоминала одно из них.       — Я тебя понимаю — отвратительное место. Я была здесь пару раз и мне тоже было…не по себе. Да и сейчас неважно, — не смогла я лучше описать собственные ощущения. — Скоро должно пройти.       Желая дать моему спутнику время, я попыталась включить радио, но не услышала ничего кроме помех. Наверное, горы глушили сигнал. Сдавшись, я оставила эту идею.       — Знаешь, тебе лучше пойти первой. Я присоединюсь к тебе позже, — подал голос Этьен спустя пару минут. Он всё ещё был бледен, хотя и выглядел многим лучше.       — О’кей, — легко согласилась я, помня как меня саму терзал безотчётный испуг в самый первый раз. — Пойду проверю, дома ли он.       Оставив Этьена трястись от несуществующих кошмаров, я выбралась из машины и пошла по направлению к дому.       Свежий снег хрустел под подошвами ботинок — никаких следов.       Плохой знак. Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, пусть Влад окажется дома. Пусть он будет дома. Со всем остальным я справлюсь! — пообещала я себе, держа пальцы крестиком перед дверью. Вдохнула поглубже и уверенно постучала.       Пусть только он окажется дома.       Сердце колотилось от волнения и всё же я прислушивалась изо всех сил, пытаясь различить шарканье шагов или скрип половиц.       Неужели его снова нет! — я успела расстроиться, когда дверь неожиданно распахнулась.       Влад уставился на меня.       Я уже было раскрыла рот, чтобы поздороваться и поспешить вывалить заранее заготовленную речь, пока дверь не захлопнулась перед моим носом. Но меня отвлекло лёгкое дыхание скользнувшее по макушке. Кто-то стоял позади. Очень близко, едва касаясь моей одежды. Такое ощущение появлялось в слишком плотной очереди.       Что-то отёрлось вдоль плеча, задело щеку справа. И до того, как я успела что-нибудь понять, дуло пистолета, выставленное прямо в грудь Влада, оглушительно выстрелило. Один раз.       Второй.