Точка невозврата

POV Jasper Элис бесшумно спрыгнула с ветки и приземлилась передо мной. Некоторое время мы провели в полной тишине, которую я не спешил нарушать, не зная, как объяснить ей свои чувства. Наконец, она проговорила: -Они будут здесь через 16 часов или около того. – девушка горько усмехнулась. – Не берусь говорить точно. Пытаюсь смотреть в обход плода, но от этого только голова начинает болеть. – заметив немой вопрос в моих глазах, она пояснила. – Карлайл сказал, что сможет вытащить это из Беллы. Я лишь кивнул, не почувствовав облегчения. Я смогу вздохнуть спокойно лишь когда с этой дрянью будет покончено. Вампирка подошла ближе, маленькими ладошками обхватила моё лицо и заглянула мне в глаза: -Ты переживаешь, Джаспер, я вижу. Но больше ты ничего не хочешь мне сказать? Я сглотнул и покачал головой. Не время вешать на Элис еще и это. Для начала я должен сам во всем разобраться, а лишняя боль Элис ни к чему. Я ощутил почти осязаемое разочарование, исходившее от девушки, но она постаралась не подать виду. -Хорошо. Тогда я оставлю тебя одного. Только… ответь честно, Джас. Между нами всё по-прежнему? Ты еще любишь меня? Столько надежды было в её вопросе, что я снова почувствовал удушающий приступ вины. Я не мог ей лгать. Скрывать, не договаривать всей правды, стараясь огородить её от лишних расстройств – мог, но лгать?.. Элис столько для меня сделала. Буквально слепила из меня нового человека. Человека более совершенного, чем я был когда-либо. Ей я обязан всем. Так пусть будет горькая правда, чем фальшивые пламенные речи. -Я не знаю, Элис. – с трудом проговорил я. Она молча упорхнула в темноту деревьев, а я повторил в пустоту. – Я не знаю. В дом я вернулся лишь много часов спустя, когда, наконец, понял, что в состоянии урезонить свои мысли перед Эдвардом. Хотя и сомневаюсь, что в данный момент ему есть дело до моих переживаний. В доме было пусто, из чего я сделал логический вывод, что семья уехала в Сиэтл, встречать молодоженов. Подойдя к роялю Эдварда, я автоматически провел пальцами по клавишам, слушая, как неуклюжие звуки нарушают тишину нашего пристанища. Я не умел так искусно извлекать звуки из этой громадины, как брат, но сейчас отчего-то мне захотелось сыграть что-нибудь лирическое, преобразовав ноющее чувство в груди в музыку. Я сел за рояль и начал играть: поначалу мелодия выходила механической и неживой, но чем больше я расслаблялся, тем нежнее выходили звуки. Я и сам не заметил, как стал наигрывать колыбельную, придуманную Эдвардом специально для Беллы. Я закрыл глаза, отдаваясь воспоминаниям. Какой переполох эта девчонка устроила в школе, едва перешагнув её порог! Новенькая в городке она обречена была стать знаменитостью, не смотря на ничем не примечательную внешность и совершенно бестолковую, неуклюжую, я бы сказал, привычку вляпываться в неприятности. Даже мы были заинтригованы. Еще бы! Разве может быть кто-то, пусть даже и простая смертная, так неосмотрительна! Что привлекло в ней Эдварда? Странная невосприимчивость к его дару? Да, пожалуй, поначалу так оно и было, но чем ближе брат узнавал девушку, тем сильнее привязывался. И это несмотря на мучавшую его жажду. Поразительно! Уж я-то, как никто другой, знал каких страданий ему стоит держать жажду под контролем. Но её кровь действительно пахла лучше, чем у любого другого существа. И я сам убедился в этом на горьком опыте, на её дне рождения. Оправдывает ли меня то, что в тот момент я чувствовал не только свою жажду, но и еще 5 вампиров? Карлайл не в счет, у него опыт самоконтроля больше, чем у всех нас вместе взятых. После того случая Эдвард решил вычеркнуть её из нашего мира, хотя по-моему, разумнее было бы сделать её одной из нас. Тем более, что девчонка явно не была против. Но у него же высокие моральные принципы! И лучше он будет вечность страдать вдали от любимой, чем разделит эту вечность с ней. Я усмехнулся. Нормальной жизни он ей желал? У судьбы видно на этот счет другое мнение, иначе как объяснить, что в отсутствии вампиров Белла тут же оказалось в окружении стаи оборотней? Какая ирония… Девчонка просто магнит для неприятностей. И как итог: встреча с Вольтури. Немногие смертные удостаивались их аудиенции. А уж живыми выходили лишь единицы. Казалось бы, что для одного человека вполне хватит впечатлений, не будь этот человек Беллой Свон. И не проходит и полгода, как на неё объявляет охоту Виктория, собрав целую армию новорожденных. Наверное, подготовка к предстоящей битве и заставила взглянуть меня на мисс Свон по-другому. Музыка потекла тише, как будто признавая мою правоту. Девушка показала храбрость, граничащую с безрассудством, предлагая всё более и более смешные идеи, лишь бы мы не рисковали жизнью за неё. Даже меня, бывшего солдата, впечатлила такая трогательная забота о бессмертных, когда сама девушка была в куда большей опасности. И, наконец – звуки рояля почти смолкли – ночь перед свадьбой, когда я пришел к ней по просьбе Эдварда. Что такого я увидел в её лице, что вычитал в её эмоциях, что не смог устоять?.. Одна ночь. Несколько часов, и нет больше того Джаспера Хейла, которого все знали. С шоссе съехал автомобиль, и я поспешно захлопнул крышку рояля, отойдя от него на безопасное расстояние и облокачиваясь на стеклянный столик. Судя по рёву двигателя, это был «Порше» Элис, а судя по скорости, с которой она гнала, моя вампирка была в ярости. И причиной был не я. Не прошло и трёх минут, как тормозные колодки жалобно взвизгнули, остановив машину у парадной двери, а Элис, вне себя от злости влетела в дом. -Что она себе позволяет, Джаспер?! Ты хоть представляешь, что она себе удумала? Она решила родить этого ребенка! Мои губы растянулись в страшной улыбке, больше напоминающей оскал. Даже армии вампиров ей мало. Мисс Свон – ах, простите, уже миссис Каллен – решила состроить из себя альтруистку. Зачем злобным чудовищам заморачиваться, чтобы убить её, Белла в состоянии сделать это сама! -Нужно заставить её отказаться от этой идеи! Или просто заставить, в конце концов! Элис покачала головой: -Ничего не выйдет, Джас. Розали на её стороне, а Эммет не пойдет против жены. Впрочем, как и Эсми. Наверное, подсознательно я был готов к чему-то подобному, потому что удержался от рыка, царапающего горло. Лишь пальцы с силой сжали столешницу и когда я смог разжать руки, крошки стекла зазвенели по паркету. -Зря. Это был любимый столик Эсми. – ничего не выражающим голосом прокомментировала вампирка. – Пойдем, поможешь мне обустроить спальню Эдварда. Я уже и не думала, что они вернутся в этот дом… Они прибыли через час после Элис. Карлайл с Эсми выглядели нарочито бодрыми, но я видел их опасения и растерянность, как на ладони. Эммет, впрочем, как всегда, старался рассмешить всех, но в этот раз у него ничего не получалось. Страшнее всего было смотреть на Эдварда: его глаза почернели, а под ними легли темные круги, но не от жажды, а от горя. Казалось, мысленно он уже простился с женой. На какое-то мгновенье мне стало его жаль, но лишь пока я не вспомнил, что он непосредственный виновник случившегося. Губы брата сжались в тонкую линию, признавая мою правоту. Я сделал шаг в сторону и, наконец, разглядел её. Белла робко жалась к Розали, будто боялась, что мы можем в любой момент схватить её и прооперировать. Ах, как бы мне хотелось, чтобы её страхи были не беспочвенны! Девушка выглядела не плохо. Кожа посерела на пару оттенков, но это заметно лишь вампирскому глазу, волосы потускнели, глаза чуть припухшие - все эти мелочи можно списать на долгий перелет. А вот заметно выпирающий под футболкой живот списать на перелет было невозможно. Я плохо разбираюсь в женской физиологии, но со дня их свадьбы прошло только 18 дней! И никаких видимых признаков беременности быть просто не может! Я в отчаянии посмотрел на Эдварда, мысленно спрашивая его, с какой же скоростью развивается маленький монстр? Брат чуть слышно скрипнул зубами. Кое-как совладав с собой, я вспомнил о правилах приличия: -Здравствуй, Белла. Несмотря на бледность, на её щеках выступил легкий румянец: -Привет, Джаспер. Девушку проводили наверх, в подготовленную спальню, чтобы она могла отдохнуть с дороги. Когда все вампиры собрались внизу, я ощутил такую безнадёжность, что захотелось выть не хуже этого проклятого вервольфа. Но был среди нас и тот, кто не разделял всеобщего смятения. Лицо Розали светилось так, словно сбылась самая заветная мечта её жизни. Уверен, в мыслях она уже нянчила на руках маленькое чудовище. -Розали, твои танцы на костях раздражают, – не выдержал я первым. Блондинка улыбнулась: -А я не вижу причин сидеть с такими траурными лицами. Неужели вы не понимаете, ребёнок – это радость! В ту же секунду с разных концов комнаты раздалось шипение: меня поддержали Элис и Эдвард. -Он убивает её! – в ярости Эдвард вскочил со своего места, злобно буравя Розали взглядом. – По-твоему это радость?! -Что-то я не вижу, чтобы она плохо выглядела. Так что давай трезво смотреть на вещи. Я видел, как брат сдерживается, лишь бы не броситься на неё, да и я, стоит признать, испытывал похожее желание. -Если смотреть на вещи трезво, то всем становится понятно, что тело человека не предназначено для таких нагрузок! -Но, как мы можем убедиться, человеческое тело вполне подошло для нагрузок другого рода. – полные губы сестры изогнулись в насмешливой усмешке. Эдвард зарычал, и злополучный стеклянный столик полетел в сторону. Эсми вскрикнула. Эммет встал перед женой, огородив её от брата, а Элис вцепилась мне в руку: -Джас, успокой их! Я напрягся, пытаясь сконцентрироваться, но выходило плохо: слишком солидарны мы с Эдвардом были в желании свернуть Розали шею. -Хватит! – раздался голос молчавшего до сих пор Карлайла. – Вы разбудите Беллу, а ей нельзя волноваться. – когда все вернулись на свои места, доктор Каллен продолжил. – Пока ясно одно, плод развивается слишком быстро. Когда она проснется, нужно будет взять анализы и сделать УЗИ. К сожалению, в легендах, которые мы просмотрели, не сказано ничего утешительного. Но не будем принимать поспешных выводов. Всё станет ясно после результатов обследования. А пока давайте хотя бы не будем делать вид, что мы её уже похоронили. -Отлично. В таком случае, если собрание закончено, я посижу с Беллой. – Розали первая покинула комнату. За ней потянулся Эммет смотреть телевизор и Эсми, всё еще обеспокоенная сложившейся ситуации, и поэтому не в состоянии усидеть на месте. Чуть позже в больницу за необходимым оборудованием уехал Карлайл. Малышка Элис забилась в угол дивана и, сжав виски руками, пыталась разглядеть хоть что-то в будущем Беллы, но судя по рассерженному бормотанию у неё ничего не получалось. -Джас, я на охоту. Не составишь компанию? Я вопросительно посмотрел на Эдварда, удивленный подобной просьбой в такой момент, но по его напряженной позе стало понятно, что это будет не просто охота. Когда мы отбежали на достаточное расстояние от дома, чтобы нас никто не слышал, я резко затормозил. Поохотиться я успел несколько часов назад, а ходить вокруг да около не хотелось. -О чем ты хотел поговорить? Эдвард подошёл ко мне, и на миг мне стало страшно: нет, в доме я не понимал, что он чувствует. Он все тщательно скрывал ради Беллы. А сейчас из его глаз веял замогильный холод. И глядя туда, на дно его скрытого ада я понимал только одно: он и правда похоронил её. Он ни на секунду не сомневается, что она не выживет. Я отступил от него, не желая смотреть. Не желая видеть. Но перестать быть эмпатом не мог: безысходность. Осталась только безысходность. -Джаспер, я прошу тебя помочь мне. Я вопросительно приподнял бровь, ожидая продолжения. Да, он выглядит убитым горем, но я всё еще помнил, что это происходит по его вине! -Что ты хочешь… брат? – я с трудом выговорил последнее слово. Чем я могу помочь сейчас? -Ты можешь помочь. Твой дар… Заставь её отказаться от ребенка. Заставь пожелать чего-то другого… Это было неожиданно. -Это подло, – пробормотал я, но мозг уже вовсю обдумывал эту идею. Да, это было подло, и Белла никогда нас не простит. Но так она, во всяком случае, будет живая! И живая, она может ненавидеть нас хоть всю оставшуюся жизнь. Пусть уедет. Пусть останется с оборотнем, в конце концов, но ЖИВАЯ. -Я не вижу другого выхода спасти её. Попытайся, Джас. Только ты это можешь.