Притворись моей женой, Грейнджер..

В Норе все всполошились внезапным исчезновением Гермионы. Теперь все представители семейства Уизли и Гарри сидели в гостиной, чуть ли не допрашивая Рона. — Вы же вместе вышли прогуляться. Что там произошло? — требовательно спросила брата Джинни. — У неё появились неотложные дела. — соврал Рон, и сразу его уши заметно покраснели. — Какие могут появиться дела у девушки ночью, если только какой-нибудь рыжий олух не обидел её? — прищурившись, спросил Джордж. — И я не про себя сейчас, и не про Перси, и не про Билла, и не про Чарли, и не про папу… — Джордж! — перебив, осадила сына миссис Уизли, и мягко обратилась к Рональду. — Мальчик мой, вы поссорились? — Отставьте меня в покое! — выкрикнул Рон, и под удивленные взгляды присутствующих вышел из гостиной. Взбежав по лестнице, он зашел в комнату, которую делил с Гарри, и с грохотом захлопнул дверь. Через несколько минут к нему тихо постучались. — Рон, открой, пожалуйста, нам надо поговорить, — донесся голос лучшего друга. — Уходи, Гарри, мне нужно побыть одному, — сказал рыжеволосый парень. Поттер постоял еще минуты две, прислушиваясь, и вскоре ушел. Как он мог объяснить им, что Гермиона внезапно рассталась с ним вчера? Нет, она не просто бросила его, а променяла его на их заклятого врага Драко Малфоя. Или это был просто предлог, он не знал наверняка. Прошло около получаса, как Рон лежал, уставившись в потолок. У него закрались неприятные мысли, которые медленно разъедали его голову изнутри. Гермионе никогда не было и не будет достаточно его. Всех, кем она была увлечена, а именно Виктора Крама, Драко Малфоя и, возможно, Гарри Поттера, объединяло то, что у Рона Уизли никогда не будет — известность, богатство и слава. А он останется на всю жизнь лишь очередным бесталанным сыном Уизли и другом Поттера — героя. «Она ещё пожалеет об этом», — промелькнула мысль у Рона, прежде чем он заснул. *** Гермиона присутствовала лишь на одной свадьбе волшебников. Казалось, что это было сто лет назад, хотя прошел только год со дня, когда Билл Уизли и Флер Делакур связали себя узами брака. Надо заметить, что свадебные церемонии маглов и волшебников мало чем отличались, разве что убранством и нарядами гостей. Все мужчины были в парадных мантиях, на шее у них красовались платки со сверкающими самоцветами. Восхитительными платьями и украшениями могли похвастаться гостьи праздника, на шляпках которых были прикреплены экзотические цветы, а над головой летали зачарованные птицы. Клятвы Билл и Флер дали в огромном белом шатре, который был разбит в фруктовом саду Уизли. Обслуживала гостей мероприятия целая толпа нанятых официантов, одетых в белые мантии, а из музыкальных инструментов духового оркестра лились изумительные мелодии, идеально подходящие к случаю. Хотя церемония и была прервана сообщением, который отправил Кингсли Бруствер патронусом о падении министерства, и последующим нападением Пожирателей Смерти, в памяти Гермионы она осталась как искреннее, праздничное и по-настоящему волшебное событие. «Такого у меня не будет», — горько подумала она, предавшись воспоминаниям. На следующее же утро после того, как Грейнджер чуть ли не сбежала из Норы, она направилась в Малфой-мэнор. Гермиона позволила себе слабость накануне, проплакав всю ночь, но теперь она была полна холодной решимости. Раз судьба послала такое испытание для неё, она справится. Должна справиться. Малфои, как заметила она, были ничуть не удивлены её приходом или умело скрывали свои эмоции. На самом деле, Нарцисса до последнего сомневалась в выборе Грейнджер, но успокоилась, когда домовой эльф оповестил о её приходе. Мистер Малфой, в свою очередь, питал маленькую надежду, что девушка не придет. Что же касается Драко, то он бросил на неё лишь скучающий взгляд, как если бы она была предметом интерьера. — Полагаю, нам необходимо обговорить некоторые детали, — начал Малфой-старший, но запнулся, видимо, обдумывая, как назвать сие событие. — Данного мероприятия, — нашелся он. О, Мерлин, Гермиона скоро выйдет замуж за своего заклятого врага, а предстоящую свадьбу она обсуждает с Люциусом Малфоем. «Главное — не свихнуться», — подумала она. — Суд состоится уже через два дня, поэтому тянуть с церемонией — нет смысла, она пройдет завтра вечером, — бесстрастно говорил мистер Малфой. — Никаких гостей, присутствовать будем только мы с Нарциссой, маг, ответственный за заключение брака, и, возможно, колдограф из «Ежедневного пророка», — перечислил глава поместья. Для Гермионы было ожидаемо, что ей не разрешат пригласить мистера и миссис Грейнджер, да и она сама не хотела бы их присутствия. Чтобы защитить их, она решила не говорить им о свадьбе, как бы неправильно это не было. Мистер Малфой посмотрел на жену, будто спрашивая, не забыл ли он что-нибудь. — Мисс Грейнджер, — обратилась к ней Нарцисса, — вы должны одеться более… кхм… подобающе случаю и привести себя в порядок, — критично посмотрев на её старый свитер и вечно лохматую голову, сказала она. «Точнее говоря, причеши своё воронье гнездо и переодень одежду, вероятно, доставшуюся тебе от полоумного Хагрида», — добавил мысленно Драко. Он молча слушал наставления родителей, не показывая даже малейшей заинтересованности, будто это его вовсе не касалось. Девушка не успела ничего ответить, как вдруг с негромким хлопком в библиотеке появился Твинки и по очереди почтительно поклонился своим хозяевам и Гермионе. — Простите, хозяин, — пролепетал домовик, наткнувшись на раздраженный взгляд Малфоя-старшего. — Твинки всего лишь хотел сообщить, что прибыл министерский работник, он хотел увидеть вас, — закончил он и исчез. Нарцисса с беспокойством посмотрела на мужа. — Не думаю, что нам следует беспокоиться, Нарцисса, — ответил на её немой вопрос Люциус. — Скорее всего, это лишь предупреждение о времени и месте заседания. — Драко, мисс Грейнджер, оставайтесь пока здесь, — сказала Нарцисса. Мистер и миссис Малфои вышли из комнаты. — Ты всегда отличалась особой наглостью, грязнокровка, — манерно растягивая слова, произнес Драко, когда они остались одни. — Когда ты заявилась ко мне домой, чтобы контролировать нашу семью — я, в какой-то степени, даже смирился, когда ты спустилась в подземелье, разнюхивая что-то для своих дружков из Министерства — я это тоже допустил, хотя была шальная мысль укоротить твой любопытный носик, — Малфой-младший говорил спокойно, но слова его внушали девушке безотчетный страх. — Но когда ты, Грейнджер, изволила стать миссис Малфой лишь для того, чтобы спасти свою жалкую жизнь — ты вышла далеко за пределы дозволенного, — сказав это, Драко недобро посмотрел на неё. — Малфой, я попала в эту ситуацию из-за тебя, — с ненавистью прошептала она. От несправедливо сказанных слов, ей захотелось заплакать. Слизеринец встал и неторопливо подошел к стоявшей у стены Грейнджер. Прижав её к стене и больно схватив девушку за запястье, он елейным голосом негромко сказал: — В любом случае, мы теперь, как это говорится у маглов, в одной лодке, — вспомнил поговорку Малфой-младший. — Проблема лишь в том, что кто-то может выпасть из неё и ненароком утонуть. Помни, Грейнджер, что бывает с теми, кто не согласен со мной, — явно намекая на убийство Долохова, сказал Драко. — От… Отпусти меня немедленно, — пытаясь вырваться, прошипела Гермиона. — Зачем? — насмешливо спросил Малфой-младший. — Раз в скором времени я стану твоим супругом, я имею право трогать тебя здесь, — схватив её свободной рукой за подбородок и спускаясь ниже по шее, проговорил он. — И даже здесь, — сказав это, Драко принялся водить пальцами по её груди. Гермиона залилась румянцем, ещё никто так не прикасался к ней. Драко находился так близко к ней, что она чувствовала его теплое дыхание. Она не могла двигаться, будто в неё попали заклинанием полной парализации тела, и стояла так, как ей показалось, целую вечность. Девушка не чувствовала боли, возможно, ей было даже приятно, если бы это был не треклятый Драко Малфой. Бросив взгляд на дверь, к своему стыду она обнаружила, что мистер и миссис Малфои уже успели вернуться в комнату и теперь смотрят на них. Лицо Нарциссы вытянулось, но она сразу отвела взгляд, заинтересовавшись узором на ковре, а Малфой-старший, судя по всему, был в ярости, глаза его потемнели, а скулы странно подергивались. Драко посмотрел на своих родителей, заметив их реакцию и довольно усмехнувшись, он, наконец, отпустил девушку. — Благодарю, Грейнджер, на сегодня всё, — и для того, чтобы унизить её ещё больше, Малфой-младший вытер руки о свою рубашку, будто он только что прикоснулся к грязи. Гермиона резко выдохнула, поняв, что стала игрушкой мести в руках ненавистного слизеринца. Он устроил этот спектакль лишь для того, чтобы позлить родителей, решивших его судьбу за него. «Какая же я дура!» — сокрушенно подумала Гермиона. Собрав остатки уязвленной гордости, она, не глядя ни на кого, вышла из комнаты. Вернувшись, она не обнаружила родителей дома. «Ушли на работу», — бесстрастно подумала девушка, а затем, зайдя в свою комнату, легла на кровать, и, свернувшись калачиком, дала волю слезам.