Там, где цветут кровавые розы

Музыка играет внутри меня, пронзая, словно воздух паутину. В голове пьяный коктейль непонятных мыслей и голосов. Нихера не соображаю! — Куда? — переспрашиваю я и так хохочу, что ноют скулы. Тело начало постепенно неметь, язык словно из ваты. Музыка завибрировала даже в корнях зубов. Эш улыбается и прижимает меня к себе так сильно, что захрустели кости. Его дыхание веет в шею прохладой, он так близко и так хорошо пахнет. Запах просто совершенный и до боли знаком. Но где я могла его ощутить? — Сейчас все станет хорошо, — слышу его мягкий, очаровывающий шепот, сквозь басы музыки. Нежные губы скользят по моим ключицам, по шее. — Сначала будет больно, но потом очень хорошо. Слова немного отрезвляют. Как бы гипнотически не звучали, сколько бы я не выпила коктейлей — я почти очнулась. Ибо перед глазами внезапно возникла картина лежащей на диване девушки и вампира, который жадно лакал ее кровь, как кот сливки. — Нет, — слабо мямлю я и тогда он по настоящему сильно сжал меня. — Нет! Начинаю трепыхаться, пытаться вырваться. Сделать хоть что-нибудь. Блять, я так и знала, что мне нельзя сюда идти! И где Полин? Какого хера она оставила меня с ним?! — Убери от нее свои руки, упырь! Немедленно! — орет знакомый голос почти в ухо, а потом одним резким толчком меня отрывает от вампира. Музыка продолжила играть, но я уже не так отвлекалась на нее, хотя ее действие на меня продолжалось. Даже не сразу сообразила, что произошло. В свете мигающих огней и зеленого пламени, стоит разъяренная Эрин. Я не сразу узнаю ее в классическом черном пальто и штанах. Позади нее, нервно кусала губы Полин и стояли два громилы которые, сложив руки на груди, ожидали приказа. — Эрин? — мой язык окончательно перестал меня слушаться и страшно заплетался. — И ты здесь? — Дьявол, какая же я дура! — будто медведь взревела она и схватив меня за руку, силой затащила себе за спину. — А ты даже не подходи к ней, рыцарь! Один шаг и ты труп! Я выглядываю из-за спины Эрин, но это получается крайне неуклюже. Чем дальше, тем хуже мне становится. Я не могу выгнать из себя эту музыку! Эш, в это время, на выпад этой медведицы среагировал удивительно спокойно. Даже секьюрити, один из которых положил лапу мне на плечо, не испугали его. Он просто стоял, не сводя с нас глаз. — Идем, выйдем, — предлагает он и уходит по ступеньках наверх. Эрин, сцепив зубы поплелась за ним, дав нам знак следовать за ней. Мы выходим из клуба на улицу, а за нами две собаки, таща в зубах верхнюю одежду. Я боялась, что мое пальто будет все в слюнях или дырках, но опасения не оправдались. Демон, державший меня за плечо, помог мне надеть его. Джентльмен, мать его. — Люцифер узнает, что ты хотел сделать! — рявкнула Эрин, как только мы отошли достаточно далеко от клуба. Эш мирно прикурил сигарету и снова никак не среагировал на выпад. — Они уже знают. И придут. Она не должна жить, — спокойно проговорил он. — Чего? — пьяно мямлю я, когда Эрин только набирала воздух. — Кто это не должен жить?! Вампир миловидно улыбается и затянувшись, выдыхает: — Ты. — Закрой рот! Ты сейчас о либиде Люцифера говоришь, — выпалила моя защитница. Секьюрити заметно напряглись, но не лезут. Эрин стоит только сказать «фас». Но парня, похоже, это нисколько не волнует. Больше даже веселит. — Тебе сказать о ком я говорю? — хохотнул он. — Сказать? — И о ком же? — снова вставляю свои «пять копеек» я. Парень иронично приподнимает бровь и уже намеревается, что-то сказать, но Эрин силой потащила меня назад. В эту же минуту нарисовался Айк. — Все в порядке? — спросил он у брата, подозрительно на нас покосившись. Эш ничего ему не ответил. Стоя на месте, он смотрел на то, как мы быстро покидаем улицу. Я постоянно оборачивалась и Эрин одергивала меня, что-то злобно шипя о «аристократическом ублюдке». Когда я в последний раз обернулась, Эш подмигнул и крикнул мне снова с этим странным акцентом: — Они тебя ждут. Мы останавливаемся возле большой, черной машины и по очереди садимся в кожаный салон, когда один из демонов-охранников услужливо распахнул заднюю дверь. — Кто меня ждет? — пластилиновым языком спрашиваю я. — Ты о чем? — переспросила Полин. — Он в конце сказал, что «они меня ждут». Лицо моей фамуля вдруг удивленно вытянулось, а глаза полезли на лоб. — Ты его поняла? — Ну, да. А ты что, нет? — Конечно нет, это же вампирский!

***

Весь путь мы просидели молча. Точнее молчали только я, Полин и громилы. Эрин вычитывала нас, казалось, целую бесконечность. Первая получала словесных пиздюлей Полин. — Ты хоть понимаешь, что он мог сделать?! — Но это же Эш! — пытается оправдаться она, беспомощно сведя брови. — Он самый безобидный вампир! — Чего-о? — скрипучим голосом возмутилась Эрин, прищурив глаза. Она смотрела на Полин, как на идиотку. — Он ничего ей не сделал! — Да если бы не я, он такое бы сделал! — Главная фамуля полезла через меня, чтобы стукнуть это блондинистое чудо по лбу. — Люцифер не оставил бы от тебя даже мокрого места. И от меня, кстати, тоже! Да он и сейчас может не оставить от нас даже воспоминания! Ты хочешь стать Мертвой? При одном только слове, Полин сразу побледнела, как стена и затихла. Я понимала из-за чего. И хоть в этот момент меня укачивало и дико тошнило, увидев свою подругу в таком состоянии, я позабыла о своем. — Такого не будет! — теряя буквы рычу я и просунув руку к талии Эрин, усаживаю девушку обратно на место. Та на секунду изумленно уставилась на меня, а потом гневно скривилась и нахмурила брови. Дерьмо. — А твой мозг где потерялся? — сразу бросает бомбу на мой участок она. — Давай, расскажи мне, не стесняйся. — И ничего не потерялся! Все у меня, — я еще и икнула, мать его так. — Н-на месте. Фамуля молча закрывает рот, смеряет меня долгим, презрительным взглядом с ног до головы и кивает: — Оно и видно. И что было делать? Из машины некуда бежать. Поэтому, мы с Полин мариновались в маринаде причитаний еще очень долго. Правда, мне было немного легче, потому что я в полный драбадан. Я не все воспринимала из того, что говорили, а иногда даже «выключался звук». Надеюсь, это побочные эффекты коктейля. — Выходи, что замерла, — пнула меня эта истеричная женщина, когда я немножко засмотрелась в окно. Я не сразу поняла, что картинка остановилась. Для меня мы ехали дальше. — Иду я, иду — со стоном вываливаюсь из машины в открытую дверь и почти падаю. Благо громила-джентльмен придержал за шкирку. — Грациозное явление фаворитки Люцифера! — язвит Эрин. Ох, блять, у меня нет сил даже придумывать ответ. Просто молча иду в широкий портал в замке. Пытаюсь идти. Ноги ватные, не слушаются. Господи, лишь бы доползти до кровати и не опозорится. Внутри замка обняла прохлада и стало легче. Голова уже не так кружится, ноги вроде чувствую. Я не хочу думать каково будет похмелье. Хорошо, если его вообще не будет. — Снимай, — дернула за рукав пальто Полин, когда меня почти принесли в спальню. — Сколько сейчас времени? — пересохшими губами спрашиваю я и стаскиваю с себя верхнюю одежду. — Уже давно глубокая ночь. — Я хочу воды. Фамуля кивнула и быстро покинула комнату, оставив меня один на один с не снятыми сапожками. Я как раз стягивала с себя второй сапог, когда скрипнула дверь. — Тебя только за смертью посылать, — недовольно ворчу я, поднимаю голову и сразу удивляюсь. — Ты? Нив стояла у двери, зябко кутаясь в шелковый халат кораллового цвета и будто стеснялась подойти. — Где ты была весь день? — тихо спрашивает она. Я глубоко задумываюсь над этим вопросом. — Гуляла. — Ты что пьяная? — отрицательно трясу головой. — Вот черт, где тебя носило? Она подходит и берет мое лицо в свои прохладные руки. Это самое шикарное, что она могла сделать! — Я была с Полин, не переживай. — У тебя в глазах огни пляшут. Ты принимала наркотики? — Нет, — мямлю я и отпускаю взгляд обратно, на сапог. Слышу вздох и она опускает руки. — Чем ты на него так действуешь… — Это ты о чем? Наконец, справляюсь с обувью и камнем падаю на кровать. — О Люцифере. — Все не так, как кажется. Господи, как спать хочется. — О нет, Этсу, именно так. Никогда, за все двенадцать лет, что я здесь, Князь не сторожил либиду, сам лично, как собака. — Что? Что за бред она несет? — Я видела, как Люцифер стоял под твоей дверью. Видимо опасался, что вернется Белиал. И, правду говоря, опасения оказались не напрасны. Моя сонность улетает, как вспышка. От алкоголя ничего не осталось, голова резко стала чистой и ясной. Но сердце так гоняет кровь, что сейчас выйдет из строя. — Приходил Белиал? — сиплым голосом спрашиваю я. — Да, — кивает Нив и смотрит в упор мне в глаза. — Он вернулся за тобой. Я опешила. Быть этого не может. Зачем я так нужна Белиалу? И самое главное… Люцифер защищает меня? Он действительно провел ночь возле моей комнаты? Дорожит мной. Хочет защитить. — Они почти поссорились, Этсу, — спокойно продолжает девушка. — Из-за тебя. Я отказываюсь в это верить. Бред собачий. — Не может быть, — вслух отрицаю я. Нив садится на кровать и наклоняется к моему лицу, пристально всмотревшись в него. — Что ты значишь для него? Кто ты такая? — Я не знаю, — честно отвечаю одними губами я, смотря в темно-синие, глубокие глаза. Если Нив говорит правду и Люцифер действительно защищал меня от Белиала то, что это значит? А может?.. Он не просто так защищает меня. Князь держит свое слово. «Вампиры — щенки Белиала» — звучит в голове его голос. Да, Белиал — Князь вампиров. Об этом говорила даже та вампирша Вивиан. А сегодня ночью Эш сказал, что я должна умереть. Значит они хотят моей смерти? Но что я сделала вампирам? О, нет. Неужели это из-за Этсу? Я почти на сто процентов уверена, что она вампирша. Ее алые глаза, бледность, клыки… да, сомнений нет, она вампир. Но как к этому причастна я? К тому же эта «прогулка» тоже была не просто так. Князь специально отправил меня в город, чтобы Белиал ко мне не добрался. И все эти мысли калейдоскопом вертятся в моей голове разнообразными красками, когда я, как идиотка пялилась в глаза Нив. Она не понимала, что со мной происходит и почему у меня так меняется выражение лица. Но я не собиралась ей объяснять. Я подрываюсь с кровати и босиком, пулей вылетаю из спальни, оставив там обескураженную либиду. Ноги продолжают не слушаться, подгибаются и я даже падаю, но упрямо поднимаюсь и бегу дальше. Вниз по лестнице, по узким коридорам, в полутьме и гробовой тишине. Вот черт, он же реально меня защищает, а я как дура, считала, что он не хочет позориться, когда запретил мне выходить с либидами. — Люцифер! — рявкаю полусонной, белой бааван ши, как только залетаю в зал с клетками. Белая голова только спустя пару минут взмахнула светлыми ресницами и открыла невидящие, белые глаза. Целую минуту молча смотрит на меня, а потом обратно прикрывает веки. Портал позади клетки вспыхивает светом. — Спасибо, — шепотом благодарю голову и бегу в портал. В башне Князя тихо и никого нет. Ночью его мало кто рискует трогать. Кроме меня. Я почти уверена, что сейчас он в кабинете. Нет, он не будет в спальне. Не будет где-то еще. Он в кабинете, я чувствую. Шагаю по укрытому льдом коридору и пол морозит мне ступни. Чертовски холодно и сложно идти. Но я должна. Я дойду. Мне хватает сил почти бежать, не упасть на скользком льду и быстро добраться до массивной двери. Совершенно позабыв об этикете и манерах, ни капли не колеблясь, я со всех сил, рывком открываю обе створки. Замерев у порога, тяжело дыша и ухватившись рукой за дверной косяк для равновесия, я столкнулась с глазами, по которым, как оказалось, чертовски мать его так, соскучилась. Люцифер стоит возле книжного шкафа и видимо собирался уходить. Но ему помешало растрепанное, пьяное и еле держащееся на ногах человеческое ничтожество. Я хватаю ртом воздух, как выброшенная на берег рыба и не знаю, что делать. Все мысли, вопросы, слова — все это куда-то улетело к какой-то матери. И только одна безумная идея, навязчиво вертелась в моей голове. Кроме нее я ни о чем больше не думаю. И решаю рискнуть. Не говоря ни слова. Не дожидаясь разрешения или его слов. Быстро преодолеваю разделяющие нас десять метров и, под удар захлопывающихся дверей, беру в ладони прекрасное лицо и целую такие желанные в этот момент губы. Сердце заколотилось, как один большой колокол, посылая вибрации по всему телу. Ступаю вперед и Князь подается мне. Я прижимаю его к широким книжным полкам, стаю на цыпочки и целую так сильно, как хочу его. А хочу сильнее, чем подозревала. Пожалуйста, только не отталкивай меня. Я прошу. Только не оттолкни. Реакция мужчины внезапная и быстрая. Сильные руки подхватили меня под ягодицы, резко развернули и сильным толчком прижали к несчастному шкафу из которого уже посыпались книги. Вот тогда я поняла, насколько его желание сильнее чем мое. Одной рукой все еще удерживая меня, вторую запустил в мои волосы и так сильно впился в губы, что я испугалась. Ненасытный язык сразу глубоко ворвался в мой рот, заставляя выпустить глухой стон. Но я не хочу казаться слабой, я не буду жаловаться о боли. Делай со мной все что хочешь, только не отпускай меня. Пока адреналин и остатки действия коктейля дарят мне храбрость, я тоже нагло запускаю пальцы в платиновые волосы и жадно целую в ответ, не стесняясь и не отступая назад. Сегодня я не маленькая, беспомощная девочка. Ногами крепче прижимаю его к себе, чувствую его желание и специально выгибаюсь, трусь о него, чтобы завести еще больше. Он рычит, вжимает в шкаф, кусает губы. Так сильно, что уже вырываются вскрики. Но я тебя не оттолкну, сукин ты сын. Сегодня, ты будешь моим. Еле отрываюсь от жадных губ, глотаю кислорода и, опираясь о книжный шкаф, снимаю с себя кофту, швыряю ее куда-то очень далеко. Не теряя ни секунды, снова засасываю губы Дьявола, чтобы он не дай Бог не ляпнул чего лишнего. Затыкаю рот Сатане. Ха! Боже, как смешно это звучит. Но нам не нужно слов. Не нужно объяснений. Нет, нет, нет. Только не сейчас. Не тогда, когда он садит меня на край полки и одним движением снимает лифчик. Не тогда, когда слышен звук моей ширинки и его рука забирается ко мне в трусики. Так нежно гладит меня, легко вводит один палец. Господи, как же хорошо! Рыча, терзает мою нижнюю губу, я чувствую, что у меня полный рот крови. Пей ее, пей. Я знаю, как тебе это нравится. Разжимает зубы, впивается в шею, облизывает ключицы. Я стону ему в ухо. Ерзаю задницей на полке, чувствуя, как движется во мне его палец. Резкая боль заставляет вздрогнуть и коротко вскрикнуть. Он болезненно впивается зубами в шею, мгновенно прокусив кожу. Еще один шрам-напоминание, но если тебе нравится — ставь. Я все равно только твоя. — Сколько ты выпила? — хрипло спрашивает демон, посмотрев на меня. Весь его рот испачкан моей кровью. — У тебя в глазах горит лед, — восхищенно шевелю губами я. Люцифер еще секунду смотрит, а потом еле усмехается. Он понял, что я пьяна в стельку. Медленно опускает глаза к моей груди и внимательно на нее смотрит. Мне вдруг стало ужасно стыдно, за свой несчастный второй размер. В других третий-четвертый, а то и больше. И зачем я ему такая? Делаю несчастную попытку прикрыться рукой, но мое намерение беспощадно нейтрализовано. Молниеносно схватил за запястье и припечатал руку к верхней полке. Холодный, предупреждающий взгляд лишил всех вопросов. Я поняла, что это было явно лишним. Не долго думая, демон накрывает один мой сосок губами, заставив хапнуть ртом воздуха. Мурашки волной рассыпались по телу, как порванные бусы и я выгибаюсь до хруста позвонков. Захваченной им рукой цепляюсь за полку, чтобы крепче держаться и он, видя, что сопротивлений нет, освобождает запястье. Уже свободную руку решает занять вторым моим соском, от чего новая волна раскатывается до кончиков пальцев. Боже, у меня в штанах так влажно, что я уже не чувствую даже его пальца. Мне просто хорошо. Мне восхитительно. Он переключается губами на второй сосок и вынув руку из моего белья, вызывает разочарованный вздох. Тепло пропало, но возбуждение осталось держаться на пике. — Пожалуйста, — рвано шепчу сквозь тяжелое дыхание. — Я не смогу. В наказание Князь легко кусает меня и зализав укус, наконец, отрывается от груди. Два серебряных глаза заставили в себе утонуть. — На стол? — На стол. Крепко цепляюсь руками за его шею и он, поддерживая меня под задницу, несет глубже в кабинет, как ребенка. Глаза на мгновение вспыхнули и я услышала, как позади меня, все что было на столе: книги, бумаги, ручки, печати, песочные часы — взлетело в воздух и с грохотом раскинулось в разные стороны. Не стоило ожидать нежного отношения и к себе. Расположение меня на стол было грубым и болезненным. Зашипев от боли, я бросаю на мужчину обиженный взгляд. Тот усмехается в ответ: — Ты заслужила это, котенок. Теперь и мои губы расплываются в пьяной усмешке. — Наябедничала таки. — Не обижайся, это ее работа. Одним легким движением рук, с меня снимают штаны вместе с бельем. Становится стыдно. Оттого, что не стыдно лежать вот так вот голой на столе. Какое смешанное чувство. — Двигайся ближе. Послушно скольжу задницей по деревянному, полированному столу к его краю, бросая на него опасливый взгляд. Демон расстегивает джинсы и подходит вплотную. Я не хочу смотреть, но чувствую, как его горячий член прижимается ко мне. Это страшно и одновременно дико заводит. Люцифер, специально дразня, проводит им по моему влажному теплу, а потом так же медленно и плавно входит. В этот момент я просто сошла с ума. Выгнулась на столе, вцепившись за край пальцами до побеления костяшек и издала такой стон, что испугалась, не услышал ли меня весь замок. Внизу живота вспыхнуло знакомое и такое желанно тепло, которое словно патока расстелилось по всему телу. Одно его движение бедрами и тепло снова вспыхнуло посылая вибрации. Но это не пик, мне нужно еще. Закусив губу следующий рывок я делаю вместе с Люцифером и это получилось гораздо глубже и мощнее. Я довольно смотрю на его немного удивленные глаза, а потом мы одновременно улыбаемся. В следующее мгновение он крепко хватает меня за талию, а я обнимаю ногами его торс. Он наклонился максимально близко, чтобы поцеловать меня и я покорно открываю рот на встречу жадному языку, который тут же сплелся с моим в страстной борьбе. С каждым его толчком я бесстыдно стону ему в рот, качаю бедрами на встречу, выгибаясь и вздрагивая. Мы слились в едином движении, двигаясь друг с другом словно одно устройство. Воздух вокруг нас накалился и мне пришлось оторваться глотнуть хоть немного кислорода. Люцифер уткнулся носом в мои волосы, прижимая меня, чтобы впитать в себя. Я цепляюсь за его плечи, царапаю спину и совершенно не против в нем раствориться. Так хорошо сейчас. Пусть эти минуты длятся вечность. Не хочу, чтобы утром было стыдно. Не хочу ни о чем жалеть. Не хочу думать о том, что будет завтра. Снова хочу целовать его. Хочу дышать с ним одним воздухом. Он будто слышит мои мысли и не теряя секунд примыкает к моим губам, раздвигая их языком и жадно хозяйничая в моем рту. Я запускаю пальцы в его волосы и сильно сжимаю их. Люцифер шипит, но я не ослабляю хватку. Ты заслужил, дорогой. В месть мне, его рывки становятся резче, быстрее. Но ты не испугаешь меня этим. Жар внутри накаляется, становится больше. Словно во мне находится вулкан и он вот вот взорвется. Я задыхаюсь. Мне не хватает сил дышать, я полностью отдаюсь предвкушению. О, Господи я сейчас умру. Мне кажется даже мое сердце стучит в такт его толчкам. Я никогда не испытывала таких чувств. Это даже больше чем в «Слиянии». И выпитый коктейль здесь ни при чем. — Этсу… — тихий шепот веет в мое ухо. И я не знаю послужило ли это той самой каплей, но внутри меня все-таки взорвался Кракатау. Это было так ожидаемо и одновременно так внезапно. Мое тело накрыла безумная волна невероятного ощущения. Она исходила изнутри и проходя через каждую пору, выливалась через стон. Я со всех своих последних сил крепко вцепилась в держащее меня тело, потому что правда испугалась, что сейчас умру. И больше не увижу его. Где-то далеко, среди остатков волн накатившей меня «маленькой смерти», я почувствовала знакомое еще одно обжигающее ощущение. Мы оба замерли, цепляясь друга за друга, как за спасательный круг. Сейчас не существует ничего кроме нас двоих. Только мы. Люцифер и либида. Человек и падший ангел. Ты и я. Только спустя несколько длинных минут я осознаю, что уже не лежу на столе. Он снова поддерживает меня за ягодицы, удерживая навесу. Я чувствую его внутри себя и так все ощущается намного глубже и… острее? В комнате холодеет. Точнее мое тело начало ощущать температуру помещения. Но я не хочу отрываться от него. Я хочу быть так всегда. Все портит предательская дрожь. — Тебе холодно? — Нет. — Не ври мне. — Я не хочу. Не знаю, что я имела ввиду этой фразой. Но он кажется меня понял. Мне кажется, он понял бы меня, даже если бы я просто промолчала. Или это снова иллюзия? Медленно разжимаю ноги на его бедрах и пытаюсь встать на ноги. Демон усмехается, садит меня на стол и не спеша застегивает кожаный ремень. Я сижу на столе полностью голая и жду когда придет стыд. Но его нет. — Так вот она какая «маленькая смерть», — кротко улыбаюсь я. Он поднимает с пола книги и поворачивается ко мне. Я мысленно скрещиваю все, что возможно скрестить. Пожалуйста, не прогоняй меня. Я прошу тебя. И к моему счастью его лицо озаряет улыбка. — Хочешь еще? — Хочу. Вместе с книгами он зацепляет пальцем мои трусики и протягивает мне. — Ты потеряла. — Благодарю. Максимально эротично натягиваю на себя эту маленькую, кружевную вещь и соскакиваю со стола. В одних трусах помогаю собрать бумаги и канцелярские предметы. Не знаю, что на меня нашло, но в эту ночь я превратилась в самую развратную шлюху. То, как я нагибалась и выгибалась нужно было видеть. Лицо в прочем делала такое, словно ничего не происходит, да и сам Люцифер никак особо не реагировал. Но я видела эти легкие, почти незаметные ухмылки! Он понимал, что я играю с ним. И принял мою игру. Хотя скорее всего сам ее и затеял, ведь нам не обязательно собирать этот бардак. Натянув и застегнув штаны, ухожу искать свой лифчик и кофту. Первое он, кстати, немного порвал и пришлось обойтись только пуловером. Дабы оставить о себе воспоминание, порченую вещь я красиво разложила на спинке оттоманки, как декорацию. Пусть все важные персоны, которые будут сюда приходить, обязательно увидят и оценят эту деталь делового антуража. Возвратившись обратно к Люциферу, застаю его за просмотром некоторых бумаг. Видимо это действительно важно, раз он уделяет этому внимание. А вот мне в глаза упала знакомая, с первого пребывания здесь, вещь. Висевшая на стене картина все еще завешана плотной тканью. Чего же там такого? Увидев, что Люцифер занят зажиганием сигареты, я аккуратно приподнимаю тяжелую ткань, чтобы заглянуть под нее. Одним резким и болезненным движением меня хватают за запястье и почти выкручивают руку. — Никогда. Строгий взгляд впился в меня серебряными иглами, пронзая до кости. Бледные губы сжаты так, что сейчас сломают сигарету. Я его разозлила. «Что там такое?» — хочу спросить я. — Хорошо, — говорю вслух. Виновато опускаю голову и не смею даже намекнуть на то, что он сейчас сломает мою руку. Хотя, боль просто невероятная! И он это понимает. Разжимает пальцы и выдохнув дым, бросает почти целую сигарету на стол, попадая прямиком в стеклянную пепельницу. Поднимает мне лицо за подбородок и целует в губы. Нежно так, необычно, с горьким привкусом сигарет. Без привычной животной страсти и укусов. Так, когда извиняют за глупость. Мою человеческую глупость. Не думала, что Дьявол способен на такое. — Ты устала, — шепчет он, разомкнув поцелуй. — Идем, я проведу тебя в комнату. — Я хочу спать с тобой, — заявляю я. Причем неожиданно, как для него так и для себя. Люцифер скептически поднимает бровь. — Ты уверена? Знаешь ведь, что просто так спать ты не будешь. — Я фаворитка, — с апломбом отвечаю я. — Мне позволено. Мужчина не сдерживает искреннего смеха и пораженно мотает головой. — Я запрещаю тебе пить, понятно? — Да, мой Князь.  Он широко улыбается и сжимает в ладони мои пальцы.  — Идем. Фаворитка.