Там, где цветут кровавые розы

Машина едет, кажется, со скоростью света, но одновременно почти беззвучно, словно она большая металлическая кошка. Я не в багажнике, не связана ни цепями, ни веревками и у меня не заклеен рот. Но ощущения почему-то такие. Словно сотня аспидов долго избивали меня, унижали и издевались, а сейчас везут, чтобы просто прикончить. Вот только это ни черта не закончилось. Все «развлечения» ждут впереди. На заднем сидении я сижу одна. Когда рядом был Люцифер, оно казалось каким-то менее просторным, но сейчас я понимаю, что здесь вместилось бы пятеро таких, как я. Сам Князь за рулем. Как всегда, в своей любимой ипостаси хладнокровного ублюдка, не выражает ни капельки эмоций. Но я вижу с какой силой он сжимает руль и, держу пари, жмет на газ до упора. До Девятого Круга доберемся раньше, чем за сутки. Спать в дороге не собираюсь и вообще не хочу лишний раз закрывать глаза, даже зная, что хозяин занят дорогой. Последние его слова до сих пор шипят в моей голове всеми опасными умеющими шипеть тварями. Леонардо почти обратился в своего зверя, но что-то его остановило. Красивое лицо исказилось и он уже собирался принять облик волка, но все прекратилось. Вампир вздрогнул, зарычал, устоял на ногах, но согнулся пополам, словно ему врезали в живот. Что произошло? Это Люцифер сделал? Но тут мой Князь обернулся и дружелюбно раскрыл объятья. — Белиал! Ты все-таки решил прийти. В лабиринт неторопливым шагом входит Князь Восьмого Круга. И он, в отличие от брата, решил не разыгрывать любезность. — Опусти ее на землю. — Тихий голос, коснулся кожи легким шелком. Но чувствуется, что в этом шелке спрятаны сотни ядовитых и разъяренных змей. Они готовятся к атаке. — С чего такая забота о моих вещах? У моего хозяина не змеи, а чистейший яд, мгновенно растворяющий и отравляющий все живое. И Боже, как же четко он произнес последнее слово. Только не плачь. Умоляю, Этсу, только не плачь. Не сейчас. — Ты и все мы, прекрасно знаем, кто она такая. Верни мне мое дитя. Теперь «любезность» исчезла и с лица Люцифера. Улыбка и теплый серый цвет глаз превратились в зимний холод жестокого убийцы, с которым нужно разговаривать очень осторожно. — Твои дети здесь, Белиал, — морозящий внутренности голос. — Твой сын жив, а дочь сохранена в саркофаге. Эта человеческая женщина моя по контракту. Восьмой Князь сцепил зубы и прикрыл глаза, словно считая. Спустя эти секунды смотрит на меня, заглядывая не в глаза, а в душу. Ищет ее. — Внутри этой женщины душа Этсу. Ты должен ее вернуть. — Я ничего тебе не должен! — озлобленно рявкнул мой хозяин. — Все что у нее есть — мое! Я заключил с ней контракт и она должна служить мне, ничего не избавившись и не потеряв! В этот момент стало так страшно, что захотелось помолиться. Но, боюсь, мне это не поможет. — Она хочет вернуться домой, — прискорбным голосом простонал Леонардо уже оправившись от магии Белиала, обездвижившей его на несколько минут. — Ты не покоришь ее себе. Она уже обо всем знает. Сердито сжатые губы Люцифера снова дрогнули в улыбке. Он всегда реагирует на упоминание об Этсу, как о чем-то дико приятном. Совершенном. Не покоренном. Но его. — Тогда она должна знать, что ей никуда от меня не деться. Эти слова были сказаны мне, так как свирепый взгляд нещадных серых глаз направлен прямо на меня. В этот момент мое тело стало медленно опускаться вниз и вскоре я уже стояла на ногах. Честно, мне этого очень не хотелось. Я бы висела там сколько угодно, лишь бы он не вспоминал обо мне. Теперь все его внимание мое. — Праздник закончился, моя дорогая, — опасно-мило улыбаясь, проворковал мне хозяин, оказавшись в одну секунду так близко, что я не успела вдохнуть. — Нам пора возвращаться домой. — Нет, — рыкнул Леонардо. — Ты не уведешь ее отсюда! — Ты в этом так уверен, — с расстановкой произнес Князь Тьмы и повернулся к принцу. Энергия вокруг него начала накаляться. Вампир, судя по уверенному взгляду и серьезному лицу, был готов принять удар или даже смерть, прямо сейчас. Это самое бесстрашное существо, которое я когда-либо видела, серьезно. Никто и никогда не был так спокоен, когда Люцифер в таком настроении. Как сильно они однако любят эту вампиршу, так похожу на меня. Почему же я не заслуживаю этой любви? Князь не успел причинить вред наследнику, потому что случилось одновременно две вещи: наперед выступил Белиал, намереваясь защитить свое создание, а через мгновение высокий женский голос заорал: — Не отбирай у меня дочь! Это было так громко и пронзительно, что теперь я знаю каково отчаяние на вкус. Все кто стоял спиной обернулись и увидели, что сюда бежит Женевьева. Моя мама. Сжимая в кулаках ткань платья, чтобы не запутаться в нем, прекрасная молодая вампирша бежала по лабиринту, а позади нее спешил Микаэль. Король был более спокоен в эмоциях, хотя его внутреннее состояние выдавала глубокая складка между сдвинутых густых бровей. На лице его жены вся палитра боли и страха. Боюсь, здесь не помог бы даже ее сын. Добравшись к нам, женщина подскочила к Люциферу, — клянусь, я испугалась, что сейчас она его ударит, но она лишь прижалась ладонями к его груди и зарыдала. — Пожалуйста, я прошу тебя! Не забирай ее снова! — алые слезы, похожи на кровь, брызнули из прекрасных больших глаз и изуродовали нежное лицо, скапывая на лиф. — Верни мне ее, Люцифер! Прошу, прекрати это недоразумение. Я страдаю почти двадцать лет и каждый день надеюсь, что ты простишь ее и вернешь домой! — Роза, — тихо обратился к жене Микаэль, взяв ее за плечо, но вампирша отдернулась и сильнее прижалась к Повелителю демонов. — Попроси все, что хочешь. Ты ведь знаешь, что я могу достать абсолютно все! Тысячи душ, бесконечные деньги, прислугу, забери меня в конце концов! Только верни мне Этсу! Громко рыдая, королева еле выговаривала слова. Она заикалась и дрожала, как беззащитный ребенок. Господи, мне никогда и никого в жизни не было так жаль, как сейчас Женевьеву. Настолько страдающей и несчастной женщины нет и не будет никогда. Она так красива и так растеряна. Готова отдать все, даже собственную жизнь. Я бы сама сейчас отдала ей все, что у меня есть, если бы она попросила. Микаэль был достаточно спокоен. Он просто стоял рядом и в любой момент готов оторвать свою жену от лацканов пиджака Люцифера. Нет, он не был безразличен к судьбе своей дочери и я уверена, хотел ее вернуть не меньше матери. Но… Он знал. Знал, что Люцифер не вернет Этсу. И к сожалению был прав. Мой хозяин смотрел сверху вниз на воющую от горя женщину и его лицо не выражало ни доли жалости. Злости в нем тоже не было. Пустое безразличие. Чистого серого цвета глаза пусты, как бывают только у беспощадного демона. Он Дьявол. И этого его настоящие глаза. Люцифер ненавидит слабости. Он терпеть не может слезы и жалость, всегда презирая это. Это знали все, но Женевьева видимо нет. — Забери ее, — низким, глубоким голосом сказал Люцифер, не отрывая глаз от королевы. Он смотрел на нее в упор. Пожирал и сжигал изнутри. Я знаю этот взгляд, я его видела. Женевьева в один момент затихла. Алые слезы не прекращали стекать по щекам, от чего запах кровавых роз усиливался, словно кто-то постоянно распрыскивал стойкий парфюм. Королева больше не плакала, а просто шокировано смотрела, будто не могла поверить тому, что он действительно отказал. Микаэль схватил онемевшую вампиршу за локоть и резким движением притянул к себе, спрятав ее окровавленное лицо. Леонардо подошел к родителям и вышел наперед, будучи готовым к нападению. Об этом говорили его стиснутые зубы и сжатые кулаки. От серьезных действий его сдерживал только Белиал, взглядом приказывая не рыпаться. Против Князя Тьмы им не устоять. — Ты развязываешь вражду, Люцифер — предупреждающе произнес Восьмой Князь. — Прекрати, я прошу тебя. Сейчас он напоминал отца который уже теряет терпение из-за выходок непослушного сына. Но «папочкой» здесь был не он. — Это вы развязали эту вражду, — зарычал мой хозяин. — Нарушили собственные правила. Хотели чтобы я ее привел? — его рука взмахнула на меня, указывая. — Она здесь! Но моим условием было отсутствие принца. Как видите, — вытянутая рука медленно перешла на Леонардо, как стрелка часов. — Они не знали, что я буду здесь, — сказал принц, прежде чем Белиал успел вставить слово. — Я пришел сюда инкогнито. — И ты правда думал, что никто не узнает? — иронично приподнял бровь Люцифер. — Ты обратился к слишком слабой ведьме. — Я не мог не прийти. — Это был бы не ты. — И я не сдамся. — Я знаю, — демон усмехнулся, а потом крепко схватил меня выше локтя. — Мы задержались, дорогая. Дома нас ждет очень интересный разговор. Кровь, которой и без того мало, отлила от моего лица сделав меня бледнее чем мертвец. Князь конечно же заметил это и решил «утешить» меня: — Не переживай, я не дам тебе умереть. И это была самая страшная угроза которую я получала за всю свою несчастную и короткую жизнь. После этого мы убрались оттуда. Практически исчезли. Я даже не помню, как вышли из лабиринта, как прошли ту хренову тучу ступеней и зеркал. А может мы их вообще не проходили? Осознание происходящего пришло только здесь, в машине. Все, что помню — отчаянный крик королевы. Пронзительный, как острый кинжал прямо в душу. Так кричат загнанные в безысходность звери. Но никто не бросился нам вслед, никто не попытался остановить или спасти. Все понимают, что это бесполезно. В машине смертельный мрак. Боже, в какой же он ярости. Мне страшно смотреть на него даже исподтишка. Вены на висках даже видны. В последний раз я чувствовала такую четкую ауру Сатаны, когда… Когда? Обрывки воспоминаний замелькали перед глазами и я схватилась руками за голову. Вспоминаю дикую боль разрывающую все на куски: кожу, кости, внутренности. Вижу коричневый грязный потолок и такой же холодный пол, на котором безжизненно валяюсь. Надо мной такое страшное чудовище, что не передать словами. Откуда оно? Что происходит? Чего оно от меня хочет?! Наклоняется и капает омерзительными слюнями. Желчь подкатывается к горлу, все что я съела готово вырваться наружу. Что за мерзость? Смотрю вниз и издаю вопль. Боже, он хочет изнасиловать меня! Он сейчас это сделает! Я кричу в истерике, пытаясь отбиться и оттолкнуться, но мешает тяжелое платье. Отпусти меня! Отпусти! Внезапно монстр вздрагивает и я вижу из его груди руку, держащую сердце. Пальцы сжимаются и мое тело обжигает черная жижа, похожа на кровь. Жирное тело падает с боку от меня, с потом я вижу Князя. В этой непроглядной тьме он словно ангел светится белым светом и совершенством. Но этот свет не греет и не обещает добро. Он наполнен вселенским гневом и яростью, готов уничтожить даже Ад, если тот встанет у него на пути. Он король, который вернулся за своим. Эта картина стоит передо мной, как галлюцинация и я смотрю на нее распахнув веки и приоткрыв рот. Постепенно, она растворяется и окончательно исчезнув, я глубоко вдыхаю, потому что легкие горели от недостатка кислорода. Проклятие. Что это было? Откуда я это видела? Неужели это… Первый Круг? То что Марбас стер с моей памяти. Черт подери, что за дерьмо я пережила вообще? Какого хрена со мной происходило?! Вытаращенными глазами я уткнулась взглядом в свои колени укрыты темной украшенной камнями тканью. Тонкий рисунок роз, красивый и я уверена рисовался вручную. Но я не могу оценить этой красоты, потому что все еще вижу этот короткий, но до смерти ужасный момент из своей жизни. Нет. Нет, этого не могло произойти со мной. Как я пережила это? Я бы сошла с ума! Впрочем, Марбас так и сказал. Теперь, я верю ему на все проценты этого мира. Господи, что еще происходило со мной тогда? Вдруг это самое легкое? Тело бьет мелкая дрожь, настоящий северный мороз сковал меня, словно я сейчас в Антарктиде. Страх. Это руки страха. Хрипло и тяжело дышу, горло немного болит, словно я кричала в слух. А вдруг и правда кричала? Бросаю взгляд на Люцифера — ноль эмоций. Было бы хорошо не привлекать лишнего внимания. Я и так достаточно натворила. Спустя несколько часов смертельной тишины, я передумала таращиться в никуда и попробовать уснуть. Но каждый раз, когда я хочу закрыть глаза, возникает эта жуткая картина склонившегося надо мной демона и я снова хочу кричать и отбиваться. Безумие вновь болезненно сотрясает мою и без того больную голову. Черт возьми, усталость берет свое. Адреналин исчез и я дико хочу спать, но не могу. Попытка уснуть тут же болезненно прерывается, я вздрагиваю и снова нужно начинать сначала. Словно как только я засыпаю, меня кто-то назойливо будит. Никогда не подумала бы, что это настолько мучительно. Боже, как же я устала. Я хочу уснуть. Уснуть. Дайте мне уснуть хоть на пару секунд. Снова закрываю глаза. Всеми силами стараюсь успокоить свои мысли и не дать, прорвавшемуся сквозь чары Марбаса, воспоминанию мучить меня. Не думай об этом. Спи. Спи. Думай о чем-то приятном… Блять, о чем приятном? Что приятного случилось в моей жизни? Предательство? Осознание своей ненужности? Новые кусочки пазла, которые открыли мне, что Этсу и есть та самая безумная любовница Люцифера. Именно она причина того, что я нахожусь здесь. Если бы не вампирша, я бы прожила вполне тихую и мирную человеческую жизнь. Меня бы не пугала церковь и не забрали к себе сатанисты. Меня не попытались бы принести в жертву этому господину за рулем, я не убежала бы в лес и… Черт подери, Ник, Кен и Мишель были бы живы. Я бы давно встречалась с Ником, поступила бы в колледж и вышла замуж. Я ничего не знала бы об этом проклятом мире, не сражалась бы за внимание Сатаны и не испытала всю эту боль. Все могло быть совершенно по другому. Что стало причиной? Тупое недоразумение. Кучка глупых поклонниц Князя и безумная в своей ревности принцесса. Но как? Как она провернула все это? Зачем убила принца Янтарных костей? Новые и новые вопросы, а ответов я уже не найду. Уснуть мне все-таки удалось. Не знаю, как и когда, но сейчас я вижу перед собой знакомое зеркало. Мне не нужно подходить к нему, искать и звать Этсу. Я стою впритык прямо перед ним. И вампирша здесь. Еще несколько часов назад я была бы рада видеть ее, хотела бы поговорить, спросить ответа или совета. Ведь увидев брата она его узнала и, уверена, знает, как все случилось, что можно и нужно сделать. Если она действительно так коварна и хитра, как ее описывают, то в этой ситуации выход нашла бы запросто. Но этого не будет. Один взгляд в зеркало и мое тело сковал ужас. Раньше, когда я смотрела на вампиршу, иногда я путала ее со своим отражением — так мы похожи. Сейчас этого ощущения нет. На меня смотрела Этсу де Кровавая Роза. Алые глаза широко раскрыты и так наполнены яростью, что прожгут душу, словно серная кислота. Она неустанно колотила в зеркало и орала, будто с момента встречи с Леонардо не прекращала это делать. Ее крик зазвенел в моей голове и я схватилась за нее руками, потому что еще чуть-чуть и она лопнет. — Выпусти меня! — гневно кричала принцесса жутким двойным голосом. — Мне нужно милосердие! Хочу отойти, отскочить, убежать, но не могу ступить даже шага. Я даже не схватилась за голову — мне это просто показалось. Просто стою, парализованной куклой, принимая удары этой неистовой ауры и не могу ничего сделать. Зажмуриваюсь, хочу кричать в ответ, но ничего не получается. Все что остается — слышать крики, звук ударов о стекло и смотреть. Такого не увидишь ни в одном фильме ужасов: твое разъяренное отражение колотит изнутри и если вырвется, то перегрызет твою глотку к чертовой матери. Дьявол, это просто сон. Просто чертов сон. Она мне снится. Даже если вырвется на свободу, то ничего не сделает, ведь сейчас мое тело рядом с Люцифером, а он если и хочет, чтобы меня расчленили, то планирует сделать это лично. Пробовать поговорить или попытаться успокоить разъяренную принцессу — лишено всякого смысла. Я даже не буду пытаться. Боже, скорей бы это закончилось. Сколько я обычно провожу времени с Этсу? Мне всегда было мало этого времени, а сейчас я осознаю, что его дохера. Я не выдержу столько. Если она будет все время кричать, моя голова треснет раньше, чем это зеркало. — Замолчи, — вырывается тихая мольба моим голосом, но звук тонет в бесконечном крике вампирши. Дьявол, как же она орет. Она даже не вдыхает, не умолкает ни на секунду. Сколько времени вампиры могут так делать? Не говорите, что вечность. Где ее холодная рассудительность? Где здравый смысл, что всегда пытался направить меня на правильный путь? Ничего не осталось. Последняя моя поддержка бьется о зеркало в истерических воплях и бесконечной ненависти ко мне. Раньше, я могла убежать из Ада в сон, где меня ждала надежда. Сейчас, из Ада я убежала…в Ад. Целую бесконечность моя голова разрывалась от волн гнева, которые просачивались сквозь крепкую зеркальную поверхность и отравляли меня словно ядовитый газ. Я все еще стояла, так и не сумев взять под контроль свое тело. Столько неутихающей и ярко выраженной ярости, наверно, не увижу больше нигде. В душе такая боль, что лучше бы она била меня физически. Как долго я еще буду спать? И не дай Бог, прошло всего несколько минут. А такой трюк может быть, я уверена. В такие моменты время бежит либо слишком быстро, либо слишком медленно. Я умру, если это второй вариант. Но тут все прекратилось. Обычно, я чувствую когда, начинаю просыпаться, а тут сон исчез, как мыльный пузырь. Я резко открыла глаза и увидела замерший пейзаж за окном: полукруглый вход наполненный густым алым светом, а рядом знакомое мне существо — виверн. Блять, мы приехали. Сразу же опасливо смотрю на водительское место — пусто. Куда девался Люцифер? Стоит об этом подумать, как дверь с моей стороны открывается и я почти выпадаю из машины. — Вашу руку, мадемуазель. Низкий голос, обманчиво вежлив, но даже сквозь это притворство слышу, что он готов спустить с меня шкуру хоть сейчас. От того страшно подавать руку, потому что, кто знает — он действительно может сделать это прямо здесь. И буквально. Но медлить нельзя, ибо злить Дьявола еще больше, это даже не самоубийство. Это самоубийство с предварительными пытками. Я смотрю на хозяина большими глазами и, увидев его глаза, убедилась, что лучше мне послушаться. Иначе быть мне животным из мехпроизводства. Как только мои пальцы касаются предложенной руки, Люцифер тут же хватает меня и силой вытаскивает из машины. Слышится хруст, и боль опаляет мое плечо. Я вскрикиваю и падаю, не сумев устоять на ногах, но демон даже не взглянул. Черт подери, он даже не остановился! Стону, боль просто невыносимая. А он тащит меня за поврежденную руку так легко, словно я бегу рядом с ним. Слезы скатываются по щекам и я не могу заставить себя прекратить стонать, так это больно. Знаю, что он терпеть не может слабостей, но не могу себя сдержать! — Не делай вид, словно тебе не нравится боль, — буднично произнес Князь, протаскивая меня в алый свет. — Судя по твоим действиям, ты та еще мазохистка. Делает рывок и я качусь по гладкому полу, в зал с бааван ши. Прическа, так долго державшись весь этот вечер, расплелась и волосы укрыли мое лицо. Я лежу на спине, раскинув руки и сквозь пелену волос смотрю на потолок. Его совсем не видно, только бесконечные свечи вокруг колон и клеток. Плечо пульсирует, сердце колотится. Нужно вставать. Поворачиваюсь на бок, снова не сдержав жалких всхлипов. С каких пор я так уязвима к боли? Да еще и в такой момент. Не вовремя. Сквозь легкий шум в ушах, слышу шаги. Медленные, с громким эхом и наводящим страхом. Так приближается только Сатана. Он остановился, почти задев носком черных туфель мое лицо. Я зажмурилась и приготовилась, что сейчас он мне врежет, но вместо этого слышу короткий смешок. Князь почему-то довольно хохотнул. — Пока ты делаешь себе же хуже, кто-то не теряет времени зря. Моргаю. Прислушиваюсь. О чем это он? — Интересно, куда она ее подевала? — задумчиво продолжил Князь. — Она бы еще долго служила, а эта «замена» продержится не долго. Как ты думаешь? Судя по тому, как меня ударили в бок, вопрос адресовался мне. Не сказать, что он отбил мне почку, но это было больно. Соберись тряпка! Поднимись на ноги и посмотри, что он там увидел! Сцепив зубы, упираюсь целой рукой о пол, потом стаю на колени и, наконец, на ноги. И все это под пристальным брезгливым взглядом моего хозяина. Чтоб ты сдох. Выпрямившись, скулю от колющих болей в боку и тянущей в руке. Все нормально. Я жива. Я выживу. — Открой портал в мою башню, — слышу за спиной приказ. Сукин сын. Прихрамывая, но по крайней мере молча, медленно подхожу к стоявшей во главе клетке, где я ожидала увидеть знакомую голову бааван ши-альбиноса. Но что-то здесь не так. Волосы этой головы не белые, а более желтоватые, да и лицо не бледное, как стена, а какое-то… мертвенно-синее. Не понимая щурюсь, пытаясь разглядеть раньше, чем дойду. И когда к клетке остается пару шагов, я останавливаюсь и увиденное обрушивается на меня, как айсберг. В голове зазвенело и одновременно стало смертельно тихо. Мои ноги задрожали и я, сразу сдавшись, падаю на задницу. Кровь отхлынула с лица и словно исчезла, навсегда покинув мой организм. Господи, что происходит?.. — Полин? — в звенящей тишине, я словно со стороны слышу свой дрожащий голос. Голова со светлыми волосами, как две капли похожа на мою фамуля. Глаза закрыты и я не могу знать какого они цвета, рот приоткрыт, на лице черные капли крови. Голову жестоко оторвали руками, потому что на шее рваные куски и даже кончики волос окрашены кровью. Но этого не может быть. Это не Полин. Я завизжала. Совершенно неожиданно для самой себя, даже не контролируя голос. Я заорала, что есть сил прижав руки к лицу, но не закрывая глаз, не отводя взгляда. Почему ты кричишь, Этсу? Ведь это же не Полин. Этого не может быть, так не бывает. — Полин! — снова слышу свой истерический голос, а потом понимаю, что я задыхаюсь. Не могу вдохнуть! Я не могу дышать! — Видишь, что бывает с плохими девочками, которые суют нос не в свое дело? — вкрадчивый, змеиный голос прошипел возле моего уха, но я даже не вздрагиваю. Не могу отвести глаз. Не смотри! Не смотри! Это все обман. Это просто очередной дурацкий трюк! — А теперь выполни мой приказ. Приказ? О каком приказе речь? Что он говорил? Ах, да. Открыть портал. Он приказал открыть портал. Вдруг, это подсказка. Если я сейчас произнесу пароль, магия рассеется и я облегченно выдохну. Полин жива. Она не могла так умереть. — Люцифер! — звучит мой сорванный, истерический вопль. Голова в клетке никак не среагировала. Не открыла глаза, не произнесла никаких слов, даже не пошевелилась. Сжимаю руки в кулаки. Впиваюсь ногтями в ладони и почти сразу чувствую бегущую по пальцам влагу. Но совершенно не чувствую боли. Я уже ничего не чувствую, кроме пустоты и маленькой, почти ничтожной, щепотки надежды. Ну, же. Давай. Открой глаза. Рассей магию. Ничего. Равнодушное молчание мертвеца. — Вот проблема, — драматично расстроился Князь. — Кажется, она не сможет открывать порталы. Эрин! Буквально за секунду, послышались знакомые шаги. Вызванная демонесса приближалась уверенно и стремительно, но внезапно звук ботинков прекратился, а вместо него — еле слышный вскрик. Я не оборачиваюсь, но всем своим существом вижу, что она потрясена. Тем временем, из-за моей спины Люцифер протягивает руку и самими кончиками пальцев, касается золотых прутьев клетки. В тот же миг, голова девушки начала обращаться в пыль, начиная с волос, потом переходя на лоб, щеки, нос, губы и шею. Пока не исчезла совсем, вместе с черной кровью. Все происходило в густой тишине. Такой густой, что можно было разбиться о нее. Тишина, та которая убивает. — Господин, — глубоким голосом отозвалась главная фамуля, когда клетка стала совсем пуста. Ни капли дрожи, шока или истерики. Никаких эмоций, которые переполняли меня, словно чашу. Полный контроль и трезвый разум. Бездушие. — Где голова Ити? — Я не знаю. Молчание. Слышу, что Люцифер развернулся на пятках, полностью повернувшись к Эрин. — Почему ты этого не знаешь? Голос спокоен, но слышаться опасные нотки. Он и без того в бешенстве, а лишние неприятные новости только добавляют в огонь бензина. Но Эрин не пугалась этого «огня». Ее флегматичный голос ничуть не изменился: — Я принимала возможную кандидатуру на вторник и пятницу. Пришла замена Аморе и Римме? Не долго он грустит за любовницами. — И как кандидатуры? — Выбор остается за вами. Тихий смешок вызывает мурашки по всему телу. Как-то не понятно, развеселился он или еще больше разозлился? Я заставляю себя отойти от шока, с трудом поднимаюсь на ноги, ахреневая от вновь возвратившейся боли и тяжести проклятого платья. Хочу содрать с себя этот гребаный маскарад. Хочу, чтобы этот кошмар наконец-то закончился и я проснулась. Когда это закончится? Когда? — Это похвально, Эрин, но сегодня я немного занят, — хищно улыбаясь Люцифер смотрит на меня, как раз когда я слегка к нему. Как ни странно, но я выдерживаю взгляд. Внутри меня проснулась сила принцессы Кровавой Розы и хоть во сне она преисполнена ненавистью ко мне — наяву вполне готова рвать и метать в мою пользу. Замечаю побледневшее лицо Эрин и вижу, что она неотрывно смотрит на меня. Чего же ты так напугана, Эрин? Словно призрака увидела. — Кто это сделал с Полин? — спрашиваю я и в моем голосе слышу Этсу. Значит, мне не показалось. Девушка бледнеет еще больше, это видно даже в тусклом освещении свечей. Опускает взгляд своего уцелевшего глаза вниз, будто боится смотреть. Теперь она видит не меня, а ее. Ведь знала обо всем с самого начала. Знала кто я. Вот почему с такой брезгливой злостью рассказывала мне о любви Князя. Почему так странно реагировала на стригоя, уводила подальше от Эша и ненавидит вампиров. Ведь это Этсу нанесла ей это вечное увечье на лице, устроила Апокалипсис в замке и перебила всех любовниц Люцифера. Какого хрена тогда всегда помогала мне? Спасала мою шкуру, давала советы? Ну, конечно, ради своего любимого господина. Все ради него и его больной собственнической натуры. Когда-то, я думала, что это потому что я человек… Боже, как смешно. У меня даже губы тронулись в усмешке. Все так очевидно, что даже не верится. Чувствую себя прозревшим котенком, который, наконец, увидел мир вокруг. Лживый, грязный и предательский мир. — Скажи мне, Эрин! — снова говорю я, когда тишина стала совсем глухой. Люцифер ядовито усмехается и наблюдает. На секунду показалось, что он даже забыл о своей злости. Верно, это только кажется, ни черта он не забыл. Но я пока пользуюсь моментом своего превосходства. Теперь я знаю, что ощущает этот сукин сын когда наводит страх. Сладкое чувство. — Предполагаю, Фредерика, — ровным тоном ответила мне демонесса подняв взгляд обратно на меня. Она отлично контролирует свои эмоции. Но бледна все так же. — Здесь больше некому тебе мстить. Я знала это, но мне нужно было подтверждение. Теперь, когда я потеряла всякий смысл к жизни, я нашла его заново. Месть. Я должна отомстить этой рыжей суке, чего бы мне этого не стоило. — Идем, — ласково произнес Князь и приобнял меня за талию. — Это подождет. Нас ожидают свои дела. Закусываю щеку. Блять. Какая нахер месть, если меня в порошок сейчас сотрут. Но я без какого-либо сопротивления, покорно следую за Люцифером к лестнице. Понятия не имею, что он придумал для меня, но хорошо осознаю, что фантазия у него хороша. Не знаю с чем сравнить мандраж, который я испытываю сейчас, ступая по ступенькам в личную башню Князя. Очередь к стоматологу? Что-то подобное. Очень далеко, но подобное. Погруженная в мысли, даже не замечаю как мы прошли весь путь. Хоть и шли медленно, словно демон хотел растянуть удовольствие. А хер тебе, а не удовольствие, я все пропустила. Все мои мысли концентрировались на ощущении Этсу рядом со мной, но чем ближе мы подходили, тем менее я ее ощущала. Как раз, когда больше всего нужно. В принципе, это логично, ведь она приходит только при сильном всплеске эмоций. Шок от увиденного прошел, теперь осталось лишь горе на котором я сконцентрируюсь немного позже. Потому что если начну задумываться об этом сейчас, мне не поздоровиться еще больше. Хотя, куда уж больше? Куда больше, Этсу? С этим не сравнится ни один мой косяк; ни побег, ни клуб, ни вранье. Это же просто апогей всех безумных поступков, которые только могут быть. И шла я на него осознанно. И вот он, коридор изо льда. До боли знаком и совсем недлинный. То ли это магия Люцифера так сократила нам путь, то ли мой страх желает идти по нему вечность, лишь бы не добраться до цели. Мы идем так же медленно, словно это прогулка. Стук моих каблуков эхом отскакивает в холодных прозрачных стенах, а рука на моей талии обжигает огнем даже сквозь ткань. Я не оглядываюсь по сторонам и не пытаюсь тянуть время. Покорно, с высоко поднятым подбородком иду на эшафот, чтобы принять свою горькую участь. Отче, дай мне сил выдержать это. Или хотя бы быстрой смерти. Интересно, имею ли я право просить помощи у Него, находясь здесь? Высокая, массивная дверь с золотыми ручками вовремя открывается, так что нам даже не нужно было замедлять шаг. В том же медленном темпе, мы проходим в комнату вместе и я слышу, как за спиной защелкивается замок. Ловушка захлопнулась. С этим звуком, на мою голову обрушился животный страх. Липкий и холодный. Такой, что оцепенела душа. Хочется расплакаться, упасть на колени и вымолить милосердие. Целовать его руки, служить, как собака и никогда не совершать ошибок. Знаю, что от этого его бешенству не будет предела. Но я не хочу боли. Я не хочу сейчас страдать. Черт возьми, как мне выбраться отсюда?! Губы предательски затряслись, а комок в горле не дает вдохнуть. Только бы не всхлипнуть. Только бы не выдать себя. Очень медленно вдыхаю и, как можно тише, выдыхаю. Считаю до десяти. Успокоится. Нужно немедленно успокоиться. Какого хера истерика началась именно сейчас? Я же все время могла себя контролировать. Может потому что… у меня больше не будет времени, чтобы поплакать? Сомневаюсь, что в скором времени у меня появится возможность остаться наедине, чтобы отдаться чувствам. Кабинет ничем не изменился. Та же оттоманка, на котором когда-то красовался мой лифчик. В камине полыхает синее пламя, которое ни капельки не греет, но здесь гораздо теплее, чем в коридоре. Окна как всегда завешаны черными шторами, а из освещения множество парящих душ-светлячков. — Иди. Голос, свойственный Дьяволу, заставляет вздрогнуть и немедленно повиноваться. Я иду вперед, минуя кресла и книжные шкафы, а потом поворачиваю на право, где стоит его стол. Большое окно без штор отлично освещало эту половину кабинета. Я останавливаюсь возле кресла для гостей и сглатываю слюну. Всем своим естеством чую, что он шагал настолько близко, насколько это вообще возможно, шаг в шаг. Он бесшумен, но я его чувствую. Он прямо за спиной. Чтобы не упасть от страха в обморок, я концентрирую внимание на стене. Точнее на картине, которая все так же закрыта темной тканью. — Хочешь посмотреть ее? — жаркий шепот в ухо. Снова дрожу, почти подскакиваю. Чувство страха обострилось в тысячу раз. Дышу через рот быстро и много. Еле-еле опускаю голову, кивая. Я прекрасно знаю, что он заметит этот жест. — Смотри, — звучит новый приказ. Так же, немедля повинуюсь. Спотыкаясь и цепляясь платьем за кресло, быстро подхожу к картине. Неуверенно чуть поворачиваю голову, на всякий случай прислушиваясь, вдруг он внезапно прикажет остановиться. Молчит. Выдыхаю. Трясущейся рукой берусь за край тяжелой темной ткани и тяну вниз. С тихим шуршанием она медленно сползает вниз, а потом, когда остается совсем немного, соскальзывает сама и падает у моих ног. Приоткрыв рот, я смотрю на то, что хотела увидеть еще с самого начала, когда после неудачного побега попала сюда. Это и правда была нарисованная картина. И если бы я успела снять ткань, еще когда пыталась сделать это впервые… Не было бы никаких загадок. Ответ на мучившие меня вопросы находился прямо здесь. И я была на расстоянии одного движения руки. Черные шелковые простыни, пару высоких канделябров на полу. Среди множества разбросанных роз, лежала Этсу де Кровавая Роза. Она сидела боком, сложив стройные ноги и положив на колени одну руку, а второй придерживала слегка накинутый на голову капюшон знакомой мне алой накидки. Длинные черные волосы прикрывали обнаженную грудь, а на голове прекрасная диадема с кроваво-красными драгоценными камнями. Алые глаза выражали чистое желание и похоть, а рот приоткрыт в хищной ухмылке. Могу поклясться, что в этот момент она смотрела на Люцифера. Это я. И одновременно не я. Такая же, как две капли воды и в то же время совершенно другая. Я бы хотела быть ею, но… Этого не будет. Сколько бы я не старалась. — Нравится? — вкрадчиво прошептал Люцифер совсем рядом. Вдыхаю. Получилось рвано и громко. — Да. — Она мне нужна. Понимаешь? — Да. — И ты должна вернуть ее. Замолкаю. Черт подери. — Я не могу, — слишком дрожащим голосом произношу я. Если я заплачу, мне конец. — Ну, — жалостливо протянул Люцифер, приобняв меня за плечи. — Зачем так нагло врать? И ты и я прекрасно знаем, что можешь. — Я не знаю как, — перехожу на шепот. — Знаешь. Теперь слышу очень четкую грань между притворной добротой и настоящей злостью. Сейчас ему надоесть играть и он снесет мне голову. — Она приходит только если… — тут я запнулась и так и застыла. Вот блять, я чуть не проболталась. Если он узнает, что приходу Этсу способствует боль или страх, мне точно конец. Но ему и не надо было что-то говорить. Веселый искренний смех за моей спиной освободил с моих глаз слезы. Они хлынули по моим щекам, скапывая с подбородка. Сжав в пальцах ткань платья, я заплакала не проронив ни звука. Но даже если бы звук и был, он все равно утонул бы в довольном хохоте Дьвола. Он догадался. Я бы начала молиться, но не знала кому. Мне неоткуда ждать помощи. Куда не обратись, везде меня ждет боль и пытки. Из этого Ада нет выхода. От этих мыслей, слезы катились уже бесконечным ручьем. И похоже я так увлекалась, что даже Князь услышал мои тихие страдания. Он прекратил смеяться и обнял меня за плечи. — Почему ты плачешь, котенок? — проводя пальцами по моим щекам, участливо спросил демон. — Ты расстроена потому что случайно выдала свой маленький секрет? Не переживай, тебя все равно ожидала бы эта участь и я бы обо всем узнал. Но, спасибо, что облегчила мне задачу, теперь я не вижу смысла тратить время здесь. Нас ждет немного другое место. Я закрываю глаза и теперь просто прошу о смерти саму Смерть. Пусть придет и заберет меня. Но Люцифер ни за что не отдал бы меня ей. У него на меня большие планы. Он наклонился ко мне совсем близко и, касаясь губами моей шеи, прошептал, словно страстный любовник любовнице: — Умбра.