Жизнь Высшего Иного

Мыслей совсем не было, его сердце как будто остановилось, время замерло в этом долгом, мучительном мгновении. Так и застыв в неловком полусидячем положение, склонившись над телом Городецкого, вцепившись в его рубашку и сжимая в руках бездыханно тело, Артур смотрел, как подходит Алина. С опущенным пистолетом в руке, она вдруг остановилась и нерешительно замерла в трех метрах. Артур понимал, что ему стоит скрыть свои эмоции, но сил на это не было, да и желания тоже: теперь ему было все равно. Завулон не знал, что отразилось на его лице, но взгляд Алины стал сочувствующим и виноватым, девушка неловко отвернулась, отошла к столу, стала перекладывать бумаги, давая ему время прийти в себя. Почему-то зрение помутнело, он не сразу понял, что это его слезы: Артур не плакал уже много лет, а теперь они свободно катились по щекам. Не сводя взгляда с лица Антона, он медленно, палец за пальцем разжал судорожную хватку своих рук. Воздух вокруг потрескивал от его силы, которая сейчас билась и стремилась разнести все вокруг, все то, что теперь ему совсем не нужно и не имело больше значения. Хоть и понимая, что все кончено, Артур не мог заставить себя отвести взгляд, а потому сразу заметил как аура Антона стала меняться: не так, как меняется аура живого человека, а урывками, облезлыми клочками выцветая и меняя цвет. Завулон боялся дышать, боялся спугнуть нечаянную надежду, а потому, замерев смотрел, как лицо Антона трансформируется, черты становятся мягче. Наконец, изменение завершилась — перед ним лежал их аналитик Павел. Артура затопила волна облегчение, закрыв лицо руками он сел на пол, почувствовав, как снова начинает биться его истерзанное сердце. Сила послушно успокаивалась, вторя его мыслям. Наконец, он поднялся и отошел к окну, притворившись, что рассматривает вид, в это время тихонько приводя себя в порядок. Алина засуетилась за его спиной: вызвала оперативную группу, кабинет сразу стал тесным от людей. Артур закрыл глаза, позволив солнечным лучам мягко согревать его своим теплом: жизнь продолжалась. **** Сенсация, что убийцей был один из ведущих аналитиков Дневного Дозора быстро просочилась во все отделы и наделала немало шуму. Многие знали Павла: необщительный, замкнутый паренек, помешанный на древней символике и всегда избегающий общества других людей. Его ценили за выдающиеся аналитические способности, но как мага всерьез не рассматривали: четвертый уровень, с возможностью выйти на третий и полное равнодушие к оперативной работе делали его незавидным боевиком. Никто не знал, что его главная способность была — маскировка, что обладая заурядными боевыми навыками, он был, возможно, величайшим магом-иллюзионистом своего времени. В его квартире нашлись досье на всех жертв и многих сотрудников Дозора, видно, что операции он планировал давно и напитываясь чужой силой становился все сильнее и сильнее, пока, наконец не вышел на первый уровень и не попытался убить Завулона. Цель его была ясна — кресло главы Дневного Дозора. Павла подвела только его самонадеянность: в его глазах Артур казался знакомой, а потому и уязвимой жертвой, но он ошибся. Не выпивший парализующий яд, Завулон был ему не по зубам. Со дня убийства минули сутки. Сидя в своем кресле и привычно любуясь восходом солнца, Артур размышлял, как причудливо складывается судьба: если бы Алина не подливала зелья, то он бы выпил кофе и был бы сейчас мертв. Предусмотрев все на свете, Павел все-таки был человеком и эта маленькая деталь стоила ему жизни. Завулон корил себя за недальновидность: можно было бы и раньше догадаться, что убийца — кто-то из своих. Слишком гладко проходили нападения, слишком неуловим он был — их неведомый маньяк. Раздался тихий стук: Алина принесла кофе. Благодарно кивнув и улыбнувшись девушке, Артур привычно посмотрел через сумрак. Сердце замерло, когда он увидел, что голубоватые искорки заклятия подвластия исчезли, сменившись желтыми переливами, через секунду он облегченно выдохнул и нервно усмехнулся: теперь у него в чашке плескалось противоядие. С трудом сохранив невозмутимый вид, Артур степенно отпил, заметив, как едва уловимое напряжение покинуло черты ведьмы. Девушка оставила отчеты на столе и неспешно удалилась. Настроение невольно поползло вверх: похоже Алина останется в Дозоре надолго. Стук в дверь отвлек его от радужных мыслей, возвращая в реальность, раздался деловитый голос его секретарши: — К Вам пришел Городецкий, он без записи, пустить? Артур удивленно приподнял брови, слегка заволновавшись от столь неожиданного визита, но постарался взять себя в руки и как можно равнодушнее сказал: — Пусть заходит. Жизнь определенно налаживалась.

Конец первой части.