Жизнь ломает сильных...

Страх, интересное и весьма забавное чувство, если размышлять о нем на примере других, но когда сам испытываешь его — тут уже явно не до веселья. Кто бы мог представить, что я впервые испугаюсь, и не за себя, нет, а за чью-то чужую жизнь, смертную жизнь. Время остановилось. Испепеляя смертного взглядом и придумывая на него управу, я, поддавшись неведомому мне порыву, бросил взгляд на сидящую в кресле девчонку и то, что предстало моему взору, выбило у меня ощущение земли под ногами. Мгновение она стояла, бледная, испуганная, широко распахнув глаза, словно увидев саму Хель перед собой, и тут же её тело пошатнулось. Я понял: что-то не так, но не придал этому должного значения, пока глаза девчонки не закрылись и она упала на пол. — Мелл! — уже кричал смертный, подбегая к обмякшему телу. — Мелл, о боже, что с тобой? Альфред, быстрее сюда! Паника. Я много раз видел её в глазах тех, кого заводил в тупик, изменял ход мыслей, убивая чувство уверенности, заполоняя её ложью, но теперь… Невольно я заметил, как стал отчетливо слышать стук собственного сердца. Все звуки вокруг слились в гудящий звон, не дающий и мысли пропустить через себя. В дверях показался слуга. Он опустился рядом. — Сэр, что произошло? — Я не знаю, Альфред. — Все было нормально, а потом… Почему я не двигаюсь? Почему не дышу? Почему не могу мыслить здраво? — Сэр, посмотрите на это, — настороженно произнес слуга, закатывая рукав смертной. Тут я понял, в чем дело. Вполне было ожидаемо, что тело смертной не смирится с прикосновением йотуна к своей коже. В Асгарде ни для кого не секрет, что любой телесный контакт с кем-то из йотунхеймской расы может нанести вред и порой очень даже ощутимый даже для бога. Мне ли не знать? Но мы боги, бессмертные боги, для которых любая рана — это лишь временное неудобство, а вот для смертного человека это может быть крайне опасным, и сейчас, перед моими глазами явно происходило прямое доказательство этого. Организм девчонки начал бороться, сопротивляясь ядовитой защите ледяных великанов, но её сил не хватит, чтобы противостоять этому. Чем больше тепла оказывается на рану, тем агрессивнее становится воздействие яда. Сколько времени прошло с тех пор, как мы покинули Йотунхейм? — Альфред, неси мою сумку с медикаментами! — кричал смертный, разворачивая кусок окровавленной материи с руки девчонки. — Нужно обработать её руку. — Сэр, вы уверены, что не стоит вызвать врача? — Я не знаю, Альфред! Я даже не знаю, что могло послужить причиной этой раны… В этот момент смертный впервые посмотрел в мою сторону. — Мистер Морган, - ммм, официальный тон, как интересно. — Вы были в тот момент, когда мисс Купер получала это ранение? — Возможно, — нехотя ответил я, но смертного это ничуть не задело. Он подхватил девчонку на руки и понес её в сторону лестницы на второй этаж. Слуга тем временем скрылся в соседней комнате. — Отлично, тогда вы в общих чертах расскажете, с чем мы имеем дело, — я встал и пошел следом. — Рана весьма необычная. Не отрицаю, что пошло заражение крови… Он все говорил и говорил. Это земной способ успокоить себя или просто попытка накалить мое терпение до предела? Слишком много слов и мало действий, хотя даже они будут бессмысленны в данной ситуации. Смертный опустил девчонку на широкую кровать и начал накрывать её одеялом. Зря. — Я бы не советовал этого делать. — Остановившись на пороге комнаты, я мимолетно посмотрел в лицо смертной, которое стало бледным и неживым. Яд йотунов агрессивнее, чем я думал. Проклятье! — Она вся холодная. Её нужно согреть как можно быстрее… — Глупец, ты меня не слышишь! Этим ты сделаешь только хуже. — Я не собираюсь просто стоять и смотреть, как это делаете вы, мистер Морган! Что это? Укор в мою сторону с намеком на бездействие? Смело, но так отчаянно. Она ему явно не безразлична. Какая драма. Может, сразу сказать ему, что он ничего не сможет сделать: ещё пару мгновений и она умрет? В комнату вошел слуга, неся с собой сумку из железа. — Сэр, нужно сделать анализ крови. У меня есть подозрение, что мисс Купер была отравлена и это стало следствием обильного кровотечения в открытой ране. — Отравлена? С чего ты взял? — Кровь не сворачивается и не останавливается — значит, проблема глубже, чем мы можем себе предполагать. Надо же. Хоть один человек в этой комнате смог трезво оценить ситуацию, но даже это не спасет девчонку. Её участь уже определена и это означало, что я могу уйти. Уже развернувшись, чтобы покинуть это убогое место, я остановился. Почему? Не знаю. Что-то все ещё держало меня здесь, что-то не давало мне сделать и шага. Ещё несколько дней тому назад я бы не задумываясь убил бы девчонку, но сейчас что-то изменилось. Нет, не так. Что-то изменилось ещё тогда, когда она пошла со мной в Йотунхейм или, может, ещё раньше? Хватит! Эмоции и чувства — удел слабых, а я Бог! С этими глупыми скитаниями я утратил в себе былое хладнокровие! Но сейчас довольно с меня этого глупого фарса. Все, представление окончено. — Мелл, — произнеся её имя, смертный даже не догадывался о той дрожи, что прошлась по моему телу, — Мелл, ну же, очнись! — Разрешите? — спросил появившийся слуга, неся перед собой стеклянную колбу с кровью. Я на автомате отошел, уступая ему дорогу. Её судьба больше не моя забота! Я не давал клятву защищать её! И все, что сейчас происходит, меня уже не касается. Сжав руки в кулаки, так, что ногти глубоко впились в кожу, я спустился вниз и уже подходя к порогу, вновь остановился. «Ты слишком жалок, чтобы называть себя Богом…» Её голос в моей голове раздался так отчетливо и неожиданно, что я вздрогнул. «Доверься мне…» Её серые глаза предстали предо мной, как тогда, когда она так уверенно взяла меня за руку перед походом к Всеотцу. Сам того не хотя, я поднял руку перед собой. Всего лишь прикосновение заставило меня успокоиться и забыть о горечи. Как будто она поделилась своей моральной силой со мной… Бред! Я непоколебим в своих решениях и сейчас же уйду… Переступлю порог… «Я беру тебя с собой…» — ПРЕКРАТИ! — Воскликнул я, с громким стуком ударив кулаком в стену и прикрыв глаза, чтобы собраться с мыслями. — Хватит играть со мной! —, но нет же, её образ беспощадно появлялся во тьме. Она врезалась в мою память, все больше и больше представляя моему взору моменты из прошлого, которое было связано с ней. Вот она пытается спрятать свой страх передо мной, с восторгом смотрит на Асгард, улыбается, пряча свое смущение ото всех, опускает потемневшие глаза от неизвестной мне боли, что разъедала её душу, украдкой поглядывает на меня, когда думает, что я не вижу этого… «Локи, спасибо, что спас мне жизнь…» Мои глаза резко распахнулись. Проклиная все на свете и чувствуя себя последним дураком, я поплелся обратно к лестнице. В конце концов — не зря же я спасал её до этого момента, чтобы вот так дать сейчас умереть? Прекрасно, более глупого оправдания своим действиям я ещё не придумывал. Дверь нужной мне комнаты была закрыта. Она там… С ним. Сдерживая себя, чтобы не выдрать дверь из косяка, я приоткрыл её. Смертный сидел возле кровати, прижимая её руку к своим губам и что-то нашептывал, еле произнося слова. Раздражает. — Ты так и не послушал меня! — произнес я твердо, указывая на толстое покрывало, в которое была укутана девчонка. — Она становится все холоднее… — тихо произнес Уэйн и второй рукой подтокнул шерстяную материю за пояс девушки, — ей холодно. — Ей уже все равно на холод, она умирает и ты лишь ускорил этот процесс, ослушавшись меня. Он повернулся ко мне. — Мистер Морган, вы врач, чтобы делать подобные заключения? — Я, по-твоему, похож на лекаря? — Тогда не говорите мне, что делать! — гневно выплюнул смертный и повернулся обратно. — Лучше скажите, как это произошло и почему вы не уговорили её обратиться за помощью? — Не вижу смысла тебе этого говорить, если ты все равно в этой ситуации ничего не сможешь сделать… Тут смертный резко встал и, убрав руку девушки под покрывало, тут же оказался передо мной. — Знаешь, — переходя на «ты», прорычал он, — я обычно очень гуманен в своих действиях, но сейчас другой случай. Значит так, либо ты мне говоришь, в чем дело, либо, клянусь богом, я из тебя выбью правду! — он схватил меня за ворот. — Что с ней? Отвечай! — Мгновения доброго гостеприимства прошли? Так быстро? — наиграно изумился я, но уже ощутил, как гнев начал просыпаться внутри. — ГОВОРИ! — Советую тебе убрать руки… — в этот момент я почувствовал, как сжатый кулак смертного прошелся по моему лицу. — Я сыт по горло твоими советами! ГОВОРИ! Ну что ж, мое терпение кончилось. Быстро схватив смертного за горло, я рывком вышвырнул его за порог комнаты. — Мистер Уэйн! — воскликнул появившийся слуга, но он не был моей помехой, только смертный, возомнивший себя богом, в то время как бог тут только один. — Ты… Кто ты? — спросил смертный, смотря на меня снизу. Неужели я переборщил с силой и вышел за грань человеческих возможностей? Какая жалость! — Действительно хочешь знать? Ты только что клялся мной, что выбьешь из меня же правду. И вот она! — я подошел ближе и присел, чтобы наши глаза были на одном уровне. - Что? Не нравится? Взмахом руки людское одеяние плавно перелилось в божественный доспех. Слуга издал изумленный вздох и осел рядом со своим хозяином. — Ты боишься меня? — спросил я, смотря на смертного сверху. Ох, как же мне нравилось превосходство над ним! — Я Локи, из Асгарда, один из тех богов, кто повелевает вами! Жалкими смертными. Ты клялся мной, не имея на это никаких прав! Он посмотрел на меня с презрением и встал во весь рост, заслоняя собой слугу. — Для меня существует только один единый Бог, и это, увы, не ты. — Это ты зря, — и первый же светящийся шар сбил смертного с ног. — Ну как? Твоя вера не пошатнулась? Уэйн, опираясь на протянутую руку слуги, встал и весь его взгляд уже излучал ярость и гнев. Будь у него возможность, он бы убил меня, но у него её нет… И не будет. — Мне все равно, что ты или кто ты. Угрозы твои мне не страшны. Можешь делать, что хочешь, но знай, я не позволю ей умереть! Твоё презрение — лишь слова, но пока ты их тут говоришь, — смертный рукой показал на комнату, — пока бросаешься угрозами, она лежит там и может умереть. Раз ты с ней, значит, она тоже для тебя имеет хоть какое-то значение. Ты бог — помоги ей! Неужели она настолько ему дорога, что он готов наступить на свою гордость и молить меня о спасении девчонки? — Её жизнь для тебя имеет значение? — с чего у меня возник подобный вопрос, если все и так видно? — Имеет, — сразу ответил он. — Она не заслужила такой смерти! — он повернулся ко мне спиной и помог встать прислуге. Как самонадеянно! — Ты говоришь, что мы не в силах ей помочь. Говори, что мне нужно сделать, чтобы ты её спас? Вы же так просто не поможете обычному человеку, верно? Вам всегда нужно что-то взамен, так? — И ты готов ради неё сделать все, что я попрошу? — поинтересовался я, изумляясь над тем, что может сотворить человеческая привязанность. — Все! — громко прозвучал ответ. — Тогда… Встань. На. Колени, — отчетливо произнес я, улыбаясь над тем, как смертный растерялся от подобной моей прихоти. — Мистер Уэйн… — вот и прислуга подала голос, хотя я не позволял этого делать. — Молчать! — слуга затих, а я снова повернулся к смертному. — Так что, готов пасть на колени передо мной ради её спасения? Он ничего не ответил, лишь опустился на одно колено, не отрывая от меня взгляда. Почему это не вызвало во мне былое чувство удовлетворения? Почему этот смертный пробудил во мне только ненависть к самому себе? Опустившись на колени, он не стал ниже, он как будто возвысился надо мной, принизил меня… Жалким стал я, а не он. — Я помогу ей, — от шепота своего же дрогнувшего голоса у меня пошли мурашки по всему телу, —, но не потому, что ты грезишь о ней и просишь её спасти, а потому что она принадлежит мне, а я не привык расставаться с тем, что по праву моё. — Нет в мире такого права, где жизнь принадлежит другому! Он ещё смеет перечить мне? В миг ярость переполнила меня и я со всей силы ударил смертного по лицу. Из уголка его рта полилась кровь. — Я бог! И её жизнь принадлежит только мне! — развернувшись, я прошел к комнате, где лежала девчонка и, чуть погодя, остановился на пороге. — А ты молись своему богу за собственную жизнь. Если после того, как я покину это место, ты все ещё будешь дышать, то так уж и быть, я признаю существование твоего единого бога… Бога, который тебе сейчас ничем не смог помочь. Войдя в комнату и прикрыв за собой дверь, я наложил на неё несколько чар. Теперь её можно было открыть только изнутри. Подойдя к кровати, я и не заметил, как перестал дышать. Она действительно была бледна как мел. Значит, так выглядят смертные, когда умирают? — И все потому, что ты слишком упряма, — тихо произнес я, зная, что она меня вряд ли услышит. Сейчас, когда она борется с йотунхеймской магией за свою жизнь один на один, главное не упустить момент. А ведь я одна из тех тварей, что сделали это с ней. Если бы только Тор тогда не остановил меня, их бы уже не было и плевать на то, что они составляли неотъемлемую часть вселенной девяти миров. Если бы не Тор, то этого бы не произошло. Я бы положил конец постоянным распрям между нами и многих защитил бы, но нет. Все сложилось иначе. А теперь я могу лишиться… Её. Глупая девчонка. Стоит уже признаться самому себе, что именно она заставила мой мир пошатнуться и испытывать незнакомые мне эмоции и чувства. Она поверила мне и доверилась, хотя знала, какой я монстр и это разбило мою не только магическую преграду, но внешнюю. Я провел рукой по её лицу и убрал несколько все ещё мокрых от воды темных прядей. Руку обожгло, хотя её кожа была холодной как лед. Не переставая смотреть на неё, я достал её раненную руку и, добравшись до пальцев, крепко сжал, будто пытаясь поделиться с ней своей жизнью. — Ценна ли для тебя жизнь, смертная? — вновь прошептал я, уже склоняясь над лицом девчонки, и почувствовал, как её хрупкая ладошка сжала мою руку. Всего на мгновение, но я это ощутил так явно, что даже начал всматриваться в её лицо, чтобы найти хоть какие-то изменения. Нет, её лицо оставалось неподвижным. Снова склоняясь над ней, второй рукой я оттянул её подбородок, чтобы губы разомкнулись. Ощутив, как йотунхеймское обличье начало брать вверх, я приблизился к её лицу, чтобы её раскрытые губы были напротив моих и, прикрыв глаза, начал читать заклинание. Если йотунхеймский яд убивал все, что отлично от существа йотуна, то единственным вариантом спасти смертную, было на время передать частичку этой расы. Яд воспримет её как хозяина и сам излечит от ранения, а после, когда опасность минует, я верну все обратно. Единственной опасностью было то, что сам процесс представлял огромный выброс магии и не мудрено, что если его засекут враги, то сразу же поймут, в каком мире я нахожусь. Но сейчас мне было на это плевать. Сделав вдох, я прикоснулся к её губам своими и тут же сделал выдох, запуская частичку йотунхеймской магии в её тело. Она резко выгнулась и начала сопротивляться, так что я еле удержал её на месте пригвоздив руки по бокам. И в этот момент произошло то, чего я точно не ожидал. Темнота поглотила меня и … … И раздался раздирающий слух смех. — Мелл, — тихо позвал я. — Это все сон…Просто сон…- зазвучал в темноте её голос. - Но, черт возьми, почему же я не просыпаюсь? — Мелл! — уже громче я позвал её, оборачиваясь в ту сторону, откуда шел голос. — Сон, сейчас я проснусь и все будет как раньше! — кричала она, явно к кому-то обращаясь, а в ответ опять раздалось утробное хохотание. Я поднял руку вверх, дабы положить конец этому безумию, но не тут то было. Магия не сработала. Поборов минутную растерянность и опустив руку, я понял, в чем дело. Произошло то, чего смертная боялась больше всего — я залез в её голову… И тут я был далеко не один. Женский пронзительный крик разрушил мои размышления и я понесся наобум в ту сторону, откуда, по моим скудным предположениям, оно исходило. Темнота начала приобретать реальную форму. Старые стены, обклеенные какой-то потрепанной бумагой, пол под ногами скрипел при каждом шаге, и множество дверей. — Мелл, где ты? — крикнул я вглубь коридора, продолжая бежать. — Ответь же мне наконец! — уже рыча добавил, я устремляясь все дальше. И это сокрыто в её голове или это то, что снилось ей каждую ночь? Что могло послужить созданию таких образов? Чей этот мерзкий смех? Слишком много вопросов, а ответчика все не видно. — Локи… — услышал я молящий шепот. Где-то уже недалеко. — Локи… — Я здесь, Мелл. Я уже рядом, —, но она будто не слышала меня. — Локи… Бесполезно… На кой-черт я ему сдалась. Глупо думать, что он придет… Он уйдет так же, как они… Все уходят… Да где же она?! Хель её возьми, почему она молчит?! — Как я приду, если ты молчишь, смертная?!! Коридор все искажался, меняя направления. Я не удивлюсь, если уже намотал таким образом несколько кругов. Все, надоело. Тут должно быть что-то, что заставляет реальность меняться. Но вот что именно, когда всюду обман? Позор моему имени. Бог обмана не может отличить правду от вымысла… — Я тоже хочу уйти, — послышались отчаянные всхлипы, — я не хочу больше так жить… Воля к жизни? Ха! Да я сейчас убью её, как только найду, сразу же придушу её за эти слова! И ударив со всей силы в стену, мнимая реальность разрушилась и стены полетели, как осколки разбитого стекла. Она сидела, согнувшись, и раскачивалась на носочках, как ребенок, уткнувшись лицом в колени. — Ты глупая девчонка! — прошипел я, направляясь к ней. — Хватит! — воскликнула она, не поднимая головы. Я замер на месте. — Я знаю, что это всего лишь вымысел… Это неправда. — Вообще страх потеряла, смертная! Разговаривать подобным образом с богом, который пришел спасти твою жалкую жизнь! Живо вставай! Резко подняв голову, она от удивления упала назад. — Локи? — неуверенно спросила она. Я скрестил руки на груди. — А ты кого ждала увидеть? Тора? Или солдата в лосинах, выкрикивающего лозунги о мире? Или, может, твоего гостеприимного смертного, который успел мне заехать по лицу? — Локи! — улыбнувшись, она поднялась и тут же оказалась в моих объятиях. И когда я успел разжать скрещенные руки? — Почему так долго? — возмутилась она, поднимая голову. — Нахальна, как всегда, — только и смог ответить я, крепче сжимая её талию. — Ты хоть знаешь, что сейчас лежишь при смерти? — Но ты же говорил что-то о том, что пришел спасти меня? Или мне послышалось? — её улыбка стала ещё шире. — А кто-то говорил, что жить не хочет. Или я ослышался? — Кто-то слишком много говорит, — пропела она и быстро поцеловала меня в щеку. — Может быть и так… Реальность менялась снова, и вместо коридора перед нами появилась темная комната со странным маленьким окном. — Нет… — смертная разжала объятия и отошла на шаг назад, — только не опять… Она с ужасом смотрела в темноту, как будто прекрасно знала, что за ней скрывается. — Стой за мной, — быстро произнес я, заслоняя её собой. Она положила трясущиеся руки мне на плечи и крепко сжала. В этот момент в углу комнаты что-то происходило. Шелест бумаги и утробное сопение, сопровождаемое приступами кашля. Вдруг свет из окна озарил тьму и я увидел, как кто-то медленными шагами приближался в нашу сторону. — Ещё шаг и я убью тебя! — но фигура не слушала и продолжала дальше идти так же медленно. — Ну что ж, я предупредил. Даже простых сил мне хватит, чтобы любому свернуть шею, но как только я бегом приблизился к фигуре и, замахнувшись рукой, уже хотел схватиться за шею — рука прошла сквозь силуэт. Смертная в этот момент сжалась и закричала так, что даже моя йотунхеймская кровь застыла в жилах… ***** Вот и новая глава. Не знаю как она вам: пришлась по вкусу или нет? Так что жду отзывов. Да, и вот ещё что, как я и обещала подарок для читателей — тизер к будущему трейлеру по моему рассказу: ): http://www.youtube.com/watch? v=zVLOHpSsDDo автор: IceUnderFire Всем спасибо, ваша _VeSpeR_