Беги

Звон оружия, раздававшегося отовсюду, оглушал. Их противник был намного сильнее — помимо наемников, во вражеском отряде обнаружился колдун, сыпавший проклятиями направо и налево. И патруль, совершавший объезд территорий Камелота, мог проиграть эту битву. Это были все одинаково сильные, храбрые рыцари, как на подбор, сыновья знатных лордов и простого люда. Не происхождение ценил в своих воинах новый король, а благородство души и верность. В таком же алом плаще, что и его люди, монарх внешне ничем не отличался от них — он спал на такой же жесткой земле, ел такую же пищу, что и они. Он лично принял участие в поездке, чтобы узнать, насколько хорошо защищены границы и безопасно ли в наименее людной местности на территории королевства. Но этот день грозил стать для правителя последним. Это был расцвет Камелота; Артуру минуло тридцать лет, он больше не был самонадеянным юнцом, он стал мудрым и опытным королем, укрепляя страну и проводя необходимые реформы. С одним дело пока обстояло плохо — с магией. Причин, почему к магии в Камелоте до сих пор относились враждебно, было много. Все началось воспитанием отца и кончилось предательством самого дорогого человека после его смерти. Моргана оказалась его сестрой, внебрачной дочерью его отца, колдуньей и соперницей в борьбе за трон. Он подозревал, что тьма уже давно поглотила ее душу — но только сейчас, после смерти Утера, она открыла свои намерения и показала, что давно уже не друг своему брату. Как она могла? Она, подруга его детских лет, его сестра, всегда верившая в него, когда не верил отец? Всегда поддерживавшая его и всегда направлявшая его на правильный путь? Этот отряд, застигший короля и его людей врасплох, был подослан ею, чтобы расправиться с ними. Артур понял это, когда в короткой битве они проиграли, и начальник вражеских солдат, связывая руки короля с ухмылкой на лице, вполголоса обратился к своим: — Она будет довольна. Да, сестра затеяла нешуточное противостояние. Она бежала из замка, пытаясь перед этим поднять смуту в рядах рыцарей. Пыталась заставить его боевых товарищей предать его, их первого рыцаря, их друга, их брата. Утер учил, что рыцари — лишь вассалы, не более. Но если не на них, тогда на кого мог положиться Артур, кому мог довериться? Его родная сестра оказалась колдуньей. И с каждым днем она умножала свою силу, практикуясь в колдовстве. — Сколько вам заплатила Моргана? — процедил король, но рот ему тут же заткнули кляпом. — Мы не можем оставить Пендрагона и его рыцарей здесь, — заметил один из вражеских солдат. — Я знаю, — кивнул главарь. — Моргана распорядилась в случае успеха доставить их к Эмрису, — сказал один из колдунов. — Он живет на отшибе, мимо никогда не проезжают путники. Никто не найдет Пендрагона, пока до него не доберется Моргана. Они говорили так, будто дочь короля находилась где-то далеко, а этот Эмрис — рядом. Кто он? Еще один ее пособник? Сколько таких уже было убито? Сколько покушений на короля предотвращено? Но, видимо, в этом случае его ничто не спасет. Короля и его рыцарей, связанных и беспомощных, повели по лесу их вооруженные до зубов захватчики. И понемногу до Артура начало доходить: это конец. Враги просто ждут момента, чтобы сестра лично расправилась с ним. Он никогда больше не вернется в Камелот. А ведь он даже не женился и не завел наследника! Кто будет на троне Камелота после него, кто продолжит его дело? Только Моргана… Которая уничтожит его наследие, разрушит все то, что он сделал, лишь бы в Камелоте навсегда забыли о нем и помнили только о ней… Они углубляясь в лес, теряя тропинку из виду. Пришлось идти, терпя все превратности пути, игнорируя издевательские смешки недругов, отгоняя мрачные мысли. Кормили их всего раз, по отдельности, и перемолвиться хотя бы с одним товарищем по оружию королю не дали. Через полтора дня блужданий по лесным болотам они наконец остановились у берега на удивление полноводной и чистой речки — Артур, изучавший карты Камелота с детства, удивленно смотрел на воду, не помня названия речки. Он вообще не знал, что она существовала. И тотчас король понял, почему — стоило колдуну во вражеском отряде зажечь факел и высоко поднять над головой — как на другом берегу тут же мелькнул похожий свет, и тотчас прямо перед ними возник мост — прочный, деревянный, проложенный в каких-то паре сантиметрах над поверхностью воды. Магия. У Артура захватило дыхание. Кто этот Эмрис, что он настолько силен, чтобы проложить мост из воздуха? Но времени на размышления ни у короля, ни у его рыцарей не было. Их грубо толкнули вперед, и они вынуждены были подчиниться. С опаской ступая по творению магии, Артур с удивлением понял, что брызги воды, долетая до дерева, не мочат его. Но как это было возможно? Они перешли по мосту и очутились на другом берегу. Это был островок, сплошь покрытый растительностью за исключением крошечного клочка земли — и на том месте стоял дом. Захвативший их отряд уверенно двинулся вперед, ведя за собой пленников. Им не требовалось позволение войти — при приближении людей дверь отворилась сама. И тотчас Артур увидел, что поначалу казавшийся маленьким дом на самом деле огромен. Неудивительно, что враги выбрали это место — пустая комната на первом этаже спокойно вмещала пленников, не стесняя их в движениях. И как уединенно — идеальное место для того, чтобы похитить кого-то и держать, дожидаясь его палача. И кто же живет здесь? Им оказался молодой человек, спустившийся со второго этажа. Трудно было сказать что-то о его социальном положении — поверх простой рубашки со штанами одет он был во что-то вроде домашнего халата с капюшоном, как будто намеренно скрывая свое лицо. Всё же Артур мельком увидел его — парень улыбнулся было колдуну, но тут же нахмурился и резко прозвучавшим тоном холодно осведомился, что означает это вторжение. — Я разрешил входить только тебе, Деррик. — К тебе было ближе всех идти, Эмрис, — отмахнулся колдун. — К тому же, это ради Морганы. Это ее пленники. Постережешь их до ее прихода? Этого особенно охраняй — ее брат, сам Его Величество король, — и он оскалился в сторону правителя. Хозяин дома медленно повернулся, и капюшон упал с его головы, открывая взору Артура черные взлохмаченные волосы, бледное лицо и глядящие на него голубые глаза. — Король, — повторил Эмрис, не отрывая взгляда от правителя. Он наклонил голову, не скрывая своего любопытства, но тут же встряхнул ею, как будто отгоняя ненужные мысли. Улыбка, такая же, как на лицах захватчиков, перекосила его черты. Он хлопнул в ладоши: — Короля — в один угол, его людей — в другой. Деррик, создай решетки, как тебя учила Моргана. Она будет очень рада. — Мы отправимся за ней завтра же, — сообщил Деррик. — А ты проследи, чтобы не сбежали. — Не сбегут, — совершенно не интересуясь остальными, Эмрис не отрывал взгляда от короля. — Можешь не беспокоиться. Этой ночью Артур увидел, как много может сделать магия в опытных руках. Эмрис колдовал так же часто, как дышал, по каждой мелочи, и для него это было вполне естественно — обращаться к магии по любому поводу. Он не заковывал монарха и его рыцарей в кандалы — это сделал Деррик. Зато он радушно принял гостей — врагов короля — и с великодушием хозяина потчевал их едой и напитками, перенося вино из погреба с помощью магии. Откуда у него взялось так много снеди, Артур так и не понял, но его это особо и не беспокоило. Есть им не дали, вообще внимания на них не обращали — возможно, и к лучшему. Чужаки много пили, празднуя очевидную победу — и с каждой чаркой шутки у них становились непристойнее, проклятия в адрес королевской семьи (исключая Моргану) слышались все чаще, и вскоре компании стало мало уже их самих. Накрытые столы их больше не привлекали. Король, отделенный от своих рыцарей, закованный в кандалы, сидящий в углу комнаты за наколдованной решеткой, лишенный прежнего величия, интересовал их куда больше. — Как думаешь, как Моргана захочет тебя убить? — спросил один из них. — Отрубит голову? — предложил второй. — Где твое воображение? Думается мне, она его помучает хорошенько перед смертью. — Кости будет ломать? — воодушевленно предположил третий. — А что, хорошая идея, — оживился первый. — Может, мы поможем будущей королеве и начнем за нее? Все трое двинулись на безоружного пленника; у одного из них оказался ключ от запираемой решетки. Пендрагон попробовал вскочить на ноги, но запоздало сообразил, что ноги его тоже закованы — он не мог даже подняться, не мог обороняться, не мог сделать абсолютно ничего, когда его схватили, как тряпичную куклу, когда его противники примерялись, с какого угла лучше бить… Как вдруг чей-то голос остановил непоправимое, коротко поинтересовавшись: — Какого дьявола здесь происходит? Все трое настороженно обернулись, но тут же расслабились, завидев хозяина дома. — Эмрис, присоединяйся! Пересчитаем косточки Его Величеству, — осклабился один из наемников. — Что? — не меняя тона, спросил Эмрис. — Мы заскучали и решили развлечься… Огонь промелькнул в глазах мага — и говоривший страшно закричал, падая на колени и прижимая правую руку к груди — а остальные отвернулись, чтобы не смотреть на ужасное зрелище открытого перелома. Даже Артур, привыкший ко всякому в сражениях, отвернулся при виде крови и неестественно торчащей кости — вид тошнотворный, неправильный… И тем страшнее звучал голос Эмриса: — Ну что, приятно? Это тебя развлекает? — Что ты делаешь? — простонал наемник. — Ты… Ты ж мне руку сломал… Эмрис присел рядом с ним на корточки. — Я сделал тебе большое одолжение, — шепнул он. — Если бы ты покалечил короля, Моргана от тебя и мокрого места не оставила бы. — Он выпрямился. — С Пендрагоном будет разбираться только наша госпожа. Больше его никто не тронет. Он принадлежит ей. Всем ясно? Двум наемникам было ясно; они промолчали, поддерживая стонущего товарища. Остальные не стремились вызвать гнев колдуна и не вмешивались. Удостоив короля коротким взглядом, Эмрис вернулся за стол. За окнами царила глубокая ночь, когда напившиеся наемники, наконец, уснули. Сон сморил и некоторых молодых рыцарей. Сам Артур не спал. Оценив свое положение, он, зная, что ему не сбежать и людей своих не освободить, терпеливо дожидался рассвета. Что принесет ему новый день? Он настолько привык к тишине, что поневоле вздрогнул, когда решетка его наспех сооруженной тюрьмы отворилась. Эмрис вошел внутрь, опуская руку и встречаясь вновь ставшими голубыми глазами с королем. Пендрагон заметил, что он трезв, как стекло — за весь вечер колдун не выпил ни капли. Эмрис вновь поднял руку, указывая на кандалы монарха, и прошептал заклинание. Руки и ноги Артура оказались свободны. Он поднялся, растирая запястья и шипя от боли в сведенных мышцах. Маг стоял перед ним, молча наблюдая, скрестив руки на груди. Артур не стал терять времени. Со скоростью, выработанной годами, он бросился на колдуна и прижал его за горло к стене. — Если хочешь жить, ты выпустишь меня отсюда! Несмотря на то, что молодому человеку явно не хватало воздуха, он выдавил из себя улыбку. — Вот осел! Я и так собирался тебя выпустить. Для чего, как думаешь, я снял твои оковы? Артур моргнул, ослабляя хватку. Его собирались отпустить? Почему? Разве Эмрис — не приспешник Морганы, как все здесь? И… Как он его назвал только что?! — Почему? — Твоей смерти я не хочу. — Эмрис мягко, но решительно отвел его руку, освобождая свое горло. — В вино добавлено особое зелье — твои враги не проснутся еще несколько дней. У тебя и твоих рыцарей будет достаточно времени, чтобы безопасно добраться до Камелота. — Почему ты это делаешь, Эмрис? — выпалил Артур. — Разве вы с Морганой не заодно? — Я был одним из тех, кто учил ее магии, — пожал плечами маг. — Но я никогда не думал, что она будет использовать ее во зло. Моргана считает меня своим другом, и если я отпущу тебя, она начнет ненавидеть и меня тоже. Но я скорее дам ей повод охотиться за моей головой, чем позволю убить тебя. — Но почему? — не отставал Пендрагон. Эмрис, двинувшийся было к рыцарям, чтобы освободить и их, вздохнул и обернулся. — Беги, Артур. Просто беги. Позволь спасти твою жизнь так же, как ты спас мою. — Когда? Разве мы встречались прежде? — Конечно. Тогда меня звали Мерлином, но ты этого не знаешь. Мне было тринадцать, когда я сбежал из деревни Эалдор, спасая свою жизнь. Ты помнишь? Должен помнить. Ты отпустил волшебника вместо того, чтобы убить. И сейчас, — Мерлин выпрямился, глядя прямо в глаза изумленному королю, — позволь мне вернуть долг. Беги. С рассветом маленький отряд короля торопливо покидал остров, переправляясь по реке на лодке — некоторые рыцари наотрез отказались идти по наколдованному мосту. Мерлин уверял, что с ним все будет в порядке: он сильнее Морганы и не боится ее. Жилье только придется сменить. Он пообещал, что они еще встретятся. Артур и не сомневался. Они не могут не встретиться еще хотя бы раз. Теперь, когда король был окончательно уверен в том, что магия бывает доброй. Теперь, когда у них был общий враг. Теперь, когда у них была одна цель — вернуть в Камелот мир и спокойствие, которых королевство не знало уже давно.