Модерн-драбблы

Петир

Этим вечером его ожидал извечный, неотвратимый, преследующий его несколько лет кошмар. Кошмар назывался Лиза Аррен. Когда иссякали отговорки, объяснения и ложь, ему приходилось встречаться с ней. Эти встречи были редкими, но ему хватало. Ее удушающих объятий, мокрых поцелуев, этих глупых, невыносимых разговоров об их будущем, когда она лежала рядом, улыбающаяся и водила пальцами по его груди. У них не было будущего. Просто Лиза об этом не знала. Он не мог избавиться от нее – во-первых, потому что эта истеричка могла все разболтать своему муженьку, который, какое совпадение, был его боссом. Во-вторых, она была ему полезна. Иногда он думал, что все это не стоило того, чтобы терпеть ее. Иногда он готов был отказаться от всего, лишь бы не видеть ее лицо, смотрящее на него с коровьим обожанием. Перед приездом Лизы он всегда приглушал раздражение виски со льдом. Помогало, хоть и ненадолго. Хорошо, что она не задерживалась дольше, чем на пару дней. В этот раз все было хуже. Даже она, обычно слепая и по-глупому счастливая, почувствовала. - Что-то не так? Он повернул к ней голову. Лиза лежала на смятой постели, еще неровно дыша, с блеском в глазах, с голой грудью. Он отвернулся и поморщился. - Все нормально. Он почувствовал ее губы на своей спине, подался вперед, сдерживая дрожь. - Скажи мне, Петир. Ты сегодня такой потерянный… - Небольшие неприятности на работе. - Я могу помочь? – она принялась гладить его плечи. – Ты же знаешь, я могу. - Нет, Лиза, это просто мелочи. Я справлюсь. Просто много работы. - Мой милый, умный, ответственный Петир, - она уткнулась носом в его шею, чуть ниже мочки уха. Руки забрались ниже, потянули его назад. – Такой серьезный… Черт бы ее побрал. Он откинулся назад, позволяя ей переползти и оседлать себя. Помогало всегда одно – злость. Эта злость заставляла его раз за разом грубо вколачиваться в нее, это было то, что она принимала за страсть, но он представлял совсем другое… Злость и желание слышать, как она кричит. Она кричала не от боли, но ему хотелось так думать. Через полчаса она уснула. Поздний вечер спустился на город, заполнил комнату синим светом сумерек, чуть разбавленных уличными огнями. Он осторожно освободился из объятий Лизы, натянул штаны, нашел пачку сигарет. С наслаждением затянулся на балконе, стараясь выгнать из ноздрей ее запах. Надо что-то с этим делать. Так больше не может продолжаться. Плевать было на унизительное положение, в которое он себя поставил, позволяя Лизе делать это с ним. Ему было плевать на нравственность, пока она была ему полезна. Надо было что-то делать с собой – он не мог ее больше терпеть, это было выше его сил. Он физически не мог больше переносить ее прикосновения, заниматься с ней сексом, находить ее волосы на подушке, ощущать ее поцелуи спросонок. Петир зарылся рукой в волосы и выругался вполголоса. Больше всего на свете ему хотелось принять душ и напиться. Он закурил вторую подряд сигарету и слегка вздрогнул, увидев вдруг на балконе напротив знакомую фигуру. Она была в легкой майке на тонких бретельках, и даже отсюда он разглядел тонкие выступающие ключицы. Она заметила его, смутилась, обняла себя руками. И улыбнулась. Лицо было не очень хорошо видно из-за темноты, но он помнил ее улыбку, с ямочками на щеках и задорными глазами. Он улыбнулся в ответ и махнул рукой. Странно, что она еще не спит. Из головы все разом вылетело – и чертова Лиза, и завтрашнее совещание, и легкая боль в левом виске. Какая она славная, все-таки, эта девчонка. Стоило бы пригласить ее на кофе… - Петир? – он почувствовал прикосновение к своей спине. – Почему ты не спишь? - Вышел покурить, - он подался вперед, но Лиза прижалась сзади, обхватив его в кольцо своих рук. – Иди спать, Лиз. В голосе прорвались раздражение и досада. Девушка с балкона напротив смотрела на них. Улыбки на ее лице уже не было. - Без тебя не могу. Он развернулся, беря Лизу за руку. - Пойдем. Господи, Лиз, ты хотя бы оделась! Эта идиотка вышла на балкон нагишом. Он со злостью вдавил окурок в пепельницу. - Кого мне стесняться? – хихикнула Лиза. Он потащил ее в спальню, ругаясь про себя самыми грязными словами, которые слышал только в детстве, в подворотнях ирландских пабов, когда поджидал там отца. Закрывая за собой дверь, он бросил взгляд на балкон в доме напротив – он был пуст. Но ему показалось, что он видел темный силуэт за легкой занавеской у окна.

***

Он встретил ее через два дня вечером. Он возвращался с парковки, нагруженный пакетами из супермаркета, а она – с работы, судя по уставшему лицу и кругам под глазами, рассеянно поправляя сумку на плече. Они заметили друг друга слишком поздно, ему было плохо видно из-за пакетов, которые он нес перед собой, а она лазала в телефоне, поэтому они столкнулись прямо напротив подъездов. - Черт! – вырвалось у него, когда из пакета упал апельсин и скатился с тротуара на дорогу. - Простите… - начала было она, потом увидела его лицо и замолчала. - Добрый вечер, - сказал он с улыбкой. - Добрый, - равнодушно ответила она. Потом наступило молчание. Слишком неловкое, чтобы длиться долго. - До свиданья, - так же равнодушно и вежливо кивнула она и зашагала к своему подъезду. - Санса! – окликнул он. – Подождите. Неловко перехватив пакеты, он двинулся к ней. Она начала рыться в сумочке, не смотря на него. - Наверное, теперь моя очередь извиняться. - За что? – она не прекращала своих поисков. В самом деле что-то потеряла? Или не хочет смотреть на него? - За недавнее представление на балконе. Она часто заморгала и понесла сумочку совсем близко к глазам. Кожа на ее щеках чуть порозовела. На его наверняка тоже. Она замешкалась, не зная что ответить. Потом пожала плечами. - И зачем передо мной извиняться? - Нуу… - протянул он. – Вы же извинились за свою подругу. Какой странный выходил разговор. - А теперь вы – за свою? - Да, теперь я, - теперь был его очередь замолчать в замешательстве. – Она мне не подруга… - Мне все равно, кто она вам, - сказала Санса, выудив, наконец, из сумки ключи. – Ничего страшного, мистер Бейлиш. Просто неловкая ситуация. Это точно. Ситуация была просто провалиться сквозь землю. - До свиданья, - снова сказала она и открыла подъездную дверь. Потом обернулась и добавила: - Кстати, пуш-ап этой вашей подруге точно не поможет… Он открыл рот, но так и не нашелся что ответить. Дверь подъезда закрылась, а из его пакета упал еще один апельсин.

Санса

Настроение у нее уже несколько дней было хуже некуда. И вроде бы причин особых не было, даже наоборот, все шло хорошо: на стажировке она удостоилась похвалы от самого вредного врача отделения, Роб позвонил и сказал, что приедет в отпуск домой с невестой, и вся их большая семья будет, наконец, в сборе, в город окончательно пришла весна с солнечной погодой и длинными, теплыми вечерами, Леди она забрала от родителей на целых три дня, а Гарри Хардинг, молодой хирург из больницы, пригласил ее на свидание. Он приглашал ее несколько раз, но она отказывалась. Гарри был красивым, высоким, голубоглазым, но слишком уж напористым. Его самоуверенность была понятна – молодой симпатичный врач с многообещающей карьерой, и Маргери постоянно обзывала ее дурой, уговаривая дать ему шанс. Давать шанса не хотелось. Вообще ничего не хотелось. Она не хотела связывать свое недовольное настроение с этим типом, со своим соседом. Но сводилось все к тому, что именно зрелище той голой женщины на его балконе, и то, как по-хозяйски она обнимала его, здорово испортило ей вечер. Какое ей вообще было дело до этой парочки? Он ей даже не нравился. Ну хорошо, немного начал нравиться. Совсем чуть-чуть. И злиться на него у нее не было оснований. Один раз предложил подвезти до дому, а она уже себе напридумывала бог весть что – что с его стороны это были внимание и ухаживания. Ничего там не было. Просто легкий, ни к чему не обязывающий флирт с симпатичной молодой соседкой. Вполне может быть, он бы предпринял в дальнейшем попытки затащить ее в постель, несмотря на наличие у него это самой «подруги». Мужики все одинаковые. И все же несколько дней ее преследовали беспокойство и злость, прежде всего на саму себя, потому что ее сосед был недостоин того, чтобы занимать ее голову на такое продолжительное время. Но он занимал, и она ничего не могла с собой поделать. Особенно после этой нелепой попытки извиниться. Зачем ему вообще было извиняться? Лицо у него было такое непривычно расстроенное, будто ему в самом деле было жаль. Жаль чего? Что она случайным образом увидела, что у него все в порядке с половой жизнью? Или что он не успел подкатить к ней прежде, чем обнаружилось, что он несвободен? В любом случае, надо было выкинуть его из головы. Поэтому она, наконец, приняла предложение Гарри поужинать вместе. Гарри был очень доволен. Его лицо просто светилось от самодовольства, потому что он наверняка поставил себе в заслугу ее согласие и в очередной раз убедился, что его обаяние действует безотказно. Санса не стала его разубеждать. Ей просто хотелось развеяться. Вечер в самом деле вышел неплохим. Они поужинали в небольшом тихом ресторанчике, Гарри мило, но примитивно шутил, говорили о работе и коллегах, об увлечениях и кино… Они пили хорошее вино, и вполне вероятно она позволила себе лишний бокал, и к концу вечера ей стало намного веселее. Настолько, что она согласилась, чтобы Гарри проводил ее до дома. Первую попытку поцеловать ее он предпринял в такси. Долго смотрел томным взглядом, покусывая губы, поглаживая ее плечо, а она едва сдерживалась от смеха. На повороте, когда сила инерции чуть прижала ее к нему, Гарри по-утиному вытянул губы и коснулся ее рта. Она прыснула. Гарри недоуменно посмотрел на нее, хмыкнул и повторил попытку первого поцелуя. На этот раз она сдержалась, позволив ему чуть больше. Гарри изо всех сил старался казаться опытным, но движения губ у него были суматошные и полные притворной страсти. Как в кино. Когда она подъехали к ее дому, он был воодушевлен настолько, что был уверен, что она пригласит его подняться. Это было видно по тому, как он себя вел и как многозначительно улыбался. Она даже испытывала неудобство от того, что ему придется отказать. - Не пригласишь зайти? Господи, он даже хоть какую-нибудь причину не выдумал. Даже не начал с намеков. Она вздохнула. - Прости, Гарри. Но я думаю, это лишнее на первом свидании… Гарри, конечно, расстроился. Недоумение проскользнуло на его лице вместе с обидой. Санса украдкой зевнула. - Ну прости. Я правда думаю, что нам надо узнать друг друга получше. - Мы уже три месяца вместе работаем, - сказал Гарри, насупившись. - Именно. Знаем друг друга как коллеги. Но я не против еще одного свидания. Она улыбнулась, захлопав ресницами. Гарри воодушевился и обнял ее. - Хорошо. В пятницу? - В пятницу. Он вновь поцеловал ее, теперь уже не сдерживаясь, демонстрируя, как ему думалось, все свое мастерство. Наверное, по мнению Гарри, после этого поцелуя она должна была осознать, чего лишала себя этой ночью и немедленно передумать. Ее пробрала дрожь, когда его язык настырно вторгся внутрь рта, а руки сжали ее ягодицы. Она подняла глаза, посмотрела наверх и чуть не откусила несчастному Гарри язык. Знакомая мужская фигура на третьем этаже. С сигаретой. - Мммм… - попыталась отстраниться она. – Гарри… Гарри, тяжело дыша, поднял голову от ее лица. Санса еле сдержала желание вытереть губы. - Прости… Но ты такая красивая. - Мне нужно идти, - сказала она. – Правда нужно. Думать о том, что за ней наблюдают, что он видел все, было невыносимо. Она сама не понимала, почему. Гарри попытался было еще раз поцеловать ее на прощанье, но она вывернулась и скрылась в подъезде. Это было крайне невежливо и Гарри наверняка обидится, но если он не пригласит ее больше на свидания, это будет к лучшему. У него слишком слюнявый рот. Она достала салфетки и вытерла губы. Бррр. И еще этот вуаейрист. Какого черта он смотрел? Наверняка еще ухмылялся своей ухмылочкой. Она остановилась на лестнице, роясь в сумке, в очередной раз забыв, в какой кармашек положила ключи. Выругалась вполголоса. Да какая ей разница вообще, смотрел он или нет?! Что за ерунда лезет в голову? Дома она первым делом приняла душ и два раза почистила зубы. Было уже далеко за полночь, когда она в халате и с мокрыми волосами вышла из ванной. Взяла со стола яблоко и подошла к окну. Его балкон был пуст и она облегченно выдохнула. Если бы он там все еще стоял, это в самом деле выглядело бы зловеще. Она зашторила окно, выключила свет и легла в постель. Сон не шел. Санса крутилась с боку на бок, включила телевизор, полазала в телефоне на фейсбуке, честно пыталась заснуть несколько раз, но, осознав тщетность этих попыток, слезла с кровати. Она нашла в столе припрятанные сигареты, и вышла в ночь. Дождь почти не шел, только редкие крупные капли срывались вниз. Должно быть, с крыши. Было тепло и темно. Она закурила, опершись локтями на перила. Посмотрела вниз, на мокрую от дождя улицу, глубоко вдохнула влажный чистый воздух. Свет от фонарей отражался на асфальте. А когда она подняла глаза, чуть не выронила сигарету. Опять он. Почти невидимый, только заметна белеющая в полутьме футболка и такие же белеющие виски. Маньяк какой-то. Странно, но сейчас, в темноте, чувство неловкости не преследовало ее. Было как-то привычно, спокойно даже видеть его… Может, он и был маньяком, но он ее не пугал. Огонек сигареты осветил его лицо. Она мельком заметила сдвинутые брови, непривычно взлохмаченные волосы. Он выглядел довольно грустным. Санса докурила сигарету, глядя на своего молчаливого визави и вернулась в квартиру. Она заснула сразу, как только ее голова коснулась подушки.

***

На этот раз она заметила его первой. Он стоял у лотка с кофе и о чем-то болтал с Денни, как всегда в безупречном костюме и начищенных туфлях. Они оба замолчали, когда она подошла ближе. - Как обычно, мисс? – спросил Денни, и, не дожидаясь ее кивка, начал колдовать с кофемашиной. Сосед улыбнулся ей. - Доброе утро. - Доброе, - ответила Санса, лазая в телефоне. - Вас подвезти? - Нет, спасибо. Он молчал, пока готовилось кофе, а когда Санса, поблагодарив Денни, взяла свой стакан и повернулась уходить, вдруг сказал: - Прошу прощения, если испортил вам деликатный момент на первом свидании. Она нахмурилась. Еще сильнее, когда осознала, что опять краснеет. - Вы не испортили. - Это ведь было первое свидание? – невозмутимо продолжил он. – Я не видел этого долговязого ухажера раньше. Он догнал ее и они шли по тротуару Санса приостановилась, глубоко вздохнула и повернулась к нему. - К чему эти расспросы? Какое вам дело до моих ухажеров? Его правая бровь поползла вверх вместе с уголком рта. - Что вам нужно? Он повел головой в сторону, и она увидела что-то странное в его глазах. - Что мне нужно? Все. Но именно в данный момент я хочу поцеловать вас. Она не успела ничего сказать, ошарашенная, когда он вдруг придвинулся ближе и сделал то о чем говорил - поцеловал ее. Санса опешила от неожиданности, настолько, что даже не смогла шевельнуться. Или не хотела. У него были умелые, сильные губы, которые не давали ей ни малейшего шанса воспротивиться. Он длился недолго, этот поцелуй, а когда он отстранился, она тяжело дышала и не могла вымолвить ни слова. Кожу на щеках жгло напалмом. Петир заправил выбившийся локон волос за ее ухо. - Надеюсь, я дал вам понять, что мне нужно. А что нужно вам, милая Санса? - Оставьте меня… Да что вы себе... Уберите руки! – чуть ли не в панике выпалила она и отпрянула от него, роняя стаканчик с кофе. Ехавший мимо велосипедист раздавил его передним колесом и позвенел, оборачиваясь на них с недовольным лицом. Кофе разлилось на асфальте молочно-коричневой лужицей.

***

Этот поцелуй жег ей губы весь день. Она была неимоверно рассеянной, путала симптомы, неправильно заполняла карты пациентов, роняла шприцы и документы… Она сослалась на недомогание и только это спасло ее от справедливого гнева главы отделения. - Фигово выглядишь, - сказала ей Дженни в обед. – Бурная ночка была, да? Санса чуть не поперхнулась соком. Вопрос Дженни отвлек ее от навязчивых и обрывистых мыслей о том, что произошло сегодня утром. - Ночка? С чего ты взяла? - Да ладно тебе. Гарри уже весь изошелся на намеки. Ходит, задрав нос и многозначительно почесывает ширинку, будто ему там все натерло до боли. Дженни придвинулась поближе и спросила полушепотом: - Ну, и как он? Оправдывает звание главного красавчика больницы? Санса смотрела на нее в ступоре несколько мгновений. Она только сейчас вспомнила о существовании Гарри. - О боже, Дженни! Между нами ничего не было. Он просто проводил меня до дома. - Правда? Ребятам из хирургического он сказал другое. Миранда сама слышала в курилке… Санса скрипнула зубами. Какая же скотина этот Гарри! Наверняка разболтал всем, что уломает ее на постель на первом же свидании, а когда она ему отказала, побоялся уронить «свое лицо». Или решил, что дело все равно в шляпе, она отдастся ему все равно, а репутацию первоклассного ловеласа надо поддерживать. Скотина. От негодования она даже перестала думать о наглом утреннем поцелуе. Правда, ненадолго. После обеда растерянность, теперь еще приправленная злостью на Гарри, накатила с новой силой. Почему ей попадаются такие идиоты? Ладно, с Гарри можно было разрешить ситуацию, дав от ворот поворот, а потом просто игнорировать его зудящие взгляды при встрече в коридорах больницы. Но что делать с этим наглецом из дома напротив? Она вспомнила, как он тихо рассмеялся, глядя на ее ошарашенное лицо, и сразу ушел, затерявшись среди многочисленных прохожих. Она не знала, как поступить при следующей их встрече. Залепить пощечину? Проигнорировать? Пригрозить заявлением в полицию за приставания? Сказать, что он ее нисколько не интересует? Если бы еще так не краснеть при мысли о том, что придется смотреть ему в глаза. Она задумалась даже о том, что придется переехать. Видеть эту лисью наглую физиономию так часто было выше ее сил. Хотя одно обстоятельство пришлось признать - он отлично целуется. Гарри поймал ее после работы у служебного входа. - Санса! – широко улыбаясь, так, чтобы было видно как можно больше его красивых белых зубов, он быстрым шагом поравнялся с ней. – Весь день думал о тебе… Она смерила его презрительным взглядом. Яркость улыбки чуть ослабла. - Разрешишь проводить тебя? – он поправил сумку на плече. – Сегодня был трудный денек. Сложные операции одна за другой… Гарри шел рядом и болтал о всякой ерунде как ни в чем не бывало. Неужели у нее настолько нечитаемое лицо? Она же изо всех сил гримасничала, изображая презрение и скуку. - Вон моя машина, - Гарри достал ключи. – Может, заедем куда-нибудь? - Не надо меня провожать, - отрезала, наконец, Санса, когда они дошли до угла здания. – И вообще… ничего больше не надо, Гарри. У него вытянулось лицо. - То есть? Санса… что случилось? - Просто не люблю врунов, Гарри. А парней, которые трепятся про несуществующую ночь с девушкой - еще больше. Он растерялся, открыл рот, потом закрыл, потом опять открыл. - Я не… - Гарри, - она вздохнула. – Слушай, не надо оправдываться. Давай просто закончим на этом, хорошо? Он нахмурился. - Нет, так не пойдет, - он взял ее за локоть в тот самый момент, когда она заметила краем глаза большой черный седан, выруливающий с парковки наперерез им. – Санса, так нельзя. Она попыталась убрать руку, но он не отпускал. Наверное, красавчик Гарри не привык, чтобы его вот так отшивали. Он покрылся красными пятнами, а брови, обычно по-щенячьи приподнятые, сдвинулись на переносице. Впрочем, она уже не смотрела на Гарри, целиком сосредоточив внимание на черной машине. Подозрительно знакомой. Гарри еще что-то бубнил, пока она наблюдала, как Петир Бейлиш вышел из машины, небрежно поправил галстук, сунул руки в карманы брюк и направился прямо к ним. На его лице была улыбка – слегка кривоватая и до ужаса хитрая. Она совсем перестала слушать Гарри, все звуки извне заглушал шум ее сильно бьющегося сердца. «Черт подери, - думала она. – Черт подери». Эта фраза крутилась в ее голове раз за разом, не давая возможности другим мыслям всплыть из глубины вконец растерянного мозга. Она сделала еще одну попытку освободиться от хватки Гарри и убежать восвояси, но он еще сильнее сжал ее локоть, почти до боли, что-то продолжая втолковывать. Какую-то нелепицу про то, что она не должна верить сплетням и позволять им убивать это волшебное чувство, зарождающееся между ними. - Мне кажется, леди не намерена продолжать с вами разговор, - сказал подошедший Петир. Гарри вздрогнул от неожиданности и резко обернулся. Петир широко улыбнулся ему. - Кто это? – растерянно спросил Гарри, повернувшись к ней. - Это, эмм…. – протянула она. – Это мой сосед. - Сосед? – Гарри уже совсем ничего не понимал. - Из дома напротив, - уточнил Петир. Она кивнула. Гарри наконец отпустил ее. Вид у него был откровенно глупый. У нее наверняка тоже. - Мой тебе совет, парень, - Петир доверительно приблизился к Гарри, который был выше его на целую голову. – Если хочешь заинтересовать женщину, никогда не пытайся сразу ее удержать. Это не сработает. И вот еще – если я еще раз увижу, как ты хватаешь ее, переломаю тебе все пальцы. Наверняка это плохо скажется на твоей карьере хирурга. Гарри покрылся ярко-красными пятнами. Петир продолжал улыбаться, держа руки в карманах, а она готова была провалиться сквозь землю. Гарри вдруг развернулся и быстрым шагом направился обратно к служебному входу. - Сейчас он приведет охрану, - сказала Санса. - Правда? – с интересом отозвался Петир. – Ну и трусишку ты себе выбрала. - Я не выбирала, - огрызнулась она. Он тихо фыркнул и сделал пригласительный жест рукой в сторону машины. Она не собиралась в нее садиться. Она вообще хотела пойти домой, выпить горячего чаю и заснуть. Выкинуть из головы все эти… эти неурядицы. Вместо этого Санса Старк потрусила через парковку к его сверкающему вороненым глянцем авто. Вернее, это сделали ее ноги, начавшие жить вдруг отдельной, самостоятельной жизнью. А ее руки, тоже почему-то решившие взбунтоваться, открыли дверь машины. Когда она уселась на сиденье, тело, наконец, решило подчиниться голове, но было уже поздно. Щелкнули замки на дверях и машина, утробно урча двигателем, тронулась. - Кстати, - сказал Петир, доставая с заднего сиденья небольшой букет маленьких, ослепительно-белых роз. – Это тебе. Извинение за утро. Я не должен был… Она взяла букет, крепко обхватив холодные упругие стебли ладонью. Тонкий сладковатый аромат роз защекотал ноздри. Некоторое время они ехали молча. Она вообще не понимала, что можно сказать в такой ситуации. - Я так полагаю, ваш роман с трусишкой-врачом можно считать уже законченным? Она кинула на него быстрый взгляд. Петир продолжил: - У меня вчера тоже был крайне неприятный разговор. Неприятный, но неизбежный. - Зачем ты мне все это рассказываешь? Он вздохнул, потирая шею, таким обычным, и в тоже время интимным жестом. - Ты не находишь все это странным? О, она находила. Очень странным. Всю эту ситуацию, и его, и свое поведение. - Нахожу. Тебя. Он засмеялся. - Да. Обычно я веду себя совсем по-другому. Но, знаешь ли, после нашей встрече в парке в моей жизни случается много странного. Санса закусила губу. Что он намеревался сказать? И что она хотела услышать? - В общем, я думаю… Я собираюсь… - он слегка замешкался. Господи Иисусе! Он потерял свою всегдашнюю уверенность? Ей не показалось? Он не успел договорить, потому что они подъехали к ее дому. Петир заглушил мотор и вышел из машины, намереваясь открыть ей дверь, но она его опередила. На улице уже было темно, только высоко в небе еще виднелся розоватый отблеск недавнего заката. Они остановились друг против друга, она – с букетом роз, он – как всегда сунув руки в карманы брюк. Удивительно, но растерянности она уже совсем не чувствовала. Наоборот, довольно весомую уверенность в том, что намеревалась сделать. Петир наклонил голову вбок и сказал: - Итак, раз мы оба теперь не связаны обязательствами, возможно… Я бы хотел пригласить тебя на ужин. Он улыбался уголком губ, но напряжение все равно было видно. - Это ни к чему. У него мелькнуло разочарование на лице, очень быстро исчезнувшее, уступившее место еще более беспечной улыбке. Конечно, он не мог показать ей, что расстроен. - Что ж… Последую своему совету и попытаю счастья попозже. - Ты не понял, - Санса сама не знала, откуда взялась эта смелость, позволяющая ей говорить такое. – Я думаю, что этот этап можно уже пропустить. С этими словами она притянула его за галстук к себе и поцеловала. Доминировать у нее получалось несколько секунд, пока у него проходил шок. Потом его руки оказались на ее талии, губы захватили инициативу, и все, что оставалось ей - закрыть глаза и сдерживать дрожь. Когда он отстранился, губы у него влажно блестели, а еще ярче – глаза. Она решила, что должна его шокировать до конца. - Поднимемся ко мне? Зрачки у него расширились еще больше. Он повел голову вбок, словно хотел повернуться к ней ухом – удостоверится, что не ослышался. - Я… Санса рассмеялась. - Я вообще-то предлагаю выпить кофе. А ты что подумал?

***

Леди встретила его восторженным визгом – подлетела, чуть не сбив с ног, прыгнув двумя лапами ему на живот, тут же убежала на кухню, и, продолжая взвизгивать, повторила забег, с еще большей силой впечатав Петира в стену. Он засмеялся. На третий заход Санса успела закрыть дверь на кухню. Леди обиженно залаяла и начала скрестить в щель. - Вот же ненормальная собака, - с досадой сказала Санса. Петир прошел в гостиную и огляделся. Она похвалила себя за то, что предыдущим днем не поленилась сделать уборку. Валяющиеся на диване вещи и грязная кружка на журнальном столике по сравнению с тем хаосом, который здесь обычно творился, выглядели совершенно невинно. - Вот, - сказала она, указывая на диван. – Садись. Он послушно сел. - Кофе? Петир кивнул. Пока она готовила кофе на кухне, одновременно отпихивая коленями мешавшую Леди, она уже несколько раз пожалела, что пригласила его. И что теперь делать? Пить кофе? Просто сидеть с ним рядом и пить кофе? Может, в самом деле стоило принять его предложение поужинать, а не строить из себя самоуверенную роковую женщину? Какая же она все-таки идиотка. Когда она вернулась с кофе в гостиную, Петира там не было. Она растерянно оглянулась, заметила его силуэт на балконе. Он чуть шевельнул плечами, когда она встала рядом. - Странно. - Что? - Смотреть на свой дом вот так, со стороны. Он повернулся к ней полубоком. Санса заметила на его лице улыбку. - Часто ты за мной следил? Петир рассмеялся. - Нет. Я не извращенец. - Но почти всегда, когда я выходила на балкон, я видела тебя. - Это совпадение. А когда выходил я – видел тебя. - Ты меня страшно раздражал. Впрочем, мало что изменилось, - съязвила она, но, конечно, соврала. Петир усмехнулся и повернулся к ней. - Знаешь, а я рад, что ты переехала именно сюда. Именно в эту квартиру, в этот дом… Рад, что твоя безумная собака сбила меня с ног в парке. Рад, что лоток Денни стоит на углу нашей улицы и что ты стала покупать там кофе. Столько случайностей привело к этому… - К чему? - спросила Санса, улыбаясь. - Вот к этому, - ответил он, привлек ее к себе и поцеловал. Про кофе они забыли и не вспоминали ближайшие два часа…

***

Наутро они вышли из дома вместе. У обоих был выходной, и можно было вдоволь поваляться в смятой постели, но Леди, разумеется, им не позволила. Петир вызвался прогуляться с ней в парке, а потом предложил зайти к нему – полюбоваться видом на ее балкон уже из его квартиры. Она согласилась. Они оба зевали, а Петир вообще выглядел довольно необычно в мятом дорогом пиджаке, с рубашкой навыпуск, будучи растрепанным и ведя собаку на поводке. Он держал Леди, пока она покупала кофе. - Я вообще-то сразу понял, что у вас любовь, - горделиво сказал Денни, протягивая им стаканчики. - Ты очень проницателен, Денни, – усмехнулся Петир. – Но болтлив не в меру. - Мой дед был шаманом племени. Я унаследовал его способности, сэр, - серьезно ответил Денни. – Я вижу будущее. Санса прыснула со смеху, увидев как Петир, отвернувшись, пытается удержать серьезное выражение на лице. - Зря смеетесь, сэр, - обиженно сказал Денни. – Я вижу у вас двоих детишек через пару лет. Мальчика и девочку. Она покраснела, продолжая хихикать, а Петир обернулся на нее. Встретив его теплый взгляд, увидев ставшими такими близкими зеленые глаза, она вдруг подумала, что слова Денни об их детях, мальчике и девочке, не кажутся таким уж невозможным делом. - И ваша собака, мисс. У нее будет шестеро щенков. Совсем скоро. Санса с изумлением посмотрела на Леди. Собака в самом деле прилично поправилась в последнее время. А к родителям в гости недавно приезжал Роберт Баратеон, давний друг отца со своим золотистым ретривером… - О, нет, - простонала она. – Неужели мама не уследила? - Шестеро? – Петир приобнял ее за плечи. – Похоже, нам придется поискать квартиру попросторнее… Круглое лицо Денни расплылось в улыбке. - Я же говорил...