Мягко стелет, жестко спать!

Я хотел бы рассказать историю о своем втором рождении. Первым, увы, похвастаться не могу, потому что все было до ужаса обыденным. Ну, в смысле классическое: неловкий секс на одноместной кровати, нежеланная беременность пополам с сопутствующими истериями и, как грандиозный финал, покосившееся здание роддома. А вот второе... В общем, когда эта мерзкая сволочь... Нет, не отсюда... Этот самовлюбленный мудак просто... Нет! Все началось еще раньше! Утро было прекрасное: за окном холодные капли дождя рождали на неровном асфальте огромные лужи. На счет «прекрасного» я не привираю — мне нравится дождь. Нет, конечно, сидеть в теплом помещении, попивать горячий чаек и ехидной усмешкой провожать мокнущий люд, снующий перед окнами, гораздо приятней, нежели мокнуть вместе со всеми... Но и против «душа» я ничего не имею. В кои-то веки проснувшись вовремя, я неспешно позавтракал, одевшись, взял сумку с вещами и вышел из дома. Здесь я завтракал в последний раз, хотя до окончания срока аренды квартиры еще неделя, но время переезда настало быстрее, чем я думал. Сегодня важный день — не так давно прошло торжественное вручение дипломов вкупе с бурно отпразднованным выпускным, и теперь я, квалифицированный биолог с красным дипломом, по специальной путевке еду в заповедник на побережье Каспийского моря! Я всегда любил котов, поэтому и решил связать свою жизнь с камышовыми котами. Очаровательные создания, по размерам несколько крупнее обычных домашних мурок, но не теряющие от этого своей восхитительности! Из-за маленьких темных кисточек на ушах, мягких и пушистых, их часто называют болотными рысями, хотя общего у них мало. С настоящими рысями у меня проблемы. Как и со всеми животными больше собаки. Я их боюсь, и это слабо сказано. - Какой, нахер, Хабаровск?! - от шока я выронил паспорт и билет на самолет. Стюардесса так выразительно на меня посмотрела, что я смутился и опустился обратно в кресло, с которого резко подскочил, услышав голос, оповещающий о пункте назначения. - Молодой человек, я попрошу вас подбирать слова, если вы будете хулиганить, то мне придется... - Простите, но это какая-то ошибка! - я настойчиво сверлил ее взглядом. - Мне надо не на этот самолет! - У вас билет до Хабаровска, - в доказательство своих слов стюардесса указала на билете графу с местом прибытия... Действительно, Хабаровск. - Выпустите меня! - мой истеричный крик уже привлек внимание остальных пассажиров, но сейчас как-то не до этого. - Вам выдать парашют? - невозмутимо спросила девушка. - Не надо, - ну а что еще я должен был буркнуть?! С достоинством кивнув, девушка покатила свою тележку дальше по салону, оставив меня впадать в тихое отчаяние. Куда я еду?! Зачем?! Почему у меня билет до Хабаровска?! Достав из кармана телефон, убедился, что связь не ловит. Что-то мне подсказывает, что и переносной модем, на счет которого я забыл положить денег, тоже не ответит мне взаимностью. *** «Просто Катя», пожирая меня жадным взглядом, проводила меня в мою комнату в общежитии. Обычную и ничем не примечательную — светлые обои, полуторная кровать, стол, стул и шкаф. Я мельком глянул на наручные часы — половина седьмого. - Кирилл Михайлович, - окликнула меня девушка, в очередной раз кокетливо поправив длинные русые волосы. - Вот документы, вам нужно подписать их у директора до завтрашнего вечера. В руки мне легло заявление на имя Волкова Андрея Сергеевича, местного авторитета. В смысле директора. Я бросил сумку на кровать — вещи разобрать можно и немного позже. Девушка за моей спиной все еще стояла в проходе. - Кирилл Михайлович... - Можешь звать меня Кирилл, - перебил я, с трудом удержавшись, чтобы ядовито не добавить «просто». - Кирилл, - Катя, ничего не заметив, довольно заулыбалась, - хотите... хочешь я провожу тебя до столовой? Ты наверняка проголодался, а у нас отлично готовят! - Э... нет, спасибо. Мне нужно еще подписать документы у вашего директора, а он живет в другой части заповедника, если я все правильно понял. Я растерялся — меня никогда так активно не «клеили»... даже можно сказать «приваривали». Не то, чтобы я был таким уж страшным, скорее находились более симпатичные кандидаты. Особенно сейчас, когда темные корни моих высветленных до рыжины волос являли себя миру. Обычные глаза «цвета свежей какашки», как однажды выразился непризнанный поэт в моей душе, тоже диких восторгов не вызывали — девушкам все больше нравились «небесно-голубые», «черные, словно самая темная ночь», «зеленые, будто сочная листва» и т.д. Нет, девушки, конечно у меня были, но такого буйного интереса ко мне никто не проявлял. Мужчин на закрытой зоне я видел — значит недостатка во внимании противоположного пола быть не должно... Пугает меня эта баба, короче. - Но Андрей Сергеевич живет далеко отсюда, а уже скоро стемнеет! До завтра вы можете не беспокоиться — утром он сам зайдет сюда. - Нет, лучше сделать все сегодня, - я решительно оттеснил дамочку в сторону, дезертируя из комнаты, оставляя «просто Катю» расстроенно открывать и закрывать рот. Пока меня сюда везли на специально пригнанной к аэровокзалу машине, я успел увидеть аккуратный одноэтажный домик, где и жил Волков, так что примерную дорогу знал — благо разветвлений дорожек тут не так много и чтобы заблудиться, надо постараться. Говоря Кате, что хочу «сделать все сегодня» я не очень-то покривил душой — мне хотелось поговорить о моем сюда назначении с директором, насколько мне известно, человек он понимающий. По всей видимости, произошла какая-то ошибка, потому что, когда я приехал в Хабаровск, меня там ждали. Документы, которые были подготовлены здесь заранее, так же говорили, что о моем приезде сюда было известно — скорее всего проклятая канцелярия универа опять что-то перепутала! Пытаясь разглядеть полный диск луны сквозь густые кроны деревьев, что шуршали листьями от тихого ветерка, я осознал, что человек из меня получился старательный. В смысле я постарался и все-таки заблудился! Телефон, как обычно это бывает, я забыл в сумке, когда сбегал от Кати. Фонарик? Нет, не слышал. Да и побоялся бы я его включать — здесь живут дикие звери и привлекать их внимание мне не хочется. Сначала я думал, что на ночной лес опустился полог тишины. Но это оказалось совсем не так: раздавались непонятные щелчки и перестукивания; шуршание опавших листьев, которые беспокоят легкие лапки мелких животных; внезапное хлопанье крыльев ночных хищников. Сейчас осень, но многочисленные деревья еще не успели расстаться со своей листвой, которая при свете дня наверняка окажется самых разных цветов — от ярко желтого до бордового. Ночью ничего не разглядеть — неяркий свет луны выкрашивал все единым серебряным цветом. Я с запоздалым удивлением обнаружил, что воздух здесь сильно отличается от той смеси духов, дыма и выхлопных газов, к которому быстро привыкаешь, живя в большом городе. «Удивительное место» заключил я со странной смесью благоговения и зависти. … стук копыт я услышал намного раньше, чем понял, что животное несется прямо в мою сторону. На огромной скорости оно ловко проскочило между стволами деревьев, приближаясь все ближе. Скорее всего это олененок, но точно сказать нельзя - слишком быстро бежит. Рядом мелькнула чья-то тень, отозвавшись тихим шелестом опавших на землю листьев. Мгновение, и передо мной предстала картина, которую я не забуду никогда — огромный бенгальский тигр, вонзивший свои клыки в шею своей жертвы. Белый мех хищника окрасился кровью, его жертва отбивалась копытами, но мощные челюсти сжимали горло несчастного животного, словно стальные. Вскоре по телу жертвы прошла крупная дрожь, тонкие ноги конвульсивно дернулись, и тигр разжал зубы. Разрывая острыми когтями плоть молодого олененка, которого я все-таки опознал, белоснежный хищник вгрызался в нежное мясо, тихо порыкивая. Я, сглотнув, боялся пошевелиться. Зрелище невообразимо ужасное, но вместе с тем такое... живое и прекрасное. Естественный отбор, пищевая цепочка. Я неуклюже отступил назад, наступив на сухую ветку. Ее хруст показался мне оглушительным. Тигру тоже: его мышцы напряглись, словно животное готовилось к атаке, теперь на меня смотрели холодные голубые глаза. Конечно, цвета глаз хищника в темноте разобрать было невозможно — я уловил только их блеск, но воображение услужливо дорисовало картину, потому что у всех белых тигров глаза могут быть только голубыми. О распространенной мутации я вспоминал, уже забравшись на дерево. Как? Не знаю — обычно спортивные достижения не были моей сильной стороной, но видно, все дело в мотивации. Сейчас мотив был и ого-го какой! Мысль о том, что тигры-то, в принципе, хорошо лазают по деревьям, заставила меня подняться еще на пару веток вверх. Причина моих нервных срывов, благородно меня игнорируя, доедала свой ужин. На выпотрошенного олененка я старался не смотреть. Как и не вдыхать тяжелый, сладковатый запах крови. Окончив трапезу, тигр сел под деревом, задрав морду вверх. Надеюсь, что на сытый желудок хищнику станет лень карабкаться еще и за мной — я слышал, что просто так тигры, как и любые крупные хищники, не нападают. Все равно страшно. - Кис-кис-кис! - неуверенно позвал я. - Может по домам разойдемся? Кыш-кыш! На всякий случай я посмотрел вверх — дальше ветки были слишком тонкие и моего веса явно не выдержат. Под моим настороженным взглядом тигр покружил вокруг ствола дерева, а затем улегся прямо под ним! Час от часу не легче! *** - И долго ты собираешься там медитировать? До моего притупленного беспокойным сном сознания донесся насмешливый мужской голос. Выглянув из-за веток дерева, на котором провел трепетную ночь в объятиях со стволом, встретился со прищуренным взглядом черных глаз. - Кто вы? - голос, после ночи проведенной на холодном воздухе, хрипел. Создавалось ощущение, будто каркает ворон, но меня поняли. - Меня зовут Андрей, - откликнулись снизу. - Слезай. Я смотрю, ты познакомился с нашими питомцами.