Дуэль

      Пятнистая лошадь несется на всех парах, стремительно пересекая пустыню. Пульсирующая боль в ноге наездника усиливалась с каждым пройденным километром. После неожиданного налета индейского племени, Берт находится в пути уже порядком двух часов. Его цель — отдалиться от места происшествия как можно дальше, чтобы предотвратить возможность повторного нападения. Он даже не удосужился извлечь стрелу из своего бедра, не сделав ни единой остановки. Состояние МакКрэкена было на грани обморока из-за потери крови и постоянно ноющей конечности. Однако он не спешил делать перерыв. Берт всегда отличался хорошей выносливостью. В детстве отец заставлял МакКрэкена и его братьев и сестер вспахивать поля сельскохозяйственных предприятий. Семья была большой, денег все время не хватало. Работа на плантациях была единственным источником доходов, поэтому часто всей семье МакКрэкенов приходилось целыми днями торчать под палящим солнцем, взращивая урожай для продажи. Самое тяжкое время было, когда бабка Берта тяжело заболела и ей требовались дорогостоящие препараты. Тогда-то парень и начал добывать деньги не самым честным путем. Берт как сейчас помнит, насколько это было страшно и волнительно, когда он впервые в жизни обчищал коробку с благотворительными пожертвованиями в небольшой церквушке, куда они с матерью ходили почти каждое воскресенье. Как ему было стыдно в тот день за свой гадкий, лишенный чести поступок. МакКрэкен проревел в подушку всю ночь, прося прощения у господа и умоляя не отправлять его в Ад. Да, в свои десять лет Берт еще был довольно религиозным, он верил, что однажды Бог спасет его семью от бедности и излечит его любимую бабулю от страшной болезни. Но время шло, семья несла большие убытки, а состояние бабушки ухудшалось с каждым днем. Она увядала прямо на глазах. Берт продолжал воровать деньги из церкви, с каждым разом чувствуя все меньше вины. «Это все ради бабушки» — говорил он сам себе, вновь запуская руку в ящик. Однако, денег, добываемых из церкви, было очень мало, и этого все еще не хватало на лекарства. Тогда МакКрэкен решился на более крупную аферу — он начал обчищать чужие кошельки. Первыми, у кого он незаметно украл пару долларов из карманов стали люди, работающие с ним на плантации, прихожане в церкви, однажды ему даже удалось залезть в кошелек его работодателя, что приехал узнать, как продвигаются дела и выплатить долгожданную зарплату работникам. В конце концов Берт вошел во вкус настолько, что мог спокойно сунуть руку в карман любого прохожего на площади. Он воровал при каждом удобном случае, совершенно не заботясь о морали. Тот роковой день, когда бабуля скоропостижно скончалась, стал ударом, подкосившим всю семью. Тогда, стоя напротив неровного деревянного креста, торчащего из земли, Берт перестал верить в Бога. Он сказал, что существует лишь Ад, и творится он на земле, а Раем покажется жизнь только тем, кто станет кровожадным демоном. МакКрэкен продолжал идти в гору по своей карьерной лестнице преступника. Когда его отец узнал о делах сына, то очень разозлился и вскоре выгнал пятнадцатилетнего парня на улицу, наказав, что тот сможет вернуться только тогда, когда одумается и сойдет с этой скользкой дорожки на путь праведный. «В семье МакКрэкенов нет места преступникам» — были последние слова, брошенные отцом. Но Берт так и не вернулся, променяв семью на опасную жизнь среди городских улиц. В конечном итоге это привело его к тому, что он имеет сейчас. МакКрэкен остановился под размашистым деревом, привязав кобылу к стволу, а сам осторожно, чтобы еще больше не повредить ногу, опустился на землю в тени. Громко пыхтя, он стянул с себя куртку и рубашку, оставшись в одной легкой майке. Затем, внимательно осмотрев место ранения, он оборвал с конца стрелы все перья, после чего крепко схватился за наконечник. С громким болезненным стоном, Берт вытащил стрелу, полностью протащив ее через ногу. Он отбросил окровавленное дерево в сторону, откидывая голову назад и крепко зажмурившись от переполняющей боли в мышце. Чтобы остановить кровотечение, Берт крепко обвязал ногу своей рубашкой. Та медленно начала пропитываться кровью, однако ничего более МакКрэкен предпринять не мог. Берт провел всю ночь, сидя под деревом. Утром он проснулся, чувствуя насколько сильно затекла его спина. Вдалеке послышалось четкое звучание топота копыт по песку, и МакКрэкен поморщился, начиная тереть глаза. Сощурившись от яркого утреннего солнца, он всмотрелся вдаль. Вскоре на горизонте показались трое неизвестных верхом на конях, стремительно движущихся в сторону Берта. — Вот черт, — тихо пробормотал МакКрэкен, поднимаясь с земли. Он принялся быстро отвязывать поводья своей лошади, при передвижении хромая на одну ногу. Оказавшись верхом, Берт услышал свист сзади и обернулся. Нагнавшие его мужчины не выглядели дружелюбно. Они остановили своих скакунов напротив парня, окунаясь в тишину пустынных просторов. — Что вам нужно? — сразу спросил МакКрэкен. — У тебя неплохая кобыла, — произнес один из них, на что остальные усмехнулись, — Где приобрел? — У краснокожих, — Берт настороженно оглядывался по сторонам, когда мужчины начали медленно окружать его. — У краснокожих? Они не продают белым своих лошадей, — говорил все тот же человек, — Ты украл ее. — Тебе до этого дела быть не должно, — МакКрэкен смотрел на своего собеседника с презрением, пока вдруг не заметил в его кармане торчащую бумажку с надписью «разыскивается». Это натолкнуло Берта на мысль, — Что это у тебя там? — Это? — хмыкнул мужчина, извлекая бумажку, — Это наша работа. Берт начал рассматривать объявление в руках незнакомца, и какого же было его удивление, когда он увидел там имя Уэя, за которого, живого или мертвого, готовы были отстегнуть 23 тысячи долларов. Догадки МакКрэкена сразу подтвердились. Эти ребята являются охотниками за головами. Парень сразу расслабился, глядя на мужчину с широкой ухмылкой. — Вам просто несказанно повезло, парни, — протянул Берт, — Ведь ублюдка с листа я знаю лично. Теперь его собеседники выглядели заинтересованно. Они переглянулись друг с другом, после чего мужчина вновь заговорил: — Слыхал про нового шерифа из Нью-Мексико? Эльфего Бака просто монстр. Готов платить любые деньги за крупную рыбу из мира преступности. Поможешь нам поймать Уэя, поверь, в долгу не останешься. Берт ненадолго задумался, взвешивая в голове все «за» и «против». В конце концов он хищно ухмыльнулся, протягивая незнакомцу руку. — Меня зовут Берт МакКрэкен. Я точно знаю, где найти Джерарда и даже готов помочь вам прикончить этого сукиного сына. Но с одним условием, — он сделал выразительную паузу, — Десять штук мои. Наличными точно в руки. С остальными деньгами можете делать все, что хотите. Трое снова переглянулись, согласно кивая друг другу. — Идет, — мужчина пожал его ладонь, — Я Ричард Роджерс. Можно просто Рик. — Безумно рад знакомству, — улыбка МакКрэкена выглядела устрашающе, пока они скрепляли договор рукопожатием.

***

      Берт сказал, что им стоит двигаться на север. Он уже давно знаком с Уэем и знает его как облупленного. Он уверен, что Джерард направился на север, поскольку это не первый раз, когда их дороги разошлись, и МакКрэкен знает, что Уэй не станет стоять на месте и не станет отступать назад. Он будет двигаться только вперед к поставленной цели, а на данный момент его цель — золото у реки Арканзас. К ночи охотники за головами решили заночевать на небольшом холме. Двое мужчин, что были вместе с Риком, Джеймс Саммерс и Эрл Браун, развели костер, а после разогрели пять банок фасоли на ужин. После трапезы, все четверо собрались за игрой в кости, ведя спокойную беседу под тихий треск углей в огне. — Так вы говорите, что теперь в Нью-Мексико новый шериф, — говорит Берт, бросая кубики. — Да, и он Дьявол во плоти, — Эрл почесывает затылок и поправляет свой берет. — Только за эту неделю было шесть смертных казней, — подхватывает Ричард, — Иногда он устраивал сразу две в один день. На последней из них, вроде как, повесили 11-летнего мальчишку. — Точно, пацана карманника, — усмехнулся Саммерс, делая ход, — С Эльфего Бакой в рядах преступников значительно поубавилось. — А ты, Берт, ведь тоже преступник, — говорит Роджерс, — Черт, — шипит он, когда на кубиках не выпадает ни одного очка, — Работаешь на Уэя? — Работал. Теперь я охочусь за его наглой задницей. Знали бы вы, сколько дерьма мне пришлось от него вытерпеть. — Ты принял верное решение, Берт, — Рик улыбается, отпивая виски из своей фляжки, — Такие как Уэй, какими бы везучими они ни были, в конце концов умирают. Либо от пули, либо в петле на главной площади, — он снова делает глоток, как вдруг его глаза расширяются, а фляжка выпадает из рук, из-за чего янтарная жидкость разливается по песку. — Рик! — Рик! Эрл и Джеймс подскакивают со своих мест, испуганно глядя на товарища. Роджерс хватается руками за горло и издает странные хрипы, открывая и закрывая рот, словно рыба на суше. Его лицо краснеет и он заваливается на песок. — Он захлебнулся, — говорит МакКрэкен. — Наверно, нужно сделать искусственное дыхание, — неуверенно произносит Джеймс, — Он же сейчас умрет! — Я сделаю! — Эрл подбегает к задыхающемуся Роджерсу, опускаясь рядом с ним на колени. Ричард еще больше раскраснелся, неразборчиво кряхтя и протестующе размахивая руками перед лицом Брауна. На его лбу выступила толстая вена, — Дьявол, да не дергайся ты! Эрл схватил его за челюсть, размыкая губы и не давая отвернуть голову. Второй рукой он затыкает Рику нос и начинает опускаться. Роджерс в ужасе смотрит на то, как над ним нависает упитанное лицо Брауна, местами покрытое бородавками. Как только он ощущает теплую волну чужого дыхания на своем лице, его чуть ли не тошнит и он, что есть силы пинает Эрла в живот. Тот сразу ослабляет хватку и заваливается набок. Ричард встает на четвереньки и сплевывает чуть не убивший его виски на землю, после чего пытается отдышаться. — Твою мать, Эрл, в следующий раз уж лучше дай мне сдохнуть, если решишь залезть ко мне в рот! Браун ничего не ответил, продолжая валяться в песке. Рик встал, подбирая с земли свою флягу. Обнаружив, что та пуста, он с досадным рычанием выбросил ее в неизвестном направлении. — Уже поздно, — пробормотал Роджерс, — Давайте спать.       Ночью Берту впервые за долгое время приснился кошмар. Это была его бабушка, стоящая босыми ногами на раскаленной земле посреди одинокой пустыни. Ее взгляд был устремлен в пустоту. Солнце на горизонте заливало желтые пески кроваво-красным светом, а в воздухе рябило от жары. В небе кружили изголодавшиеся стервятники. С каждым мгновением они опускались все ниже и ниже, пока в один момент громко не закричали, нападая на неподвижно стоящую пожилую женщину. Они мгновенно выклевали ей глаза, вырвали язык и принялись отрывать от нее крупные куски плоти. Песок, пропитавшись кровью, окрасился в темно-красный оттенок. На момент, когда птицы разлетелись, от бабули остался один скелет, местами покрытый мясом. Она вытянула одну руку вперед, издавая жуткий хрип, после чего ее тело начало медленно затягивать в песок. На момент, когда на поверхности земли был лишь только ее череп, она издала оглушительный крик, что эхом прокатился по всей местности. МакКрэкен проснулся в холодном поту, чуть подскакивая на месте. Он заметил, что было раннее утро, и остальные мужчины уже собирали своих лошадей. Эрл покосился на него, пока закреплял свои вещи в седле, но Берт только махнул рукой, поднимаясь. Где-то к полудню компания добралась до небольшого бара, стоящего посреди пустынной дороги. — Здравствуйте, я Розмари и сегодня я буду вас обслуживать. Желаете чего-нибудь выпить? Стоило им присесть за один из столов, как к ним тут же подбежала симпатичная блондинка в алом платье и широкой обольстительной улыбкой на таких же алых губах. Все четверо переглянулись, даря друг другу хитрые ухмылки, после чего заказали четыре большие кружки пива. — Мне знакомы эти места. Мы в паре миль от Карлсбада, — проговорил Рик, изучая потертое меню заведения. — Думаешь, Уэй направляется туда? — Джеймс обратился к Берту, складывая руки на столе. Тот пожал плечами. — Вполне возможно, — ответил МакКрэкен, — Это было бы разумно с его стороны. Он потерял свой экипаж из-за краснокожих, сейчас ему как никогда выгодно оказаться в городе. Даже необходимо. А Карлсбад находится ближе всего с северной стороны. Так что я на 99% уверен, что Уэй направляется туда. — Неплохо было бы выяснить, кто кого опережает, — Рик отложил меню в сторону, почесывая щетинистый подбородок, — Возможно, этот прохвост уже в Карлсбаде. Возможно, он даже успел побывать в этом заведении и развлечься с парочкой официанток. — А это мы можем выяснить, — произнес Берт, прищурившись. Спустя пару минут все та же улыбчивая официантка принесла к их столику пиво. Когда она уже было хотела удалиться, МакКрэкен остановил ее, мягко схватив за запястье. — Могу я помочь чем-то еще? — поинтересовалась она, а в глазах ее заиграли бесята. — О, да. Ты можешь помочь, — протянул Берт. Он призвал женщину опуститься чуть ниже, чтобы его слова не услышали посторонние посетители, — Ответь мне пожалуйста, предоставляешь ли ты еще какие-либо услуги… Иного рода? Глаза официантки загорелись. Ее голос зазвучал еще более обольстительно, когда она ответила: — За определенную плату… Все, что угодно. МакКрэкен закусил губу и достал из своей куртки две 100 долларовые купюры. Розмари улыбнулась и закивала, беря Берта за руку и уводя на второй этаж. На втором этаже располагалась лишь одна небольшая комнатка со старой скрипучей кроватью. Как только дверь за ними закрылась, Розмари тут же накинулась на Берта, засовывая свой язык к нему в рот. МакКрэкен мягко оттолкнул ее, усаживая на кровать. Женщина развратно ухмыльнулась, раздвигая ноги и чуть приподнимая подол платья. — Сперва я хотел кое-что у тебя спросить, без посторонних глаз, — произнес парень, доставая свернутый пополам листочек из кармана, — Видела его? Официантка выхватила бумагу, всматриваясь в портрет под надписью «разыскивается», после чего покачала головой, возвращая объявление обратно. — Нет, — ответила она, — Такого красавчика я бы запомнила. Берт фыркнул, закатив глаза. — Ты уверена, что его не было в вашем баре? Может, его обслуживал кто-то другой? — Уверена, — она снова покачала головой, — У нас небольшой персонал и не так уж много посетителей. Я замечаю всех, кто входит в нашу дверь. Этого парня тут не было, — затем на ее лицо вернулась озорная ухмылка и она забралась на постель с ногами, оставив свои черные туфли на полу, — Я ответила на все твои вопросы? Может, мы приступим к делу? Розмари потянула Берта за ремень на штанах, но тот быстро извернулся, снова протягивая ей листок. — Тогда я хочу попросить тебя об услуге, — начал он, — Оставь это себе и покажи остальному персоналу. Показывай это всем вашим клиентам. Если этот парень сюда заявится, нельзя допустить, чтобы он вышел отсюда живым. Понимаешь? — женщина закивала, глядя в глаза МакКрэкена, — Как только поймаете его, устройте перестрелку. Я и мои друзья сразу же вернемся сюда. Берт развернулся, направляясь к выходу. — Деньги оставь себе. Считай это плата за твое содействие, — сказал он напоследок, после чего вышел за дверь.       В тот же вечер МакКрэкен и услышал беспорядочные выстрелы, доносящиеся из бара. Розмари сказала, что Уэй объявился в компании молодой девушки, а когда они попытались взять его, то тому удалось скрыться. Она указала в какую сторону он уехал и на этом ее миссия была окончена.

***

Уэй нашелся под небольшим деревом, не так уж далеко от бара. Берт готов был выпрыгнуть из собственных штанов от радости. Теперь 23 тысячи долларов можно считать у него и его новых приятелей в кармане. — Ну привет, шеф. Есть разговор, — Берт довольно ухмылялся, замечая, что застал Джерарда врасплох. Рик, Джеймс и Эрл с такими же ухмылками начали медленно окружать Уэя, чтобы тому больше некуда было бежать. Джер наблюдал за ними с недопониманием и легкой нервозностью. Он по прежнему молчал, хотя вопросов к МакКрэкену возникла целая уйма. Кто эти люди? Чего они хотят? Какого черта Берт выглядит так, будто готов в любой момент вгрызться ему в глотку? — Это твоя девчонка? — усмехнулся Рик, обходя лошадь Уэя по кругу, взглядом указывая на мертвую девушку под деревом, — А она ничего. Была. Эрл и Джеймс поддержали его смех гиены. Джерард нахмурился. — Какого Дьявола здесь происходит, Берт? — спросил он недовольно. — Да вот какого! На-ка почитай, — воскликнул Роджерс, бросая ему в руки объявление о розыске. Джи развернул потрепанную бумагу и глаза его расширились в удивлении. Он посмотрел на ухмыляющееся лицо МакКрэкена, осознав в какую компанию тот ввязался. Его тут же наполнила ярость, брови свелись к переносице, а ноздри раздувались при каждом вдохе. — Ты… — прошипел Уэй, стараясь не взорваться, — Ты променял меня на охотников за головами?! Решил заделаться законным святошей?! Совсем из ума выжал?! Пока он выпускал негатив в сторону МакКрэкена, Эрл и Джеймс спустились со своих коней и схватили поводья лошади, на которой сидел Джерард. — Эй, не трогайте! — воскликнул он, заметив что происходит, — Уберите свои грязные ручонки от моей кобылы, пока я не оторвал их и не засунул вам в зад! Хотя уверен, что они и без того часто там бывают. Рик спрыгнул со своего жеребца и в мгновение ока оказался рядом с Уэем. Он резко дернул его вниз, отчего тот свалился с лошади. Джерард закашлялся, когда Роджерс пнул землю возле его лица, поднимая клубы пыли. — Ты не в том положении, чтобы разбрасываться угрозами, — процедил Ричард, пиная Уэя в руку, когда тот попытался подняться. Джерард снова уткнулся носом в землю. Роджерс достал свой револьвер, прижимая его к голове парня и снимая с предохранителя. — Стой, Рик, у меня есть идея получше, — крикнул Берт, достав из вещей Эрла плотную веревку, — Мы ведь не хотим, чтобы его мозги разлетелись по земле. Если мы повредим ему лицо, его будет трудно опознать. Нас могут принять за мошенников. На кону слишком большие бабки, чтобы так рисковать. Улыбка Роджерса больше походила на дикий оскал, когда он заметил петлю в руках Берта. — Пожалуй, ты прав, — он поспешил убрать револьвер, позволяя Уэю поднять голову. — У тебя окончательно крыша поехала, МакКрэкен, — шипел Джер, пока Джеймс держал его за волосы, а Берт затягивал на шее петлю, — Девять гребаных лет работы вместе, и чем ты мне отплатил? Да без меня ты бы загнулся на городских улицах еще в пятнадцать! Рик заехал по его ребрам кулаком, чтобы прекратить эту болтовню. Джерард резко вдохнул, начиная кашлять. Тут Роджерс заметил кольт на поясе Уэя. Он поспешил его обезоружить, вытаскивая пистолет. Тот оказался не заряжен, однако была одна деталь, что привлекла внимание Рика. — Пати Пойсон? Серьезно? — Роджерс начал смеяться, — Ты подписал пистолет как Пати Пойсон? Ничего тупее в жизни не видел. — Заткнись, я был ребенком, — огрызнулся Джерард, порываясь в сторону Рика, чтобы отнять кольт, но веревка врезается ему в шею, не давая сдвинуться с места, поскольку МакКрэкен крепко держит второй конец. Джерард почувствовал себя какой-то дворовой псиной. Отвратительно. — Нет, заткнешься тут сейчас ты, — протянул Ричард, наблюдая за тем, как Берт с Эрлом перекидывают веревку через толстую ветку на дереве, — Увы, отныне и навечно. Поднимайте, парни. Уэй почувствовал, как петля на его шее натянулась и вскоре его начало отрывать от земли. Воздуха стало катастрофически не хватать, и он обеими руками вцепился в веревку у себя на шее, пытаясь обеспечить доступ к кислороду. Он видел, как все больше возвышается над ухмыляющимся Риком. Его ноги нелепо болтались в воздухе, стараясь найти опору. Внизу слышался противный смех и возгласы «Мы будем богаты!», что невероятно сильно выводило Уэя из себя. «Ну уж нет, грязные шакалы. За меня вы не получите ни цента» — подумал Джи. В следующую секунду он отцепил одну руку от веревки, заводя ее под свой плащ. Ухмыльнувшись про себя, Джерард достал перепачканное в засохшей крови мачете и перерезал веревку. Он приземлился точно на ноги, застав своих врагов врасплох. Они абсолютно точно не ожидали подобного исхода. Глаза Уэя горели адским пламенем от злости. — Твою мать, откуда у него эта хреновина?! — только и успел воскликнуть Эрл, прежде чем Джерард перерезал ему горло. Воспользовавшись временным замешательством остальных, он вытащил револьвер из кобуры Брауна и поспешил к лошадям. Джи забрался на коня Рика и дал деру. В этот момент Роджерс схватил оторопевшего Берта за грудки, брызгая слюной тому в лицо. — Какого, блять, Дьявола ты не проверил его на наличие оружия?! Идиот! — проорал он, отталкивая МакКрэкена и залезая на коня Эрла. Берт поспешил оседлать свою кобылу и двинуться вслед за ним. Только Джеймс остался стоять на своем месте. — О, Эрл, — всхлипнул он, падая на колени возле убитого друга.       Джерард знал, что за ним погоня. Рик нещадно всаживал в него весь магазин патронов. Один раз пуля задела его руку, образуя глубокую и жгучую царапину. Уэй зашипел, чувствуя как кровь пропитывает рукав его рубашки. Он обернулся, пытаясь попасть в Роджерса из приобретенной пушки, но расстояние между ними было недостаточно близким. Джер решил рискнуть и чуть сбавил скорость, чтобы сократить расстояние хотя бы до 30 метров. В его пистолете осталось лишь два патрона, промахиваться было непозволительно. Как только Рик, по мнению Уэя, находился достаточно близко, он обернулся, прицеливаясь. Раздалось два последовательных выстрела, после чего жеребец Роджерса падает. Джерард попал одной пулей Рику в плечо, а вторая угодила точно в голову его коня. Теперь Уэя преследовал только Берт. — Рик, я поймаю его, даю слово! — кричит МакКрэкен, проезжая мимо сидящего на земле товарища. — УБЛЮДКИ! — Роджерс орал, срывая глотку. Его 23 тысячи долларов буквально ушли у него из-под носа, и это подкосило психическое состояние мужчины. Джерард гнал коня, что есть мочи. Из оружия у него осталось только проклятое мачете и он не хотел проверять, имеется ли у Берта нечто огнестрельное. Уэй обернулся назад, проверяя, не нагоняет ли его МакКрэкен, а когда снова вернул взгляд вперед, его глаза расширились и он дал по тормозам так сильно, что его конь навернулся и рухнул на землю. Причиной внезапной остановки стала целая грязевая река, что растянулась на пути. Залезать в это месиво будет самоубийством, оно незамедлительно затянет на самое дно, откуда никак не выбраться. Джерард начал осматриваться по сторонам, ища объезд. Не так далеко послышались громкие выстрелы, что означало — Берт его догоняет. Нервно вдохнув, Джи поставил своего скакуна на ноги, снова забираясь на него и медленно направляя точно в зыбучие пески, не видя иного выхода, кроме как идти на риск. Копыта животного тут же увязли и не пройдя и пяти метров, конь застрял. Его лапы погрузились в размытый песок выше колена и продолжали стремительно тонуть дальше. Когда уровень грязи находился на половине туловища жеребца, Джерард начал медленно продвигаться вперед, заползая животному на шею, отчего конь жалобно заржал, опуская морду в утягивающую землю. В тот момент Уэю действительно стало страшно, ему нужно было проползти еще метров десять до другого берега. Берт в этот момент уже показался на горизонте. — Блять, — выдохнул Джер, начиная медленно ползти на животе. Его одежда вся перепачкалась в песочной грязи, грязь комками липла к его телу. Берт добрался до зыбучих песков, когда Уэй пересек больше половины пути. Липкая грязь постоянно лезла ему в лицо и иногда попадала в рот. Теперь, вместо дворовой псины, Джерард чувствовал себя фермерской свиньей. МакКрэкен, завидев, что Джи почти перебрался на другую сторону, потеряв рассудок, спрыгнул со своей кобылы и буквально нырнул в вязкую пучину. В одной руке он держал револьвер, стараясь нацелить его на Уэя, но стоило ему один раз опереться на эту руку, как пистолет безвозвратно увяз в грязи. Пока Берт предпринимал бесполезные попытки его достать, он и сам успел прилично увязнуть в этом месиве. Плюнув на пушку, он двинулся дальше за Уэем, который уже дотянулся руками до нормальной твердой почвы. Джерард приложил все свои усилия, пыхтя и подтягиваясь на руках, вытаскивая из проклятого болота свои ноги. Ему удалось вытянуть правую, а левая все еще находилась в грязи почти по колено. Берт преодолел половину дистанции. Одержимый желанием поймать и убить Уэя, он двигался быстро и небрежно, отчего уже половина его туловища увязла в грязи, его ног не было видно на поверхности. Джерарду наконец удалось вытянуть свою левую ногу, однако он потерял свой сапог. Уэй в изнеможении рухнул на землю, благодаря всех богов, что он смог выбраться. Услышав булькающие звуки, Джер поднял голову, глядя на то, как МакКрэкен все еще барахтается в этом болоте. До берега ему оставалась пара метров, но он увяз настолько, что больше не мог передвигаться. Все его тело до ключиц находилось под землей. На поверхности были лишь голова и правая рука, которой он беспорядочно шлепал по грязи. На лице Берта читалась мольба и паника. — Джерард! — воскликнул он, — Джерард, помоги мне! Спаси меня! Джерард наблюдал за тем, как и вторая рука МакКрэкена погружается в землю. — Спасай себя сам, — тихо ответил он, поднимаясь на ноги. Берт испытал такой ужас, какого не испытывал ни разу за всю свою жизнь. Из его глаз полились слезы, когда он увидел отдаляющийся силуэт Уэя. Берт МакКрэкен скончался, утонув в зыбучих песках и вскоре задохнувшись из-за комков липкой грязи, что забили его дыхательные пути. Прежде, чем его лицо ушло под землю, он издал самый отчаянный и напуганный крик, от которого любого пробрала бы дрожь.

***

Спустя два дня пешего хода, Джерард добрался до Карлсбада. За это время он почти не ел и не спал. Он только шел вперед, на север, видя перед собой лишь однотонные пески пустыни. Уэй думал, что сойдет с ума или умрет прямо на дороге. Что физически, что морально он чувствовал себя отвратительно, но как только блеклая вывеска «Добро пожаловать» показалась на горизонте, он почувствовал благоговейное облегчение, будто с плеч свалилась груда камней. Недолго постояв перед вывеской, убеждаясь, что это не галлюцинация от теплового удара, Джерард направляется в город.