Дуэль

      Этим вечером в округе Сокорро было непривычно шумно. На улицах обычно тихого и неприметного городка стекались толпы людей, весело распивающих спиртные напитки, громко смеющихся и в предвкушении обсуждающих предстоящее представление. Сегодня на главной площади выступает всеми известный иллюзионист, прибывший с юга, чье имя большими буквами было выведено на каждой афише в городе. Славился он своей магией исчезновения; кладя предмет в черный ящик он заставлял его испаряться, после чего, таким же образом возвращал обратно. Еще он любил демонстрировать фокус с оживлением мертвых птиц, отчего люди часто называли его некромантом. Майки не был большим любителем таких зрелищных шоу. В детстве у него никогда не было возможности их посещать, поэтому в будущем он начал испытывать к подобного рода развлечениям неприязнь. Однако сегодня, после тяжелого рабочего дня, он все же решил немного расслабиться и поглядеть, что этот фокусник из себя представляет. Он занял удобное неприметное место в самом конце гудящей толпы, что нетерпеливо ожидала появления иллюзиониста на сцене. Осмотревшись вокруг, Майки заметил, что местные салуны несомненно решили воспользоваться случаем, выставив на улицу немного столов, за которыми большие компании людей могли бы распивать виски. Хмыкнув про себя, он устремил взгляд на сцену. Несмотря на то, что находился он довольно далеко, вид ему предоставлялся отличный. Толпа замолкла, образуя поразительную тишину, когда фокусник, наконец, вышел в свет. — Рад видеть вас, господа и дамы, на моем сегодняшнем шоу, — громко поприветствовал он, разводя руки в стороны и широко улыбаясь. Со стороны людей послышались одобрительные возгласы, — Сегодня я приготовил для вас нечто особенное! Мужчины, будьте готовы ловить своих дам, ибо от увиденного им точно вскружит голову! Что ж, не будем более терять ни минуты этого прекрасного вечера! Начнем! Первым номером был трюк с оживлением синицы. Мужчина достал мертвую птицу из своей шляпы и продемонстрировал людям, что та действительно была мертва. Потом он передал птичку в руки маленькой девочки, стоящей в первом ряду, и попросил ее подышать над ней. Уже буквально через пару секунд синица встрепенулась, а потом и вовсе взмыла в воздух под удивленные ахи толпы и улетела. Зрители взорвались аплодисментами, в то время как Майки задумчиво смотрел вслед улетевшей птице. Для следующего номера фокуснику потребовался доброволец, коим вызвалась молодая девушка из толпы. Он поместил ее в большой черный ящик, сказав, что на пару минут отправит ее в забвение. Закрыв крышку, он начал медленно ходить вокруг ящика, что-то нашептывая себе под нос. Когда он снова открыл ящик, по толпе прокатился смятенный гул. Девушки в нем уже не было. Когда иллюзионист сказал, что сейчас собирается вернуть ее обратно, Майки отвлекся на голоса двоих мужчин, что сидели перед ним за небольшим столиком. — Тоже мне фокус, — буркнул один из них, отпивая виски из горла стеклянной бутылки, — Долбаному Уэю удалось исчезнуть прямо у нас из-под носа, когда он был безоружен. Вот тогда был настоящий гребаный фокус, не то, что это дерьмо. — Рик, прекрати, — говорит другой, — Это было месяц назад, а ты до сих пор каждый гребаный день поминаешь этого Уэя. Пора бы уже забыть. — Извините, господа, — услышав фамилию брата, Майки решил незамедлительно вмешаться в диалог, — Вы говорите про Джерарда Уэя? Человека, за поимку которого объявлено вознаграждение в 23 тысячи долларов? Один из мужчин закатил глаза и отвернулся, делая вид, что ему очень интересно происходящее на сцене, в то время как у второго, у того самого Рика, загорелись глаза и он энергично закивал головой. — Нам с парнями удалось поймать этого ублюдка посреди пустыни. Но сукин сын сбежал, при этом порешав двоих моих ребят, практически не имея никакого оружия. Нас, блин, было четверо. Каким Дьяволом ему только это удалось?! — Он был один? — уточнил Майкос. Эта новость его немного озадачила. — Абсолютно один и без патронов, — хмыкнул Рик, еще отпивая из бутылки, — Хотя, когда мы его нашли с ним была какая-то девчонка. Мертвая правда. Понятия не имею кем она ему приходилась, да мне и насрать. Сдохла и сдохла, — он сплюнул себе под ноги, недовольно хмурясь. Майки задумался. Та новость в газете месяц назад, вознаграждение в 23 тысячи долларов, теперь эта история отчаявшегося охотника за головами. С его братом точно что-то случилось и это отнюдь не радостные события. — Вы, случаем, не знаете куда примерно он направлялся? — В Карлсбад, — выплюнул мужчина, скрипя зубами, — Если собрался его поймать, то флаг тебе в руки. В одиночку ты точно труп. Майки кивнул, поблагодарив за информацию, после чего поспешил покинуть площадь. Его больше не интересовал профессиональный иллюзионист на сцене, теперь у Майки появилась новая цель. Найти своего брата.

***

— Один билет до Санта-Фе. Фрэнк находился на старом вокзале на окраине Карлсбада. Боб говорил ему поймать товарный поезд, однако Фрэнк решил, что будет куда удобнее ехать на пассажирском. К тому же, деньги у него есть. Получив свой билет и поблагодарив билетера, он вышел на пустующий перрон, где следовало ожидать его рейс. Помимо Айеро, на соседней скамейке сидели еще двое людей с чемоданами; молодая пара, явно недавно обручившаяся, судя по тому, как часто девушка смотрела на золотое кольцо у себя на руке, холя и лелея. По другую сторону, возле поломанной скамьи, дремал дед с длинной седой бородой. По его внешнему виду, грязной и рваной одежде, Фрэнк предположил, что тот был бомжем, живущим на этом вокзале. Вздохнув, он опустил взгляд на билет в своих руках, начиная теребить его края. Ему все еще не верилось, что он собирается покинуть эту страну, где прожил всю свою жизнь. Вскоре его поезд приехал, громко стуча колесами и останавливаясь с противным скрипом. Фрэнк удивился, когда дедок, сопевший в свою бороду справа от него, проснувшись, резко поднялся с места и влетел в открытую дверь вагона. Однако, мгновением спустя, его тут же вышвырнули спохватившиеся проводники. — Ну и пошли вы на хрен! — проворчал старик, потирая ушибленную поясницу. Фрэнк, тряхнув головой, поднялся со своего места и не спеша направился к вагонам. Забравшись внутрь, он остался стоять возле открытой двери, размышляя, стоит ли ему выскочить, пока еще не поздно. Решив, что деньги уже потрачены, он было собрался пройти вглубь салона, чтобы найти свое место, как услышал крик вдалеке. — Фрэнк! Подожди! Стой, мать твою! Айеро не мог поверить своим ушам. Он сразу же развернулся, высовываясь из дверного проема и резко выдохнул от удивления. Чертов Уэй бежал за ним с дальнего конца перрона; его лицо чуть покраснело от быстрого бега, а волосы растрепались. Фрэнк уже хотел было выйти ему навстречу, чтобы узнать какого черта Джерард тут делает и как он его нашел, как вагон резко тряхнуло, от чего парень чуть не упал, хватаясь за перила. Он с ужасом осознал, что его поезд отправляется, а между ним и Уэем еще оставалось приличное расстояние. — Джерард, быстрее! — выкрикнул он, стоило железной махине начать набирать скорость. — Блять, — выругался Уэй, стараясь бежать изо всех сил. Фрэнк нервно оглядывался по сторонам в поисках проводников, так некстати пропавших куда-то. Не придумав ни одной идеи как остановить поезд, он просто наполовину высунулся наружу, крепко держась за перила, чтобы не упасть, и протягивая Уэю руку. Джерард поразительно быстро нагонял поезд, и вот уже их с Фрэнком разделяло расстояние всего в пару метров. Он так же, как и Айеро, вытянул руку вперед, стараясь ухватиться за парня. — Ну же! — нервно восклицает Фрэнк, когда их пальцы почти соприкасаются. Джерарду хочется как-то язвительно ответить, но он и дышит то с трудом. С горем пополам, ему все же это удается; он хватает руку Фрэнка, чуть подтягиваясь на ней. Айеро тянет его на себя до тех пор, пока Уэй не хватается второй рукой за перила, после чего оказывается внутри вагона. Они оба тяжело дышат, какое-то время смотря друг на друга, так и не отпустив руки. В конце-концов Джерард разрывает контакт, упираясь руками в колени и чуть нагибаясь, стараясь отдышаться. В этот момент в голову Фрэнка возвращаются все вопросы, которые он тут же спешит озвучить. — Черт возьми, Джерард, что ты здесь делаешь? Как ты узнал, где я? Где ты вообще пропадал целую неделю? Я успел подумать, что ты умер за неимением денег. — Заткнись к ебеням со своими вопросами, — говорит Уэй, выпрямляясь. Потом на его лице расплывается самодовольная улыбка, — Я бы никогда не умер из-за такой мелочи, как пустой кошелек. Ты явно меня недооцениваешь. Я вырос в нищете, детка, и это точно не те условия, что могли бы меня убить. Фрэнк скривился. — Просто ответь, как ты меня нашел? И главное, зачем? Джерард задумался, уперев в щеку язык и глядя на парня. Потом он негромко цокнул, наклонившись чуть ближе и тихо заговорил: — Как насчет того, чтобы пойти в вагон-ресторан и обсудить все волнующие тебя вопросы там?       Они заняли столик у левого окна, первый от входа. Вагон-ресторан выглядел просто отлично; на полу расстилался широкий ковер, на окнах висели красные узорчатые шторы, аккуратно подвязанные с обеих сторон, на каждом столе постелена чистая скатерть, поверх которой разложены столовые приборы, а со стороны окон стояли небольшие лампы, стены были обделаны дорогими золотыми узорами, что придавало вагону еще больше роскоши. Пообедать здесь было дорогостоящим удовольствием. Джерард взял в руки меню, начиная изучать его, в то время как Фрэнк сидел напротив и терпеливо ждал, пока его удостоят объяснениями. Сложив руки на столе, парень наблюдал за тем, как Уэй перелистывает страницу за страницей, изредка останавливаясь на каком-то из блюд. Джерард бросает на него взгляд из-за толстой корки, чуть приподнимая брови. — Ты будешь что-нибудь заказывать? — спрашивает он. — Нет, — отвечает Фрэнк, — У меня нет столько денег, чтобы оплачивать здешнюю еду. — Брось, — фыркает Уэй, — Я угощаю. — Вам что-то подсказать? — раздается у них над головами. Одновременно повернувшись, парни замечают подошедшего к их столику официанта, одетого в идеально выглаженный черно-белый костюм с бабочкой. Он разговаривал с небольшим акцентом, а на его бейджике было написано «Урош», что казалось Джерарду весьма странным именем. Этот человек явно был иностранцем. — Можно нам пару рогаликов с шоколадной начинкой и посыпанных сверху сахарной пудрой? — говорит Джер, тыкая пальцем в меню, — О, и бутылку виски. Официант начинает записывать заказ в свой блокнот, но на последней фразе Уэя замирает и поднимает на него взгляд. — Прошу меня извинить, сэр, но у нас запрещена продажа спиртных напитков. — Да я просто шучу, — отмахивается Джерард, — Пара чашек крепкого кофе вполне подойдет. Приняв заказ, официант удаляется, уверяя, что их еда будет готова через пару минут. Джи откладывает меню в сторону, свободно разваливаясь в удобном кресле и закидывая ногу на ногу. Заметив на себе пристальный взгляд парня напротив, он приподнял бровь. — Что? — Ничего, — сразу отвечает Фрэнк, — Ты обещал рассказать где ты был и как нашел меня. — Ну… — Уэй откашливается, садясь ровно, — Это долгая история. Вряд ли тебе будет интересно слушать о том, как я целую неделю ошивался с бомжами, обучая их грабежу и мошенничеству, чтобы они достали мне немного денег. Признаюсь честно, эти старые маразматики совершенно не обучаемые. Едва ли они отличаются от обезьян, хотя и те умнее будут. В общем, проведя в их обществе шесть дней, я готов был повеситься на ближайшем старом дубе, поэтому решил вернуться к тебе и Брайару в больницу. Но, очевидно, я опоздал, поскольку, ни тебя ни Боба там уже не было. В смятении я поспрашивал у своих новых знакомых, не видели ли они вас где-то на улицах. Знаешь, бездомные — это отличное сарафанное радио. Мне сразу же доложили, что видели тебя возле вокзала. Дальше ты знаешь, — он ненадолго замолчал, опираясь о стол, — А теперь я бы хотел задать пару вопросов тебе. Для начала, где Брайар? Фрэнк резко выдохнул, понимая, что Джерард не знает. Он был в больнице, но по всей видимости, не поинтересовался у медсестер куда подевался блондин. Уэй смотрел на него пристальным взглядом, терпеливо дожидаясь ответа. — Джерард, — парень немного замялся, жуя губы и начиная нервно теребить пальцами край скатерти, — Понимаешь, Боб он… Он мертв. — Мертв? — брови Уэя взлетели вверх. Фрэнк коротко кивнул в ответ. — Он не справился с гриппом. В этот момент официант принес их еду на серебряном подносе, который был настолько чистым, что в нем можно было увидеть свое отражение. Джерард безмолвно смотрел в одну точку, пока молодой мужчина расставлял перед ними тарелки. Закончив и пожелав парням приятного аппетита, официант ретировался к другому столику. Уэй моргнул пару раз и взял со стола вилку. — Стало быть, остались только мы вдвоем, — вздохнул он, отрезая от своего рогалика приличный кусок. Запустив его в рот, Джерард поморщился, — Боже, ну и дерьмо, — вынес он вердикт, — Черствый как камень. И шоколада явно не доложили. Фрэнк опустил взгляд на свою тарелку. Он заметил, что его рогалик сильно отличался от Уэя. Для начала, он был значительно меньше того, что лежал в тарелке у Джерарда и он не был полит сверху шоколадным сиропом. Сахарная пудра также отсутствовала. Фрэнк нахмурился, беря булочное изделие в руки и слегка надкусывая. — У моего сырная начинка, — говорит он. — Как сырная? — возмущается Уэй, взмахивая рукой, в которой держал вилку, отчего небольшой кусок рогалика улетает точно в окно, пачкая некогда идеально чистое стекло сладким сиропом, — Я же просил шоколадную! Несмотря на то, как Джерард ругал несчастную булку всеми возможными словами с каждым новым съеденным куском, в конечном итоге на его тарелке не осталось ни единой крошки. Выпив залпом свой остывший кофе, он облокотился на мягкую спинку кресла, скрещивая пальцы на животе и прикрывая глаза. Фрэнк к своей еде так и не притронулся. — Джерард, — вдруг заговорил он, когда Уэй, очевидно, успел задремать, — Зачем я тебе? Джерард лениво приоткрыл один глаз, глядя на Айеро. — Что за глупые вопросы? Ты что же, решил сдаться только из-за того, что вся моя команда передохла? — Разве твой план по поискам золота еще в силе? — Он будет в силе, даже если наступит библейский апокалипсис. Я всегда добиваюсь того, чего хочу. Фрэнк закатил глаза, отпивая из своей кружки. — К тому же, — продолжил Уэй, — Разве твоему отцу не нужны деньги на лечение? Чем он болен, кстати? Айеро подавился кофе. Он отставил чашку, пролив пару капель на белую скатерть, начиная стучать по своей груди, в попытке откашляться. Джерард наблюдал за ним с недоумением. — Я спросил что-то лишнее? — Нет, — говорит Фрэнк сдавленным голосом, — У него бронхит. И да, думаю, мне все еще нужны деньги. — Ты бы ему хоть открытку отправил, — хмыкнул Уэй, — А то пропал на целый месяц. Смотри, как бы папаша твой уже не скопытился. Вскоре возле их столика снова объявился официант, любезно кладя перед ними счет. Он добродушно улыбается, пока Джерард скептически смотрит на внушительную общую стоимость, выведенную крупными цифрами внизу листа. Поняв, что официант никуда не собирается уходить, Уэй обращает на него свой взгляд, после чего абсолютно серьезно произносит: — У меня нет денег. Дружелюбная улыбка в мгновение ока покидает лицо мужчины, а глаза Фрэнка в ужасе увеличиваются. — Как это у тебя нет денег? — шипит парень, — Ты же сам меня сюда притащил. Еще и сказал, что угощаешь. — Сказал, — подтверждает Джерард, — Но это не значит, что я собирался платить за еду. — Я вас правильно понял, вы отказываетесь оплачивать счет? — уточняет официант, а в его голосе уже слышны нотки агрессии. — Я же только что сказал, — раздраженно говорит Уэй, — Даже дважды. Но если до вас все еще не дошло, то я повторюсь в третий раз: мне нечем оплатить этот счет. Лицо официанта багровеет и искажается в гримасе злости и неприязни. От доброжелательного парня, что обслуживал их в самом начале не осталось и следа. Он яростно срывает бабочку со своей шеи, с силой бросая ее на пол, а после закатывает рукава рубашки, сжимая руки в кулаки. — У тебя будут большие проблемы, если ты сейчас же не оплатишь нужную сумму, — говорит официант, сотрясаясь от злости. Его акцент стал более явным. — Да, и что ты мне сделаешь? — усмехается Джерард, откидываясь в кресле, — Выпишешь мне штраф? Что ж, его я тоже не оплачу. — Джерард, что ты несе… — было начал Фрэнк, хватаясь руками за голову, но тут же замолкает, когда официант вдруг срывается с места и налетает на Уэя, — Боже! Джерард рассчитывал, что мужчина сорвется и ударит его, однако он совершенно точно не мог и предположить, что этот псих, схватив его за шею, начнет проталкивать свои пальцы ему в рот. — Раз денег нет, два пальца в рот — долой обед, — громко выкрикивает официант, пытаясь удержать сопротивляющегося Уэя. Люди за соседними столами всполошились, охая и прикрывая рты. Многие из них поспешили покинуть ресторан. Фрэнк вскочил со своего места, не зная, что ему предпринять. Джерард всячески пытался выпутаться из рук слетевшего с катушек официанта, в борьбе опрокидывая со стола тарелку и пару вилок. Скатерть помялась и чуть съехала вниз. В конечном итоге Уэю удается освободиться, когда он сильно кусает мужчину за пальцы. Официант вскрикивает, хватаясь за поврежденную руку и ругаясь самыми отборными матами. Джерард откашливается, держась за горло, стараясь подавить рвотный позыв. — Гребаный больной на голову ублюдок! — шипит он, гневно глядя на мужчину, — Слушай сюда, как тебя там… — он прищурился, посмотрев на покосившийся бейджик на униформе официанта, — Урош… Что за дурацкое имя вообще, Урош? Серьезно? — Я черногорец, — так же яростно выплевывает официант, — Гребаный ты расист. — О, ты не посмел назвать меня расистом, — Джерард выставляет перед собой указательный палец, ведя им из стороны в сторону, — Думаю, теперь я имею полное, блять, право написать на тебя жалобу в черную книжку. Еда, кстати, тут просто ужасна. Что за рогалик, похожий на полу-эрегированный член ты принес? Он такой черствый, что кажется, если я ударю им тебя по голове, то он проломит твой череп. Может проверим эту теорию на практике, что думаешь? Уэй хватает недоеденный Фрэнком сырный рогалик, крепко сжимая его в руке, отчего крошки посыпались на роскошный ковер. — Это, мать твою, не просто рогалик, — официант брызжет слюной от переполняющей его злости, — Это, мать твою, черногорский рогалик, сделанный по рецепту черногорской, мать твою, кухни и он называется кифла. Мать твою. — Боже, твой акцент стал просто невыносим, — кривится Джерард, — Я не понимаю большую часть слов, что вылетает из твоего рта, — потом он щурится и переводит взгляд на несчастный рогалик в своей руке, — Напомни-ка, раз ты такой эксперт, какая начинка у этого рогалика, что я держу? — Сырная, — рычит мужчина. — А я просил с шоколадом! — многим присутствующим в ресторане могло показаться, что этот крик был слышен даже в самом последнем вагоне всего состава поезда. Следующее, что делает Джерард — замахивается и бросает так называемую кифлу в свободный полет. Она пролетает через проход между двумя столами, после чего благополучно улетает в открытое напротив окно. — Kiflice! Ne! — протяжно выкрикивает официант, наблюдая эту картину. Потом он поворачивается к Уэю. В его глазах можно увидеть, как горит Ад. — Jebem ti majku, jebeni Amerikanac, jebem svu tvoju porodicu, sranje jedno! — Я ебал твою мамашу, ебаный американец, ебал всю твою семью, ты кусок дерьма! Он продолжал не переставая выкрикивать различные ругательства на своем родном языке, которые Джерард предпочел дальше не слушать. Он схватил оторопевшего Фрэнка под руку и рванул с ним на выход из ресторана. Они неслись сломя голову, пролетая вагоны один за другим, пока окончательно не выдохлись. Уэй уперся рукой в стену, восстанавливая дыхание. — Ты… Ненормальный… — еле дыша произнес Фрэнк, едва не осев на пол. Джерард слабо посмеивается в ответ. Когда они более-менее пришли в себя, дверь, разделяющая их с другим вагоном, открылась, являя перед ними проводника. Мужчина нахмурился, оглядывая парней с ног до головы. — Предъявите-ка ваши билеты, господа, — произнес он, недоверчиво глядя на них. Фрэнк кивнул, принимаясь рыться в своих карманах. С каждой секундой его движения становились все более нервозными, потому что он никак не мог найти свой билет. Уэй ухмыльнулся, кладя руку на плечо проводника, на чьем лице явно отражалось отвращение. — У нас их нет, — спокойно ответил он за двоих. — Чт… — Айеро замер, стараясь подобрать слова, — Это неправда! Я покупал билет, клянусь, он где-то у меня в кармане! Он точно должен быть здесь. Но уже в следующую минуту они оба летят из поезда прямо на ходу. Фрэнк приземляется на Джерарда, чья посадка получилась менее удачной; он упал на спину, отбив себе копчик. — Ебаные зайцы! — кричит проводник в завершении, высунувшись из вагона и размахивая в воздухе кулаком. Фрэнк откашливается от пыли, чуть приподнимаясь на руках. Следующее, что он видит, это физиономия Уэя, что лежит под ним и смеется чуть ли не в истерике. Парень хмурится, ударяя Джерарда в грудь и пиная коленями в бока. — Какого черта, Уэй? — негодует он, — Чего ты ржешь, придурок? Мы упустили поезд по твоей вине! Я заплатил за билет большую часть своих денег и ради чего? Чтобы в итоге валяться с тобой в пыли? Где, блять, мой чертов билет?! Джерард успокаивается, глядя на парня и немного ерзая. Дальше он поднимает руку, держа в ней помятую бумагу, что некогда являлась проездным билетом. — Ты про этот? — спрашивает он с наглой улыбкой. — Какого… — Стащил его у тебя, когда только забрался в поезд. Что поделать, я мастер своего дела. — Зачем ты это сделал? — спросил Фрэнк, готовый придушить этого ублюдка в любую секунду. — Санта-Фе неплохой город… Однако нам не по пути. Он сталкивает с себя Фрэнка, от чего тот неловко заваливается набок, и поднимается на ноги. — Думаю, теперь я обязан вернуть тебе те деньги, что ты потратил на билет. Айеро тоже поднимается, отряхиваясь от пыли. — Интересно, каким образом? Я понял, что у тебя нет ни цента еще в ресторане. — Фактически, деньги у меня есть, только находятся они не в моем кармане. — В смысле? — парень хмурится, недоумевая. Джерард тяжело вздыхает, начиная тереть лицо руками. — Жирный сукин сын из трактира. Я всю неделю пытался вытрясти из него то, что по праву мое, иначе зачем мне было нужно собирать армию неотесанных бомжей? Фрэнк тоже вздыхает, осознав, что его приключения так просто не кончатся.