Altered Fairytale / Измененная Сказка

      Они встретились в конюшне, как и договаривались. Когда Реджина пришла, Эмма стояла возле своей лошади и общалась с одним из конюхов. Молодой паренек выглядел нервным, разговаривая с принцессой, но его явно забавляли ее шутки. Реджина смотрела на нее, подходя ближе.       Сильная, здоровая и красивая принцесса была одета в светло-синее пальто для верховой езды, серые брюки и высокие сапоги. Ее светлые волосы были заплетены в косу, но несколько прядей выпали, и это создавало впечатление, что коса была сделана наспех. Холодный ветер окрасил высокие скулы Эммы в легкий румянец, и сделал то же самое с кончиком ее чуть вздернутого носа. Эмма выглядела настолько чистой и здоровой, что Реджина почувствовала, будто она может испортить прекрасную принцессу своими темными делишками и яростью в душе.       - Реджина! Вот ты где! Я только что сказала Джону, что собираюсь бросить тебе вызов в гонке и победить, – радостно сказала Эмма.       Реджина подумала о болезненном лице женщины, которым оно было меньше, чем полчаса назад, и спросила себя, из-за чего же менялось настроение Эммы - из-за ее возраста или ее личности?       -Я вижу, Ваше Высочество. Ты, кажется, очень уверена в своей победе,– спокойно ответила Реджина, надевая перчатки.       - Уверена! Мало кто может поймать меня, когда я на Жуке! – усмехнулась Эмма и похлопала лошадь-паломино по боку. Желтоватый конь был не слишком ярок по внешности, он был коренастым и на удивление кое-где немного потрепанным, но он продолжал двигаться с той же уверенностью и нетерпеливостью, и Эмма решила, что это, должно быть, обращение к привередливой принцессе. Они выглядели так, словно им нужно быть дикими, подумала Реджина.       - Его зовут Жук? – спросила Реджина, поднимая бровь.       - Ха! Да, он всегда сопел возле травы и валялся в ней, когда был жеребенком. Мой отец сказал, что он выглядит как маленький жучок! – ухмыляясь, объяснила Эмма.       Реджина просто закатила глаза. Гладкий, черный конь вышел к ней, и Реджина осмотрела его одобрительно. Эмма застенчиво пробормотала:       - Я выбрала ее для тебя, но если она тебе не по душе, то дай мне знать, и я приведу другую.        Реджина улыбнулась, думая об Эмме, выбирающей для нее элегантную лошадь.       - Какая она в плане быстроты?       Эмма широко улыбнулась и заверила:       - Как молния!       Реджина подошла к величественному существу и погладила его за шею.       - Тогда она будет идеальной. Как ее зовут?       Эмма посмотрела на Реджину, гладящую лошадь, и увидела, что холеное животное сразу же сделало несколько шагов к женщине.       - Ее зовут Империя, и ты, кажется, ей понравилась!       Реджина только улыбнулась и загадочно сказала:       - Ну что сказать, я умею обращаться с женщинами. Вдруг Эмма почувствовала непреодолимую нужду подбежать к Реджине и поцеловать ее улыбку, ее идеальной формы губы, окрашенные сегодня в сливовый цвет и выглядящие так привлекательно, что Эмма даже вздрогнула.       Чтобы отгородить себя от чего-то необдуманного, Эмма залезла на Жука и поудобнее устроилась в своем седле. Реджина последовала ее примеру, и через мгновение она уже сидела на Империи, с любовью поглаживая ее иссиня-черную гриву.       Эмма очень старалась не смотреть на то, как ноги Реджины сжимали бока лошади, но из-за невероятно узких черных кожаных брюк, надетых на Реджину, это было не так-то просто. Эмма оглядела Реджину от ее гибких ног, обернутых вокруг кобылы, и до ее торса, на котором было надето ездовое пальто такого же цвета, как и ее губы. Эмма посмотрела на ее красивое лицо… которое ухмылялось.       - Снова эти бегающие глазки, Принцесса. Скажи мне… они всегда так очевидны?        Эмма побледнела.       - Я…я… ну, да, наверное. Просто я мало с этим практиковалась.       - Ах, какое вопиющее безобразие. Такая женщина, как ты, должна быть любима. Любима долго и крепко, – ответила Реджина, поднимая брови и чувственно ухмыляясь.       Эмма откашлялась и посмотрела на своего коня, делая вид, что возится с поводьями. Реджина рассмеялась над ее неловкостью, и Эмма посмотрела на нее. Потом блондинка подлетела, и ее Жук побежал с такой скоростью, что Реджине потребовалось время, чтобы образумиться и последовать за ними. Брюнетка поняла, что у Эммы с ее Жуком была особая связь, потому что конь потакал каждому ее капризу.       В целом, Эмма была хорошей и быстрой наездницей, но Реджина занималась этим с детства, и, несмотря на ее наколдованную молодую внешность, ей было уже далеко за пятьдесят. У нее был опыт, и она могла связываться с лошадьми. Они с Реджиной, как правило, понимают друг друга. Лошади, как и Реджина, очень острые существа с резкими эмоциями и необходимостью в пространстве, чтобы бегать свободно. Реджина скакала на Империи так, словно они были знакомы очень много лет и уже давно могут чувствовать друг друга. К тому времени, как они миновали небольшой ручей, Реджина поняла, что Империя победит Эмму и ее неряшливую кучу лошадиных мышц.       Она просто подъехала к Эмме, и обманутый Жук сделал быстрый поворот, сходя с грунтовой дороги. К тому времени, как Эмма и паломино уже были позади нее, Реджина плавно перевела Империю обратно на грунтовую дорогу, легко минуя Эмму и ее Жука. После этого встал вопрос о поддержании скорости, ведь пусть Эмма и была сильной, но ее жеребец утомился и нуждался в отдыхе. Ее чутье ее не обмануло, и вскоре Жук замедлился. Реджина же сохраняла постоянный темп и к тому времени, когда они были уже у ячменного поля, она едва ли могла увидеть Эмму позади себя.       Реджина улыбнулась и остановилась. Она погладила шею Империи и прошептала:       - Моя девочка. Мы показали тем хвастунам, как выиграть гонку, не так ли?       Когда Эмма с ее жеребцом доехали до них, блондинка выглядела хмурой, а у Жука больше не было сил. Пока Эмма слезала, Реджина постаралась избежать злорадства и просто сказала:       - Полагаю, нашим лошадям нужно немного отдохнуть.       Она взмахнула рукой, и на обочине грунтовой дороги появилось корыто, наполненное водой. Женщины подвели к нему своих лошадей и позволили им досыта напиться. Эмма сидела на обочине дороги, скрестив ноги, и Реджина присоединилась к ней, аккуратно подгибая под себя ноги, не желая испачкать свое пальто.       Эмма глубоко вдохнула и сказала:       - Отлично. Ты меня опередила, и это было мастерски, Леди Миллс.       - Я же просила не называть меня так. И я не слишком-то беспокоюсь по поводу моей победы. Спроси у своей матери, она докажет, что я всегда была отличной наездницей. Вообще то, я владела построенными в Запретной Крепости конюшнями. Доставлять лошадей по такому крутому склону было нелегко. Я должна была получать особую породу лошадей, завезенную из горной местности. Кони были милые и крепкие, но они были ничем по сравнению с Империей, – сказала Реджина и посмотрела на кобылу, пьющую рядом с ними.       Эмма нахмурила лоб и задумалась.       - Запретная Крепость? Я слышала о ней, но не могу вспомнить, где она и вообще, что это такое.       Реджина глубоко вдохнула.       - Запретная Крепость – это дом Малефисенты. Уверена, ты слышала о ней.       Эмма усмехнулась.       - Да, трудно пропустить кого-то, кто превращается в дракона и сжигает целые деревни, когда у него плохое настроение.       Реджина скривилась, словно эти слова причинили ей боль.       - Справедливости ради, это было не только потому, что у нее было плохое настроение. На это всегда была причина, например, ее пытались убить или украсть ее богатства. Я знаю, ведь я летала на ней в те деревни, показывая хорошие места для пожара.       Эмма прикусила язык, чтобы скрыть свое возмущение по поводу всех этих умерших сельских жителей. Ведь они, наконец, начали нормально общаться и оставили все неприятности в прошлом.       - Подожди… ты летала на ней? – спросила Эмма.       Реджина откинула голову назад и рассмеялась.       - Я же говорила, что была отличной наездницей.       Эмма громко вдохнула, она была очень впечатлена.       - Ох, это не такая большая проблема для меня. Она была моей наставницей, моим другом и моей любовницей, и эти небольшие полеты не были тем, что впечатляло меня в те годы, – спокойно сказала Реджина и смахнула с рукава пыль.       - Она была твоей любовницей? – спросила Эмма.       Реджина заметно сглотнула перед тем, как ответить:       - Она была моей любовницей и… моей возлюбленной. В своей жизни я любила только двоих человек, и она была второй.       Эмма не могла сдержать колющее чувство ревности.       - Так, почему вы все еще не вместе?       Реджина грустно улыбнулась, убрала свои руки на землю за спиной и оперлась на них.       - Иногда любви не достаточно, Принцесса. Когда два человека слишком похожи, они, как правило, ранят друг друга больше, чем помогают. Бои были… легендарными. Однажды я физически напала на нее, откидывая ее на пол с помощью магии. Она отомстила, и вскоре бой был наполнен волшебством. Наконец, она напала на меня с очень сильным заклинанием, и оно ударило меня по лицу. Заклинание было настолько сильным, что у меня остался шрам, который ни одна из нас не смогла вылечить, когда мы успокоились, – Реджина показала на шрам над своей губой.        Глубоко вдохнув, она продолжила:       - Мы сели, поговорили и решили, что нам нужно расстаться, иначе мы просто убьем друг друга. Уходить было трудно. Мы провели вместе больше 20 лет и стали настолько близки, что иногда было трудно сказать, где одна из нас заканчивалась, и где начиналась другая. Мы были хорошей командой, пока не начинали бороться… но у нас была склонность возбуждать друг в друге только самое худшее, и мы, как я уже говорила, были очень похожи. Так, я ушла в тот же день с все еще кровоточащей губой и большим рюкзаком вещей. Я плакала всю дорогу до ближайшей деревни, где я наняла карету и попросила, чтобы меня увезли куда-нибудь далеко-далеко. Так я оказалась в Свордсбене.       Эмма посмотрела на брюнетку и задумалась над тем, что ей нужно сказать.       - Так, гм, вы постоянно боролись? Я имею в виду, что сначала ведь все было лучше, верно?       Реджина тоскливо вздохнула.       - Да, да, лучше. Я была молода и хотела быть такой же, как она. Мы по уши увязли в этом. Она взяла меня в качестве ученицы, и прошла лишь неделя, когда я начала делить с ней постель и учиться на наших волшебных занятиях очень усердно. Мы почти не спали первые несколько месяцев. Все, что мы делали, так это ели, спали, занимались любовью и практиковали магию. Это было… таким пьянящим и таким легким. Она позволила мне увидеть ее темные стороны, и я нашла их отражение в себе. Через некоторое время мы обе стали жестоки по отношению к остальному миру, в конце концов… зачем он нам? Он не был нам нужен, ведь его люди только боялись и ненавидели нас. Мы были непобедимы и стояли против всего мира. Но… такие вещи не длятся долго.       Эмма заметила печаль на прекрасных чертах Реджины, и, после недолгого молчания, сменила тему:       - Ты пользовалась седлом?       Реджина повернулась к Эмме:       - Прошу прощения?       - Когда она была в образе дракона, и ты ездила на ней, ты пользовалась седлом?       Реджина смеялась, долго и искренне.       - Ты очаровательна, Принцесса. Вообще то, меня не привлекают очаровашки, но ты… ты, кажется, меня восхитила.       При этих словах Эмма почувствовала новые ощущения, словно кто-то закинул в ее грудь маленьких мотыльков, и они неистово затрепетали. Она почувствовала себя храброй и положила свою руку поверх лежащей на земле Реджининой ладони. Реджина не отстранилась, и поэтому они просто сидели в тишине, не слыша ничего, кроме прохладного весеннего ветра, дующего через поле ячменя, и мягкого шума лошадей и питьевой воды. Хотя Эмма могла поклясться, что ее сердце билось так громко, что они обе могли его услышать.