Altered Fairytale / Измененная Сказка

      Реджина почти дословно рассказала ей обо всем, о чем услышала от Королевы Дезире и Короля Роберта.       Эмма слушала, нахмурившись, и ее суп уже совсем остыл. Когда она, наконец, посмотрела на Реджину, она тихо спросила:       - Понимаю. Почему ты не хочешь рассказать обо всем моим родителям?       Реджина отодвинула суп и посмотрела вниз, пытаясь подобрать слова.       - Мне кажется, что они сделают все так, как правильно, а не так, как нужно, – заявила брюнетка четко.       Эмма серьезно ответила:       - Хорошо. Тогда как, по твоему мнению, нужно поступить? Напасть на них? Броситься туда и сжечь весь их замок? Начать войну из-за каких-то пустых слов, которые они сказали в своей опочивальне?       Реджина гневно посмотрела на нее.       - Конечно нет! Я просто хочу убедиться, что они получат то, чего заслуживают. Месть – это долгая игра, и я готова играть в нее, готова нападать и сжигать вещи нетерпеливых дураков. Я подожду, пока они сделают первый шаг, и тогда, гарантирую, они споткнутся о свои же ноги. Ты должна быть заинтересована этим, особенно если учесть, что ты – их следующая намеченная жертва, потому что, поверь мне, Принцесса, те их слова не были пустыми!       - Ох, так это только отчасти из-за меня? За что ты хочешь отомстить им? За то, что они забрали твою лавку? – спросила Эмма с нарастающим раздражением в голосе.       - Нет, глупая ты девчонка! Речь идет не о собственности. Речь идет о том, что я – одна из самых могущественных людей этого мира, и никто не посмеет изгнать меня из моего дома и моей лавки, как будто я крыса, которую нужно уничтожить, – сказала Реджина с яростью и отвращением.       Эмма скрестила руки на груди.       - Если ты так сильна и так одержима местью… почему ты все еще здесь? Почему не подстерегаешь своих врагов?       - Я подстерегаю их. Причиной того, что я делаю это в вашем доме, является то, что они хотят забрать тебя. Они придут к вам, и им удастся найти тебя, они будут сражаться, и более того, они отыщут меня после тебя, – Реджина говорила спокойно, но руки на ее коленях сжимались в кулаки.       Эмма фыркнула, выдохнула и, сжав челюсти, сказала:       - Это твой план?       - У меня еще нет полноценного плана. Я собираю и информацию и жду, когда придет время, и они делают то же самое. Вопрос в том, Принцесса, а что делаешь ты?       - Готовлюсь к бою! Учиться защищаться это лучшее, что я умею. Мои родители не пытались вырастить избалованную маленькую принцессу. Отец научил меня сражаться с мечом, мать научила стрелять из лука, и они оба учили меня не убегать от боя, – бушевала Эмма, постоянно меняя тон голоса.        Реджина перебила ее насмешки и сказала:       - Стрелять из лука? Серьезно? Я помню маленькую принцессу, которая постоянно рыдала только из-за того, что она ушибла колено!       Голос Эммы стал еще громче:       - Ну, сейчас моя мать не такая. Когда мои родители полюбили друг друга, война почти началась, и дед угрожал моей матери наказать ее самым ужасным способом за то, что она украла его сокровища, извините, я имела в виду принца! Тогда моя мать научилась стрелять из лука и сейчас она весьма искусна в этом деле. Но, как бы они не учили меня сражаться, они всегда ошибаются на одном и том же – они верят, что в каждом можно найти добро. Их невинность и сладкий нрав привели к тому, что я единственная могу здраво мыслить. Я должна быть той, кто не доверяет и не ищет скрытые мотивы, потому что их, как правило, нет!       - Что ты пытаешься мне этим сказать, Принцесса? – Реджина растягивала слова, в то время как ее ленивый, насмешливый тон опровергался огненным гневом в ее глазах.       - Я пытаюсь сказать, что я не хочу, чтобы ты меня защищала! Я не какая-то маленькая жертва и приманка для Свордсбена! Мои родители научили меня сражаться, и я почувствовала, что такое недоверие на собственной шкуре. Я могу справиться с Робертом и Дезире! Все, что мне от тебя нужно, так это то, чтобы ты научила меня пользоваться магией, чтобы я могла расправиться с ними более эффективным и менее грязным способом. Так что хватит быть такой высокомерной, просто научи меня магии, а затем, если у тебя нет других причин остаться рядом со мной… то иди и строй свои планы мести где-нибудь в другом месте, – ответила Эмма, крепко держась руками за край стола, внутри нее бушевали гнев и боль.       Это бледное, уязвленное лицо не должно было заботить Реджину. Эта женщина была для нее не больше, чем просто ученицей и средством для достижения цели. Так почему же этот обиженный щенячий взгляд причинял ее сердцу так много боли? Реджине хватило момента, чтобы проглотить горечь в горле, и извиниться:       - Ладно. Ты… Ты прости меня. Я не привыкла быть рядом с другими. Много лет я провела в компании двух своих лавочников, клиентов и случайных гостей моей постели, так что мои социальные навыки, кажется, немного проржавели. Я не хотела, чтобы ты чувствовала, будто я использую тебя в качестве приманки, и я искренне верю в то, что ты сама можешь о себе позаботиться.       Эмма не могла поверить словам, сказанным полными красными губами Реджины. Она встала и подошла к началу стола, где должны были сидеть ее родители, и сказала слугам, что они могут подавать второе блюдо.       Не глядя на Реджину, она сказала:       - Хорошо. Давай нам сейчас принесут основное блюдо, иначе оно совсем засохнет на кухне, – весь гнев и угрозы Эммы пропали, остались только одни лишь печаль и странное чувство разочарования.       - Конечно. Возможно, я должна уйти? Может быть, это было плохой идеей? Мы не знаем друг друга достаточно хорошо, поэтому недопонимание неизбежно, особенно между такими волевыми людьми, как ты и я. Наверное, нам нужно оставить наше взаимодействие в рамках учебного кабинета и обычных вежливых бесед, – сказала Реджина и начала вставать, чтобы выйти из-за стола.       Эмма подняла руку, чтобы остановить ее.       - Нет, не уходи. Не беспокойся об этой внезапной ссоре, я обещала сохранить секрет в тайне, и я сохраню. Я не расскажу родителям, что Роберт и Дезире все еще хотят заполучить меня любыми возможными способами, мне не хочется беспокоить их, пока мы не узнаем еще что-то. Если ты хочешь уйти, потому что я для тебя лишь средство для достижения цели, то пожалуйста, иди, не стесняйся. Просто я… хотела видеться с тобой чаще, в свободное от учебы время, я имею в виду.       Реджина сделала глубокий вдох и посмотрела на молодую женщину. Всем нутром она хотела бросить колкую фразочку, чтобы Эмма и вовсе отстранилась от нее, а затем уйти в свою комнату, но было в этих грустных зеленых глазах и побежденной позе что-то, что заставило Реджину остановиться. Когда она уже собиралась открыть рот, чтобы сказать, что Эмма не была просто средством для достижения цели, а она была той, кто сумел заинтересовать ее, дверь открылась. Дворецкий и четыре лакея принесли основное блюдо и напитки. Вслед за ними вошли король и королева.       - Ох, хорошие новости! Снежка, смотри, мы не пропустили основное блюдо! – громко воскликнул Прекрасный и хлопнул в ладоши, после чего подошел к дочери и поцеловал ее в щеку.       Он увидел ее фальшивую улыбку слишком поздно, и спросил:       - Здесь все хорошо?       Эмма посмотрела на Реджину. Бирюзовые глаза встретились с загадочными и темно-карими. Тихим голосом принцесса ответила:       - Это был утомительный день. Думаю, мне просто нужно выспаться. Как там гномы?       - Невозможно! – вздохнула Снежка и подошла к Эмме, чтобы тоже поцеловать ее. Когда она подошла ближе к дочери, Эмма уже успела натянуть более убедительную улыбку, и Снежка не заподозрила ничего неладного. Еще два блюда были поданы, и пока они ели, Прекрасный и Снежка рассказывали, что там произошло с гномами.       Порой Эмма и Реджина встречались тяжелыми взглядами, наполненными незаданными вопросами и невысказанными заверениями. Эмма желала быть чем-то большим, чем просто оружием Реджины в борьбе против Короля Роберта и Королевы Дезире, и Реджина чувствовала незнакомые муки в своей груди от осознания того, что она обидела и разочаровала человека, который имел для нее значение. Ни одна из них так нормально и не поела в тот вечер.

***

      На следующее утро во время урока настроение было напряженным, и на каждое слово находился аргумент или холодное молчание. Эмма казалась капризной и не сосредоточенной, и обе женщины отвлекались на то, что произошло прошлым вечером. Несмотря на это, Эмма сумела снова перенести яблоко из рук Реджины в свои, и потом даже вернуть его обратно. Они повторили это несколько раз, а потом пришло время, чтобы принцесса научилась поднимать яблоко в воздух.       Потребовалось несколько попыток, но один раз яблоко внезапно поплыло по воздуху, пошатываясь, прямо перед Эммой. Блондинка протянула ужасно дрожащие руки, чтобы помочь магии сосредоточиться на предмете. Между глазами Реджины появились морщинки при виде этого, она ненавидела такие грязные магические жесты. Она подошла к Эмме и встала рядом с блондинкой, хватая ее правую руку, и спокойно сказала:       - Используй свои мышцы, Эмма. Не позволяй магии контролировать себя, контролируй ее сама!       Почувствовав немного холодные, но мягкие руки на своих собственных, Эмма ахнула и невольно дрогнула. Яблоко с громким стуком упало на пол, и Эмма одернула свою руку от Реджины, словно прикосновение женщины обожгло ее.       Реджина вздохнула и положила руки на бедра. Это оказалось сложно, а она ненавидела сложности.       - Хорошо, Принцесса. Думаю, на сегодня достаточно. Нам нужно быть расслабленными рядом друг с другом, иначе твое учение совсем не будет иметь успеха. Почему бы нам не сделать то, что ты предложила, и не провести вместе немного времени, чтобы получше узнать друг друга? Как насчет… прогулки? Подышать свежим воздухом и размять мышцы? Ты можешь показать мне земельные угодья твоих родителей.       Когда она это сказала, Эмма впервые за день улыбнулась.       - Мои земельные угодья.       Реджина недоверчиво усмехнулась.       - Почему да… Ваше Высочество! Ваши земельные угодья звучат лучше в ваших королевских ушах?       - Гораздо лучше, – ответила Эмма с застенчивой, но нахальной улыбкой.       - Отлично. Давай вернемся в наши комнаты и переоденемся, я буду ждать тебя внизу, у конюшен. Ох, прошу прощения… У Ваших будущих конюшен, – сказала Реджина с ухмылкой и выгнула бровь. Эмма забыла все ее обиды, и на секунду она почувствовала тянущее чувство внизу живота.       Когда дверь за брюнеткой закрылась, Эмма подумала, что нужно проветрить комнату. Очевидно, что ни одна из женщин не была открытой и уязвимой, но все же… было чувство, что им обеим хочется попробовать. Это ощущение остановило Эмму, она подумала, что Реджина могла просто использовать ее, но ощущение было очень слабым, поэтому Эмма надеялась, что их прогулка развеет все сомнения.