Altered Fairytale / Измененная Сказка

      Наконец их союзники прислали подкрепление, и теперь они были готовы к атаке. Во всем замке ощущалась напряженная атмосфера, и никто не мог спокойно спать. Даже с элементом неожиданности на их стороне было ощущение страха и невысказанное беспокойство, что они идут навстречу своей смерти.       Свордсбен был их ближайшим соседним королевством, и ехать на карете до него нужно было всего несколько часов, но у них на это может уйти целый день, даже если они начнут на рассвете.       - Предлагаю пойти туда завтра утром, для ночлега разобьем лагерь на холме Гринакр-Хилл, и атакуем на рассвете следующего дня, – сказала Снежка во время прошлого военного совета.       Реджина вздохнула, прислонившись к дверному косяку. Она решила не садиться за стол рядом со всеми.       - ИЛИ мы могли бы напасть тогда, когда прибудем туда, под покровом ночи. Да, солдаты будут измучены от похода, но это будет означать, что они будут атаковать только королевскую гвардию и всех рыцарей, проживающих в замке, а не огромную армию, которую созовет Король Роберт, если заметит нас, – кратко сказала она.       - На войне так не поступают, – кисло сказал Прекрасный, глядя на Реджину. Он продолжил. – Солдаты и наша собственная королевская гвардия не сделают этого.       - Если вы прикажете, то сделают, - зашипела Реджина и Эмма уже начала беспокоиться, что может завязаться еще одна жаркая ссора.       Глубоко вдохнув, Эмма спокойно и громко сказала:       - Извините конечно, но я согласна с Реджиной. Эта идея о неожиданном нападении. Даже если нам удастся спрятать нашу армию, захваченная волшебница может почувствовать наше присутствие и расскажет об этом Роберту и Дезире.       Красная пожала плечами.       - Да, откуда мы знаем, что может произойти, как только мы подойдем к замку?       - Все больше причин атаковать вторым способом, – мрачно ответила Эмма.       - А как насчет измученных и оголодавших солдат, которых ты хочешь отправить в бой против отдохнувших рыцарей? Милая, ты уверена, что не посылаешь их на верную смерть? – спросила Снежка.       Эмма посмотрела на мать.       - Они будут там не для того, чтобы завоевать королевство или сильнейшего врага, а для того, чтобы отвлечь войска. Мы все согласились на этот бой, и неважно, отдохнем мы или нет – кровопролитие будет в любом случае.       Снежка покорно кивнула, понимая, что была слишком строга к своей дочери. Просто она испугалась из-за того, что Эмма согласилась с Реджиной, а не со своим отцом. Снежка не была уверена, насколько сильно Реджина уже повлияла на их единственного ребенка, и это беспокоило ее.       В комнате воцарилась тишина, пока Красная не откашлялась и не сказала:       - Я тут подумала, и да, я вынуждена согласиться с Эммой и Реджиной. Думаю, мы позволим мужчинам устроить привал, чтобы перекусить и немного отдохнуть, а затем атакуем. Попытаться разбить лагерь и спать всю ночь займет слишком много времени.       Реджина вдруг встретилась взглядом со Снежкой и поняла, что Королева смотрит на нее. Лицо Снежки выглядело взволнованным, и Реджина снова вздохнула, пытаясь смягчить удар. Этот замок сделал из нее такую слабачку!       - Я могла бы создать зелье, которое добавит им энергии. Если у нас будет еще и закусь, то они смогут забыть об усталости как минимум на несколько часов. Может быть, это и не свойственно тому, что происходит на войне, но я искренне верю в то, что мы должны поступить именно так.       Прекрасный медленно и неохотно кивнул.       - Ладно. Возьмем небольшой перерыв после похода, а затем атакуем. Но я не несу ответственность за нападение в темноте! Мало ли, что может пойти не так.       - Ах, но ведь на нашей стороне есть магия, – любезно ответила Красная, указывая туда, где стояла Реджина и сидела Эмма. – Уверена, они смогут противостоять негативному воздействию темноты.       Прекрасный уклончиво пожал плечами и откинулся в кресле. Тишина воцарилась снова, когда все погрузились в свои мысли и страхи.       Командир королевской гвардии подавил зевок и сказал:       - Уже поздно и я считаю, что мы разработали наш план настолько тщательно, как только могли, Ваши Величества. Может быть, сейчас закончим военный совет и попытаемся немного поспать перед завтрашним походом?       - Да, конечно, – ответила Снежка. – Все должны подготовиться к тому, что завтра нужно будет рано вставать.       Совет был закончен, и все освободили комнату. Когда Эмма проходила мимо Реджины, все еще изящно опиравшейся на косяк так, словно она позировала для картины, она позволила кистям своих рук осторожно задеть ладонь брюнетки. Не нужны были ни слова, ни взгляды, чтобы понять, что после того, как замок умолкнет, Реджина с помощью магии переместится в покои Эммы.

***

      Если последние пару дней в замке было неприятное напряжение, то на следующее утро оно достигло новых высот. Выйдя из своих покоев, Эмма, одетая в кольчугу и кожу, сжала челюсти и, нахмуренно смотрела на всех жителей замка. Даже юный лакей, который подал ей кашу и яйца, казалось, был готов к бою, хотя он даже не выйдет из замка!       Несмотря на ранний час и на то, что ей уготовил этот день, она ела с аппетитом. Она знала, что должна беспокоиться, но все равно мысль о борьбе бежала горячей кровью по венам. Реджина заметила это, когда они лежали в постели прошлой ночью.       После двух оргазмов, Эмма снова перевернула Реджину, проводя дорожку из поцелуев вверх по спине брюнетки. Она легла на нее сверху и исступленно ввела в брюнетку три пальца. Реджина надменно усмехнулась над рвением Эммы, которая только что перестала смачивать большой палец во влажных складках Реджины, а затем вставила его в задний проход Реджины, в то время как остальные четыре пальца вошли в гибкое влагалище женщины.       Реджина ахнула от этого двойного проникновения всеми пальцами Эммы, а затем промурлыкала:       - Моя Принцесса… накануне битвы в тебе появляется столько страсти, да?       - Возможно, но возможно это все ты. Может, это ты и твое невероятное тело сводят меня с ума? – Эмма задыхалась, продолжая беспощадно двигать пальцами внутри Реджины.       Реджина стонала слишком громко, поэтому ответить не могла, и Эмма была рада, что пару ночей назад женщина сделала ее покои звукоизолирующими.       Эмма задыхалась.       - Ты хочешь, чтобы я остановилась? Хочешь, чтобы я вынула палец из твоей задницы? Хочешь, чтобы я была медленнее и мягче?       Реджина рассмеялась между стонами, а затем сорвавшимся от криков голосом, ответила:       - Вообще то, я собиралась попросить тебя быть жестче.       Эмма хотела выть от того, как эта женщина заставляла ее быть счастливой и дикой, но вместо этого она любовно прорычала:       - Ты идеальная, изысканная, распутная маленькая шлюха. Я дам тебе все, о чем ты мечтала, да, черт возьми, я точно дам тебе это!       И она дала.       Доедая кашу, Эмма мысленно улыбнулась и вспомнила, как Реджина шлепнула себя по бедрам и пожаловалась на то, что ей с помощью магии нужно залечить любовные укусы и боль между ног.       Хотя, на самом деле из тона голоса Реджины было ясно, что она вовсе не жаловалась. У Эммы было ощущение, что после битвы Реджина будет просить повторить на бис, но на этот раз она будет кусать подушку и умолять быть сильнее и быстрее. Эмма знала, что не будет возражать. В конце концов, изменение позиций это, как говорится, честная игра.       Вдруг в зал зашла Красная с сыном и дочерьми.       - Доброе утро, Эмма, – хором сказали они.        - О, доброе утро, – сказала Эмма и покраснела.       - Решила взять с собой новое поколение волчьей стаи. Они останутся и будут сражаться вместе с твоими родителями, а я пойду с тобой и Реджиной. – сказала Красная и поцеловала покрасневшую щеку Эммы. Ее сын и дочери сделали то же самое, и Эмма молилась, чтобы они не заметили ее смущение.       Прекрасный, все еще одетый в кожаный камзол, зашел в зал.       - О, это прекрасная новость, – воскликнул он и приветственно обнял всех оборотней. Тепло отцовского приветствия всегда заставляло Эмму улыбаться.       Сесилия, старшая дочь Красной, похлопала Прекрасного по спине и сказала:       - Да, все здесь. Ну, кроме моего мужа, который сидит дома с нашим ребенком. Так как Хью не может обращаться в волка, и у него повреждена правая рука, мы решили, что он останется дома, а я пойду воевать.       Эмма впечатлено сказала:       - Мужчина сидит дома с ребенком, в то время как женщина идет в бой? Необычно!       - Так же, как принцесса и единственная наследница престола рискует потерять в бою свою милую шейку, – с улыбкой возразила Сесилия.       Эмма усмехнулась, а Прекрасный вздохнул и пробормотал:       - Не думай, что я не пытался остановить ее.       - Не волнуйся, дружище. Тому, кому захочется навредить вашей маленькой принцессе, придется пройти через меня, – сказала Красная и шутливо ударила Прекрасного в живот.       Снежка стояла в дверном проеме, наблюдая за тем, как люди, о которых она забоится, шутят по поводу боя, и почувствовала, как в животе начинает мутить. Вдруг нежная рука легла на ее плечо, и глубокий женский голос сказал:       - Не волнуйся. Кровь прольется сегодня, но я очень сомневаюсь, что это будет голубая кровь.       Снежка обернулась и увидела Реджину, стоящую позади нее. Брюнетка не смотрела на Королеву, она решительно глядела на Эмму. Снежка выдохнула, она не знала, что происходит у нее внутри. Может быть, это была ее бывшая-героиня-которая-теперь-оказалась-темной-волшебницей, имеющая хорошие отношения с ее дочерью? Может быть, это значило, что теперь Эмма в безопасности?

***

      Они вышли, едва взошло солнце. Королевская семья, Реджина, командир и королевская гвардия были верхом на лошадях. Оборотни обратились в волков и бежали на своих сильных ногах рядом с лошадьми, а вслед за ними пешком шли солдаты.       Поход был мучительно долгим, и Реджина должна была заглушить свой внутренний голос, указывающий, что в одиночку она справилась бы быстрее. Это, безусловно, было бы опаснее, но, по крайней мере, это было бы быстро и ей не пришлось бы ждать трех членов королевской семьи с их высоким моральным кодексом, которые постоянно будут мучиться о правильном решении даже самой маленькой проблемки.       Эмма тоже чувствовала эту медлительность. Несколько лет назад она участвовала в подавлении насилия мятежников на границах их королевства, и все бы ничего, но она всегда оставалась дома во время реальных сражений.       Она была не настолько наивна, чтобы думать, что будут одни лишь честь и доблесть, она знала, что борьба означает боль, кровь и страдание. Но также она знала, что она ненавидела беспомощно сидеть дома и ждать, пока бои ведутся другими.       По крайней мере, сегодня она может быть полезной! Даже несмотря на то, что она будет пробираться в замок с Реджиной и Красной, а не сражаться с рыцарями, она все еще будет играть жизненно важную роль с ее магией и мечом наготове.       Она могла бы извлечь пользу из ее уроков по фехтованию, она могла бы защитить, могла бы помочь, и… да… у нее, наконец, появился шанс произвести впечатление на Реджину. Она ненавидела себя за свое последнее желание. Если она не смогла произвести впечатление на женщину своей магией, то у нее может получиться сделать это с помощью владения мечом.       День проходил только с небольшими перерывами на перекус, отдых и на необходимость справить нужду. В полдень стало жарко, и Эмма, одетая в кожу, кольчугу и портупею, вспотела и с завистью посмотрела на Реджину, которая согласилась надеть кожу, но отказалась от увесистых металлов. На самом деле брюнетка выглядела очень свежо, даже несмотря на жаркий день и долгую поездку, поэтому, когда она заметила на себе уставший взгляд Эммы, она кокетливо улыбнулась и подмигнула ей. Отлично, подумала Эмма, теперь мне стало еще жарче.       Как только последний вечерний свет угас в ночной тьме, Снежка, имевшая зрение лучше, чем у ее мужа и дочери, прищурилась в свете факела, который она держала в левой руке, и сказала:       - Кажется, я вижу замок!       - О да, кажется, я тоже, – через пару секунд согласился командир.       Они проехали еще немного и вскоре заметили холм Гринакр-Хилл, единственное место, где они могли бы спрятать свою армию так, чтобы ее не было видно из замка Свордсбена. Там они расположились и вскоре были розданы оснащения. Каждый получил по пузырьку ободряющего зелья, приготовленного Реджиной, и после того, как они поели, они выпили содержимое своих флакончиков и начали готовить оружия и щиты.       После того, как все было готово и перепроверено, Эмма слезла с лошади и посмотрела на целующихся и обнимающихся родителей. Они делали это всегда перед опасными ситуациями. Эмма поморщилась и посмотрела на Реджину, которая тоже слезла с коня и теперь рассеянно гладила одного из крупных оборотней.       - Прошу прощения за моих родителей, – пробормотала блондинка.       - Не стоит. Вот если бы у меня была красивая женщина, которую я могла бы поцеловать на удачу, я бы непременно этим воспользовалась, – с ухмылкой сказала Реджина и пошла в ту часть лагеря, которая не была освещена факелами.       Эмма пошла за ней, но большой черный волк остановил ее. Он встал прямо перед ней и вопросительно заскулил. Эмма почесала его за ушком и прошептала:       - Все в порядке, Красная. Я знаю, что делаю. Скоро вернусь.       Она продолжила идти за Реджиной в темноту, пока не почувствовала, как брюнетка взяла ее за руки и притянула для поцелуя. Эмма крепко схватила ее, и они целовались до тех пор, пока у них не начал заканчиваться воздух. Тогда Реджина отстранилась и сказала:       - Ну, Принцесса, это все. Надеюсь, ты готова к нашей маленькой миссии?       - Когда ты рядом со мной, я готова на все, – прошептала Эмма и украла еще один поцелуй.