Il terzo del Salvatore (Третья из Сальваторе)

Солнце стояло в зените, и деревья-великаны отбрасывали длинные, величественные тени и затмевали почти всё вокруг себя. В машине, припаркованной на разумном расстоянии от обители Майклсонов, происходил жаркий спор. – Не глупи, – Деймон потирал двумя пальцами переносицу, пытаясь успокоиться и скрыть недовольство самим собой. Он мог предугадать, что Белла захочет вместе с ними войти в дом к Клаусу, но не предугадал, и взял её с собой. Прошедшие года изменили сестру, Сальваторе не знал, через что пришлось ей пройти в этом Форксе, но теперь в её глазах горела жажда крови, и не было ни малейшего намёка на сомнения во взгляде. – Я не хочу сидеть здесь, я могу вам пригодиться! – Слова Беллы звучали убедительно, но Деймон в своём решении был уверен, а ещё он был очень упрям. Однако, в упрямстве и Белла не отставала, и Аларику, сидящему справа от Деймона, приходилось молча смотреть на семейную ссору. Вместо споров Аларик попросил у девушки шприц, который он дал ей немного ранее, откупорил маленький пузырёк с непонятным содержимым и окунул иглу внутрь. Белла забыла о споре и выжидающе наблюдала за движениями учителя. Зальцман вынул шприц и отдал его обратно вампирше. – Клаус Майклсон, как и вся его семья, является первородным вампиром, – Заметив, что с губ девушки уже готов слететь вопрос, он поспешил пояснить. – Они были самыми первыми вампирами на Земле, даром бессмертия их наградила одна ведьма. Кроме бессмертия им досталась абсолютная неуязвимость. Деймон, довольный тем, что их пререкания с сестрой закончились в его пользу, подхватил мысль друга: – Их не берёт ничего, кроме оружия из белого дуба, особого дерева, которое в наше время уже и не сыщешь. Это, – Сальваторе показал на пузырёк, которой Аларик всё ещё бережно держал в руках. – Пепел сожженного моста, сделанного из досок последнего такого дуба. Мы используем его для борьбы с первородными. Шприцем с вербеной ты, конечно, его не убьешь, но, обезвредить на время при крайнем случае сможешь. А теперь нам пора, ты ответственная за машину. Мы скоро. Парень говорил бодрым тоном и даже, когда вылезал из транспорта, игриво потрепал сестру по волосам. Та обеспокоенно проводила взглядом брата и его напарника до входа, и вскоре они скрылись за дверью. В тишине салона раздался судорожный вдох, а кожа девушки покрылась липкими мурашками, и в общем она чувствовала себя так, будто отправила мужчин на верную смерть. Эта мысль не давала ей покоя, и она покрепче сжала спасительный шприц в руке.

***

Застать Клауса врасплох не получилось. Видимо, он уже давно знал о приближении недругов, и встретил их прямо в прихожей, сложив руки за спиной и прямо-таки излучая безобидность. Но, зная его коварство, Аларик настороженно следил за каждым движением вампира, а его сопровождающий присел немного, подобно хищнику, и прокручивал в голове план. А плана-то и не было. Вампир привык действовать необдуманно. Врываясь и забирая то, что хочет. – Не скажу, что рад встрече. Вы, как-никак, ворвались в мой дом без приглашения, – Клаус выглядел абсолютно невозмутимым, шагнув в сторону гостей. – Давайте по-быстрому разъясним ситуацию, пока я не вспылил и не по-отрывал ваши головы. Голос древнего вампира звучал так приторно-сладко, и на губах его играла такая умилительная улыбочка, что хотелось в ту же секунду дать дёру из проклятого дома. Но Деймон наконец выпрямился и уверенно взглянул в глаза врагу. – Ты же понимаешь, что тебе нечего ловить в Мистик-Фоллс. Кэтрин сбежала. – Катерина мне больше не нужна. У меня в руках Лунный камень. Не подумайте, что хвастаюсь, – Клаус развёл руками, делая ещё один шаг в сторону собеседников. – Но я победил. Не дожидаясь ещё одного непринуждённого шага, Аларик вытащил из рукава рубашки тонкий серебряный кинжал, чей кончик блестел от пепла. Но Деймону не удалось отвлечь внимание первородного, и зоркий взгляд заметил это движение. Деймон зашипел, ощутив руку Майклсона в своей груди. Клаус, рыча, сжал сердце брюнета в своей ладони, но доставать его из грудной клетки не спешил, даря Деймону неописуемые страдания. – Двинешься, и я вырву ему сердце. Идиоты, вы когда-нибудь оставите свои жалкие попытки?.. – Клаус не закончил фразу. В ту же секунду Деймон смог нормально вздохнуть, почувствовал, как первородный ослабел и отшвырнул его от себя ногой. Тот, морщась, упал на колени. За его спиной стояла Белла с занесённой рукой и зажатым в ней "чудо-шприцем". Она ошарашенно переводила взгляд со своей руки на лежавшего на полу бессознательного Клауса. – Белла, – Первым очнулся Аларик и, без лишних слов, скрутил руки Майклсона за спиной и связал их верёвкой, смоченной в вербене. Тот не находил в себе силы противиться, получив под кожу большую дозу этой самой вербены, да ещё уколотый иглой с пеплом Белого дуба. Зальцман глядел на деушку исподлобья с нескрываемым восхищением. – Умница. Право, не ожидал. – Я н-не знаю, как так получилось, – Бормотала Белла себе под нос и опустила наконец шприц. Встряхнув головой и почти оправившись от шока, она с ужасом взглянула на брата. – Деймон... Она подошла к нему и ощупала грудную клетку парня. Рана почти затянулась, но он всё равно морщился от касаний сестры. – Всё в порядке, мелкая, нечего обо мне беспокоиться, – Несмотря на вновь вернувшуюся бодрость в голосе, выглядел он паршиво и немного пошатывался. Белла позволила ему на себя опереться и они двинулись к выходу. Аларик с закинутым на плечо телом Клауса, кряхтя, шёл впереди и уже старательно запихивал свой груз на заднее сиденье автомобиля. Глядя на свою работу, он почесал затылок и, кивнув, захлопнул дверцу. – Надеюсь, ты не против ехать сзади с полу-трупом, – Пробормотал Сальваторе, не без помощи сестры садясь на пассажирское место. Вести машину в таком состоянии было бы самоубийством, поэтому Аларик уселся на водительское сиденье. Белла, вопреки обычному, даже не улыбнулась на шутку брата, а только молча и настороженно села рядом с Клаусом. Рассматривая его профиль вблизи, она отметила про себя, что с закрытыми глазами и без злой ухмылки он совсем не смахивал на Вселенское Зло. У него была поистине королевская внешность, именно такими она представляла себе правителей в Средневековье. Красивые русые волосы, своим цветом они напоминали Белле спелую пшеницу. Она поборола в себе дикое, непонятно откуда взявшееся желание пригладить взъерошенную после поединка причёску вампира. Стресс, так она себе это объяснила и поспешно отвела взгляд от мужчины, прислушиваясь к разговору спереди сидящих. – Мы должны доставить его к нам домой, позовём Беннет. Она постарается запереть его в подвале. Вербена долго его сдерживать не будет. – Беспокоился Деймон и виновато посмотрел в зеркало, встретившись взглядом с сестрой. – Прости меня, Белла. Я хотел показать тебе город, сводить в бар. Зря я взял тебя с собой к Клаусу. Так себе вышел первый денёк, да? Я отстойный брат. Последнее предложение окончательно прогнало оцепенение, окутавшее Беллу с момента её "геройства". Она покачала головой, наклонившись к креслу брата и прислонившись к его плечу. – Ты лучший брат на свете. Я совсем не жалею о нашем небольшом приключении, – Собравшись, она выдавила из себя не совсем правдоподобную улыбку. Говоря это, она чувствовала, как трясутся ноги от недавних переживаний за Деймона и Аларика. – Мне нужно было развеяться. А разве существует что-то веселее, чем охота на самого старого вампира в мире? Деймон поворчал немного, но вскоре слова сестры возымели нужный эффект, он успокоился и расслабился. Боли он уже практически не чувствовал, но его, как и Беллу, не покидал страх за близких после пережитого. Дорога назад пролетела значительно быстрее, чем утром. Наверное, потому что Аларик остервенело выдавливал из двигателя максимальную скорость. И это не мешало ему постоянно оглядываться назад и проверять, не съел ли первородный Беллу. Но волновался он напрасно, вампир не проявлял никаких признаков жизни, только еле различимое дыхание успокаивало девушку. Единственным происшествием было то, что на какой-то кочке машину так тряхнуло, что Клаус сполз по спинке вниз и уронил свою голову на колени Белле. Та, не ожидая никаких движений со стороны поверженного, тихо взвизгнула, но быстро взяла себя в руки. На предложения мужчин поднять его и вернуть в сидячее положение она ответила отказом, объяснив это лишней тратой времени. И как бы между прочим во время разговора всё-таки поддалась соблазну и убрала со лба вампира пряди. И как-будто ничего странного в том, что отъявленный злодей так мирно отдыхает у неё на ногах. – Деймон, Белла? – На крыльцо, как только они припарковались у дома, вышел испуганный Стефан. – Я не ждал вас так рано, что-то случилось? О, Господи. Он подбежал к Аларику и помог ему вытащить Клауса из машины, и вдвоём они занесли тело в дом, спустились по лестнице и устроили вампира в подвале на полу. Белла, усадив старшего брата на диван, спустилась следом. Стефан тут же кинулся звонить ведьме по имени Бонни. – Деймон ранен? – Командирским тоном спросил брюнет у следовавшей за ним тенью сестры, но, едва гудки оборвались и в трубке раздался голос Беннет, он, не дожидаясь ответа, умчался по лестнице обратно наверх. – Как он узнал? – Спросила растерянно Сальваторе Аларика, который возился с замком на железной двери. Аларик ответил, не оборачиваясь. – У Деймона вся футболка кровью пропитана, учуял, наверное, – Не услышав ни звука, он обернулся, чтобы проверить, не ушла ли девушка. Заметив взгляд, с которым она уставилась на массивную дверь, он вздохнул и подошёл к ней вплотную, положив руки на плечи. – Не беспокойся, он уже не навредит нам. Скоро придёт Бонни, наложит нужные заклинания и всё будет в порядке. Белла еле удержалась от того, чтобы отмахнуться, но не стала этого делать из уважения к учителю. Он совсем не понял причину её задумчивости. Дождавшись, пока Зальцман, взглянув в последний раз на неё настороженно и одновременно ласково, оставит её одну, она с опаской подошла к двери и приподняла крышку, заглядывая через окошко в темницу. Там было темно и мерзко. Никакой вони, но зато душный, давящий запах подземелий. В темноте силуэт Клауса, сидящего на полу, был едва различим. Рассматривая мужчину, девушка задерживала взгляд на каждой детали. Какого же было её изумление, когда, вернувшись к изучению черт лица, она увидела, как блестят в полумраке глаза вампира. Она, втянув в себя воздух, как можно тише отпрянула от двери, не прерывая зрительного контакта. Задавшись вопросом, как давно он наблюдал за ней, девушка покраснела. Секунды тянулись, будто сонные мухи, и неловкое молчание зависло в тягучем воздухе помещения. – Кто ты? – Голос у Майклсона был хриплым, но оттого не менее приятным. Белла сглотнула, думая, а стоит ли вообще говорить с мужчиной. Она закусила губу, упрямо молча, чем вызвала усмешку у Клауса. – Не скажешь. Тогда зачем ты здесь? Помогаешь этой странной компашке, у которой напрочь отсутсвует чувство самосохранения, раз они напали на меня? На этот раз усмехалась Белла. Она осмелела и придвинулась ближе к двери, уже без страха заглядывая внутрь. Что он ей сделает? – Говорить так невыгодно в твоём положении пленника, не находишь? – Я здесь надолго не задержусь, – Заверил девушку Клаус и попытался подняться. Его попытки успехом не увенчались, и он рухнул обратно на ледяной пол, глубоко дыша. Белла наблюдала за ним, испытывая чувство, похожее на жалость. Сострадание? Глупо было сострадать существу, отнявшему так много жизней. Эта мысль отрезвила её рассудок, и она, с презрением во взгляде закрыла крышку и отошла от двери. – Дорогуша, – Позвал девушку Клаус, поняв, что она собирается уходить. Она остановилась на пол пути к лестнице. – Даже имя не скажешь? – Моё имя Изабелла. – А моё Клаус, хоть и ты и не спросила, – Белла улыбнулась, шепнув "Я знаю". Вампир услышал, но никак не отреагировал. – Заглядывай ещё, буду рад тебя увидеть. Фыркнув, Белла стала подниматься по лестнице, твёрдо уверенная в том, что никогда сюда больше не спустится.