Узелок завяжется, узелок развяжется

Быть альфой не просто. В этом Поттер убедился, когда его лучший друг Невилл Лонгботтом буквально потерял голову от омеги, проходящего у него дополнительную практику по травологии. — Он, Гарри, он… — Невилл сделал неопределенный жест руками, глупо улыбнулся и облизнулся, словно отведал самое любимое блюдо. Омега вовсю пользовался своей властью, и несчастный Невилл был рад даже невинному поцелую. Он и помыслить не мог, чтобы применить насилие над своим идеалом. Семья, где воспитывался омега, была строгих правил, и Лонгботтому предстояла череда знакомств со всеми родственниками, пышная свадьба, и лишь потом он будет допущен до хрупкого тельца своего рыжего, как морковка, избранника. Запах… Этот чертов запах, для каждого свой, свой неповторимый запах, мог превратить альфу во влюбленного болвана. Поттер уже мысленно сочувствовал партнеру Драко Малфоя. Тот, как помнил Поттер еще со школьной скамьи, с умением породистой сучки мог вывести любого. Золотоволосый бестия был красив. Красив и стервозен. Природа диктовала свои правила — альфы доминировали, омеги подчинялись. Но не все. Не все желали быть лишь приложением к мужу. Некоторые омеги рождались сильными магами и стремились удовлетворить свои амбиции. Альфы порыкивали на потенциальных соперников, найдя своего омегу. Те в свою очередь были или тихи и покорны, или сразу ставили условия, что не желают лишь сидеть дома с выводком ребятишек. Отношения были яркими, сочными, со вкусом любимого на губах, языке — это был действительно интересный мир взаимоотношений. Лишь беты были спокойны и невозмутимы, и выбирали спутников жизни по совершенно другим критериям. Но Поттер все же немного жалел их. Ведь им не дано испытать этого чувства, когда кружит голову любимый аромат, когда бурлит кровь — ну вот так во всяком случае рассказывали те, кто нашел свою половинку. Снейп был бетой. Поттер был в этом уверен. Ну почти. Язвительный, не дающий поблажек, жесткий Снейп. И теперь, когда Поттер занимал место преподавателя ЗОТИ, он все равно робел под взглядом зельевара Хогвартса. — Северус Снейп, — Гарри вновь «перекатил» на языке имя сурового профессора. Он не понимал, что с ним происходит. Почему его вдруг стал волновать голос Северуса, его глубокие глаза цвета темного шоколада. Он слышал, что некоторые альфы живут с альфами, пытаются заводить отношения с бетами. Те были лишены физиологических особенностей в виде течки, когда у альф «срывает крышу» от течного партнера, когда омега капризен и похотлив. Да, некоторых это весьма устраивало. Никаких тебе капризов, слез, ультиматумов. Не все хотели иметь детей. «Но Снейп… Да он „окатит“ меня своим фирменным взглядом, даже если я сойду с ума и решусь… Мерлин, вот на что я могу решиться? С этим истуканом явно ни на что. Мало приятного быть униженным…» *** Последнюю неделю Поттер не находил себе места. А случилось это после того, как он почувствовал странный запах, исходящий от Снейпа. Лишь на миг, на мгновение, но этого было достаточно, чтобы альфа насторожился. «Не может быть… Я никогда не ощущал ничего подобного. Может это зелье? Да, точно зелье. Наверняка какой-то опыт…» Но что-то «царапало», беспокоило. И двадцатитрехлетний альфа решил все разведать. Внутренний голос подзуживал, подбадривал — Поттер ужасно трусил, если на чистоту. То, что он задумал могло кончиться… Чем именно — лучше не думать. Но благо была мантия-невидимка, оставленная отцом в наследство. И Гарри решился. Решился проникнуть в комнаты зельевара. Ужаса Подземелий Северуса Снейпа. Затаив дыхание, стараясь не сопеть от напряжения, он сидел в засаде. И вот наконец появился Снейп, и Гарри, надежно укрытый мантией-невидимкой, отчетливо расслышал пароль. Мысль была безумной, но альфа словно потерял голову. И когда профессор вышел из комнат, Поттер проскользнул в жилище зельевара. Первое, что заставило замереть альфу, был запах. Запах, который, он тогда уловил. Запах, который сподвиг его на безумие: забраться в чужие аппартаменты, рискуя репутацией, местом в Хогвартсе. И если его поймают, то… Дальше Гарри думать не хотелось. И призвав остатки разума, он уже было взялся за ручку двери, но тут его взгляд упал на шкаф, с плотно закрытыми темными дверцами. И Поттер не устоял. Глупое поведение, но его прямо магнитом притягивало к этому шкафу. «Ну не вылетит же оттуда дракон» Эта мысль показалась почему-то забавной, и Гарри хихикнул. А потом распахнул дверцы шкафа. Выполненные в бежевых и голубых тонах, они сидели на полках шкафа, принадлежащему Ужасу Подземелий. Вязаные, трогательные, словно попавшие сюда по ошибке. Их просто не должно было быть здесь. Но они были. И Поттер таращился на них уже с минуту. А потом закрыл дверцы и снова открыл. Нет, они никуда не делись. И продолжали сидеть. Поттер похлопал глазами, вытер вспотевшие ладони о брюки и осторожно взял в руки одну фигурку. Голубой слоник, вывязаный умелыми руками. «Может это подарки? » Но тут взгляд упал на корзины с пряжей и спицами. Сомнений не оставалось. Снейп вяжет! Поттер ошалело помял игрушку, аккуратненько так закрыл дверцы шкафа и пошел к выходу. А тончайший запах манго с горьковатым миндалем, да ему удалось определить эти нотки, правда не понятно как, словно въедался в мозг, окутывал, дразнил. И на ватных ногах Гарри покинул жилище зельевара. "Снейп омега! Снейп вяжет!" Потрясений на сегодня было предостаточно. Даже слишком.