Принцесса под прикрытием

Регина проснулась когда солнце уже было в зените. Голова налилась тяжестью, словно шар для боулинга, и общее самочувствие было настолько паршивое, будто её били всю ночь. И очень хотелось пить. Она кое -как села на кровати и свесила ноги. На тумбочке стояли бутылки с водой и Регина опустошила одну в несколько глотков. Она хотела вспомнить, что было вчера, но память в данный момент была недоступна. Какие-то не связанные друг с другом образы только возникали в неподвластном сейчас контролю мозге: лицо Робина, лицо Эммы. Они приближались, удалялись, расплывались, плыли в тумане и никак не хотели фокусироваться. Регина увидела лекарства у кровати, совсем не удивилась, а молча проглотила несколько ложек безвкусного сорбента. Потом она решила принять прохладный душ чтобы хоть как-то взбодриться и не негнущихся ногах пошла в ванную, где долго крутила кран чтобы наладить комфортную температуру воды. Душ немного привёл её в чувство, но вышла она из ванной комнаты немного озадаченная. Память постепенно возвращалась и Миллс вспомнила что вроде кого-то целовала. Калейдоскоп образов замедлялся, лица Робина и Эммы обретали чёткость. Ещё через некоторое время Регина со стоном опустилась на диван и закрыла руками лицо. Ей придётся поговорить с Эммой Свон. А пока необходимо подобрать наиболее тактичные в данном случае слова. Вспомнила она и причину своего теперешнего паршивого состояния и в ушах приглушённо зазвучал официальный голос соцработницы, который просто констатировал факт — Регина вновь «потеряла» ребёнка. Но сейчас это воспоминание не рождало боли: какое-то равнодушие пришло на смену отчаянию — видимо она выплакала уже все свои слёзы.

***

Эмме снились волки, горничные, Белль, которая почему-то убегала от Эммы, и мистер Голд. Она часто просыпалась, ворочалась и снова проваливалась в беспокойный сон. Посему утром она чувствовала себя разбитой и несчастной. Её предыдущий суматошный день закончился тяжелым разговором с подругой и девушка думала, что лишилась и её за эти безумные сутки. Компьютер Эммы пикал сообщением из СКАЙПа, когда она усталая пришла домой, но вместо того чтобы отложить разговор до лучших времён, в Свон проснулась какая-то отчаянная решимость расставить все точки над «и». — Эмма, потеряшка, ну наконец-то. Звонкий голос Белль, полоснул по тихому внутреннему состоянию Свон, как бритва. Девушка даже дёрнулась. — Тебя не застать. Ты вообще появляешься дома? — Привет, Белль, — Свон постаралась улыбнуться монитору, — Я действительно очень занята в последнее время. — Ну это не повод оставлять друзей без новостей. Давай, колись, что у тебя там в Москве происходит? Я прочитала, что у них там замок какой-то есть в центре города из красного кирпича и в нём сидит президент. Ты его видела? Замок я имею ввиду. Он называется Кремль. Жизнерадостность Белль контрастировала с настроением Эммы как огонь и лёд — и «лёд» треснул. — Я не была в Москве, Белль. Я даже не в Оттаве. Я сейчас очень занята, а вместо того, чтобы заниматься своими делами, я шифруюсь, чтобы ты меня не нашла. Какого чёрта ты притащилась с Беем в поместье? Какого чёрта ты вообще таскаешь на встречи со мной моего бывшего парня? Я не хочу его видеть, ты поняла? — голос Эммы постепенно креп и сейчас она уже кричала, видя на мониторе, как вытягивается лицо подруги, — И прекрати мне пересказывать сплетни, собранные с тусовки. Они мне не интересны. И о себе я ничего тебе не расскажу, потому что потом это узнает весь свет. Тебя все боятся, Белль, потому что ты как мусорка собираешь всю грязь, сортируешь её и вываливаешь обратно людям на головы. Мне это надоело. Я устала постоянно фильтровать свою речь, чтобы что-то не сказать тебе важного. Или ты прекращаешь себя так вести или пока, Белль. А сейчас, спокойной ночи. Не дожидаясь какой-либо реакции от подруги, Эмма нажала на отбой, выключила компьютер и разделась, бросая вещи вокруг себя как попало. С большой неохотой она умылась и смыла макияж, потом нагая забралась под одеяло и обняла подушку. На душе было паршиво, но Свон была так измучена, что сон быстро овладел ею. А утром — будильник, прохладный душ, кофе с круассаном по дороге на работу и уже родная рабочая тележка. Мисс Пейн одобрительно кивала, когда горничные стайкой выходили из раздевалки и здоровались с ней, объезжая её внушительную фигуру. Эмма как и все, виртуозно обошла этот грузный колосс и поднялась на свой этаж в забитом под завязку служебном лифте. Первым делом она подъехала к номеру 1020, но на двери висела табличка «не беспокоить». Девушка некоторое время смотрела то на неё, то на дверь, потом вздохнула и как-то обречённо покатила тележку в конец коридора. Работала она вдумчиво и аккуратно, стараясь занять работой не только руки, но и голову. Но как не удивительно — события прошлых суток практически не вспоминались, словно они Эмме приснились, и лишь, вывозя тележку из очередных аппартаментов, девушка нет-нет да и бросала взгляд на дверь заветного номера. В эти минуты очень хотелось зайти и узнать как там Регина, но уязвлённое самолюбие сдерживало этот альтруистический порыв. За обедом Эмма рассеянно слушала болтовню горничных за столом и лениво ковыряла рыбу в тарелке. Рядом сидевшая Руби, обратила внимание на странное поведение подруги и участливо спросила здорова ли она. Свон уверила, что у неё всё в порядке, хотя с каждым часом всё больше росло её беспокойство. Неизвестность того, что сейчас с Миллс, присутствие рядом с ней и с собой главы преступной группировки, скрытное поведение «скользкого» Голда, необходимость всё время быть начеку, притворяться, да ещё и таинственное сообщение от Бута: «Нам надо срочно встретиться» — не добавляли уверенности. По поводу сообщения Эмма не сомневалась, что речь вновь пойдет об её эвакуации из Бостона. Она уже и сама хотела покинуть этот вертеп, но бросить на произвол судьбы любимую женщину ей не позволяли воспитание и совесть. Прошерстив ещё раз во время уборки номер, где-то прогуливающегося по своим бандитским делам Локсли, Эмма убедилась, что если и есть какой компромат на постояльца, то он находится в сейфе и тут уж только ФБР может вскрыть его. Проходя с тряпкой время от времени мимо окон, Свон замирала и вглядывалась в здания напротив отеля, на улицу, на людей снующих по своим делам, на проезжающие машины и даже пролетающие вертолёты и везде ей мерещились переодетые в штатское копы и агенты. Свон представляла снайперов на крышах и группы захвата за углом и хотя, город жил своей жизнью, девушка знала, что гостиница находится уже под крепким колпаком органов безопасности. А ей надо уходить и дать специалистам сделать своё дело. Но сначала Эмме надо поговорить с Региной, потому что теперь она не сомневалась, что её симпатия взаимна, ведь что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. И нежный поцелуй был вчера этому явным подтверждением. Нолан не собиралась вываливать на неё всю правду, а хотела вывести Миллс подальше и желательно надолго, чтобы вся эта операция по очистке отеля от «крыс» прошла оперативно, максимально тихо, и ни в коей мере её не задела. Эмма вышла из номера Локсли и решительно направилась к Регине, с каждым шагом теряя свою решительность. Она вздохнула глубоко, пытаясь взять себя в руки, постучалась и как положено сказала двери: «Уборка номера, мисс Миллс» на случай посторонних глаз и ушей, а потом открыла замок своим ключом, хотя и не сомневалась, что Регина внутри. И правда, как только девушка закрыла за собой дверь, в коридор вышла хозяйка номера и прижалась спиной к одной из сторон межкомнатной арки. Женщина была босиком, без макияжа, в простом домашнем брючном костюме и со смущённой улыбкой. Она была бледна — нервно поправляла волосы и прятала взгляд.  — Мисс Свон, я.., — вздох, — Я вела себя вчера неприлично. Прошу меня простить. — Хорошо, — искренне ответила Эмма. — Один мой поступок был особенно.., — брюнетка вновь убрала локоны за ухо, которые сразу же вернулись обратно, и облокотилась на другой косяк арки, — Мог быть неверно истолкован.., — Миллс не знала куда деть руки, потому или сплетала их перед собой или прятала за спиной. Это было забавно. Эмма сразу поняла о чём идёт речь, но вид смущающейся Регины был очень милым и девушка решила помучить брюнетку подольше. Она состроила удивлённое лицо.  — Регина, ты о чём? — Я о.., — женщина вскинула взгляд, окинула им девушку с головы до ног и сделала вывод, что может быть ей приснились некоторые события и не стоит ставить себя в неловкое положение, — А впрочем неважно, — Регина решила замять инцидент и чуть развернулась чтобы уйти, но была поймана Эммой за рукав. — Ты об этом? — шепнула девушка и приблизилась очень быстро и очень близко, не сводя взгляда с красивых пухлых губ с небольшим шрамиком. Наполнившись вдруг смелостью и решительностью, она на секунду подняла взор на широко распахнутые, удивлённые глаза Регины и поцеловала её. Не чувствуя отпора, Эмма не прекращала поцелуя и чуть надавила телом, чтобы подтолкнуть ту к комнате. Регина, явно не ожидавшая такого развития событий, безропотно попятилась, продолжая находиться в объятиях Эммы и предоставляя свои губы в её полное распоряжение. Девушка же наслаждалась своей желанной партнёршей и пока та не опомнилась, быстро переместила руки с её спины вперёд, расстегивая на ней хлопковую рубашку.  — Я неверно истолковала твой поцелуй? — хрипло спросила Эмма, глядя в затуманенные глаза Регины, — Или мы хотим одного? Не дождавшись ответа, она взяла за руку не сопротивляющуюся Миллс, и повела в спальню.