Принцесса под прикрытием

      Если в предыдущие дни Эмма шла на работу в глубине души понимая, что это её временное развлечение, то сегодня она чувствовала, что идёт в логово хищника, прямо в его широкие, мягкие, но смертоносные лапы. Ощущение было не из приятных и всю дорогу хотелось завернуть назад в свою уютную съёмную квартирку или вообще попросить таксиста ехать до аэропорта, а потом прилететь домой в поместье и забиться в нежные объятия бабули Лукас. Девушка уговаривала себя потерпеть ещё несколько дней и расслабиться когда на запястьях мистера Голда и Робина Локсли застегнут наручники, или вообще только тогда, когда их засадят за решетку с реальными и желательно огромными тюремными сроками.       Нолан, несмотря на все душевные терзания, приехала в отель вовремя, быстро переоделась, забрала свою тележку, методично проверила наличие всех необходимых средств и тряпочек и неторопливо пошла на рабочий объект, чувствуя дикое сердцебиение слева под ребрами. Как только дверь служебного лифта открылась на десятом этаже Эмма услышала какую-то возню в коридоре и приглушенные голоса, которые показались ей знакомыми. Выкатив тележку, девушка заглянула за угол и оторопела. В длинном коридоре напротив номера мисс Миллс, Робин Локсли удерживал Регину за талию, а та вяло вырывалась из его рук и почему-то не стояла на ногах. Казалось что мужчина держит большую тряпичную куклу настолько движения брюнетки были раскоординированы и нелогичны.       Эмма, поддавшись эмоциональному порыву и не думая ни о чём, подбежала к Робину, вперила руки в бока и словно директор у нашкодившего школьника строго спросила. — Мистер Локсли, что тут происходит?       Регина повернула голову на её голос и Эмма ахнула. Женщина была пьяна в стельку и похоже уже полностью потеряла контроль над своим телом. Влажный мутный взгляд мазнул по лицу шатенки и Миллс смешно растянула губы наподобие улыбки. — Эмм…мааа, — протянула женщина два слога заплетающимся языком. Потом резко дернулась в руках Робина и всем телом рухнула в объятия Нолан. — Я отнесу её в номер, — Локсли протянул руки, чтобы забрать Регину, но Эмма ещё сильнее прижала дорогую, хоть и мертвецки пьяную ношу к себе. — Всё в порядке, мистер Локсли, — пробурчала девушка, — Теперь мисс Миллс моя забота. Подержите дверь пожалуйста. — Я всё сделаю сам, — твердым голосом заявил Робин вновь пытаясь оторвать Регину от Эммы, — Она моя женщина и я сам разберусь. Эмма злобно зыркнула на него и стала пятиться с Миллс в руках к двери её номера, — Я горничная на этом этаже и благополучие клиентов моя забота, — заявила девушка безапелляционно, не собираясь ни под каким соусом отдавать брюнетку этому криминальному типу, — Мисс Миллс, судя по всему, не хотела чтобы Вы о ней позаботились, мистер Локсли. Не беспокойтесь, мисс Миллс в надежных руках.       Эти самые руки уже стало нещадно тянуть от тяжести тела, которое уже совершенно не стояло на ногах, а висело кулем на девушке. — Если хотите помочь, то просто подержите дверь, — прошипела Эмма мужчине, поражаясь его эгоизму.       У Робина потемнели зрачки от гнева и недобро заиграли желваки на лице, но ругаться он не стал, а лишь резко открыл дверь и также резко захлопнул её, когда Эмма втащила Миллс в номер. Тут же положив женщину на пол, девушка закрыла дверной замок, а когда повернулась, то увидела Регину свернувшуюся калачиком на полу и положившую ладошку под щёку. Это было бы милым, если бы не знать, в каком плачевном состоянии находится женщина. Одета она была в домашнюю одежду, значит Робин и Регина не только что пришли в отель со своего свидания, решила Эмма. Но это было не так важно сейчас. Нужно дотащить женщину в спальню, не бросать же её на полу в коридоре. Сейчас бы очень пригодился Робин, но это был последний мужчина на планете которого Эмма попросила бы о помощи.       Эмма прошла в спальню и обнаружила там расправленную постель и почти пустую бутылку виски, рядом валялась хрустальная стопка и темнело пятно пролитого алкоголя на белоснежном ковре. «Миллс, ты напивалась натощак неразбавленным виски? — задала сама себе риторический вопрос Эмма, — Не мудрено, что ты пьяна в стельку». Раздавшаяся в коридоре возня отвлекла девушку от расследования причин и процесса «падения» постоялицы этого номера. Вернувшаяся Эмма нашла Регину сидящую на полу и недоуменно озирающуюся вокруг. Увидев горничную, женщина вновь пьяно улыбнулась. — Эммммма, ты ткая краси…аавая, — язык отказывался слушаться и женщина мелодично пела слова, боясь о них споткнуться, — Ты умная и пе… пекасная, — некоторые согласные абсолютно не давались ей в таком состоянии, — Замечаель…ная, замеча… да, — Регина пыталась сфокусироваться на грустном лице девушки, которая присела на колени рядом с ней, — Ты навишься мне. Я хочу тебя, — Миллс икнула и качнулась вперед, целуя губы Нолан. Вкус дорогого виски заполнил рот Эммы, а запах алкоголя смешанный с духами Регины проник ей в ноздри. Губы женщины несмотря на её состояние довели шатенку до почти бессознательного состояния, словно брюнетка вливала в девушку всё своё опьянение. Эмма не чуяла ног и рук после этого поцелуя, она явно была сейчас не здесь, а витала в каких-то неведомых сферах. Эмма провела пальцами по своим губам, не веря, что это всё ей не приснилось и заметила что Регина отвернулась и на четвереньках ползёт в сторону ванной комнаты. Быстро поняв в чем дело, девушка стряхнула со своего тела оцепенение и быстро зайдя в ванную, открыла крышку унитаза и подтащила женщину ближе. И как раз вовремя. Брюнетку стало выворачивать наизнанку и Эмма лишь поддерживала ей волосы и говорила всякие успокаивающие вещи, типа того, что у неё умный организм и он решил не самоубиваться, а избавиться от яда и позволить Регине жить дальше. Нолан не знала слышала ли её Регина, но решила что что-то говорить в данном случае необходимо. Когда всё закончилось, женщина без сил осела в руках девушки.       Эмму в это время мучила дилемма: постараться справиться с очищением организма Регины своими силами или обратиться к врачу отеля. Вызвать врача к Регине было бы ответственнее и безопаснее для самой Регины, но шатенка категорически не хотела чтобы Миллс видели в таком виде сотрудники отеля. Эмма много раз наблюдала не очень красивые пьяные ситуации и совершенно потерявших человеческий облик напившихся сокурсников. И знала действенные процедуры по приведению в чувства пьяных друзей после студенческих вечеринок и разок ей самой пришлось откачивать после гульбы в ночном клубе её соседку по общежитию. Сделав выбор, девушка встала и схватив под мышки Регину, не без труда вытащила её в коридор, и пытаясь не останавливаться, чтобы не уронить свою бессознательную ношу, вволокла её в спальню и с грехом пополам уложила на кровать.       Поставив возле кровати пьяницы Миллс тазик, девушка открыла небольшой холодильник и вытащила несколько бутылок воды. Достав телефон из кармана служебного платья, Эмма набрала новый номер в её «контактах». — Сидни Гласс? — О, мисс Свон, — с облегчением простонал мужчина шёпотом, — Я в отеле в холле. Куда мне надо подняться? — Никуда, Сидни. У Вас есть деньги с собой? — Есть, — немного опешил юрист. — Мне надо чтобы Вы сходили в аптеку и купили кое- что, а потом принесли это в номер 1020. — А, хорошо. Что покупать? — живенько отозвался мужчина, быстро сориентировавшись в ситуации. — Записывайте!       Эмма продиктовала, сбросила звонок, открыла дверь и осторожно выглянула, готовая дать отпор приставучему Локсли, но коридор был пуст. Вкатив свою тележку в номер, Эмма вернулась к Регине и приподняв пьяную женщину, принялась вливать в неё воду, получая слабое сопротивление в ответ. — Регина, пей. Тебе надо пить много воды.       Женщина фыркала и отворачивалась, но Эмма была непоколебима и в какой-то момент брюнетка стала послушно глотать воду, а не расплёскивать её вокруг себя. Оставив женщину в спальне, Эмма пошла убирать в номере, в первую очередь замыв пятно от виски на ковре. Девушка злилась на Миллс и в то же время она очень за неё переживала. Эмма всё время думала, что же спровоцировало Регину напиться до беспамятства и надеялась, что виновник этого не Робин Локсли иначе Нолан сотрёт его в порошок и не посмотрит на то что он крутой бандит. От не веселых тревожных мыслей её отвлек тихий стук в дверь и Эмма прошла в коридор и строго спросила. — Кто там? — Эмма, это я Сидни, — раздался приглушенный дверью радостный голос юриста, который добросовестно изображал «любовь» с Эммой Нолан перед возможными свидетелями их взаимодействия.       Шатенка открыла дверь. Молодой человек улыбался так, словно увидел вместо девушки огромный золотой самородок, а Эмма приподняла брови, недоуменно оглядывая жизнерадостного «жениха». Парень и правда прилизал волосы гелем и имел небольшие ухоженные усики над верхней губой. Напоминал он стильного чикагского гангстера пятидесятых годов прошлого века не хватало лишь сигары в зубах, фетровой шляпы и кольта в руке. — Здравствуй, Сидни, — в тон юноше ответила Эмма и расплылась в притворной улыбке. Забрав маленький пакетик из его рук, она закрыла перед его носом дверь, оставив юриста недоумевать и переваривать случившееся в коридоре. Играть спектакли сейчас у Эммы не было сил и настроения. Её сейчас волновало исключительно физическое и моральное состояние Регины Миллс. Разбудив заснувшую женщину, Эмма вновь кустарным методом промыла ей желудок, а потом скормила ей несколько ложек абсорбента, таким образом минимизировав отравляющее действие алкоголя. Оставив обессиленную женщину спать, Эмма выкатила тележку в коридор и направилась к следующему номеру, заметив что позади за ней следует и переминается с ноги на ногу мистер Гласс. — Эмма, я пришел пригласить тебя на ужин сегодня, — заявил во весь голос Сидни, завидев в конце коридора толстую женщину в служебной робе. — Да? Буду рада, дорогой. Встречаемся в двадцать один час на нашем месте, — Эмма шагнула к Глассу и поцеловала того в щёку под внимательным взглядом мисс Пейн. После этого махнула ему рукой и молодой человек пошел к лестнице, а шатенка провожала его спину нежным взглядом. Когда она посмотрела на начальницу, то поняла, что вся эта сцена с новыми и не существующими подробностями разлетится по отелю в считанные часы. Эмма улыбнулась хмурой женщине. — Добрый день, мисс Пейн. — Добрый, мисс Свон, — женщина прищурилась и смотрела так, будто выискивала к чему бы придраться, но видимо ничего не найдя, она, грузно шагая, направилась дальше. А Эмма открыла следующий номер и быстро юркнула во внутрь.       Девушка ещё пару раз навещала Регину. В первое посещение женщина ещё спала, а когда Эмма пришла в следующий раз, то увидела на полупустую бутылку воды и свернувшуюся калачиком под одеялом брюнетку, старательно делающую вид, что спит. Эмма могла поклясться, что женщина плакала. Осторожно пристроившись позади, поверх одеяла, девушка положила ладонь на плечо Миллс. — Регина, что случилось?

***

— Мисс Миллс? — в трубке раздался голос социального работника и сердце Регины отчего-то тревожно сжалось. — Мисс Ли, доброе утро, — утро и вправду было добрым и ранним, даже слишком ранним для официальных звонков. — Я по поводу Вашего усыновления, — начала женщина, даже не ответив на приветствие Регины, что ещё больше насторожило женщину, — Дело в том, мисс Миллс, что сейчас мать мальчика забирает его из клиники. — Как забирает? — задохнулась брюнетка, сжав телефон в руке, — Почему забирает? — Его биологическая мать отозвала своё заявление об отказе. Это всё законно, мисс Миллс, — быстро добавила мисс Ли последнюю фразу, предупреждая возражения усыновителя. — Но это мой… мой ребёнок. — Я очень сожалею, но мать имеет право в течении полугода передумать и забрать ребенка. Насколько я знаю на её решение повлияла бабушка мальчика, заставив дочь вернуть ребенка. Мать малыша сама является носителем этой генетической патологии, только болезнь проявляется по мужской линии. Регина уже не слушала мисс Ли, она уронила трубку на пол из резко ставших ватными рук и осела на ковер.

***

— Они забрали… Они забрали моего… ребенка… — выла Регина в объятиях Эммы, которая крепко прижимала её к себе.       Любые слова и даже утешительные поглаживания сейчас были бы неуместны, слишком свежей была травма для Регины и потому Эмма просто обнимала её. Девушка с удовольствием забрала бы большую часть этой боли, которая сейчас разрывала брюнетку изнутри и потому она закрыла глаза и представила эту боль в виде тёмного облака и она втягивала её в себя из тела Миллс. Этому фокусу с визуализацией Эмму научил Нил в те времена когда они встречались. Самого Нила этому обучил его колдун отец и уверял, что это очень действенная техника. И потому девушка была уверена, что чисто морально Регине станет легче уже через пару часов. Женщина потихоньку перестала всхлипывать в объятиях Эммы и вроде бы даже уютно пригрелась в них. — Эмма, уйди! Шатенке показалось, что она ослышалась, — Что? — голос отчего-то был хриплым, как будто не её. — Уйди!       Эмма очень хотела быть сейчас рядом, хотела узнать не напьется ли Регина вновь, но она молча встала с кровати и вышла в соседнюю комнату. Долгим взглядом девушка смотрела на бар где стояла ещё куча разнообразного алкоголя, решая закрыть ли его на ключ или оставить всё как есть. Ничего не сделав, Эмма вышла из номера и защёлкнула за собой дверь.