We are the one

- Откуда ты взяла её? – Строгий голос отца вклинился в сознание, и я вздрогнула. Он должен был вернуться гораздо позже. Закрыв книгу, я молча взяла её в руки и направилась к себе в комнату. – Не уходи от меня, когда я с тобой разговариваю! Отец был в гневе. Он считал, что все мои проблемы растут из этой книги. Она виновата во всём: в том, что у меня нет друзей, что я перестала говорить полгода назад, что меня избегают наши соседи. Меня стали бояться, как и мою маму. После того, как ту пару убили волки, со мной перестали разговаривать. А я перестала говорить вообще. Я была виновата. Я могла их убедить, заставить слушать. А теперь та девочка живет у родственников, скорбя о родителях. И наверняка вспоминает меня. Девочку, которая охраняет волков. Я стала учить руны. Всё свободное время я проводила за маминой книжкой, прячась от отца, который стал гораздо строже со мной. Он тоже не слушает меня, и это пугает. Я видела, как с ним разговаривала наша соседка, убеждая его в том, что я опасна, что нужно что-нибудь предпринять. А он согласился. Коротко кивнул ей, а затем осмотрелся, надеясь не увидеть во дворе меня. Но я была там. И впервые за всю свою короткую жизнь мне стало страшно. Отец всегда защищал меня, всегда вставал на мою сторону. А когда мамы не стало, он и вовсе с меня взгляд не сводил. А теперь, когда я попыталась спасти жизнь тем людям… Неужели он верит всем бредням, что говорят про меня? Неужели он верит, что я натравила на них волков? - Позлишься и поймёшь, - в который раз я тихо прошептала сама себе, забираясь с ногами на постель и укутываясь в одеяло. Книга уже была спрятана под подушку. Я и не заметила, как заснула. Сон теперь приходил быстро и почти не чувствовался – как будто я и не спала вовсе. Но громкий стук заставил меня подняться. Я не слышала, чтобы отец пошёл открывать дверь, поэтому сама выбралась из постели. - Папа? – Камин едва горел, а отцовская постель была пуста. На столе стоял деревянный волчонок размером с мою ладошку. Он всё-таки его закончил. Стук повторился. Я неуверенно подошла к двери. Так поздно мало кто приходил, тем более ночью, тем более к нам. - Впусти меня, дорогая, - скрипучий голос заставил меня вздрогнуть. – Мне всего лишь надо спросить дорогу, - а вдруг отец сговорился с селянами, чтобы «разобраться» со мной? Нервно вздохнув, я всё же открыла дверь. - Здравствуйте, - неуверенно сказала я, рассматривая позднюю гостью. Она явно была не из нашей деревни. Чёрные глаза на старом лице с интересом смотрели на меня, пронизывая насквозь. Седые волосы спутались от зимнего ветра, а обветренные губы растянулись в сдержанной улыбке. - Здравствуй, - так же скрипуче проговорила женщина, даже не пытаясь зайти в дом. – Мне бы узнать где тут стая волков обитает, - её вопрос сбил меня с толку, и я чуть ли не отшатнулась от неё. - А зачем вам? – Тихо спросила я, опуская глаза в пол, не в силах смотреть на старуху более. - Надо мне, - вздохнула она, переминаясь с ноги на ногу. – Мужу противоядие сделать. А оно без волчьей крови не подействует, - от удивления я чуть ли рот не открыла. Мурашки побежали по спине, и я не знала что делать, а она продолжала. – Всю деревни обошла, так меня чураются, да в ваш дом посылают, - она приторно улыбнулась, щуря глаза. – Говорят, волчонок тут живёт. - Не знаю я где волки, - сжимая кулаки, ответила я. Общение с ведьмой – вещь опасная. Но помогать ей убивать волков, я тоже не стану. – А если бы знала, не сказала бы, - тихо добавила я, убеждая скорее саму себя, чем женщину. - Ну ничего, - спокойно ответила женщина, опираясь на свою клюку и разворачиваясь. – Я сама найду, - она в последний раз посмотрела на меня и поджала губы. – До свидания. - До свидания, - коротко ответила я, но не спешила закрывать дверь. Как только она вышла из двора, я схватила мамину шаль, лежавшую на отцовском стуле, и выбежала из дома. Во что бы то ни стало, я должна была защитить стаю. Я нагнала её у старого дуба. Волки вправду любили тут бывать по ночам. К моему удивлению, женщина шла быстро для своего возраста, и я едва поспевала за ней. Она шла прямо к лежбищу стаи, и я попыталась ускорить шаг. Я не знала что страшнее: допустить её к волкам или позволить им защититься. В любом случае кто-нибудь пострадает. Стоило ей зайти за границу старого леса, как я услышала протяжный вой. Волки собирались вокруг нас. Дичи в лесу становилось всё меньше и меньше, благодаря местным охотникам, а зима была тяжелой. Как для людей, так и для стаи. Не удивительно, что они пытаются отвоевать себе территорию. - Осторожно! – Я едва успела заметить, как серая волчица с рыком бросилась на старуху. Та смогла увернуться, только благодаря моему возгласу. - А ты что тут делаешь? – Её голос стал ниже, а от дружелюбия не осталось и следа. - Вы не должны причинять вред волкам! – Не слушая её, я попыталась перекричать ветер. – Что они вам сделали? - Не мешайся под ногами, девочка! – Крикнула она, и через несколько минут оказалась рядом со мной. Я и охнуть не успела, как она ударила меня. Волки тут же зарычали, а один не выдержал и прыгнул прямо на женщину. Он даже не укусил её, лишь повалил на снег и вернулся к сородичам. - Вы в порядке? – Я подбежала к женщине, волнуясь, что из-за этого она заберёт всех волков для своих ведьминых зелий. - Да чтоб ты ходила среди своих обожаемых волков до тех пор, пока не полюбишь асов, сильнее своих сородичей! – Ядовито сказала она, костлявыми пальцами сжимая моё запястье. Я попыталась вырваться, но ничего не выходило. - Чтоб ты испытала ту боль, которую испытала я, нет, в сто крат сильнее! - И с каждым ужасно тихим, но пронзающим словом, я понимала, что это не шутки. Я попыталась извиниться, оправдаться, но она была непреклонна. - Слово моё неизменно, дитя, - сказала она, пронзая меня взглядом своих вороньих глаз. Кое-как встав, она опёрлась о палку, и ни сказав и слова, ушла. Я услышала тихий рык за спиной. Стоило мне обернуться, как я увидела волчью пасть, которая через секунду сомкнётся на моей шее. - Милая! Милая, проснись! – Голос отца вырвал меня из сна всего за секунду до того, как зубы волка пронзили мою шею. Я чувствовала, как дрожит всё тело, а мышцы сводит судорогой. – Волчонок… - его голос был испуганным, и я невольно посмотрела на него. Он пятился от моей кровати до тех пор, пока не врезался спиной в дверь. Я хотела позвать его, но говорить было сложно, как будто кто-то приклеил мой язык к небу. Резкая боль свела позвоночник, и я, заскулив, свалилась с постели. Я не могла понять, что происходит, почему мне так больно, хватит, я больше не могу, хватит… - Чудовище… - тихий шёпот отца звенел в моей голове, но мысли были похожи на кисель, и я не могла различить ни единой. – Чудовище! Я не чудовище, нет! Я не чудовище! - Я не чудовище… - Сигюн? – Холодная рука легла мне на плечо. Только сейчас я увидела, что чернильница перевёрнута, а пергамент залит чёрной жижей. Руки дрожали, и я, кажется, сломала перо. - Я не чудовище, - сквозь зубы повторила я, чувствуя горячие слёзы, бегущие по щекам.- Я не чудовище, я не чудовище… Эта мысль, не переставая, крутилась в моей голове, я не видела ничего, кроме разочарованного взгляда отца, не слышала ничего, кроме его слов. Очнулась я, только когда холодные ладони легли мне на щёки, а Локи что-то громко говорил. Он смотрел на меня, снова хмурясь, поджимая и без того тонкие губы. Он взволнованно что-то повторял, но я всё слышала, словно через пелену тумана. - Сигюн! – Его громкий голос заставил меня вздрогнуть. Заметив, что я смотрю на него, он оживился и убрал прядь волос с моего лица. – Что случилось? – Я хотела ответить, но не могла связать и двух слов. Прошлое ещё ярко сияло в моём сознании, повторяя ту самую боль, те самые слова. Не зная, что делать, я, не мешкая, обняла мужчину и спрятала лицо в основании его шеи. Он неуверенно обнял меня в ответ и начал гладить меня по голове. - Я не чудовище, - тихо прошептала я, пытаясь убедить в этом себя. - Конечно нет, - тихий голос мужчины заставил меня поверить в это.