The Superlative Chemistry

      Обычно Мэри Купер ждала всех к ужину строго к шести. После молитвы каждый должен был рассказать о том, как прошёл его день. Сегодня Мисси не терпелось поделиться новостями.       После «аминь» все приступили к трапезе. Мисси от нетерпения начала чавкать.       — Итак, кто сегодня хочет высказаться первым? — спросила Мэри.       — У Шелдона появилась девушка, — моментально выпалила Мисси, а затем оглядела присутствующих за столом.       Она увидела раздражённое лицо Шелдона и ошеломлённые — Мэри и Джорджа.       — Да иди ты к чёрту! Не может быть! — воскликнул Джордж.       — Следите за языком, молодой человек! — свирепо посмотрев, прикрикнула на него Мэри.       — Но так и есть! Он ходит к ней домой каждый четверг. А она звонит ему каждый вечер ровно в семь часов, — поведала Мисси.       — Шелли, это правда? — спросила Мэри.       Шелдон закатил глаза и вздохнул.       — Так, ты давай тут не закатывай глаза на свою мать, — сказала Мэри предостерегающим тоном.       — Да, у меня есть девушка, — признался Шелдон.       В Мэри тотчас проснулось любопытство.       — И кто она? Как долго вы встречаетесь? — спросила она.       — Её зовут Эми Фарра Фаулер, она переехала в этот город около шести месяцев назад. Я хожу к ней домой каждый четверг в течение четырёх месяцев. Официально мы стали встречаться только сегодня.       — Ты общаешься с девушкой вот уже четыре месяца и только сейчас решил об этом сказать?       — А что такого-то? Я не понимаю, почему это так важно. Мисси и Джордж имеют нескончаемую череду поклонников и поклонниц.       — Это очень важное для всех нас событие, потому что это твоя первая девушка. И… ты собираешься пригласить её к нам на ужин.       — Нет, не собираюсь, — ответил парень.       — Нет, собираешься, — твёрдо сказала Мэри.       — Ты не заставляешь Мисси и Джорджа приводить на ужин всех их благоверных.       — Потому что я никогда не могу уследить, с кем они встречаются на данный момент. А здесь, я чувствую, всё серьёзно, и я хочу увидеться с ней. Я хочу знать, что она из хорошей семьи.       — Она из хорошей семьи. Не нужно волноваться.       — Но ведь я не узнаю это, пока не встречусь с ней.       — Её мама — учитель музыки в средней школе, играет на органе в лютеранской церкви. Её папа мертв. Достаточно? Теперь ты знаешь о её семье, — сказал Шелдон раздражённо и продолжил есть свой ужин.       Мэри наклонилась к нему и забрала его тарелку, заставляя Шелдона распахнуть глаза от удивления.       — Значит так, ты приглашаешь эту девочку к нам на ужин в этот выходной. И точка, — сказала Мэри самым что ни на есть твёрдым и безапелляционным голосом.       Шелдон знал, что она была настроена абсолютно серьёзно, и, наконец, сдался.       — Да, мэм, — вздохнул он, и Мэри вернула ему тарелку.       — И это было так трудно? — спросила она. — Ну ладно, проехали. Лучше скажи мне, какая еда, приготовленная мною, ей бы понравилась?       Этим вечером Шелдон сидел в своей комнате с телефоном в руке, дожидаясь звонка Эми. Если Эми придёт на ужин к семье Куперов, то о некоторых вещах её нужно предупредить заранее. Шелдон моментально ответил на звонок, но, как только они начали разговаривать, раздался щелчок, и в трубке послышался голос матери Шелдона.       — Шелли? Это ты по телефону разговариваешь?       — Ты же знаешь, что да, — вздохнул Шелдон.       — Здравствуйте, — вежливо поздоровалась Эми.       — О-о, здравствуй, милая. Ты, должно быть, Эми, подруга Шелдона. А знаешь, Шелли как раз собирался пригласить тебя на ужин в эту субботу.       — Да, спасибо, мама, — раздражённо сказал Шелдон.       — Я бы с удовольствием. Но сначала я должна спросить свою маму, — сказала Эми.       — А знаешь, у меня идея. Почему бы тебе не позвать её к телефону, чтобы я с ней поговорила?       — Ну, хорошо, одну минуту… — сказала Эми, заметно нервничая.       У Шелдона внутри всё похолодело. Мать Эми не поддерживала их отношения. Эми и так была под домашним арестом, и теперь ко всему прочему получит приглашение на ужин к Шелдону. Его мать сейчас навлечёт на неё ещё больше неприятностей. Шелдон будет невероятным счастливчиком, если сможет после этого увидеть девушку снова.       — Здравствуйте, это миссис Фаулер, — послышался голос матери Эми.       — Шелли, милый, повесь трубку. Нам с мамой Эми нужно поговорить наедине, — мягко сказала Мэри.       Шелдон послушался, повесил трубку и рухнул на кровать. Ему стало физически невыносимо плохо. Его семья, которая имеет привычку постоянно лезть не в свои дела, сейчас сделает так, что Эми окажется запертой в башне, как сказочная принцесса… Она никогда не простит ему того, что он доставил ей столько проблем.       Ожидание мучило Шелдона. Ему казалось, что эта пытка продолжается часами. Наконец он услышал, как мама позвала его, и устремился в гостиную.       — У нас с миссис Фаулер состоялся весьма интересный разговор, — сообщила Мэри, криво усмехнувшись.       — М-м? — промычал Шелдон, изображая невинность.       — Миссис Фаулер поведала мне, что она выставила тебя из её дома около месяца назад, когда застала вас с Эми там наедине.       — Но ведь мы просто занимались! А ведь только потому, что я парень, она полагает, что моя единственная мысль — это затащить её дочь в постель!       — То есть никаких попыток, как ты выразился, затащить её дочь в постель, не было? — решила уточнить Мэри.       — Разумеется, нет! Мы занимались и разговаривали. А теперь из-за твоего вмешательства я потерял её, так ведь? Эми под домашним арестом навечно, а всё потому, что тебе вдруг приспичило пригласить её к нам на ужин! — Шелдон перешёл на почти истерический крик.       — Не горячись, милый! — пытаясь успокоить его, сказала Мэри и указала на диван.       Шелдон повиновался и сел.       — Теперь послушай меня. Миссис Фаулер расстроена, что вы с Эми не прислушались к её наставлениям. Однако она сказала, что заметила положительные изменения в поведении Эми с тех пор, как завязалась ваша дружба, и это заставило её пересмотреть свои взгляды, — сказала Мэри и продолжила после небольшой паузы: — Затем я объяснила ей, что ты у меня хороший и добрый мальчик, воспитанный согласно христианским традициям; а также, что у тебя были самые что ни на есть благородные намерения по отношению к её дочери. И она, наконец, сдалась.       — В каком смысле сдалась?       — Ох, милый! Эми разрешили приехать к нам на ужин, и миссис Фаулер тоже будет. Также ты можешь продолжать видеться с Эми каждый четверг. Разумеется, под присмотром, — объяснила Мэри.       Она очень удивилась, когда Шелдон вскочил с дивана и крепко обнял её. Мэри на пальцах одной руки могла сосчитать моменты, когда Шелдон обнимал её. Обычно, когда Мэри заключала его в объятия, он просто наклонялся к ней, не двигая руками и ожидая, когда это закончится. Сейчас он был таким высоким, что почти мог положить свой подбородок на её макушку. В последний раз, когда он обнимал её, он был гораздо меньше.       — Спасибо, мама, — сказал он, выпуская её из своих объятий.       Теперь Шелдон выглядел смущённым из-за своего внезапного всплеска эмоций. Он снова присел на диван.       — Пожалуйста, детка.       Она хотела сказать намного больше, но она не хотела пугать его. Она бы сказала, как рада тому, что у него наконец-то появился друг, не просто девушка, а друг вообще. Сказала бы, что было время, когда она задавалась вопросом, а нравятся ли ему девочки. Сказала бы, что она всё равно любила бы его, даже если бы и не нравились. Мэри хотела открыть ему единственную причину, почему она так отчаянно хотела встретиться с этой девушкой: она хотела узнать получше ту, которая нашла путь к сердцу её сына, который, как казалось его матери, был совершенно потерян после смерти своего отца. В течение года он был очень тихим и замкнутым, и Мэри не знала, что делать. А в последнее время он стал выглядеть гораздо счастливее, и теперь она знала почему.       — Я знаю, ты хороший мальчик, — просто сказала она, борясь с подступившими к горлу слезами.       В субботу Мэри испытывала уже менее тёплые чувства к Шелдону. Начиная с их поездки в продуктовый магазин, он действовал ей на нервы. Он хотел, чтобы всё было идеально. И вот теперь он измерял шагами кухню и надоедал матери по поводу малейших деталей.       — Ты уверена, что ни в одном твоём блюде не будет авокадо? — нервно спросил он, заглядывая в миску, содержимое которой помешивала Мэри.       — Шелдон, я никогда не готовила блюда с авокадо и сейчас не собираюсь начинать, — вздохнула она.       — Я видел на твоей тумбочке журнал «Мир женщин» и главную статью в ней. «12 новых способов приготовления пищи с авокадо, новым суперфруктом». Откуда мне знать, что эта пропаганда калифорнийских производителей авокадо не убедит тебя готовить блюда с ним! — Шелдон начал паниковать.       — Шелли, во-первых, ты был со мной в продуктовом магазине. Ты видел всё, что я купила для приготовления сегодняшнего ужина. Во-вторых, ты уже тысячу раз сказал мне, что у Эми аллергия на авокадо, а мне хватило бы и одного! — отрывисто сказала Мэри, под конец уже начиная повышать голос.       Шелдон поднял свои руки вверх в знак поражения.       — Ну извини за то, что нервничаю! — воскликнул он, отходя от неё.       — Прости меня, детка. А сейчас почему бы тебе не побежать в свою комнату и не одеться? Ужин будет готов точно в срок, обещаю, — мягко сказала Мэри.       Шелдон посмотрел на свою одежду в замешательстве.       — А что не так с этим нарядом? — спросил он.       Мэри оглядела сына с головы до ног. Шелдон был одет, как обычно: штаны цвета хаки, бейсбольная рубашка с длинным рукавом и поверх неё супергеройская футболка.       — Это не тот наряд, в котором тебе стоит встречать мать своей девушки, — пояснила Мэри.       Шелдон всё ещё выглядел озадаченным.       — Я ведь уже встречал её раньше. И я был тогда в этой самой футболке.       — И миссис Фаулер не составила о тебе хорошего мнения, не правда ли? — приподняв бровь, изрекла Мэри, и Шелдон отступил: это был весомый довод.       — Правда… — признал он.       — А теперь иди и переоденься в свой церковный костюм. Давай-давай, бегом, — Мэри замахала рукой, выгоняя его, и Шелдон, ворча себе под нос, поплёлся в свою комнату.       Вскоре он снова появился на кухне. Теперь на нём были широкие серые брюки и светло-голубая рубашка.       — Лучше? — спросил он, всё ещё дуясь, отпустив голову вниз и скрестив руки на груди.       Его рубашка кололась. Он ненавидел свой костюм для церкви. А его мать так устала препираться с ним, когда они ходили в церковь, и слушать его ехидные замечания, что ей пришлось взять с него обещание просто ходить в церковь раз в год.       — Ох, мой пирожочек! Ты такой красивый! — воскликнула вдруг появившаяся бабуля Шелдона. Шелдон вскинул голову.       — Давно я не видела тебя таким разодетым! — добавила она.       — Бабуля! Что ты здесь делаешь? — спросил Шелдон удивлённо.       — Сегодня ведь субботний ужин! Я всегда прихожу на субботние ужины, милый! — напомнила бабуля, и Шелдон согласно кивнул.       Почему-то Шелдон думал, что из-за сегодняшних гостей обычные субботние планы будут перенесены на другой день.       — Да, точно. Затем ужасающая мысль пришла Шелдону в голову. Даже если они будут ужинать в редко ими используемой по назначению столовой, на всех гостей всё равно не хватит мест.       — А где же разместить всех гостей? Вокруг стола стоят только пять стульев. Гостей семь. Если принести два стула из кухни… тогда вообще получится всё неравномерно… Ох, это кошмар какой-то!       — Шелли, успокойся! У Мисси и Джорджа-младшего другие планы на этот вечер. Так что мест на всех хватит, — заверила сына Мэри.       У Шелдона будто гора с плеч упала.       Впервые Мэри просила своих старших детей уйти вместо того, чтобы оставаться на ужин. У неё и без этих сорвиголов было мало времени. Мисси очень сильно хотела остаться, она даже напомнила матери про свой домашний арест. Но Мэри предоставила ей отсрочку и сократила срок наказания, чтобы обеспечить её отсутствие этим вечером.       Когда в дверь позвонили, Шелдон вскочил с места, как будто он загорелся.       — Это они! — заорал он, со всех ног бросаясь к двери.

***

      — Здравствуйте, проходите, пожалуйста, — поприветствовал Шелдон, поклонившись, чем вызвал улыбку Эми.       Эми сделала реверанс в ответ.       Её мать заставила её надеть одно из принадлежащих Эми так называемых церковных платьев. Девушка изо всех сил боролась с матерью по этому поводу, потому что думала, что её темно-фиолетовое платье будет смотреться неуместно и глупо в данной ситуации. Но теперь она была рада, что надела его, видя Шелдона таким красивым. Её сердце забилось с бешеной скоростью. Нежно-голубая рубашка идеально подчеркивала глаза Шелдона. Его волосы были аккуратно причёсаны. Он был безупречен. В его консервативном образе не было ничего такого, против чего могла бы возражать её мать.       — Добрый вечер, Шелдон, — сказала она вежливо и сделала реверанс ещё раз, в то время как Мэри и бабуленька входили в комнату. — Рада видеть вас, миссис Купер и…       Эми запнулась. Она не знала, кто эта маленькая старушка, стоящая рядом с Шелдоном.       — Ты можешь звать меня бабуленькой, дорогая! — сказала, обнимая Эми, бабуля Шелдона.       Затем она повернулась к миссис Фаулер.       — А вы, должно быть, мама Эми. Приятно познакомиться, — сказала бабуленька, лучезарно улыбнувшись миссис Фаулер и протянув ей пухленькую ручку, которую миссис Фаулер вяло пожала.       Эми была до сих пор в шоке оттого, что её мать согласилась на этот ужин. Когда Мэри попросила передать трубку матери Эми, девушка была уверена, что её песенка спета, что она не сможет выйти из дома до своего тридцатилетия. Но ничего плохого не произошло, а её старое наказание и вовсе было отменено.       — Да, и, пожалуйста, зовите меня Пегги, — ответила миссис Фаулер.       — Итак, пойдёмте! Ужин ждёт! — позвала всех Мэри и повела в столовую.       — Надеюсь, вы все успели проголодаться. Настоящая южная еда ждёт вас, — ворковала она, рассаживая гостей за столом. Эми и Шелдон сидели рядом, бабуленька Шелдона и Пегги напротив них. На столе уже стояло много различных блюд, которые выглядели невероятно аппетитно. Мэри села во главе стола.       — Сейчас вы все положите себе на тарелку всё, что вам нравится. Я сделала всего понемногу.       После того, как тарелки гостей заполнились, Мэри склонила голову.       — А сейчас, Шелли, милый, почему бы тебе сегодня не произнести молитву?       — Не думаю, что я… — начал Шелдон, но бабуленька перебила его.       — Давай, крошка, мы все проголодались!       — Сейчас ты — единственный мужчина в доме, можно сказать, его хозяин. Пришло время вести нас в молитве, — сказала Мэри, её глаза были по-прежнему закрыты.       — Ну, хорошо, — вздохнул парень. — Давайте возьмёмся за руки.       Шелдон наклонил голову и протянул свою руку Эми. Его рука была такой холодной и мягкой, его длинные пальцы переплелись с её пальцами, и Эми испугалась, что после окончания молитвы эту руку придётся отпустить. Она украдкой посмотрела на Шелдона, на его зажмуренные глаза и сжатые челюсти.       — Дорогой Господь на небесах, спасибо за то благословление, что ты даровал нам. Спасибо за пищу для наших тел. И спасибо за прибытие новых друзей. Во имя Его мы молимся, — произнёс он нервно, отпуская руку Эми.       — Аминь, — хором сказали все, а затем подняли головы.       Все начали молча есть, но Мэри была против ужина в тишине.       — Итак, Шелли говорил мне, вы новенькие в городе? — спросила она, и Пегги кивнула головой.       — Я родилась в Техасе, но моя семья переехала в Калифорнию, когда я была примерно в возрасте Эми. Мы думали начать свою жизнь с чистого листа. Но у Эми были проблемы в школе. И мы переехали обратно около шести месяцев назад.       Эми хотела легонько стукнуть маму под столом, чтобы дать понять ей, что рассказать это было ошибкой. Шелдон не должен был знать о том, что происходило в Калифорнии. О хулиганах, которые делали её жизнь сущим адом.       — Какие проблемы? — спросила бабуленька Шелдона. — Ничего ужасного, я надеюсь.       — Эми очень сильно задирали. Там были такие хулиганы, что я каждый день беспокоилась за Эми, отправляя её в школу. Единственным выходом было отправить её либо на домашнее обучение, либо в частную школу. Но мне, как матери-одиночки, ни один из вариантов не казался хорошим. Так что я подумала, что смена обстановки пошла бы нам на пользу.       В тот момент Эми мечтала провалиться сквозь землю. Она не была популярной в этой школе. Но она не хотела, чтобы Шелдон знал, насколько непопулярной она была раньше.       — А знаете, у Шелдона были точно такие же проблемы! Его голова была в унитазе чаще, чем туалетная щетка. Мальчик получал регулярно такое количество пинков, что мы уже думали нанять ему телохранителя, — рассказала Мэри.       Шелдон вздохнул. Эми почувствовала, как его рука касается её руки под столом. Эми схватила её, отчаянно пытаясь не покраснеть, когда их пальцы переплелись. Было тяжело есть одной рукой, но ещё тяжелее была мысль о том, чтобы отпустить руки друг друга.       — Если бы отец позволил мне поступить в колледж раньше, то, может быть, я бы избежал какой-то доли насилия, — усмехнулся парень, крепко сжимая руку Эми.       — Или, возможно, всё было бы ещё хуже, а мы не смогли бы защитить тебя, — сказала Мэри, приподнимая брови.       Шелдон, казалось, хотел сказать что-то ещё, но Мэри остановила его взглядом.       — Давайте сменим тему. Итак, вы играете на органе в церкви? Знаете, я церковный секретарь. Не правда ли, церковь — это маленький мир?       Пока Пегги и Мэри разговаривали о церкви, каждый закончил ужинать. После десерта Мэри предложила, чтобы Шелдон показал свою комнату Эми, в то время как взрослые могли бы поболтать. Дверь просили не закрывать. Эми проследовала за Шелдоном по коридору, чувствуя легкую нервную дрожь, и вошла в комнату.       — Я никогда прежде не была в комнатах мальчиков… Здесь чисто, — откомментировала Эми, оглядываясь по сторонам.       Кровать Шелдона была аккуратно заправлена, голубое покрывало выглядело так, словно по нему прошлись утюгом уже после того, как положили на кровать. Все книги на полках были расположены строго по цветам. Эми показалось странным, что у шестнадцатилетнего парня на полках всё ещё стояли игрушки. Но было непохоже, чтобы он играл с ними: некоторые из них до сих пор стояли в коробках.       — Самое чистое место в доме. По большей части потому, что брату и сестре сюда вход воспрещён, — сказал Шелдон, садясь на кровать.       — А вот я бы хотела иметь брата или сестру. Одиноко быть всё время одной, — сказала Эми, садясь рядом с Шелдоном.       Эми всегда думала, что если бы она имела брата или сестру, всё было бы не так плохо. По крайней мере, в её компании была бы хотя бы не одна она.       — А я, наоборот, хотел бы быть единственным ребёнком в семье. Я жажду одиночества так же, как жажду воздуха, — признался Шелдон и быстро сменил тему. — Тебе нравятся комиксы?       — Моя мама говорит, что книжки с картинками есть не что иное, как напрасная трата времени и средств.       — А видеоигры тебе нравятся? — спросил Шелдон, затем встал и направился к телевизору.       — Я никогда в них не играла… Что это? — спросила Эми: кое-что привлекло её внимание, когда она вновь окинула взглядом комнату.       Она встала и подошла к книжной полке. На ней стоял красный поезд. Эми взяла его в руки.       — Я коллекционирую поезда. Это точная копия одного из поездов, который мы видели когда-то вместе с отцом.       — Это напоминает мне о поезде, который был когда-то у нас. На Рождество я любила лежать на полу и смотреть, как он ездит и ездит вокруг ёлки. Я очень давно не видела его. Интересно, что с ним стало… — задумчиво сказала Эми, ставя поезд на место.       Шелдон подошёл к ней, взял поезд и протянул его девушке.       — Значит, теперь у тебя будет поезд, — сказал он, вкладывая поезд в руку Эми.       — Ой, это так мило, Шелдон. Но он твой, и я буду чувствовать себя неловко, — сказала Эми, возвращая обратно поезд, но Шелдон замотал головой.       — У меня есть куча других. Я хочу, чтобы этот поезд был у тебя. Ты можешь поставить его на свою полку и, смотря на него, думать обо мне с нежностью, — сказал Шелдон с полуулыбкой на губах, которая на время превратила Эми в желе.       Она очень хотела сказать ему, что ей не нужна никакая игрушка, чтобы думать о нём. Что, несмотря на то, что её память вовсе не эйдетическая, как его, она всегда будет помнить Шелдона до мельчайших подробностей. Что её последняя мысль перед сном и первая мысль после пробуждения были о нём.       — Спасибо. Я непременно буду думать о тебе с нежностью сегодня вечером, — улыбнулась Эми, кладя поезд в карман своего платья.       Их взгляды встретились. В голубых глазах Шелдона было что-то такое, что заставило Эми затрепетать и почувствовать в животе порхающих бабочек. Он смотрел на неё так, как тогда, в её спальне, когда Эми думала, что он поцелует её. Сейчас Эми очень хотела, чтобы он её поцеловал, но она также боялась, что кто-то из их матерей зайдёт сюда.       — Я всегда думаю о тебе, — прошептал Шелдон и шагнул навстречу Эми.       Девушка, закрыв глаза, приготовилась к поцелую, как вдруг услышала голос Мэри Купер из коридора.       — Ребятки, тур окончен! Идите к нам!       — Я клянусь, у моей мамы глаза на затылке, — пробормотал Шелдон.       Эми открыла глаза и последовала за Шелдоном, покидая комнату.