Милая зимняя сказка

Бельфегор нагнал Франни через дорогу от кафе, в котором они всё вместе отдыхали. – Эй, куда ты? – он положил руку на плечо, разворачивая девушку лицом к себе. – Куда уго-о-одно, лишь бы подальше отсюда, – огрызнулась та в ответ. – Не истерии, – Бельфегор чувствовал, как терпение постепенно покидает его. Ведь сколько бы он не пытался, никак не выходило понять, что происходит с его девушкой. – Земноводное, ты… – Оставь меня! – она не дала ему договорить, бросилась прочь. Не оборачиваясь на крики своего парня, Франни бежала всё дальше и дальше. В одночасье её привычный мир разрушился, и она сама не могла понять, в какой момент внутри поселилась эта пустота. Ещё несколько дней назад меланхоличную девчонку, твердо живущую по своим правилам и принципам, невозможно было вывести из себя. Она никогда не повышала голоса, всегда оставалась спокойной и рассудительно, а теперь... Она ненавидит всех за свои страдания. Через десять минут Франни устала бежать и, остановившись в незнакомом тихом сквере, стала оглядываться по сторонам. В этот вечерний час шел снег. Мягкий, пушистый, словно кто-то наверху разорвал пуховую подушку, и сейчас всё её содержимое посыпалось на девушку. Она почувствовала ужасную тяжесть от накатившей усталости. Больше всего на свете сейчас хочется вернуться домой, залезть под тёплое пуховое одеяло с кружкой горячего чая. Но дома её ждали Луссурия Лаловна и Вайпер, которые непременно начнут приставать с расспросами. Конечно, всегда можно переночевать у родителей, но ведь это не выход. – Утю-тю, деточка моя, заблудилась? Франни очнулась от своих мыслей и увидела, как из темноты на неё надвигается незнакомец. – Кто тебя одну отпустил так поздно гулять, кисонька моя? – продолжал спрашивать типчик. Подозрительный мужчина был на две головы выше девушки. На вид ему было лет сорок, и он находился явно в нетрезвом состоянии. Его пошатывало из стороны в сторону, картину дополняла пьяная икота и неприятный запах. Франни решила, что безопаснее будет промолчать и поскорее покинуть это место. Однако у незнакомца были другие планы. Он подходил все ближе, что-то бормоча себе под нос в пьяном бреду. Она хотела развернуться и убежать, но за спиной была лишь длинная цепь сугробов, а впереди этот тип. – Чего вы хотите? – она постаралась произнести эти слова четко и уверенно. – Щаз я подойду.. ик.. и мы узнаем. Хахааах! – Я крича-а-ать буду! – голос Франни задрожал. – А давай, кричи! Гы-гы-гы… никто тебе не поможет. – Пьянчуга схватил её за капюшон, притянул ближе к себе. – Руки убрал, ши-ши-ши, - позади послышался знакомый голос. – Бел, это ты? – Кто это тут раскомандовался? – мужчина на секунду ослабил хватку. Этих мгновений хватило, чтобы Бельфегор одним точным ударом сбил мужчину с ног, а затем, схватив Франни за руку, потащил её за собой. – Сволочи… - пьяница беспомощно барахтался в снегу. Спустя несколько минут подростки добежали до метро. – Ши-ши… ты в порядке? – в голосе слышалось беспокойство, Бел заглянул Франни в глаза. – Да, – кивнула она, – спаси-и-ибо… Бел отвернулся к окну и неожиданно тихо признался: – Больше не убегай, распотрошу. Я ведь люблю тебя и не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Франни ничего не ответила. Сейчас она должна была обнять его, поцеловать, как обычно поступала, когда он делал что-то хорошее. Но девушка просто не могла это сделать, ведь теперь её сердце принадлежит другому. И не кому-нибудь там, а парню её сестры и лучшей подруги. И вдобавок, это парень ещё и сводный брат её бойфренда. – Прости меня, – тихо произнесла она. – Я не злюсь, – Бел повернулся к ней лицом и, широко улыбаясь, хотел обнять. – Не стоит… – Почему? – Я слишком расстроена сейчас. Бельфегор не стал настаивать на своём. До дома Франни они дошли в абсолютной тишине, боясь спугнуть установившееся шаткое перемирие бессмысленной болтовней. Только у самого подъезда Бел спросил: – Ты в школу пойдешь завтра? – Да… - замялась она, не смея поднять на него глаза. – Ну я пошла. Бабушка будет переживать. – Ши-ши… ну иди. Она пулей залетела в подъезд, так и не взглянув на парня. *** Когда Франни вернулась домой, Луссурия Лаловна сразу поняла - сёстры поругались. Сначала Вайпер пришла домой в не себя от злости, а через десять минут появляется младшая сестра, удрученная и задумчивая. – Внученька, Вайпер просила передать, чтобы ты зашла к ней в комнату, – вкрадчивым голосом произнесла женщина, выглядывая в коридор из кухни. – Зачем? – Ну я не знаю, – бабушка лишь развела руками в стороны, ведь они и правда понятия не имела, что между ними произошло. – Тогда скажи-и-ите ей, чтобы сама заходила, раз ей так ну-у-ужно. – Но Франни… – Я спать, – она закрылась у себя в комнате. – Боже-боже, – пожала плечами бабушка и направилась в комнату Вайпер, чтобы передать ей ответ. Та, услышав разговор, вскочила с кровати и бросилась в коридор. – Отлично, я сама к ней пойду. Луссурия Лаловна решила, что лучше будет предоставить девочкам самим решить возникающие проблемы. Она вернулась на кухню, а Вайпер тем временем зашла в комнату сестры: – Я должна с тобой серьезно поговорить, – начала она. – Давай, - кивнула головой Франни. – Говори… – Я всё знаю! – обвиняющее выкрикнула Вайпер. – Знаю, почему ты убежала! – Да-а-а? – она была уверена, что Расиэль ничего не станет рассказывать. – Ты не можешь радоваться за нас с Расиэлем! Потому что ты целовалась с ним! Потому что ты влюбилась в него! – Вайпер безжалостно выкрикивала обвинения. – Я всегда считала тебя своей лучшей подругой и сестрой, но ты предала меня! – Я не предавала, – лицо Франни мгновенно изменилось, она не знала, что говорить. – Я не хотела говорить, потому что ты бы переживала… и тебе было бы больно. – А сейчас мне хорошо? – с сарказмом ответила та. – Если бы ты рассказал всё… Но теперь я не могу тебе доверять. – Это ведь простая случайность, – Франни попыталась защититься. – Никто этого не хотел… – Не ври мне! – девушка с размаху влепила пощечину младшей сестре, – и вообще, ты хорошо всё придумала. Значит, когда Расиэль был слепым, он тебе и даром был не нужен… А сейчас хочешь отобрать его у меня. Не ты ли всегда отговаривала меня? Не ты ли говорила, что он будет мне обузой? А сейчас накинулась на него, у тебя совесть есть? – Я не вру! – крикнула Франни, силясь не зарыдать прямо при сестре, – Не нужен он мне! Мне вообще никто не нужен. Вайпер замотала головой и затем спокойно произнесла: – Больше ни ко мне, ни к нему не приближайся. Ты меня поняла? – Отлично. – Ненавижу тебя! – в слезах сказала Вайпер и бросилась вон из комнаты. Франни тоже хотелось плакать, но она изо всех сил старалась сохранить самообладание. Да, она единственная виновата во всем. Но с другой стороны, разве могла она что-то изменить? Её вина заключается лишь в том, что она влюбилась не в того парня. Девушка решила для себя покинуть этот дом. Теперь, когда Вайпер не хотела её видеть, какой смысл был и дальше находиться тут. Родители живут этажом выше, а значит проблем с переездом не будет. Глубоко погрузившись в свои мысли, она и не заметила, как в комнату несколько раз постучались. Лишь только когда Луссурия Лаловна присела рядом на кровать, Франни очнулась. – Из-за чего вы поругались, деточка моя? – осторожно спросила бабушка. – Это неважно, – девушка отвернулась и смахнула с покрасневшей от удара щеки несколько слез. – Завтра вы помиритесь, вот увидишь, – Луссурия Лаловна улыбнулась, кажется, не замечая следа от удара. – Нет, – Франни встала с кровати и спешно стала собирать вещи. – Я ухожу к родителям. Бабушка открыла было рот, чтобы остановить внучку, но та была полна решимости, которую трудно было не прочитать на её лице. – Простите меня, но так будет всем лучше. – Меня твое решение расстроило, – Луссурия Лаловна вышла из комнаты, обреченно вздыхая.