Можешь разорвать меня на части
27 июля 2016 г., 15:49
— Или это самая отбитая идея, которую я слышал, или шедевр, — подытожил Ларин, щурясь на Руслана.
Они сидели на кухне Юлика, распивая драгоценный чай и вкратце пытаясь во всех подробностях описать вечно недовольному Диме свою идею по-поводу ролика с его участием. Тушенцов, нервно сжимая в руках чашку, с горящим взглядом рассказывал о будущем детище, а Ларин же все сидел, слушал и пытался вникнуть в цепь сказанного. Вроде, идея годная, но, черт возьми, даже со слов казалась диким трэшем, а что будет во время съемок?
Мужчина, стоило Руслану замолкнуть и отпить чай, кивнул, мысленно подписывая договор о, возможно, большой ошибке в своей жизни.
— Юлик, камера, — уже более спокойно напомнил Тушенцов, отдышавшись от столь бурного повествования. — Снимаем!
— Прям на кухне, что ли? — искренне удивился тот, почти что уж засыпая на своем месте.
Разговор его утомил еще час назад, ведь напившейся крепкого растворимого кофе Руслан самостоятельно вел беседу, заглушая более сонного Онешко. Ларин, приглашенный сюда лично хозяином квартиры, сидел нерушимой статуей, молча пугая взглядом исподлобья людей с расшатанной психикой (потому Лиза смылась по доброй воле, стоило Дмитрию зайти за порог).
— А что мешает снимать на кухне? — хмыкнул Рус, доставая штатив для начальной сцены. — Так реалистичней же.
— Так тупее, каждый сантиметр этой локации уже видели все, — но все же тот только махнул рукой, мол делай что хочешь, а Тушенцов, получив полную свободу действий, ставил камеру и показывал где кому сесть и вообще он тут режиссер — постановщик.
Скетчер, надеясь занять свой взгляд на чем-то помимо Руслана, для разнообразия мельком посмотрел на своего гостя из холодного Питера. Все-таки, с тех пор, как Юлик решил попробовать себя в роли жителя Москвы, обзаведясь татуировкой и копной пламенно — рыжих, словно чертово солнце в середине августа, волос, его встречи с хмурым Димой стали намного реже. Тот ненавидел столицу со всеми ее километровыми пробками, а Онешко просто не находилось времени посетить Питер.
А сейчас же они, вместо того что бы, как в старые — добрые поговорить и, возможно, чуток поспорить, сидели на полу и слушали Тушенцова, объясняющего их дальнейшие роли и действия.
И вот начались съемки. Все шло хорошо, в середине присоединилась Лиза, внезапно пришедшая и отхватившая себе небольшую роль.
За окном становилось все темнее, машины с бешеной скоростью, наплевав на правила, носились по дороге, стирая свои шины и асфальт за одно. Часы подходили к одиннадцати вечера. И, как известно, ночью великим творцам приходят дикие идеи.
Лежа на полу, Руслан вдруг заулыбался, сверкая карими глазищами при белом освещении.
— А давайте вы будете поджидать меня в лифте и мы это снимем так… — он мечтательно закатил глаза, представляя будущую сцену и оставив очень уставших и непонимающих Диму и Юлика продолжать стоять над ним.
— Объясни нормально, я с самого утра не соображаю. — Онешко прислонил свою руку ко лбу и наиграл то, что ему плохо.
— Кароче, я выбегаю из квартиры на лесничную клетку, далее вызываю лифт, а там вы.
— Во-второй раз для тупых? — Критик опустил свою тяжелую руку на плечо другу. — Да, Юлий?
— Да, Дмитрий, — передразнил Юлик переведя свои глаза с лежавшего на полу Руслана на зеленые глаза Димы, парня всегда привлекал их цвет, Ларин был ему единственным знакомым с такими глазами.
И вот они уже одели свои куртки и так как было не высоко решили спуститься вниз по лестнице:
— Все равно вызывать лифт на первом этаже, — прорычал Ларин, идея про лифт и вообщем про съемку ему ни капли не нравилась, он посчитал это тупым время провождением.
— Да ладно, разомнись немного, весь день в квартире сидим. — рыжий парень был как всегда оптимистичен и весел. — Мысли позитивно с Юликом. — он заулыбался искренней детской улыбкой, на самом деле Онешко был несказанно рад, что смог уломать Диму провести с ним время, скорее именно его нехватало последние дни.
Наконец они уже вместе стояли и ждали этот несчастный лифт, тишина распространилась по всему этажу, Диме было нечего сказать, он никогда не считал себя тем, кто должен начинать разговор.
— Я скучал по тебе. — Юлик подошел немного ближе и начал просверливать в голове критика дыру. — Я боялся, что ты не приедешь больше никогда. — Ларин глубоко вздохнул показывая тем, что ему не нравится эти проявления гадких чувств.
Опять молчание, если тогда было нечего сказать, теперь нечего ответить. Лифт уже был пойман и скоро приехал, зайдя в него Дима нажал нужную кнопку.
— Готовься лучше. — сказал мужчина, сделав свое лицо еще более каменным чем обычно.
— У меня нет сил. — недолго думав, Юлик прикрыл свои глаза. — Дай мне их? — красноволосый положил свою голову на чужое плечо и положил свою руку Диме на другое плечо, точнее, на маленькое место рядом с шеей. Ларин никак не ожидал такого, поэтому решил, что парень просто скучал, ну и что с того? Подумаешь, захотелось ему тактильного контакта.
— У меня тоже нет сил, Онешко. — критик стоял на одном месте как вкопанный потому, что отвечать на «боковые» объятия не в его стиле.
— Может, так? — Юлий ловко повернулся так, чтобы Дима был на против него и взявшись за плечи приблизил свое лицо к лицу друга. Одна секунда, вторая, третяя, время тянуть нельзя и Юлик отпустил свой страх перед таким страшным человеком как Ларин, а именно тем, что прикоснулся своими губами к его губам.
