Тяжелые будни

Уже два часа торчу перед зеркалом. Чувствую себя такой же курицей, как мои одноклассницы. Час я выбирал, что надеть, еще полчаса я мок в ванной, вылил на себя полфлакона папиного одеколона. Нет, ну у меня и свой есть конечно, у папы он такой…взрослый, что ли. За что получил нехилый подзатыльник от его владельца. А остальные пол часа я пытаюсь усмирить ту копну русых волос, что у меня на месте именуемом - «голова». Я и зачесывал их назад, и взлохмачивал, и пытался стащить у сестры фен и лак для волос, о чем потом крупно пожалел, ибо эта дрянь все остальное время ходила и ржала надо мной. - Эй, слышь, лошадь Пржевальского. Если будешь так ржать, то тебя начнут кормить овсом. - Зато я не похожа на пугало. - Конечно, - я скорчил самую противную рожу, которую только мог, - ты похожа на ведьму. А в ней и вправду было что-то такое. Черные смоляные волосы, темно-карие глаза, ее худоба, делали её, будто героиней какого-то фантастического фильма. Но даже, если бы она была блондинкой с ангельским личиком, то ее характер сдал бы ее с потрохами. Такой стервы я еще не видел. Она манипулировала парнями как могла. День, когда она разговаривает по телефону с одним ухажером, под окном ее ждет второй, а третий висит на линии и ждет пока она договорит с «бабушкой» - это обычное дело. И это все в пятнадцать-то лет. Что же дальше-то будет? - А я могла бы тебе помочь, - выдала сестренка, после того, как показала мне средний палец на мой последний комментарий. - Я похож на идиота? - Честно? – на лице ехидная улыбка. - Не надо, не отвечай, - ответил, опуская руки, и уже отгоняя мысли постричься, к чертовой матери, на лысо. - Эх, добрая я у тебя. Сколько у нас есть времени? - Час, - немного недоуменно ответил я, все еще не понимая, к чему она клонит. Но через пару минут, когда она притащила из свей комнаты половину своей косметики и разнообразной хренотени для волос, до моего дебильного мозга наконец дошло. - Я не хочу, - начал пятится от нее, но когда уперся спиной в стену, понял, что это неизбежно. Если уж Ирка что-то задумала, то она своего добьется. - У тебя нет выбора, мой хороший, - эта ее улыбка меня все больше пугала. - Ты похожа на Фредди Крюгера. - Сейчас ты будешь у нас красавцем, - немножко подумала и добавила. – Хотя это будет ой как не просто. Да, камень в мой огород. А что делать? Таким олухом Вера меня каждый день видит, хочется чего-то нового. Чего-то такого, что ее покорит. Хотя, наверное, с моей внешностью меня может спасти только миллиард долларов. Меня усаживают на вертящийся стул и оборачивают к зеркалу. - Мама!!!! – ору во весь голос когда вижу, как Ира достает из сумочки ножницы, пытаюсь встать, но на мои плечи ложатся ее руки и крепко к нему прижимают. - Сидеть! Я сейчас из тебя конфетку сделаю. Все это время я сидел закрыв глаза. Сначала я боялся, что она отрежет мне ухо, потом она начала водить какой-то огромной щеткой мне по лицу, и тогда я начал боятся, что она выколет мне глаз. Потом начал задыхаться от кучи лака для волос. За это короткое время я сто раз обозвал девок дурами, за то, что они терпят, чтобы нравится нам, и одновременно стал больше их уважать. - Ну вот, готово, открывай глаза, - довольный голос Иры меня не на шутку встревожил. Когда у нее такой голос, то она либо что-то задумала, либо уже это воплотила, и у нее получилось. Но все же набираюсь храбрости и открываю глаза. То что я увидел повергло меня в шок и я, кажется, полюбил свою сестру. Если бы мне кто-то такое сказал раньше, то я бы плюнул ему в рожу, но сейчас… На меня в зеркале смотрел абсолютно иной человек. Мои длинные кудри были наглым и безжалостным образом отрезаны. Ира выделила челку на правую сторону, но не как у эмо, а сделала ее рваной, а на левую сторону опустила лишь несколько прядей. Уши были прикрыты, а сзади волосы лишь немного прикрывали шею. И все это было в неком творческом беспорядке, но смотрелась уж очень круто. В добавок ко всему, с лица чудным образом исчезли все прыщики и ненавистные черные точки. Лицо стало немного бледным, но на его фоне стали ярче губы и четче глаза. - Где ты этому научилась? – все, что я смог спросить. На что услышал короткий и ясный ответ: - Не твоего ума дело, - собрав свои вещи, она довольная поплелась к себе в комнату. Я еще немного попялился на себя нового в зеркало, пару раз себе подмигнул, поиграл мышцами, если ЭТО можно было так назвать. Потом глянул на часы и обматерил себя, что опять же опаздываю. В впопыхах надеваю, уже приготовленные, вещи. Я долго думал, но потом решил остановится на моем самом любимом прикиде. Не знаю, на сколько это сейчас модно, так как ни хрена в этом не понимаю, но в светло-голубых джинсах, с искусственно потертыми коленками, в белой майке и, с короткими рукавами, расстёгнутой рубашке, мне было, по меньшей мере, удобно. Белые кроссовки завершили мой образ, и я, с гордо поднятой головой, вышел в коридор, где меня уже ждали мама и сестра. - Ой, Ананий, какой же ты у меня красивый, - мама прихлопнула в ладоши. - Ладно, я побежал, опаздываю уже, и захлопнул за собой дверь. - Ира, где ты научилась так стричь? – женщина задала тот же вопрос, но, в отличии от Анания, она получила ответ. - Мам, ты не поверишь. Сама в шоке, я хотела совсем по-другому, но потом напортачила с правой стороны и пришлось прикрыть брак. Но получилось же не плохо? – девушка опустила голову под пристальным взглядом матери. Но когда та закатила глаза и как всегда пошла на кухню. Радости Иры не было предела. Но еще больше адреналина в кровь добавляла та мысль, о выражении лица ее братца после того, как он увидит случайный ее брак. Ананий вышел из подъезда и остолбенел. - Ты?! Что здесь делаешь?