Старый альбом

 — Щелк!

Затвор захлопнулся, и спустя несколько секунд из корпуса старенького «Зенита» вылетела небольшая фотокарточка, размером не больше ладони. Она сделала снимок, чтобы холодной зимой погреться в лучах солнца, навсегда запечатанных в этом недвижимом кадре. Лето несло с собой новые надежды и ожидания. Шеннон предстояло провести сотню незабываемых вечеров на берегу моря, в компании самых близких друзей и человека, для которого билось ее сердце. Фотографии впитывали то счастье, которое испытывала Шеннон, слыша смех друзей и далекий шепот волн. Время летело совершенно незаметно, стремительно мотая вперед пленку их жизней. Слезное прощание, крепкие объятия, сердца, сцепленные воедино морской сетью и пригретые светом маяка. Вот уже пыльный автобус развозит своих пассажиров по их коморкам. Счастливые улыбки остались только на пленке.

 — Щелк!

Разбросанные фотокарточки на полу представляли собой идеальную палитру цветов, букет ржавой осени, так неожиданно нагрянувшей в гости. Сидя в полном одиночестве, Шеннон слышала призрачное эхо смешков друзей, ранее заполнявших собой эту пустоту.

 — Щелк!

Ласковые слова любимого по-прежнему грели ее истерзанное сердце, хоть на фото в его глазах теперь отражалась неимоверная усталость. Быстрая и энергичная жизнь студента выбила его из колеи. Она сделала снимок, чтобы не забыть, как выглядит ее парень, ведь краткие встречи по выходным теперь заменяли ей долгие свидания в летней ночи, когда цикады пели лишь для них двоих.

 — Щелк!

Пожелтевший лист мягко опустился на воду, но камера надежно запечатала момент его головокружительного полета. Она сделала снимок, чтобы заполнить еще одну страничку в стареньком альбоме. В нем больше не было лиц, не считая изображения милой старушки, торгующей герберами за углом ее дома. Промозглая осень все больше проявляла себя во всей красе: противные дожди и грозы разогнали людей по домам, напрочь отметая их надежды понежиться в последних лучах октябрьского солнца. Они ли поселили этот холод в душе Шеннон? В ней вдруг исчезла надобность, словно недостающий кусочек большого пазла заменили новой деталью, блестящей, без отклеившихся краев и желтых пятен.

 — Щелк!

Из корпуса медленно показалось новое фото, хотя ничего нового на нем уже не было. Тонкие бледные пальцы, раньше уверенно державшие фотоаппарат, казалось, потеряли сноровку. Она сделала снимок, чтобы отправить его своим друзьями, но ответа так и не получила. Что же случилось с ними? А, может быть, и с ней?.. Дожди все не кончались и Шеннон находила в них совершенное оправдание. Сейчас просто нет возможности собраться старой компанией, наверняка все дело в погоде.

 — Щелк!

Солнце наконец выглянуло из-за тяжелых туч, нависших над городом, в парке снова стало людно. Она сделала снимок, на котором был ее парень, вот только он был не один. В своей руке он нежно держал ладошку старой подруги Шеннон. Они шли мимо иссиня-черного озера и влюбленно улыбались друг другу. Жухлые листья шуршали под ногами, напоминая, что зима не за горами. Казалось, Шеннон была растоптана, подобно сухой листве. Бледные губы дрожали, а волосы, обычно собранные в аккуратный хвост, лежали теперь спутанными прядями на ее плечах. Трамваи прятались в депо; фонари, словно тысяча маленьких лун, освещали улицу; прохожие торопились по домам, крепко держа под рукой то портфель с бумажками, то пакет апельсинов.

 — Щелк!

Блестящая фотокарточка упала в грязь, в один миг утратив свою былую красоту и яркость, подобно… Мягкий вязаный свитер легко поместился в сумку, потеснив старую камеру и теплый зимний шарф. Фотографии, устилавшие пол комнаты, напоминали о теплом лете. Казалось, Шеннон даже слышала звонкий смех, аккорды новенькой гитары, потрескивание костра и шум прибоя. Что будет, если человек, отправившись на работу холодным утром, вдруг пропадет? Его несомненно будут искать, беспокоиться о его сохранности и здравии. Бывает и так, что волноваться некому. Люди просто делают вид, что никогда и не знали этого человека, или же он попросту отлучился по делам и, без сомнения, скоро вернется. Шеннон исчезла в утренней дымке, оставив за собой лишь цветочный аромат духов и пряностей, закрыв квартиру на ключ и распахнув в ней настежь все окна, чтобы ветер смог гулять по ее обители и видеть моменты из прошлой жизни, которую сама Шеннон предпочла забыть.

 — Щелк!

Она сделала фото, потому, что теперь это все, что у нее было. Шпалы мелькали под ногами. В ее пути не было смысла, но дорога почему-то не кончалась. Где-то далеко, в шумном баре, смеялись ее друзья, радуясь новой встрече и опрокидывая очередную кружку сладкой медовухи. И никому не было дело до фотографий, лежавших на полу в комнате девушки, чье лицо давно исчезло в сумраке забвения. Дни тянулись…