Падение Каэр-Паравела

      Каспиан, хмурясь поглаживал бородку. Тельмар неотвратимо приближался - синеватая полоска суши постепенно разрасталась, обретая все больше цветов и очертаний. Но чем ближе был к нему корабль, тем больше принц хмурился.       Это был отвратительный рейд. Никто, конечно, не заставлял принца ничего делать своими руками — за него все сделали его люди, профессиональные убийцы, привыкшие к такого рода заданиям. Они забрали все, что только могли забрать, и адмиралу дорогого стоило не отозвать солдат, а, сжав зубы, позволить им собрать дань. На Жемчужных островах нет жемчуга. Когда-то давно, он там был, конечно, но было это еще века три тому назад, а может, и больше. Тогда было другое время, да и острова тогда, судя по слухам, принадлежали не Тельмару, а Нарнийской короне.       Хорошо размышлять о захвате страны, когда сидишь в своих покоях и не видишь глаз ни в чем не повинных жителей, которым теперь будет нечего есть. Произошедший переворот разрушил все планы Каспиана, и принц по-прежнему плохо представлял себе, что делать дальше.       К тому же, теперь в его голову начали закрадываться непрошеные сомнения. А что, собственно, он собирался делать в Нарнии? Ведь, если там все будет так же… Каспиану вовсе не улыбалось быть безжалостным тираном и узурпатором, подобно Рикардо. Так ли он готов перебить кучу мирных жителей, ради золотой короны и стеклянного потолка?       Родной остров неумолимо приближался. Чертовы чайки, бешено галдя, носились над кораблем, а Каспиан уже видел очертания замка и поросшую лесом гору Тельму, за которой находились тельмарские пашни. «Если бы только не нужно было возвращаться с отчетом к Рикардо, — подумал мужчина. — Если бы только…» — Адмирал!       Каспиан обернулся и посмотрел снизу вверх на человека в вороньем гнезде. — Что еще? — Адмирал, там творится какая-то чертовщина! Вода отступает! — Что? — Вода отступает от берега! Корабли в порту опустились на землю!       Каспиан выхватил подзорную трубу и устремил взгляд вдаль. Там, впереди, насколько он мог видеть, вода действительно отошла от берегов по меньшей мере на полмили, обнажив бледное песчаное дно. Что за чертовщина… — Лечь в дрейф! — распорядился он. Сзади быстро приближалась крупная волна.       Корабль ощутимо качнуло, когда она прошла под ним. Мужчина схватился за борт. — Она же сейчас захлестнет порт! — крикнул кто-то сзади, но Каспиан уже понял это.       Чем ближе была волна к берегу, тем выше она становилась, и тем больше становилось ясно, что сделать с этим ничего нельзя. Остается лишь надеяться, что порт был вовремя эвакуирован, но это вряд ли — откуда они могли знать, что это может произойти? Откуда они могли знать, что родной океан может так с ними поступить?       В полной тишине волна все поднималась и поднималась. Вот, не стало видно отмели, кораблей в порту, башен замка… — Господи… — выдохнул Каспиан.       Волна бесшумно обрушилась на порт, и лишь через несколько секунд до кораблей долетел рев воды, будто подтверждая свершившееся. Теперь нельзя было точно разглядеть, что там происходит, и как много она накрыла. Принц прикусил губу. Господи… за что?       Повисла гробовая тишина. — Ваше высочество, — тихо сказал советник Сайбериан, неслышно оказавшийся рядом. В этой тишине голос его прозвучал неестественно громко, — что прикажете делать?       Бледный, как полотно Каспиан обернулся к команде. Он чувствовал их страх, закипающую панику. Но что он должен им сказать? Что тут вообще можно сказать? Он набрал в грудь побольше воздуха… и увидел приближающуюся сзади вторую волну. — Сохранять позиции! — крикнул адмирал, чувствуя, как в горле у него пересохло.       Эта волна была больше первой.       Все замерли, ошалело глядя туда, где только что находилось могущественное королевство Тельмар.       И тогда страх отпустил Каспиана. Мужчина отстраненно наблюдал за тем, как вторая волна поднимается выше и дальше, чем первая, как она опускается на город, и как ломает дома и корабли, будто игрушки. Все казалось таким нереальным, что он ничуть не удивился, когда сзади поднялась третья волна и последовала примеру первых двух.       Еще какое-то время все молчали. Затем, тишину сменили вопли ужаса, и корабли захватила паника. Каспиан стоял, не шевелясь, чувствуя нарастающий гул за спиной. Он задумчиво поглядел на советника, напряженно наблюдавшего за ним, и, не проронив ни слова, развернулся лицом к команде. — Молчать! — рявкнул он, шагнув вперед.       Не оборачиваясь на разрушенный остров, он приблизился к резным перилам мостика и остановился, глядя на своих людей сверху вниз. Он все еще чувствовал их напряжение и страх, плескавшиеся у самых его ног, но теперь команда была снова подчинена ему. — Вернуться на курс, — приказал он. — Мы подойдем к острову с северо-востока. Советник Сайбериан! — Да, адмирал? — Вы со мной, — велел он и все в той же тишине прошествовал к своей каюте.       На пороге он резко обернулся и обвел суровым взглядом команду. — Вы что, оглохли? По местам!       Матросы молча вернулись к работе, и Каспиан, мысленно выдохнув, шагнул в полумрак.

***

      Мерно и ритмично вздымалось и опускалось тяжелое опахало из страусиных перьев перед ложем тисрока Хершида Третьего, рождая слабенький ветерок. По правде сказать, от жары это не особенно спасало. Смуглый бритоголовый раб обливался потом, отгоняя от его императорского величества жирных черных мух, облюбовавших дворец в это время года.       Тисрок задумчиво смотрел на мальчишку, стоявшего перед ним. Король Пеллеас нарнийский смотрел прямо и держал спину ровно, чуть склонив голову в почтении. Последние полчаса он вел довольно складную речь о совместной истории их государств, сводя все к тому, что с тех пор, как тархистанские тисроки породнились с нарнийскими королями, это принесло обеим сторонам только выгоду. Паренек ходил вокруг да около, все не переходя к сути своего приезда, а Хершид спокойно слушал его, не перебивая — как правило, это смущает говорящего. Он прекрасно знал, зачем здесь Пеллеас, и Пеллеас знал, что он знает, но все не решался озвучить, вероятно ожидая прямого вопроса, и это забавляло тисрока. — Впрочем, — сказал юноша наконец, — я здесь не затем, чтобы рассказывать тебе историю, которую ты знаешь и сам. В Нарнии наступили нелегкие времена — Тельмар угрожает нам войною. И потому я приехал сюда смиренно просить твоей помощи, как союзника и дражайшего родственника.       Тот медленно кивнул, давая знак продолжать. — Будешь ли ты, тисрок, столь любезен оказать нам содействие в случае, если Тельмар выдвинет против нас свои войска?       Тисрок задумчиво поглядел на короля. Король выжидающе смотрел на тисрока. — Дорогой мой троюродный брат, — промолвил наконец Хершид, — я рад видеть тебя в своем доме и говорить с тобою. Твое положение, дражайший родственник, печалит меня. Ты сам отметил, что величие государств наших лишь приумножилось с тех пор, как наши предки заключили сей союз. Я был бы рад, как верный друг и союзник, оказать помощь тебе.       Лицо Пеллеаса просветлело. Выходит, слухи не врут, и дела в Нарнии и впрямь ужасны… — Благодарю тебя, тисрок, — склонил голову юноша. — Разумеется, — улыбнулся Хершид, — но, к сожалению, не все здесь зависит от меня. Прежде, чем принимать подобное решение, мне необходимо посоветоваться с верховным жрецом и вознести молитву богине нашей Таш, дабы получить ее благословение.       Пеллеас медленно кивнул. — Однако, — развел руками тисрок, — если Таш откажет мне в благословении, я не могу обещать тебе поддержки. Не в моих это правилах — действовать против воли богов. Думаю, ты, как никто другой должен понимать меня… хотя, конечно, я уверен, что богиня непременно благословит нас. Таш высоко чтит родственные узы. — Конечно. Благодарю тебя, брат мой. Мир дому твоему. — Храни тебя Таш, мой брат, — склонил голову набок тисрок.       Пеллеас откланялся и покинул приемную залу. Хершид откинулся на спинку своего ложа и принял бокал с прохладной персиковой водой из рук наложницы. Промокнул платком блестящий от жары лоб. Махнул ожидающему у дверей слуге. — Передай нашим гостям с Тельмара, что я готов рассмотреть их предложение.