Мой маленький бунт

      День был жарким. В такие жаркие дни небо обычно светлое, без единого облачка, только у самого горизонта тянется бледная пелена. Мальчик не любил такое небо. Ему нравилось, когда оно было ярким, как на только нарисованной картинке. А в тот день он смотрел вверх и не видел той синевы, которой ему хотелось видеть.       Солнце порубило на контрастные куски окружающие дома - светлые камни боролись с отчётливыми едкими тенями. Где-то вдалеке виднелся кривой силуэт когда-то самой высокой башни города. Теперь, после того как её разнесли рептилии, она выглядела уродливо. Снизу её пожирали строительные леса - война, к счастью, отошла от этого городка на север, пришло время восстановления и оживления.       Вокруг было очень много людей. Головы большинства были покрыты цветными тонкими платками, кто-то побогаче иногда носил светлые шляпы с яркими лентами, но в целом эта людская масса казалась мальчику серой, грязной.       Ему было интересно, как выглядит жизнь без войны. Когда мальчик родился, она уже шла. Ему ещё очень повезло - его родной город находился довольно далеко от северных границ, поэтому он вообще слабо понимал, почему все так хотят, чтобы война закончилась. Мать говорила, что раньше было больше еды и она была лучше, а налоги не отбирали почти все деньги. Ещё она рассказывала про отца, который не вернулся, но мальчик его ни разу не видел - он родился слишком поздно. Таких детей было очень много, поэтому в этом он тоже не видел ничего необычного. Ему не с чем было сравнивать.       Потом рептилии дошли и до этого небольшого города. Прорваться через крепостные стены им не удалось, но мальчик начал понимать, чего так боялись взрослые. В его ещё таком маленьком разуме появились тысячи новых, серьёзных вопросов. Именно пытаясь ответь на них, он случайно осознал нечто очень важное.       С ним что-то не так.       Кто-то управлял его мыслями. Кто-то совершенно невообразимый. В своих размышлениях он начал натыкаться на "стены". Ему не давали думать об определённых вещах, но он даже не мог сказать, о каких - странные мысли сразу же стирались, и мальчик быстро переключал своё внимание на что-то совершенно иное. Этот "кто-то" не желал зла мальчику, он вообще не воспринимал ребёнка как человека, а пользовался им как своим инструментом. Мальчик только начинал это понимать, но каждый вечер, перед тем как заснуть, он долго думал об этом. "Существую ли я вообще?" - спрашивал он себя.       Мать неожиданно вцепилась в его руку и ускорила шаг. Мальчик вздрогнул и поспешил за ней. У стен сидели калеки. Война изуродовала их тела. Теперь вместо блестящих кольчуг они носили грязные рваные тряпки и целыми днями просили милостыню. Редко кто протягивал им монету. Простым людям самим не хватало денег, а аристократы не ходили по этим улицам.       Мать мальчика до ужаса боялась этих несчастных, хотя тот, кого она держала за руку, был гораздо страшнее.       "Может ли тот, кто так бесстрастно редактирует мои мысли и управляет моим разумом, испытывать жалость? Вряд ли. Но мне жалко этих людей. Значит ли это, что я существую?" - продолжал думать мальчик. Видимо, кто-то, видя эти размышления, опять насторожился, и ребёнок быстро переключил своё внимание на толпу людей, которая наверняка собралась вокруг чего-то интересного.       Воздух наполнился взволнованными и удивлёнными голосами, и женщина с мальчиком попытались протиснуться ближе к центру.       Люди окружили девушку, сидящую на одном из камней, ограждавших красивую древнюю статую. На площади остановился отряд военных - они везли еду и оружие на север, к вечно колеблющейся линии фронта. Несколько солдат охраняли повозку, а остальные разбрелись по округе. Девушка, окруженная людьми, похоже, ехала с ними. Одета она была в тёмную мантию, а на её груди блестел серебряный значок, изображающий глаз. "Волшебница!" - сразу понял мальчик. О магах знали все. Каждый ребенок мечтал однажды обнаружить у себя какой-нибудь дар, ведь это означало, что он будет служить королю, и, возможно, получать огромное жалование. Это был отличный шанс для бедняка обрести богатство и даже прославиться. Поэтому мальчик забыл о своих мрачных мыслях и во все глаза уставился на девушку.       - Про меня, про меня расскажи! - выкрикнул какой-то молодой парень из толпы и вырвался вперёд.       - Хорошо, - улыбнулась девушка и начала вглядываться в лицо юноши. Мальчик удивлённо вздохнул, когда её глаза вспыхнули ярким голубым светом - именно таким, который он любил больше всего. Ему удалось прорваться сквозь взрослых, и теперь он стоял к волшебнице совсем близко, разглядывая её длинные каштановые волосы, яркие глаза и немного обгоревшие в долгом пути щёки и острый нос.       - Ты - Ярп Ривист, тебе 16 лет, есть у тебя немного сил управлять огнём, но для того, чтобы стать магом, этого недостаточно, но ты, если будешь тренироваться, сможешь создавать искру или гасить свечи... Учишься у местного кузнеца, и тебе нравится девушка, вон та, - волшебница хитро улыбнулась и указала на кого-то в толпе. Парень, стоявший перед ней моментально покраснел, проследив за направлением её руки, и, промычав смущённо, что всё верно, поспешно сбежал. Люди рассмеялись и зашептались восхищённо.       И тут мальчик понял, что та волшебница может сказать, что с ним такое. Вдруг окажется, что на самом деле у него есть какой-нибудь дар, и он - маг, поэтому они заберут его с собой, всё расскажут ему об этом странном "кто-то", а потом он прославится и будет присылать деньги матери. Она не будет голодать, сможет покупать себе дорогую, красивую одежду и больше не будет работать на тяжёлой, изнуряющей работе...       Поэтому мальчик с надеждой в душе шагнул вперёд. Существо, контролировавшее его мысли сначала заволновалось, и мальчик уже успел подумать, что его сейчас остановят жестким приказом, но "кто-то" вдруг успокоился. "Кто-то" замер в ожидании, ему было интересно, что же произойдёт дальше.       - Расскажите про меня, пожалуйста! - взволнованно крикнул мальчик удивительной девушке с яркими глазами, которые видели всё.       - Конечно, мальчик, - улыбнулась волшебница и ему. Её взгляд снова запылал голубым огоньком, и она посмотрела на него.       Мальчик замер в ожидании. Но скоро добрая улыбка сошла с её лица - уголки розовых губ поползли вниз.       - Что... Что ты такое? - девушка попыталась встать с камня, но её ноги подкосились и она упала на землю.       - Не смотри на меня... Что ты здесь забыл?! Ты не должен вмешиваться в нашу жизнь! Убирайся, монстр! - кричала она в ужасе.       Солдаты, охранявшие обоз, кинулись к мальчику и направили на него свои копья. Ребёнок вздрогнул и попятился назад, а из его глаз покатились слёзы. Тут мальчик почувствовал, что "кто-то" решил вступить в игру, и его сознание отшвырнуло в сторону, а тот, кто всё время оставался в тени, наконец вышел вперёд.       - Монстр? Зачем же так грубо, леди, - усмехнулся "кто-то" губами мальчика. -       У-уходи! - глаза волшебницы расширились и она попыталась отползти подальше от жуткого существа.       - Удивительно, что ты видишь меня! Я и не думал, что всё так обернётся. Твоя магия действительно сильна. И ты, наверное, представляешь себе, что я могу сделать? - продолжало говорить существо. - Ты обидела этого несчастного мальчика, и мне от этого немного совестно. Могла бы и подыграть нам, - существо весело подмигнуло. - Ну, раз уж мы уже попали в такую неприятную ситуацию, не могла бы ты попросить своих друзей опустить оружие, если ты действительно видишь, кто я такой. Тогда я спокойно уйду из города, и ты больше меня не встретишь, - "кто-то" в теле мальчика замолчал на пару секунд и с наигранной грустью оглядел застывших в удивлении людей, что стояли вокруг них. - Мне бы очень не хотелось уничтожать ваш маленький миленький мирок, поэтому, пожалуйста, помоги мне.       - О... Отпустите его, - прошептала волшебница, но солдат уже можно было об этом не просить, они бросили копья на землю и отошли подальше от мальчика.       - Благодарю, - улыбнулся "кто-то", и пошёл прочь, рассекая толпу как раскалённый нож рассекает масло.       - Э-э-эйзон! - раздался позади душераздирающий крик матери мальчика, но "кто-то" уже увёл тело девятилетнего Эйзона далеко от площади.

***

      Я резко дёрнулся и широко раскрыл глаза. Сон! Мне снилось что-то очень важное! Тут же я понял, что я забываю его. Воспоминания о прошлом рассеивались, и я должен был спешить. Нужно его записать! Я в панике начал бегать по комнате, ища хоть что-нибудь, что можно было использовать, но ничего не нашёл. Тогда я сжал в зубах кожу указательного пальца и со всей силы мотнул головой в сторону, разрывая чувствительную подушечку. Брызнула алая кровь, а я бросился к столу и начал писать.       Когда сон полностью стерся из моей головы, на столе появились кривые буквы.       "Кто-то контролирует мысли. Искать границы. Он..."       Что он? Или я начал писать другое слово? Почему я вообще решил записать этот сон? Почему я так быстро его забыл? Что всё это значит?       Кто-то контролирует мои мысли? Какие, чёрт возьми, границы! Это как-то связано с тем... С чем? С чем это связано?       Я нахмурился. Уперевшись руками в край стола, я уставился на кровавые надписи. А я ведь совсем не помню своего раннего детства. Ни одного воспоминания. Мастер говорил, что нашёл меня совершенно случайно и взял в ученики, потому что детей у него не было, сам он был стар, а я проявлял удивительный талант к зачарованию. Со стариком я прожил всего лет пять, он умер от болезней и недоедания, оставив мне мастерскую. Я как-то не расспрашивал его о себе.       Я опустил взгляд на свои голые руки. Они были все перебинтованы. Теперь я заметил, что почти всё тело неприятно чесалось, а один глаз ничего не видел. Видимо, я ещё не исцелился после путешествия в другой мир.       На меня надели лёгкую длинную рубаху, а под ней... Да, под ней ничего не было, кроме бинтов. Я отодрал повязку с левой руки и обнаружил на своей коже листья какого-то растения, уже наполовину почерневшие от яда, источаемого моим телом. Я замотал всё обратно и осмотрел комнату в поисках зеркала. Его я нашёл над тумбочкой, на которой стоял медный тазик с водой. Я с интересом вгляделся в своё отражение. Мне сразу стало понятно, почему одним глазом я ничего не видел - голова тоже была перебинтована. Из-под белой повязки вырывались мои тёмно-русые волосы. Они заметно отросли, но были чистыми, да и от меня вроде не воняло - за моим телом хорошо ухаживали. Тут мне стало немного неловко.       Также, к своему удивлению, я обнаружил у себя небольшую бородку, а ведь после того, как я согласился работать на рептилий и перестал скитаться по лесам, я снова начал бриться.       Сколько времени я провёл без сознания, что мои волосы успели так сильно отрасти? Месяц? Больше?       Захотелось пить. Я вернулся к столу и схватил стоящий на нём кувшин, как вдруг заметил на гладком дереве кровавую надпись.       Кто мог оставить такое жуткое послание?       "Кто-то контролирует мысли. Искать границы. Он..." - постарался разобрать я.       Стоп, я же сам её только что написал! Это мои воспоминания из сна. Почему я сразу же об этом забыл?       Боги!       Моё сознание действительно контролируют!       Что делать? Как только я отойду от надписи - снова отвлекусь и забуду? Нужно сосредоточиться.       Я сбросил кувшин на пол. Он звонко разлетелся куски. Я наклонился и подобрал острый осколок, а потом вырезал эти слова у себя на руке, морщась от боли. Так я смогу их обнаружить, даже если забуду. Схватив с тумбочки бинты я перевязал рану. Если останется шрам - хорошо.       Потом я стёр кровавые слова со стола. Незачем Айдеру и Громму об этом знать. Они и так мне не доверяют. Я понадеялся, что паук сейчас не следит за мной, иначе он бы давно появился.       Эта беготня меня утомила. Мне всё ещё был нужен отдых, поэтому я рухнул на кровать и уставился в потолок. О надписи я уже не помнил и просто обдумывал наше с Громмом путешествие, пока снова не заснул.       После этого я иногда просыпался, но ненадолго. Чаще всего в комнате я был один, но пару раз видел слуг, которые меняли мне повязки. Ни Айдер, ни Громм ко мне не заходили. Я пытался говорить с теми рептилиями, которых я видел, но я не понимал их языка, а они не понимали моего.       С каждым новым пробуждением я чувствовал себя всё лучше, слабость уходила, конечности становились послушнее, а количество повязок на моём теле уменьшалось.       И вот, в одно прекрасное утро, открыв глаза, я наконец-то увидел того, кого хотел. Громм расположился на стуле около моей кровати. Кажется, находился он здесь уже давно - дракон отрешённо уставился в пустоту, видимо, думал о чём-то своём.       Выглядел он просто ужасно. Золотые глаза стали тусклее, а под ними легли тёмные круги. Повязок на нём было ещё больше, чем на мне - они выглядывали из-под просторной чёрной рубашки с золотыми узорами на рукавах и воротнике. Чешуйки на его скулах так и остались чёрными, а на коленях Громма лежала трость. Он заметно похудел и перестал источать ауру могущества и превосходства. Теперь он казался хрупким и болезненным.       Почувствовав, что я очнулся, он повернулся ко мне.       - Что с тобой? - внутри всё неприятно сжалось, а я впился взглядом в его лицо, надеясь услышать, что с ним всё хорошо.       - То же, что и с тобой, - со вздохом ответил дракон.       - Я думал, что ты поправишься быстрее меня.       - Я получил большую дозу яда, чем ты, - объяснил Громм, но взглянув на моё встревоженное лицо, добавил:       - Это пройдёт, но не скоро.       - Ясно... Давно мы вернулись?       - Полтора месяца назад.       - Я так и понял. Случилось что-то, пока я был в отключке?       - Непохоже. Я сам только пару часов назад пришёл в себя. Айдер занят, но, наверное, скоро появится, от него всё и узнаю.       Я стиснул губы. Почему-то я не думал, что Громм пострадает сильнее меня. Я вообще не замечал, что ему, наверное, было гораздо тяжелее, чем мне. Он всё время носил мне железки, которые можно было зачаровать, добывал воду, перетягивал яд с моего тела на своё...       - Может, уберёшь со своего лица это выражение? Чувствую себя совсем жалким, когда ты обо мне беспокоишься. Да и этот яд не убивает, а только парализует. Мы выбрались оттуда, и теперь я не вижу смысла переживать зря, - недовольно пробурчал дракон. Его слова меня успокоили. В новом депрессивном Громме я снова увидел старого доброго презирающего меня Громма.       - Я рад, что ты пришёл ко мне, как только очнулся, - ехидно улыбнулся ему я, но дракон отвернулся и смущённо фыркнул. В мою копилку к мило злящемуся Громму добавился мило смущающийся Громм.       - Айдер куда-то ушёл, и мне не хочется ждать его, валяясь в кровати. Так что я просто убиваю время, - начал оправдываться он.       - Да... Я так и понял, - я не стал с ним спорить, но хитрая улыбочка с моего лица никуда не делась.       Мы замолчали. В первый раз мы могли поговорить в такой спокойной обстановке - дракон не пытался убить меня или покалечить, и при этом над нами даже не висела угроза быть парализованными. Я перестал бесить его? Он просто устал?       Или... Он, может быть, помнит о том, что обещал мне за спасение его мира? И теперь боится, что я потребую от него что-нибудь, что ему не понравится. Поэтому он старается быть со мной дружелюбнее? Неужели он правда думает, что я попрошу у него что-нибудь страшное?       - Ты ведь помнишь, что я обещал тебе выполнить любое твоё желание? - решился он начать этот разговор. Кажется, догадался, о чём я думаю.       - Да.       - Я всегда выполняю свои обещания.       - Я верю.       - И? - я видел, как он напрягся.       - А что бы ты хотел, чтобы я у тебя попросил? - поинтересовался я. Я ещё сам толком не представлял, что мне делать с этим желанием. Может, мне просто ничего не загадывать и продолжать наслаждаться тем, как он в страхе пытается меня задобрить?       - Мне проще ответить, какой твоей просьбы я боюсь, - золотые глаза внимательно рассматривали моё лицо, а губы дракона искривились в горькой усмешке.       - Да я и сам догадываюсь, можешь не отвечать... - хмыкнул я. Ещё немного подумав, я решил, что Громм парень всё-таки хороший и не заслуживает подобных мучений. Возможно, его побитый вид заставлял меня беспокоиться о его психическом здоровье, или время, проведённое нами в мире №19, изменило моё к нему отношение... Кто же знает? - Я не так ужасен, как ты считаешь. Я изначально не собирался этого от тебя требовать, мне просто было интересно, насколько далеко ты готов зайти ради спасения своего мира. Так что можешь быть спокоен.       - Спасибо, - дракон натянуто улыбнулся и продолжил говорить. - Ты здесь больше не пленник. Если хочешь - мы поможем тебе изменить твою внешность и магический след, так что ты сможешь вернуться к нормальной человеческой жизни. Если хочешь - всё созданное тобой оружие мы уничтожим и не будем использовать против людей.       - Я над ним столько работал, а ты от него избавиться хочешь? - усмехнулся я. - Используйте его как хотите... Может, это действительно поможет закончить войну. А нормальная человеческая жизнь в наше время ничего хорошего из себя не представляет, ни за что к ней не вернусь.       - Тогда что же ты пожелаешь?       - Я хочу и дальше быть на вашей стороне. Хочу добраться до самого нашего короля и превратить его жизнь в ад. Ну, или хотя бы спросить, почему он всё это делает. Хочу увидеть конец этого всего. Ну, а ещё хочу, чтобы ты перестал меня презирать. Наши перепалки, конечно, очень милы, но заходят далековато, да и надоело мне это.       - Эйзон. Ты мне не противен. Больше нет, - сказал тихо Громм, и я не мог на секунду поверить своим ушам. Я усилием воли подавил глупенькую улыбку, стремившуюся расползтись на моём лице. Удивившись своим странным эмоциям по этому поводу, я решил напомнить себе о том, что это всё может быть ложью с целью использовать меня. Не стоит забывать, что этот дракон готов пойти практически на всё ради своего мира и уж тем более ради своего народа.       После этого мы долго обсуждали то, как я могу помочь, и то, что мы сделаем, когда победим. Мы всё ещё были слабы из-за яда, но я терпел бьющую по мозгам усталость, лишь бы не заканчивать нашу беседу.       Громм встал, пожелав мне скорейшего выздоровления, когда заметил, что мои глаза начали закрываться, а слова стали невнятными. Я пожелал ему того же и положил такую тяжёлую голову на подушку. Как только дракон медленно ушёл, постукивая тростью, я снова погрузился в сон.

***

      Шрайн поставил кружку с горячим ароматным чаем перед Айдером, а сам уселся напротив, встревоженно поглядывая на друга. Паук пришёл сказать ему что-то важное, что-то, что заставило этого вечно спокойного и всезнающего правителя сидеть в лаборатории Шрайна за столом, заваленным разными приборами, и закрывать бледными ладонями лицо.       Шрайн не торопил его. Сам расскажет, когда немного придёт в себя. А пока ящер пил вкусный напиток и наблюдал за беспомощным видом паука, который наверняка явился молить о помощи.       После нескольких долгих минут, Айдер заговорил.       - Всё плохо.       - Всё всегда плохо, мой дорогой товарищ, - усмехнулся Шрайн. - Мне нравится любоваться твоим отчаянием, но любопытство гложет меня. Не томи, рассказывай.       - Всё дело в этом человеке.       - В человеке? А-а-а, ты про того парня, Эйзона... Да, дел он, конечно, наворотил, но мне не кажется, что он представляет какую-то угрозу. Скорее, наоборот, его можно использовать. Однако, то, как он смог воспользоваться телепортацией, меня настораживает. Хотел бы я поставить парочку экспериментов, но, к сожалению, пока у Громма разрешения не спросить. Нужно ждать, когда он очнётся.       - Ты не понимаешь... Я тоже сначала думал, что этот парень нам сильно навредить не может, и его нужно использовать, но я ошибался. Он не тот, за кого себя выдает, и прятаться у него получается мастерски. Я заметил это совсем недавно... - паук замолчал, не зная, как объяснить всё Шрайну.       - Ты прекрасно знаешь, что я не люблю долгие прелюдии. Давай к сути, - начал терять терпение ящер.       - Я не знаю, что он такое... Но мне кажется, что он - причина нашего появления... Мои инстинкты буквально кричат о том, что он - приоритетная цель, но при этом я могу точно сказать, что его настоящий разум не здесь. Понимаешь, что значит "не здесь"? Не в этом мире. Он всего лишь аватар сущности, на которую нацелилась наша раса.       - Причина появления фальшивой расы? - Шрайн замолчал на пару минут, пытаясь всё тщательно обдумать. - Ты уверен? Я всегда учитывал версию с неестественным происхождением, но ты раньше ни о чём подобном не говорил.       - Уверен я! Я и сам раньше об этом не догадывался. Но потом встретил этого ублюдка... Что же нам теперь делать? Я понятия не имею, насколько могущественным может быть подобное создание! - Айдер вскочил с места и начал беспокойно ходить по комнате, пинком отбрасывая валявшуюся на полу технику, что попадалась ему под ноги.       Ящер не смог спокойно смотреть, как крушат его любимое оборудование, и быстро поймал паука в крепкие объятия. Айдер, почувствовав горячие руки на своей талии, послушно замер. Его успокаивала близость Шрайна - единственного живого существа, которому он мог полностью открыться.       - Как мне теперь объяснить это Громму, не раскрыв свою истинную сущность? - грустно спросил паук.       - Не надо делать вид, что у тебя нет никаких мыслей. Я - твоя главная идея, верно? - усмехнулся ящер и, подняв свою чешуйчатую голову вверх, всмотрелся в мрачное лицо Айдера.       - Не хочу снова подставлять тебя и заставлять лгать своему правителю.       - Мы оба - предатели. Для нас нет дороги назад. Но мы ведь всё равно хотим ему помочь, верно? Пока наша ложь не приносит вреда, не вижу смысла говорить Громму правду. Представь, что с ним будет, когда он узнает, что его самый близкий друг обманывает его? В эти тяжёлые времена рептилиям нужен сильный правитель. Поэтому не поддавайся больше эмоциям! Мысли рационально, как и раньше. А я тебе помогу.       - Что ж, ты снова прав, - вздохнул Айдер, опять возвращаясь к своему привычному флегматичному состоянию.       - Вот и умничка. Иди, разбирайся со своими делами, а я пока подумаю, как решить проблему с этим человеком... - Шрайн встал на носочки, чтобы дотянуться до губ паука, и проник своим раздвоенным длинным языком в его рот. Айдер ответил на поцелуй и, наконец, тоже обнял ящера.       Вдоволь насладившись объятиями друг друга, они с неохотой разошлись.

***

      - Тебя не узнать, - признался мне Громм. Мы стояли на обочине дороги, покрытой густой свежей травой. Красный летний рассвет разливался по небу, окрашивая светлые облака в яркие цвета. Где-то вдали, за зелёными холмами, виднелась тень замка, в котором я провёл столько времени. Озёра, реки, небольшие рощи, луга, дома, похожие на серые скалы - я всё видел, как на ладони. Картина выходила действительно прекрасная.       Громм то и дело бросал взгляд в сторону, как будто не мог насмотреться. Наверное, за столько лет он успел полюбить эту северную, холодную, но такую красивую землю.       Айдер же, напротив, по сторонам не глазел. Он был молчалив больше обычного. Неужели беспокоился о чём-то?       - Да, теперь-то меня ни за что не узнают, - рассмеялся я, вспоминая, как я выгляжу. Сейчас мою голову покрывали чёрные жесткие кудри, густые брови наползали на тёмно-карие глаза, а нос стал похож на картофелину. Да уж, Шрайн постарался, когда менял мою внешность, даже крестообразный шрам на щеке добавил.       Нет, я не возвращался к нормальной человеческой жизни, как предлагал мне Громм. Я отправлялся на выполнение важного задания, которое было не под силу другим рептилиям. Дело в том, что за человека из рептилий, знавших язык людей в совершенстве, могли кое как сойти только Громм и Айдер, но первый был правителем, и должен был оставаться за главного, а в обязанности второго входила слежка за всей территорией с помощью невидимой паутины, и заменить этих двоих надолго было сложно. Поэтому у рептилий, как и у людей, были проблемы с внедрением шпионов во вражеский лагерь. Но теперь появился я. И меня тут же решили отправить на разведку, в ходе которой я должен был внедриться в правительство, как можно ближе к королю. Передо мной поставили ещё две цели - узнать расположение войск и протянуть невидимые нити Айдера по ключевым дорогам.       Перед тем, как отправиться в путь, я сделал огромную партию оружия для рептилий, и в сумме со старым, его им хватало более чем. После двух месяцев отсутствия Громма на фронте рептилии терпели поражение за поражением, но Айдер был бы не Айдером, если бы не решил вопользоваться этим, чтобы обдурить противника. Он специально не использовал сделанное мной ранее оружие, рассчитывая убедить людей в том, что я им не помогаю, а Громм исчез, и рептилии слабы как никогда, отступая всё дальше и дальше на север. На самом же деле, он готовил полномасштабную атаку на столицу через месяц, которая могла бы застать короля врасплох.       - Это действительно важное задание. Мы надеемся на тебя, так что не вздумай его провалить и не вернуться назад, - напутствовал Громм.       - Я обязательно вернусь. Теперь-то я круче любого мага буду! - уверенность в своих силах ко мне вернулась. Перед этой вылазкой я упорно тренировался. Громм был ещё болен - он по прежнему при ходьбе опирался на трость, а Айдер в последнее время был не в себе, поэтому учить меня взялся Шрайн. Ящер, как оказалось, не только хорошо разбирался в технике, но и мог объяснить принципы работы магии. Он даже нашёл для меня книги с интересными приёмами.       - Не стоит так полагаться на свои силы. Будь осторожен, - Громм оставался очень серьёзным.       - Хорошо. Я вас не подведу! - я улыбнулся, подобрал с земли тяжелую сумку со своими вещами и собрался уходить. Моё путешествие только начиналось, но мне уже хотелось вернуться.       Дракон и паук пожелали мне удачи, а я зашагал в сторону леса, сквозь который петляла выложенная из камня дорога. Не удержавшись, я пару раз оглянулся назад. Два силуэта по-прежнему стояли на холме, они как будто желали убедиться, что я и правда уйду.       Я тяжело вздохнул и вскоре скрылся за густыми ветвями.

***

      - Я отослал его, как ты и просил, - заговорил дракон через несколько минут после того, как Эйзон исчез среди высоких деревьев.       - Я рад, что ты нас послушал, - с облегчением выдохнул Айдер.       - Вы пока что меня ни разу не подводили, у меня нет причин не прислушиваться к вашим советам, - улыбнулся другу Громм.       - Пока Шрайн не соберёт достаточно информации, лучше держать этого парня подальше. Я бы вообще предпочёл с ним больше не сталкиваться, - с каменным лицом сказал паук. - Ты огорчён. Ты хотел бы ему верить?       - Я бы хотел верить всем. Но так нельзя. Поэтому я верю только тебе, - признался дракон. - Пошли назад, сопровождение нас ждёт.