Добро пожаловать

- …Два – четыре – два… Смотри, формируется от ладони к локтю... - Почему? - Да я почём знаю, говорю как есть. - Но ведь в обратном порядке проще. - Серьезно? - Да, сам попробуй. - Нет, спасибо. - Труханул? - Мне прошлого раза хватило. - Труханул. - Захлопнись, мелкая. - Салабон. - Кто? - Еще и божедурье. - Я тебя сейчас за хвост дерну. - Кхм, я вам не мешаю? – кашлянул Сенрецу, прерывая назревающую перепалку. Ичиго и Мидори одновременно непонимающе на него уставились, будто напрочь забыли о присутствии на поляне еще кого-то. – Понял, осознал, не лезу… - Харукадзе выразительно «закрыл рот на замок» и сложил руки, всем своим видом демонстрируя, что его тут нет. Куросаки с Акуми не удостоили эту пантомиму особым вниманием, вернувшись к прерванному обсуждению. - Ладно, с узлами понятно? – поелозил Ичиго, уперев ладони в колени. Ноги уже порядком затекли от долгого сидения по-турецки. - В общем, да, - медленно кивнула Мидори, вытянув руку вперед. - Мать твою, ты что творишь! – в следующее мгновение рявкнул Куросаки, глядя на мгновенно возникшую паутину в тонком запястье. - А что она творит? – напрягся Сенрецу, для которого не сформировавшийся пока шар оставался невидимым. - Сплетаю заклинание, - пожала плечиком Акуми, казалось, не испытывавшая ни малейшего напряжения. - А куда оно потом денется, ты подумала, дура?! – аж подпрыгнул Куросаки на месте. - Направляй в то дерево, оно компенсирует… выстрел, - нахмурившись, договорил Ичиго, озадаченно рассматривая ее руку. – Как ты это сделала? - Что сделала? – не особо надеясь на ответ, грустно спросил Харукадзе. Для него все это выглядело разговором двух шизофреников на одной волне – оба видят что-то, доступное только им, не обращая внимания на окружающих. В данном случае непосредственно на него. - Я же говорила, что в обратном порядке сплетается легче, бестолочь, - довольно оскалилась Мидори, как-то победно дернув кончиком хвоста. - Сплетается – да, а вот про расплетание ты ничего не сказала! – раздраженно огрызнулся Куросаки. – Я чуть коня не двинул, когда то же самое делал. - Да? – скептически приподняла она бровь. – Некоторым это просто не дано… Ашшш! Совсем с глузду двинулся?! – скорее ошарашено, чем гневно возопила Мидори, выхватывая из цепких пальцев Ичиго свой хвост. - Я предупреждал, - невозмутимо ответил Куросаки. Харукадзе напрягся, готовясь перехватить Акуми, чья ярость в таких случаях не заставляла себя долго ждать, но… к его удивлению Мидори лишь еще раз не очень убедительно коротко прошипела и уставилась на Ичиго исподлобья, сложив руки на груди. Кидаться на кого-то с когтями она определенно не собиралась. – Так, с твоим шаккахо разобрались, теперь давай рассказывай, что я умудрился сделать со своим, - нахмурился Куросаки, усаживаясь поудобнее и не подозревая, какой бури только что миновал. Сенрецу взглянул на него с возрастающим интересом. - Вообще ничего не помнишь, тартыга подзаборный? – с мстительной улыбкой протянула Акуми, все еще поглаживая пострадавшую пушистую конечность. - Уговор был о сотрудничестве. Подколов я уже до тебя наслушался предостаточно, вряд ли ты придумаешь что-то новое, - вызывающе оскалился Ичиго, подаваясь вперед. - Посмотрим, - принимая вызов, прищурилась Мидори. Куросаки в ответ лишь хмыкнул. Игру в гляделки прервала маленькая птичка, пролетевшая за спиной Ичиго – звериные инстинкты Мидори мгновенно переключились на добычу, заставив ее цепким взглядом проследить полет пернатой. День выдался не жарким, прохладный ветерок приятно оглаживал кожу, легонько ероша волосы. - Шаккахо, - требовательно повторил Ичиго. - Мррря-адно, - с рычащими нотками кивнула Акуми, закатив глаза. – Ты очень туго стянул узлы и одну из пар перекрутил. Поэтому шар получился очень плотным и вращающимся. Вокруг появился воздушный кокон, как при смерче, только также плотно сжатый, от этого и рытвины в земле. - И все? – нахмурился Куросаки. – Блин, это я и так понял! - Тогда какого черта тебе от меня надо, полудурок? – снова начала закипать Мидори. - Ну, видимо, никакого, - вздохнул Ичиго, вставая и отряхивая хакама. – Хотя нет - за обратный порядок сплетения спасибо. Бывайте, - кивнул он на прощание обоим и направился прочь. - А как же наш уговор? – возмущенно воскликнула Акуми. - В силе! – не оглядываясь, махнул рукой Ичиго. Харукадзе разглядывал Акуми, провожавшую взглядом спину Куросаки, и с приятным удивлением отмечал, что столь оживленной не видел ее уже очень давно. А уж это легкое разочарование от слишком быстро закончившейся беседы на ее личике он видел, пожалуй, впервые. Переэкзаменовка предстояла завтра в полдень, с проблемами Монтаро наступило затишье, более того – создавалось впечатление, что та странная парочка шестикурсников пришла к выводу, что Нецуса так и не понял произошедшего и, удовлетворившись его молчанием, оставили в покое. С этим по-прежнему стоило разобраться, но появилось время на передышку и на то, чтобы привести мысли в порядок. Но сейчас мысли Ичиго занимало не это. Близился вечер. И женское общежитие. *** Урахара Киске был в предвкушении. Он с наслаждением смаковал это потрясающее чувство амбивалентности – когда нестерпимо хочется увидеть результат близящейся к завершению работы и в то же время нутро переполняет желание наслаждаться процессом творения вечно. Два года исследований, просиживания в лаборатории, сбора и анализа данных – и вот, почти готово. Еще немного, и Куросаки Ичиго вернется в строй с новыми силами, и долг будет уплачен. Хотя едва ли Урахара когда-либо сможет избавиться от чувства обязанности перед этим дитя – слишком многим тот пожертвовал, исправляя чужие ошибки, порожденные тщеславием взрослых, возомнивших себя вправе играть судьбами мира. Итак, еще пара дней – и устройство по возвращению сил шинигами будет завершено. Оставалось лишь дождаться окончания процессов запрограммированной трансформации асаучи с изменениями в конфигурации на уровне элементарных духовных частиц. Есть немного времени, чтобы отдохнуть перед не менее изнурительным и сложным этапом – переговорами с высшим командованием Готей 13 ради подзарядки устройства. Разумеется, не в их интересах отказываться от подобного, ведь Куросаки Ичиго – уникальная боевая единица, в свете накаляющейся в Обществе душ обстановки это может оказаться весомым подспорьем. Короткий обмен сообщениями с Готеем прошел нормально, однако столетнее изгнание давало о себе знать пусть и отголосками былых недоверия и отчужденности - разговор с глазу на глаз обещал быть тяжелым. Киске медленно потянулся, прочувствовав каждую жилку в закостеневшем от неподвижности теле, и с хрустом поднялся на ноги, выползая из полумрака освещенной мониторами и тусклыми лампами рабочей комнаты. В конце коридора он заметил застывшего истуканчиком Джинту, с вытаращенными глазами разглядывавшего нежданное явление. Урахара приветливо махнул рукой и улыбнулся, вызвав довольно странную реакцию. - Тессай-сан, хозяин воскрес! – испуганно воскликнул мальчишка, рванув за угол. Киске так и застыл с поднятой рукой, улыбкой на лице и недоуменно вскинутыми бровями. В глубине магазина послышались грохот, крики, топот ног и приглушенные чертыхания. Столь неожиданный эффект стал понятен, стоило перевести взгляд на висевшее на стене зеркало – бледное осунувшееся лицо, заросшее щетиной, больше напоминавшей маленькую неухоженную бородку, фиолетовые провалы вокруг воспаленных, слезящихся от недосыпа глаз, взъерошенные отросшие волосы, смахивавшие на торчавшую клочьями солому… Этакая отощавшая панда, с голодухи зарывшаяся в стог сена. - Яре-яре… - пробормотал он, беря в руки полосатую панамку, от которой успел несколько поотвыкнуть – в уединении лаборатории она лишь мешала, а потому пылилась на полке довольно долгое время. Надвинул ее пониже на глаза, маскируя синяки тенью от полей, и со вздохом пошел на звуки – пожалуй, он действительно засиделся, пришла пора проверить, что он пропустил, и не запустили ли его домочадцы магазин. И вытряхнуть искусственную душу из его гигая – она довольно нагулялась, даже слишком. Своих работников Урахара застал в весьма живописном виде – Тессай держал под мышкой брыкающегося Джинту, другой рукой не давая накренившемуся стеллажу с коробками придавить Уруру, которая в свою очередь пыталась удержать наиболее хрупкий товар на полках. Вокруг валялись ящики и коробки, которые спасти, очевидно, не удалось. Все это сверху было присыпано сахарной пудрой и карамельками. Причем обычные сладости успешно перемешались с товаром шинигами, который обычным людям употреблять было бы весьма чревато. Стоило Урахаре появиться в дверном проеме, как вся эта троица застыла с вытаращенными глазами, будто нашкодившие школьники. - Я дома, - поприветствовал их Киске, широко улыбаясь. На сей раз для этого не потребовалось особых усилий – губы расползались сами собой. - С возвращением, хозяин, - с облегчением выдохнул Тессай, первым приходя в себя, и коротким усилием со стеклянным перезвоном вернул стеллаж на место. - С возвращением… - эхом вторили Джинта с Уруру. Один – ворчливо, вторая – смущенно. - Приятно видеть, что в вас не угасла любовь к порядку, Тессай-сан, - иронично произнес Урахара, прикрываясь веером и прикидывая, откуда начать уборку. Однако размышления его были грубо прерваны пронзительным животным воем, приглушенным стенами магазина. И последовавшим за ним еще одним, восточнее. И еще – западнее, на окраине города. И еще… И еще… Темная духовная сила стремительно наполняла Каракуру, и судя по вспышкам искристой силы, ее защитники уже принялись за решение этой проблемы. – Яре-яре… - вздохнул Киске. Количество пустых прямым текстом говорило об активированной приманке, возможно даже не одной, а потому уборку пришлось оставить до лучших времен. Маленький убойный отряд Урахары мобилизовался без лишних слов и, получив короткие указания, рассредоточился по городу, в наиболее уязвимые точки. Сам Киске поднялся над городом и принялся отслеживать источник этой неприятности. Пустая оболочка от приманки обнаружилась совсем рядом с больницей Куросаки, и это открытие заставило Урахару нахмуриться в предчувствии неладного. Своей интуиции ученый привык доверять. Присев на корточки и положив трость на колени, он пристально изучал остатки от лежавшего посреди пустой дороги приборчика на предмет каких бы то ни было ловушек и иных неприятных сюрпризов. - Урахара-сан! Что происходит?! Девичий голосок заставил Киске повернуться и встать, непринужденно засунув руку за пазуху, почесав бок. Металлического блеска в его кисти юная собеседница не заметила, тем более что спустя мгновение ладонь была пуста. Также как и дорога. - Куросаки-сан, доброго дня!– с дежурной улыбкой помахал ей Урахара. - Чудесная погода, не правд… кха… - договорить ему не позволил маленький кулачок, с размаху врезавшийся в солнечное сплетение. - Какая нахрен погода! – рявкнула Карин, встряхнув ушибленной рукой. – Какого черта весь город кишит пустыми?! - Куросаки-сан, с каждым днем вы все больше походите на вашего брата, что совсем не красит юную ле… - удар в нос прервал одностороннюю светскую беседу. - Не заговаривайте мне зубы! – осталась непреклонной Карин. – Вы же говорили, что позаботитесь о городе в отсутствие Ичиго, так что происходит? Такое ведь уже было, когда он только стал шинигами, у нас тогда все больницы в городе переполнены были! - Яре-яре, Куросаки-сан, успокойтесь, - посерьезнел Урахара. Впрочем, в сочетании с прижатой к лицу рукой, тщетно пытающейся остановить кровотечение, и общим помятым состоянием это все равно выглядело комично и неубедительно. – Мы делаем все необходимое. Вы пользовались теми средствами, что я передавал? - Да, но… - Значит, ваш дом в безопасности, - перебил Киске. – А сейчас вам следует найти сестру и позаботиться, чтобы она оказалась там. Остальное предоставьте нам, - вот теперь он стал подавляюще серьезным. Настолько серьезным, что подростковый дух противоречия, сдавленно пискнув, затих. Карин несколько побледнела при мысли о том, что будет, если Юзу встретится с пустым один на один. Сращивание костей прошло с осложнениями, и она до сих пор не вернула прежнюю спортивную форму – бегать было больно и неудобно из-за атрофированных мышц. Все это пронеслось в голове за одно мгновение, и Карин, кивнув Урахаре, ринулась со всех ног на теплеющий в отдалении огонек реацу. Киске проводил ее взглядом и задумался. В прошлый раз приманку активировал юный квинси, однако сейчас для того не было никаких причин, в то время как два года назад его мотивы были кристально ясны. Едва ли Исида Урюу приложил к происходящему руку, но вот источником устройства он послужить мог, пусть и ненамеренно. Первую приманку он ведь откуда-то достал. Стражи Каракуры успешно справлялись с угрозой - спустя пару минут количество прибывающих пустых пошло на спад даже без вмешательства со стороны Урахары. Тот надвинул панамку пониже на глаза и неспешно зашагал к магазину, продолжая размышления. Ему не терпелось досконально изучить находку. Увы, этот день был решительно настроен против него – еще один всплеск реацу на окраине города, и пустые повалили с новой силой. Киске помчался на место активации со всей возможной скоростью, надеясь застать злоумышленника, однако обнаружить удалось лишь отголоски духовной силы закрывшегося портала над обломками очередной приманки. Сенкаймон. А значит – Общество душ. Не Уэко, не Генсей. Небо трещало по швам, раздираемое когтистыми лапами рвущихся наружу монстров. Голубоватые стрелы квинси исправно прошивали костяные маски навылет, со вспышками отправляя их обладателей в небытие - Урахара подумал, что это красиво и немного похоже на салют. Погребальный салют по потерянным душам. В нескольких кварталах от Исиды ощущалась бурлящая реацу Ясуторы, Иноуэ отнесло на другой конец города, однако маленькая принцесса пока успешно держала удар и в помощи не нуждалась. Дзинта и Уруру под руководством Тессая держали оборону на юго-западе, а вот восточная часть города оказалась почти беззащитной – парочка дежурных шинигами явно опешили под внезапным натиском. Определившись с целью, Киске направился к ним, но… Вспышка чудовищной темной силы заставила Урахару пересмотреть приоритеты – прямо над малышкой Иноуэ раскрылась черная пасть гарганты, из недр которой в город шагнул пустой, уровнем не ниже адьюкаса. Спустя мгновение уровень силы скакнул вверх, заставив Киске удвоить скорость. Не адьюкас – арранкар. И, если память не изменяла, один из выживших Эспада. Прибыв на место, Киске обнаружил синеволосого арранкара, на вытянутой руке державшего Орихиме за воротник, угрожающе подняв над землей. На удивление в Иноуэ не было ни капли страха – она смотрела противнику прямо в глаза и что-то отвечала тихим голосом. - Не ври мне, девка! – рявкнул Эспада ей в лицо. - Гриммджо-кун … - прикрыла веки на мгновение Орихиме, восстанавливая спокойствие. – Зачем мне врать? - Где. Этот. Рыжий. Ублюдок, - отчеканил Джагерджак, сбавив громкость. Хотя голос от этого скорее обзавелся еще более опасными нотками. По-настоящему опасными. - Яре-яре, арранкар-сан, - дал знать о своем присутствии Урахара, надвигая панамку ниже на глаза. – Как грубо с вашей стороны. Разве Иноуэ-сан вас чем-то обидела? - Ты еще кто такой? – оценивающе прищурился Гриммджо, по-прежнему удерживая Орихиме. - Простой торговец сладостями, - с улыбкой приподнял панамку Киске, тут же опустив ее обратно. – И мне кажется, вы не расслышали – по моему скромному мнению вам стоит отпустить эту милую девушку. - Засунь свое мнение в задницу и вали, откуда пришел, - фыркнул Джагерджак. – Пока я тобой не занялся. - Урахара-сан… - пролепетала Орихиме, но замолчала под двумя решительными взглядами. - Вынужден отказаться и настоять, арранкар-сан, - уже без улыбки повторил Урахара, поудобнее перехватывая рукоять трости. И по его угрожающе сверкнувшим из тени глазам Гриммджо почувствовал, что нелепый торгаш не так прост, как пытается казаться. И как показывает его, по всей видимости, скрываемая духовная сила. - Урахара, говоришь? – будто припоминая, повторил Гриммджо. - Ну, не разочаруй меня, - без фальшивой напускной важности произнес он, как мог сказать только по-настоящему сильный боец, не желающий тратить свое время впустую, сражаясь со слабым противником. – А ты постарайся не сдохнуть, - «заботливо» напутствовал он Иноуэ и отбросил ее в сторону. Без лишней жестокости, но и не церемонясь. Как куклу. Упасть она не успела. - Яре-яре… - снова вздохнул Урахара, аккуратно опуская Орихиме на асфальт в полусотне метрах. – Иноуэ-сан, понимаю, что юных девушек привлекают плохие парни, но, думаю, вам стоит воздержаться от столь опасных знакомств. И, не дождавшись ее ответа, в одно мгновение взмыл в небо к недовольно скалившемуся оттуда арранкару, поднявшемуся туда на миг раньше. Понаблюдать за битвой сильных мира сего Иноуэ не удалось – бродившие по округе пустые времени даром не теряли и стали сползаться на заманчиво пахнущую реацу. Впрочем, переживать за Урахару было бы глупо, а потому Орихиме сосредоточилась на насущных проблемах, периферией сознания отслеживая бушующую неподалеку силу вышедшего в релиз Джагерджака. Расправившись с двумя пустыми, Иноуэ едва заметила светящуюся стрелу, промелькнувшую у нее над плечом, заставив обернуться и увидеть рассыпающегося на духовные частицы третьего монстра. Самого квинси видно не было, он ощущался где-то в отдалении – видимо, стрелял с какой-то крыши, почувствовав шаткое положение Орихиме. Сюрпризы на этом не закончились – где-то в центре один за другим прогромыхали два взрыва, совсем не похожие на резкое высвобождение духовной энергии от ударов Чада или кого-то другого. Самые настоящие взрывы. Вслед за этим последовали резкий скачок реацу Урахары, в три приема сошедшая на нет сила Джагерджака, и мелькнувшая в небе полосато-зеленая тень. В ту же секунду над городом разнесся полный отчаянной злобы и разочарования рев поверженного зверя, но, прибежав на место битвы, Иноуэ увидела лишь сгорбленную окровавленную спину, скрывшуюся в гарганте. Вслед за поверженным Эспадой покидали Каракуру и остальные выжившие пустые. Когда последний вторженец был отправлен на перерождение, передовой отряд стражей Каракуры, не сговариваясь, собрался у маленького, непримечательного магазинчика сладостей. Их встретил мрачный взгляд Киске, сидевшего на корточках, положив трость на колени. Перекатывая в руках потрепанную полосатую панамку, он задумчиво рассматривал свои владения. Вернее оставшийся от них котлован. *** Пару часов в ожидании сумерек Ичиго тренировался у заброшенного колодца, стараясь полностью сосредоточиться на ката*, но был настолько рассеян, что все выходило из рук вон плохо. Утешало только, что его глупейших ошибок никто не видел. Солнце неумолимо медленно клонилось к закату, и Куросаки не мог понять, радует его это или нет. С одной стороны, предложение сестриц Асахана было более, чем заманчивым, тем паче, что в его-то годы ходить в девственниках было вообще не круто. С другой стороны, он уже достаточно долго знал этих девиц, чтобы ожидать какой-то подлянки. Не то, чтобы серьезной, но, вероятно довольно унизительной для и без того потрепанного самолюбия. Нет, в эту полынью нырять с головой без разведданных было бы слишком опрометчиво. - Кийоши на тебя дурно влияет, друг мой Куросаки, - мрачно констатировал Ичиго, усаживаясь спиной к прохладному шершавому боку колодца. – Такими темпами начнешь думать, прежде чем делать… И разговаривать сам с собой… Так он просидел какое-то время, наслаждаясь лесной тишиной, наполненной шелестом листвы и приглушенным пением птиц. Нахмурился, погрузившись в размышления. Вдохнув, приоткрыл рот, будто собираясь что-то произнести. Закрыл, так и не издав ни звука. Недовольно поджал губы. Поерзал еще немного и снова откинулся на каменную кладку, легонько стукнувшись затылком. - Эй, старик… - вполголоса произнес Ичиго, не открывая глаз. – Не знаю, слышишь ли ты меня. Не знаю, злишься ли ты. Но я точно знаю две вещи… Я не жалею о том, что сделал тогда. И не сдамся, пока могу дышать. Я верну тебя. Куросаки замолчал, напряженно вслушиваясь в самого себя в надежде уловить хотя бы легкий отголосок… не чужого, но забыто-родного присутствия. В ответ лишь тихонько пиликала среди деревьев буша. - И если ты не слышишь, то я повторю это снова, глядя тебе в глаза, Зангецу. А пока… - Куросаки со вздохом резко поднялся на ноги и зашагал к Академии, продолжая бурчать под нос. – А пока я как излечившийся шизофреник, скучающий по своим галюнам. И это не круто, старик. Вообще не круто. На подходе к главному корпусу дорога Ичиго пересеклась с незнакомой студенткой. Он уже хотел было обогнуть ее и продолжить путь, но та внезапно вскинула руку, едва не ткнув ему в лицо маленькой скляночкой с непонятным содержимым. - Что за хрень! – рефлекторно отшатнулся Ичиго, вглядываясь. - Поздоровайся с Глазастиком! – радостно выдала девчонка, придвигая склянку поближе. Сквозь стекло на Куросаки таращились два глазных яблока, оживленно вразнобой вертевшиеся. - Привет, Глазастик, - скептически ответил Ичиго. - Они живые что ли? – нахмурился он, отметив расширяющиеся и сужающиеся зрачки. - Живые, - фыркнула девица. – Скучный какой-то… - проворчала она и юркнула на боковую тропинку. – И мы не будем больше смотреть так близко на такие страшные ро-о-ожи, - донесся до Ичиго сюсюкающий голосок. - Эй, я все слышу! – возмутился Куросаки. - Они говорят, что нос у тебя кривой! – крикнула из-за деревьев девчонка. - У них и такого нет, пусть завидуют молча! – не остался в долгу он. Ответом послужил весьма странный смех, временами переходящий в счастливое хрюканье. - Хэй, старик, тебе не кажется, что в Готей отбирают по степени долбанутости? – произнес Ичиго, провожая взглядом напуганную шумом белку. – Хотя больше беспокоит, как быстро вписался я… Решив еще немного потянуть время для раздумий, Куросаки пошел к общежитию в обход – по дуге через парковую зону, как в первый раз, и к тому моменту, как он добрался до корпуса, округу уже заволокли сумерки. Ичиго стоял, разглядывая ровные ряды окон на боковой стене, когда в светлую головушку пришла гениальная мысль – а почему бы действительно не разведать обстановку? Сосредоточившись, он определил, какое из окон принадлежит сестрицам Асахана, тщательно скрыл собственную реацу и, ловко цепляясь за небольшие выступы в стене, направился к заветной цели. Благо в такой час студенты редко захаживали на эту часть Академии – вряд ли кто-то заметил бы его поползновения. На удачу, именно на уровне третьего этажа был узкий бортик. Усесться на него было нельзя, но держаться, положив локти, всяко было удобнее, чем висеть на кончиках пальцев. - Да не знаю я! – раздался из комнаты голос Камеко. - Он же говорил, что ты вольна делать, что хочешь, - с нотками недовольства произнесла Харука. Звуки то и дело становились неразборчивыми, и Ичиго осторожно подобрался поближе. - Мало ли, что он говорил. До этого он уверял, что голову мне открутит, коли узнает, что я была с другим. - Ну, пусть присоединяется – веселее будет, - с ощутимой улыбкой предложила Хитоми. - Ага, конечно! Он в итоге заграбастает наше солнышко – мы и пикнуть не успеем! – безапелляционно отрезала Харука. – Я большего собственника и развратника еще не встречала, ума не приложу, что ты в нем нашла. В общем, твой парень – разберись с ним как-нибудь! Куросаки нахмурился. Как это понимать? Если у одной из них есть отношения, с какой стати они до него докапывались? И с какой стати согласились на его провокацию? И что значит «заграбастает»?! Нет уж, увольте! - Погоди, давай сначала определимся, чего мы хотим добиться. Солнышко решил поиграть в мужчину – поощрим или поставим на место? – деловито спросила Хитоми. - Поощрим! - На место! – одновременно воскликнули девицы. - Значит, решение за мной, - констатировала Хитоми. – С одной стороны, - задумчиво произнесла она, выдержав паузу, - подвижки в самомнении – это похвально и достойно некоторой награды. С другой стороны, столь яркие и искренние реакции - неслыханная редкость, потерять которую было бы кощунством. Уж и не припомню, когда последний раз встречала такого застенчивого и шумного мальчика… - мечтательно протянула она. «Ну, охренеть теперь!» - мрачно подумал Ичиго. С каждым словом мысль о разведке казалась все более верной. Похоже эти бестии не испытывали ни капли сомнения в том, что он прибежит к ним на всех парах и позволит с собой делать все, что заблагорассудится. - Предлагаю совместить приятное с полезным! – радостно провозгласила Харука. – Сначала поощрим, потом напугаем! Дальше слушать Куросаки не стал, окончательно укрепившись в мысли, что даром ему такое счастье не сдалось. Под затихающие радостные крики «Свя-зать! Свя-зать!» вниз по стене спускалось на удивление легко и быстро. - Фух… - мягко спрыгнув на землю, выдохнул Ичиго. Небрежно поправил форму и снова глянул на светящееся окно. «Ждите-ждите», - с долей мстительности подумал он и направился ко входу в общежитие. Дошел до своей комнаты, расстелил футон, лег и с превеликим удовольствием мгновенно заснул без всяких сновидений. Открыл глаза он с первыми лучами солнца, ласково заглядывавшего в приоткрытое окно. Настроение было на редкость отличным, и Ичиго долго со вкусом потянулся, наслаждаясь этим почти забытым ощущением. И каждая последующая минута этого утра лишь усиливала это ощущение легкости. Никаких ловушек и подлянок не было уже несколько недель, даже после ухода следователей-шинигами, Монтаро перестал шарахаться от собственной тени, Акира все чаще где-то шатается и не грузит потоками местных сплетен… В общем, сдать последний экзамен, получить асаучи – и жизнь прекрасна. Можно будет, наконец, вытрясти из Рукии или Абарая, что творится у них в Готее. На этой радужной ноте Ичиго размялся, позавтракал, прогулялся до колодца, посидел там до полудня, разглядывая лениво плывущие облака, выглядывавшие из-за пышных крон, и неторопливо побрел на пересдачу. Волнения не было, тело и разум переполняли уверенность в себе и собственных силах. В главном холле практически перед самым выходом на площадку кидо на Куросаки налетели три разъяренные фурии. Их возмущенные тирады сливались в один сплошной поток, не позволяя выделить ни слова. В какой-то момент сестрицы отвлеклись от своих монологов и обнаружили, что предполагаемая «жертва» нисколько не изменилась в лице, продолжая смотреть на них с умиротворением и даже каким-то наслаждением. - Ты! Какого беса ты такой довольный?! – резюмировала общее гневное недоумение Харука. Ее короткие фиолетовые волосы вечно торчавшие в стороны иголками, сейчас, казалось, вовсе встали дыбом. - Обманутые ожидания – это неприятно, да? – с нескрываемым злорадством протянул Ичиго в ответ, даже не пытаясь сдержать широченную ухмылку, расплывавшуюся при виде вытягивающихся от удивления мордашек. Под растерянное молчание он все так же неспешно направился дальше, повернувшись к ним спиной. - Свя-зать, свя-зать… - негромко, но чтобы расслышали Асахана, проскандировал он, на манер дирижера размахивая пальцем над головой. Разве может день быть еще удачней? _________________________________ _________________________ Ката - изначально это технические комплексы приемов, разработанные для боя с несколькими противниками.