И эти губы, и глаза зеленые...

      Еще никогда утро не было для Питера Хейла столь прекрасным и пугающим одновременно. Он проснулся задолго до рассвета и лежал, задумчиво глядя в залитое дождем окно. Чувствуя приятное тепло молодого тела рядом с собой и покалывания в затекшем плече, на котором покоилась голова мирно спящей Лидии. И почему-то от этого начинало сладко щемить сердце. Думать не хотелось совершенно, но мысли настойчиво лезли в голову, одна другой хуже…       У него было два возможных плана действия. Остаться здесь, поговорить и, возможно, переступив через себя, решиться на продолжение этой истории. Или тихонько смотаться и сделать вид, что ничего не было. Жить так, как жил. Хотелось пойти по первому пути. До безумия хотелось лежать в постели, обнимая девушку. Разбудить ее легкими поцелуями, едва ощутимыми касаниями к молочной коже. Запустить руку в каскад рыжих волос, увидеть ответное желание в зеленых глазах… Хотелось. Но Хейл этого не сделал.       Он, стараясь не разбудить Мартин, поднялся. Бесшумно надел валяющиеся на полу вещи. Не удержавшись, невесомо поцеловал оголенное плечо рыжеволосой. И выскользнул из комнаты. Тихо хлопнула входная дверь. А Лидия, счастливо улыбаясь, открыла глаза…       Это было воскресенье. Единственный выходной, который позволял себе Кристофер Арджент. В такие дни он обычно спал до двенадцати часов, после завтракал каким-нибудь блюдом французской кухни и отправлялся за город. Не для того, чтобы, как все нормальные люди, отдохнуть на природе, а чтобы лично проверить качество новой партии оружия.       Но в это пасмурное воскресное утро привычный распорядок дня нарушил настойчивый звонок в дверь. Арджент, осыпав всеми известными ругательствами французского языка того, кто нарушил его покой, отправился открывать дверь. — Какого… Питер? — вся сонливость исчезла, стоило Кристоферу увидеть своего друга на пороге. Будто помолодевшего лет на десять, встрепанного, с горящими глазами и промокшего до нитки. — Крис… Жена дома? — Нет. Она уехала на неделю в Милан, а Элисон ночует у Лейхи. — Отлично. Мне нужно поговорить… — бесцеремонно войдя в дом, мужчина сбросил пальто. — Тебе нужно поговорить? Хейл, какого дьявола? Я тебе не психолог, а, если так не терпится излить кому-нибудь душу, заведи попугая! — Хватит ворчать, мамочка. — Я? Это я-то ворчу? Ты на часы смотрел? Или «счастливые часов не наблюдают»? — хозяину дома ничего не оставалось, кроме как последовать примеру своего нежданного гостя и сесть за стол. — О чем ты? — Слушай, я не слепой. И вчера ты довольно рано исчез с фуршета со своей Lady Grinning Soul. — Питер обреченно усмехнулся. — Да, мамочка. Об этом-то и хочется поговорить. — И как? — Крис, так хорошо я не чувствовал себя еще никогда… — Она настолько.? — Дело даже не в этом. Мне просто с ней хорошо. Я чувствую себя целым, понимаешь? Мне было как-то тепло и спокойно… И это… странно? — Арджент загадочно щурясь, протянул другу непочатую бутылку. — Нет. Не хочу. — Что ж… Вот и последний симптом… — Симптом? — Поздравляю, кажется, я знаю твой диагноз. — на вопросительный взгляд Хейла он ответил: — Вы влюблены. Боюсь, это не лечится…       В скромной двухкомнатной квартире Айзека Лейхи раздался телефонный звонок. Юноша, поморщившись, накрыл голову подушкой. Черноволосая девушка, стащив сбитую за ночь простыню и обмотав ее на манер тоги, поднялась, взяла мобильник и нетвердым шагом поплелась на балкон. — Алло… — Эллисон! — Лидия.? — засыпая на ходу, шептала Арджент. — Эллисон, ты спишь? Как ты можешь спать в такое время, Э-Л-Л-И-С-О-Н!!! — ликующе пропела Мартин. — А…ааа который час? — зевнула в трубку девушка. — Час? Половина шестого. — Полшестого… ПОЛШЕСТОГО?! Лидс, если ты звонишь, не потому что попала под машину или что-то в этом роде, клянусь, я возьму арбалет и… — Элли, не будь такой букой! Я тааааак счастлива! — А ты не могла бы быть столь же счастливой немного попозже? Скажем, часов в одиннадцать? — Я не могу спать, есть… Я даже думать не о чем другом, кроме него не могу! Ээээээллисон! — То есть ты звонишь в шестом часу, чтобы сказать… — Арджент, он только что ушел… Забыл галстук, представляешь? — звонко рассмеялась рыжеволосая. — Я знала, я знала, что в конце концов он будет моим! — Мартин, послушай, если мы говорим об одном и том же Питере Хейле, то не стоит… Не приучай себя к мысли, что он будет твоим. Он никогда еще не был чьим-то. И вряд ли будет. С какой упорной хитростью ты бы не достигала своей цели. Он ушел? Не разбудив тебя? Не сказав ни слова? — Эллисон, его поцелуй на прощание стоил тысячи слов… — Лидия… –предостерегающе начала подруга. — Я, кажется, встряла по крупному. Я влюбилась, Элли… — шепнула Мартин.

***

      Всю следующую неделю генеральный директор «Building Company Hale» не появлялся в офисе. Весь персонал привычно не обращал на это внимания — сам Питер Хейл редко появлялся на других этажах здания, все поручения и нагоняи получали от его племянника. Что не менялось в зависимости от того, находится владелец фирмы в своем кресле или нет. Куда больше внимания уделялось его секретарше. Девушка не находила себе места, ходила какая-то потерянная… Вконец измучавшись, в очередной раз крикнула в трубку, что «Мистера Хейла нет на месте! Я не знаю, когда он появится! И сама не прочь бы узнать, где он сейчас!», отправилась к заместителю начальника.       Но тот лишь неопределенно сказал о «неотложных делах мистера Хейла, о которых вам знать не обязательно» и пригрозил увольнением, если девушка еще раз покинет свой пост в неположенное время.       День Питера начинался с желания напиться. Но в горло не лез даже кофе, не то что виски. Поэтому он, до ужаса пугая Финстока, заказывал чай Хуа Лун Чжу и потягивал его под «Lady Grinning Soul». Подобным крахом увенчивались и попытки разжиться компанией на ночь. Он невольно искал в каждой встречной девушке черты Мартин. Каждый раз понимая, что не найдет точно такой же рыжеволосой бестии, плевал на это дело. И понося, на чем свет стоит, «Эти губы и глаза зеленые!», отправлялся домой и лежал, глядя в потолок, пока не забывался тревожным сном. Так прошло пять дней. На шестой Хейл взял себя в руки и начал реализацию проекта открытия филиала компании в Ирландии. К концу недели единственное чего не доставало на всех необходимых документах, — печати, которая, как назло, остались в кабинете.       Владелец фирмы «ВСН» прибыл в офис в понедельник гораздо раньше многих сотрудников и, вызвав своего заместителя, запретил кому-либо их беспокоить. Но его секретарша не была бы Лидией Мартин, если бы не вломилась в кабинет, яростно сверкая зеленью чарующих глаз. — Мистер Хейл! — Мисс Мартин, я, кажется, просил не входить, пока мы с моим заместителем проводим экстренное совещание. — Я думаю, дорогой, это подождет. — сложив руки на груди, дерзко отозвалась Лидия. Дерек хотел было возмутиться, но Питер строго посмотрел на него, как бы предупреждая, что этого лучше не делать. — Мистер Хейл, зайдите ко мне через полчаса. — племянник, хмыкнув вышел. — Что ты хочешь услышать? — Как минимум, объяснения. — А как максимум? — Как максимум… подтверждения того, что все это не было сном…       Мужчина тяжело вздохнул. — Окажись это сном, все было бы куда легче… Попробуй забыть это. Беги от меня так далеко, как можешь. Ничего хорошего из этого не выйдет, детка. — А если я не хочу забывать? –прикусив губу, спросила она. — Тогда ты глупее, чем кажешься. — Пусть так. Но эта глупая секретарша ждет объяснений. Потому что вам понравилось не меньше чем мне, не надо лгать. — Мы… не можем продолжить всю эту историю, дорогуша. — Хейл старался говорить убедительно, хотя и сам понимал, что все это — полнейшая чушь: — Я старше тебя, у меня дрянной характер и, к тому же, у меня не было продолжительных отношений, так что я не смогу дать тебе то, чего ты хочешь. — Ты пустоголовый кретин! Для меня все это не важно! -…Почему? — Потому что я люблю тебя, идиот! — срываясь на крик, ответила рыжеволосая. — Потому что я не могу забыть твоих рук и хриплого шепота, потому что, как полная дура, вечерами держу в руках эту чертову тряпку, — Лидия потрясла галстуком Хейла, зажатым в кулачке, — вдыхая практически выветрившийся запах твоего Clive Christian 1872! Потому… — но Хейл не дал ей договорить, быстрым и резким движением подойдя к девушке, обнимая и жадно целуя. — Черт… как же я соскучился по твоим губам…