Сладкая добыча

Быстро бежало время, прошел месяц. Лоренс был целиком и полностью поглощен своими детьми. Порой, ночью, он часами сидел, положив голову на руки, опираясь на бортик кроватки, прислушиваясь к их дыханию. Возле омежек они с Ани, словно верные стражи, несли дежурство по очереди. Несмотря на то, что это были не его дети, Ани не отлынивал и не насмехался над омегой за его излишнюю заботливость и тоже трепетно бдел, ни на миг не оставляя детишек одних без присмотра. В месячном возрасте омежки уже во всю ползали, смешно виляя толстенькими попками, катали мячик, брали и трясли погремушки. В отличии от альфят, они даже и не пытались кусаться, а наоборот были очень ласковыми, тянулись ручками, и даже научились говорить одно слово. Карабкаясь на Лоренса, они забавно пищали: "Пя-пя!" Лоренс умилялся этому и даже, порой, пускал слезу. - Ах, какие же они прекрасные! - с завистью твердил Ани. - Слушай, Лори, отдай мне одного. Зачем тебе двое! Услышав это, омега сразу же весь напрягся и даже зашипел: - Не мечтай! С ума сошел? Что за разговоры? Он до дрожи обожал своих детей. Перед ними меркли все альфы всего мира, Лоренсу никто был больше не нужен. Омежки были очень похожи на Лоренса - такие же белокурые, белокожие, с круглыми, изумленными глазами-блюдечками серо-зеленого цвета, которые впоследствии обещали стать карими, обрамленными длинными и пушистыми ресницами, и крошечными ротиками-земляничками. Каким-то непостижимым образом Лоренс сразу же научился их различать. По существовавшей традиции, имен пока омежкам не дали. В клане ребенок получал свое имя только после года от роду. Считалось дурной приметой называть детку раньше этого срока. Существовало поверье, что младенец, уже имеющий имя, мог не выжить. А так, злые демоны не могли до него добраться, чтобы забрать к себе в ад невинную душу. Однажды, они с Ани лежали на белоснежном ковре, между ними ползали омежки. - Знаешь, - срывающимся голосом поведал другу Лоренс свои мысли. - Если выйдет так, что Зиг не примет детей, обвинит меня в измене и затеет развод, то я, действительно, уеду в город. Ты ведь приютишь меня с детьми, на первых порах, пока я не устроюсь? Если вдруг лорд не назначит мне содержание, то мне придется просить денег у своих родителей, чтобы купить домик и открыть цветочную оранжерею. - Разумеется, - тихо и серьезно ответил Ани. - Вместе тогда и уедем. Но, дорогой мой, не паникуй раньше времени. У меня есть одна идея, и я знаю, как утихомирить твоего волка. Разумеется, его эго альфы оскорблено тем, что в выводке оказались лишь омежки. Любой оборотень на его месте выдвинул бы претензии. Но, когда он их увидит, то сердце его непременно растает, даже будь он самым свирепым зверем, а Зигфрид наш далеко не такой. - Боже, Ани, что же с нами теперь будет? - страдальчески всхлипнул Лоренс. - Все будет хорошо, - твердо сказал Ани. - Не сомневайся. Пусть только посмеет раскрыть пасть, я уж смогу поставить его на место. У меня есть план. Видишь ли, малыш, ты очень сильно нравишься моему мужу, Артуру. В случае, если Зиг действительно с тобой разведется, то я заберу тебя к себе в дом в качестве младшего супруга, а омежек твоих Артур тогда запишет на себя. Я думаю, услышав про подобный расклад, наш лорд на это никогда не пойдет. Лоренс согласился с этим и даже рассмеялся, но потом вновь утих и предался печальным размышлениям. - Ани, месяц прошел, как я отправил лорду весть о рождении детей с черным голубем! И что же? Никакого ответа! Тоже, скажешь, что птичий грипп? Я уже ни спать, ни есть не могу! - Зато молоко у тебя льется, словно из лейки, - с завистью сказал Ани. - Эх, я тоже, так хочу омежек, и чтобы их выкормить самому! А у меня и в первом выводке - трое альфят, и во втором - тоже. Молока не хватало, пришлось кормить из бутылочек... Лоренс горестно усмехнулся и в приступе безбрежной нежности взял на руки одного подползшего к нему маленького омежечку, а потом и второго, целуя в теплые лобики и нежа их обоих. В это время в дверь постучали. Омега тут же ощетинился и насторожился. - Так, Ани, возьми детей и иди с ними за ширму. Кто бы это мог быть? Обед только прошел, а для ужина еще рано. Спрячьтесь подальше! Ани не стал противиться, принял у него с рук детей и укрылся в дальней части комнаты. Лоренс подошел к двери и настороженно спросил: - Кто там? Что нужно? - Это я, начальник стражи! - бодро рявкнул альфа из-за двери. - Ваша светлость, я принес вам счастливую весть! Наши оборотни, под руководством лорда Зигфрида, победили оборотней-альбиносов. Вчера был заключен мирный договор. Южные земли теперь наши, а лорд Зигфрид возвращается домой с победой! - Надо же, и сто лет не прошло! - скептически хмыкнул Лоренс. - Хорошо, спасибо за информацию. Велю для всех стражников в замке по этому поводу устроить праздничный ужин. А когда же именно вернется лорд? - Сегодня наш клан двинулся в путь. Через два-три дня они будут на месте. - Ты слышал? - возбужденно зашептал Лоренс, подбежав к Ани. - Да, конечно. Ну вот, скоро ситуация разрешится. Не волнуйся, я ведь на твоей стороне! Скоро наступило время тихого часа. Ани задремал возле корзинки с омежками, которые тоже крепко заснули, безмятежно раскинув в стороны пухлые ручки и ножки. Лоренс некоторое время любовался ими, а потом подошел к двери и выскользнул в коридор. - Алишер! - тихонько позвал он, запирая дверь на ключ, который постоянно висел у него на цепочке, прикрепленной к поясу. Стражник тут же возник, прибежав с лестничной площадки, где имел привычку курить и читать, сидя на подоконнике. - Что желаете? - спросил он, скромно потупив взгляд. - Желаю пойти в зимний сад. Сопроводи меня. С момента рождения омежек, Лоренс впервые покинул свою спальню и куда-то вышел. Но ему необходимо было переговорить с Алишером до возвращения Зигфрида. По пути им встретился Кай, шедший по коридору в сопровождении маленького рыжего омежки, которого он взял с кухни себе в услужение. - Поздравляю, Лоренс! - кисло-сладким тоном приветствовал старик молодого омегу. - Наш лорд возвращается с победой! Представляю, как он обрадуется новорожденным детишкам! - Спасибо, - со сдержанным достоинством кивнул ему Лоренс. - Вижу, что и вы очень счастливы. Вопреки правилам, Лоренс пригласил Алишера войти с ним в оранжерею. Они заперли дверь и уединились. Лори присел в кресло и сделал знак, чтобы альфа расположился возле его ног. Тот покорно замер на полу, на указанном месте. - Алишер, - дрожащим от волнения голосом начал Лоренс. - Мне нужно с тобой серьезно поговорить. Ты тоже знаешь, что наш лорд возвращается. В связи с этим, я должен сообщить тебе, что больше не могу оставить тебя при себе, на твоей прежней должности. Мы должны расстаться, раз и навсегда! Алишер вздрогнул, словно от удара, и скрючился на полу, вжавшись головой в колени. - Я ждал этого, - прошептал он, и вдруг вскинул голову, обдав Лоренса пылким взглядом черных глаз. - Но вы должны, ваша светлость, дать мне объяснения. Ведь я столько ночей проспал на ледяном полу возле ваших дверей! Вы не можете вышвырнуть меня просто так, повинуясь своей прихоти! - Это не прихоть, - стараясь казаться спокойным ответил Лоренс, хотя внутри у него все тряслось. - Я знаю, что ты - бастард старого лорда, и что тебя Кай воспитал. И я знаю, что твой названый папа замышлял переворот, а именно - убийство меня, моих детей, а за счет этого - ослабление позиций Зигфрида в клане, с возможностью переизбрать главного лорда. И, несмотря на наличие у Зига других братьев, существовала большая вероятность, что на престол попал бы именно ты. Вы с Каем находитесь в заговоре против моей семьи, я точно в этом осведомлен. Но это не единственная причина. Увы, существует и вторая. Своим поведением ты склоняешь меня изменить моему супругу. Ты смущаешь меня, домогаешься, при каждом удобном случае. А самое страшное, что и я сам к тебе, кажется, неравнодушен. При подобном раскладе, я, чтобы ничего этого не рассказывать Зигу, вынужден удалить из замка вас обоих, и Кая, и тебя. Лоренс смотрел на Алишера, сидящего возле его ног, такого сильного, молодого и прекрасного альфу, гордого и породистого, о котором можно было бы только мечтать. - Можно мне сказать? - тихо откликнулся Алишер. - Говори, - согласился Лоренс. - Да, я действительно, находился под влиянием моего честолюбивого папы и лелеял призрачные планы, что однажды возглавлю клан, - пылко начал Алишер. - Но, я тогда жил в городе, и не знал ни тебя, ни Зигфрида. Когда же я прибыл в замок и попал к вам на службу, то понял, что все планы Кая призрачны. Я сейчас тебе объясню, почему. Дело в том, что в нашем роду присутствует ген собаки. Это, например, явно проявилось в старшем брате Зигфрида - Артуре. Ген диванной болонки, так насмешливо про это говорят. Этот позорный признак носят оборотни, которые становятся подкаблучниками омег. В детстве и подростковом возрасте я слепо подчинялся Каю, но только до тех пор, пока не узнал тебя. С момента нашей встречи жизнь моя полностью изменилась. Я влюбился в тебя, Лоренс. Я тобой брежу, и готов подчиняться тебе во всем. Разве хоть раз я сделал что-то против твоей воли? Разве позволил я кому-то тебя побеспокоить, даже мухе сесть на край твоей одежды? Никогда ты не найдешь более преданного тебе слугу. И я давно признал над собой власть Зигфрида. Только он способен возглавлять клан, мне до него далеко. И вы с ним, я понимаю, что истинные супруги. Лоренс, прошу тебя, не действуй с горяча. Что касаемо того, что я тебя смущаю и склоняю, как ты считаешь, к измене... Не нужно обвинять других людей в своих собственных слабостях. Что я могу поделать, если тебе нравлюсь? Хоть раз я подошел к тебе без твоего разрешения? Нет. И никогда не подойду. Но, прошу, оставить меня пока на прежнем месте и не прогонять. Кто знает, как сложится твоя жизнь дальше? Может, я еще смогу быть полезен и тебе, и твоим омежкам. Нельзя так просто отступаться от того, кто тебя любит. Я ведь предан тебе. Буду оберегать даже от капли дождя из грозовой тучи. Клянусь. Лоренс внимательно его выслушал. Что же... Он и не ожидал ничего другого... Не оставалось ничего, как лишь покачать головой в знак согласия. С Зигфридом ситуация пока была неопределенная, а Алишер вполне мог и в дальнейшем послужить значительной поддержкой и опорой. Кивнув ему, Лоренс молча протянул стражнику свою руку. Тот жадно схватил ее и щекотно лизнул в самую серединку ладони шершавым языком. - Ладно, - выдавил из себя слабую улыбку Лоренс. - Уговорил. Но - учти! Жизнь твоя с этого момента висит на одном на волоске. Веди себя прилично и соблюдай дистанцию! И если у меня произойдет еще хоть одна неприятность, она для тебя может оказаться последней!